Fairy's tale

Звуковые волны новейшего аудиостимулятора бились о стены главного чат-зала виртуального клуба «Fly». Группы наиболее активно общавшихся пользователей сидели за широкими столами, в полумраке мерцая множеством светоотражающих деталей одежды, элементов аватаров и коктейлей невозможных в реальности расцветок. Новоприбывшие гости одиноко слонялись меж них, и либо оседали в какой-то из компаний, либо уходили в отдельные менее шумные комнаты, либо сразу подходили к владелице заведения за особым меню. Она же сама порхала над залом подобно фее на изящных мушиных крыльях. Почти все нынешние посетители были завсегдатаями, поэтому она не следила за ними — каждый имел приличный счёт на аккаунте клуба, более половины — VIP доступ, а некоторые особые ценители лично поставляли ей свежие голообразы для приватных симуляций. Но был среди них один новенький, и последние полчаса она почти неотрывно наблюдала за ним, параллельно пытаясь отследить его историю в сети. Загадочный пришелец был словно из ниоткуда. Его вид — низкий, почти карликовый рост, строгий тёмно-зелёный костюм без ярких деталей и столь же зелёный цилиндр высотой в треть его роста, вполне сочетался с именем пользователя Space_Leprechaun_99, и явно намекал на то, что от такого персонажа можно было ждать чего угодно. В самом деле, хозяйка уже готова была забанить его просто так, но пока он не дал ни единого повода — просто сидел, забравшись с ногами на индивидуальный столик, и изучал особое меню, с пристрастием разглядывая голообразы с разных ракурсов. Наконец он, похоже, нашёл то, что искал, и подозвал её жестом ладони. — Классный аватар. Ты как фея, — сказал он противным писклявым голосом. — Ну я и есть фея, — хозяйка заведения нервно хмыкнула и указала на ник FlyFairy над своей головой. Ей не нравилось, когда пользовали пытались заговаривать лично с ней. — Ты что-то выбрал? — Я первый раз в интернете. Тут всё так… чудесно, — сказал он, натянув широкую улыбку. — Знаешь, те, кто в интернете первый день, обычно не заходят в такие клубы, — отметила она с подозрением. — Тебе кто-то порекомендовал? — Нет. Я пытался отследить кое-что. Одну нежелательную утечку. И преуспел, — он развернул голограмму с открытым в ней голообразом, обозначенным в меню как «умирающий лебедь», выглядящим как иссохший старик, лежащий в розовой мраморной ванне с лепестками роз. Фея изумлённо скривилась — этот образ явно добавил кто-то из её помощников без её одобрения — судя по дате всего пару дней назад. Но, несмотря на специфичность, этот образ опробовали уже два десятка желающих. — Оу. Ты… хочешь трахнуть деда? — спросила она, не удержавшись от улыбки, вглядываясь в образ, с каждой минутой всё более чувствуя, что где-то уже видела это лицо. — Насколько я понял из описания политики этого клуба, вы либо берёте у людей согласие на использование их образов, либо платите последующую компенсацию тем, чей образ был снят без согласия. Этот образ был снят без согласия и точно не получил никакой компенсации. — Вот же дырявый файерволл… — тихо выругалась фея и быстро отправила вызов одному из помощников. Тот тут же материализовался перед ней в воздухе в виде уменьшенного аватара. — Сатир, откуда ты взял этого голого деда? — Да мне его просто на почту скинули. А что? — Дурные твои микросхемы. К нам проверка пришла! — Дырку мне в купол… — Проваливай. Я разберусь, — она развеяла аватар коллеги взмахом руки и вернулась к спокойно ожидавшему лепрекону. — Что ж. Пожалуй, произошло некоторое недопонимание. Но скажу сразу, что однажды попавший в интернет образ не получится запретить или удалить. Ответный протест общества против его свободы вызовет обратный эффект. Поэтому… давайте договоримся о компенсации. За двадцать использований… — Ваш клуб, — перебил её гость. — В качестве компенсации я заберу его. — Что? Не-ет. Нет-нет. Исключено. — Вы использовали образ мёртвого человека, — лепрекон закинул ногу на ногу. Фея похолодела изнутри, резко осознав, что просчёт Сатира был куда глобальнее, чем просто неумышленная кража данных. — У вас есть выбор — сдаться мне или же разбираться с комиссией по делам усопших. Как думаете, что светит вам и вашим клиентам за, — он помахал ладонями в воздухе, — все эти действия… с трупом высокопоставленного человека? Им будет очень интересно, откуда у вас такие свежие кадры. Он на них ещё даже не остыл. А значит — их снимал убийца. Из-за широких полей цилиндра было не разглядеть его глаз, но противная широкая улыбка лепрекона была видна очень хорошо. Фея выругалась мысленно всеми известными ей ругательствами, и всё её дружелюбие исчезло. Она направила команду блокировки пользователя на лепрекона, но та не возымела эффекта. — О. Я тоже так могу, — он хлопнул в ладоши, и в следующую секунду хозяйка клуба вскрикнула, резко ощутив гравитацию, вжавшую её в поверхность кровати. Она вскрикнула ещё громче, обнаружив, что её полