Ты будешь моим!

Эрен рос затворником. До своих девятнадцати лет парень ни разу не общался с теми, кто бы не относился к его родственникам или слугам. Каждый его день был похож на прошлый. Всё чётко по расписанию. Эрен является сыном Гриши Йегера — великолепного врача, который сумел сколотить огромное состояние. О его матери, Карле, было мало что известно. Она скончалась при неизвестных обстоятельствах, когда мальчику было десять. Гриша скрывал сына от посторонних. Сам он был человек светский, но на всех званых вечерах неуклонно присутствовал без своего наследника. Причина такого поведения была проста. Многие знали, что Йегер младший обладает крайне необычной силой. Заключалась она в том, что его чувства и эмоции влияли на окружающих его людей. Если это была радость или симпатия, то человек чувствовал себя так, словно его укутали в тёплое одеяло. Вроде, в этом нет ничего плохого, да? Но ведь кроме двух вышесказанных чувств есть другие. Например, злость. Её на себе испытал один из учителей мальчика, который после того случая уволился, ибо ему было крайне страшно за свою жизнь. По его словам, когда тот имел неосторожность резко высказаться о покойной матери Эрена, мужчину словно пронзило насквозь несколько сотен пик. Казалось, что болела каждая клетка тела. Эта боль сводила с ума, и в конечном счёте мужчина потерял сознание. А как очнулся тут же написал заявление об уходе. С того дня младший Йегер начал учиться дистанционно, а в поместье его избегали. В том числе и отец, который погиб два месяца назад. После его смерти девятнадцатилетний Эрен продал поместье и уехал жить в Японию. На этом все сведения о его тихоне закончились. И пусть для Леви этого было мало, но он всё равно поблагодарил сестру. Мика хорошо поработала. Остальное байкер узнает сам. Он перевёл взгляд на Эрена. Парень всё ещё спал, тихонько сопя в шею мужчины. Йегер прижимался к крепкой груди Аккермана и блаженно улыбался. Леви провёл рукой по шоколадным прядям, что были рассыпаны по плечам юноши. Затем рука скользнула по позвоночнику, останавливаясь на резинке боксёров. Вчера они всё-таки приняли душ, но это было похоже на цирковое представление. Эрен ни в какую не хотел выпускать мужчину из объятий, что сильно осложняло дело. Леви с нежностью посмотрел на мальчишку и заметил румянец на его щеках. Значит, проснулся. Аккерман нежно прикоснулся к приоткрытым губам парня. Затаив дыхание, байкер ждал его реакции, всё же вчера Эрен был пьян, и,может быть, сейчас он скажет, что всё это было ошибкой, и навсегда исчезнет. Но все страхи мужчины развеялись, когда Йегер обнял его за шею и ответил на поцелуй. Помня о силе парня, Леви прислушался к своим ощущениям и понял, что так хорошо ему не было ни разу в жизни. Эрен был словно солнышко, которое светило для Аккермана. Только для него. — Доброе утро, — оторвавшись от поцелуя, прошептал Эрен. — Доброе, — улыбнулся Леви. А потом нахмурил брови, вспоминая вчерашнее состояние парня. И Йегер это заметил. — Тебе, должно быть, интересно, где я пропадал? — немного виновато посмотрел он в стальные глаза. — Хотелось бы знать, — хмыкнул брюнет, смотря в сине-зелёные глаза. — Леви, ты ведь наверняка знаешь о моей жизни в Германии? — Эрен скорее констатировал факт, чем спрашивал. — Ты прав. Я навёл справки. — Тогда всё будет ещё проще. Мой переезд в Йокогаму связан с моей…семьёй, — последние слово он произнёс так, словно не был уверен в его правильности. — Хочешь выяснить причину смерти отца? — предположил Аккерман. — Нет. Это выяснил Зик — сын отца от первого брака. В смерти Гриши нет ничего особенного. Сел пьяный за руль и не справился с управлением. — Ты говоришь это всё так, словно тебе наплевать, — немного удивился байкер. Тон Эрена, действительно, был холоден, а лицо абсолютно ничего не выражало. — В какой-то степени это так. Я не особо любил отца. Для меня он всегда был чужим человеком. С его стороны я никогда не получал ничего кроме страха. Гриша, как и все остальные, боялся моей способности. Единственной, кого я любил, была мама. Мои силы мне достались от неё, и она как никто другой понимала меня. Но в один далеко не прекрасный момент мне сказали, что мама умерла. И как бы я не пытался узнать причину её смерти, у меня ничего не получалось. Возможно, я бы ещё долго бился бы головой об стену, но потом я вспомнил, что у мамы была личная помощница, которая после её смерти тут же уехала в Японию. — Ты нашёл её? — Да. Мне помог господин Дазай, — при упоминании имени этого суицидального идиота Леви сжал губы. Эрен на это улыбнулся и чмокнул его в нос: — Ревнивый идиот! — Что было дальше? — Дальше? — глаза парня резко похолодели, а Аккерман почувствовал, как в спальне словно сгущаются тени.– Дальше я узнал, что моя мама покончила с собой. Отца пугали наши силы, и он решил от них избавиться. Ставил эксперименты на своей жене, ни капли её не щадя. И в один день мама не выдержала. Речь Эрена была безсвязной, он говорил резко, отрывисто. Как будто удерживая себя от чего-то, он встал с кровати и подошёл к окну. Наверное, боялся причинить Леви вред. Сам же мужчина задавался одним вопросом. Йегер приехал в Японию для того, чтобы узнать правду о смерти матери, и он это сделал. Теперь ему здесь нечего делать, и он, скорее всего, вернётся домой, в Германию. От одной этой мысли байкеру стало невыносимо больно. И он уже хотел задать этот вопрос Эрену, но тот заговорил сам, всё так же стоя у окна и не смотря на Леви: — Я приехал в Японию только затем, чтобы узнать правду. У меня не было цели остаться здесь на долго. Я и с господином Мори встретился-то случайно. — Значит, ты теперь уедешь? — голос брюнета предательски дрогнул. —Знаешь, Леви, я всё никак не могу понять, почему я решил тебе тогда помочь? — Потому что ты тот ещё добряк? — хмыкнул Аккерман, немного удивляясь этому вопросу. Эрен рассмеялся. — Леви, не хочу тебя расстраивать, но я совершенно не такой. — Как…? —А вот так. Я не особо люблю людей. Не за что мне их любить. Поэтому тогда, когда увидел тебя в той подворотне, я хотел просто пройти мимо, но что-то меня остановило. В тот вечер, придя домой, я ещё долго удивлялся, почему моя сила на тебя не сработала? И только потом я понял, что мне…понравилось? Да, мне понравилось чувствовать себя бессильным в твоих руках. Понравилось, что в кои-то веки боялись не меня, а я кого-то… Ты, наверное, считаешь меня психом? — Нет, –Леви сел и заварожено уставился на Йегера, который скрестил руки на груди и облакотился на стену. Этот Эрен был ему не знаком. Но от этого он не переставал быть крайне нужным Аккерману. — Тогда ты должен знать, что всё это время я просто прикидывался добреньким тихоней. —Но зачем? — Затем что, — парень подошёл к кровати, сел на пол возле ног мужчины и положил голову ему на колени, — я влюбился. Сначала я не знал как к тебе подступиться, а потом тот случай в библиотеке. Чёрт возьми! Я и помог той девчонке только потому, что хотел посмотреть, станешь ли ты ревновать.Вся эта история с «научить общаться с людьми» тоже была только для того, чтобы проводить с тобой больше времени. — Эрен, — мужчина незнал что сказать. С одной стороны, ему было обидно из-за лжи парня, а с другой… — Леви, за эти два месяца я понял, что только рядом с тобой я начал чувствовать вкус жизни. И если ты позволишь, то я хотел бы навсегда остаться рядом с тобой! Я люблю тебя! — Я тоже тебя люблю, двуличный придурок! Последовавший за этими словами поцелуй был сладок от сбывшихся надежд. Каждый из них понимал, что в дальнейшем им придётся нелегко, но оба были готовы к трудностям. И пусть кто-то скажет, что настолько сильная любовь не могла появиться за два месяца, и что скоро они разойдутся как в море корабли. Им плевать! Только в объятиях друг друга они смогли найти радость жизни. В скором времени на руке Леви появилось такое же крыло как у Эрена. Эти крылья символизировали,что из хозяева,как и они сами, друг без друга просто не на что не годны, а вместе способны взлететь. Вот так и закончилась история одного байкера, который не умеет пить, и недо-тихони. Хотя нет, вру! Для них всё только начинается!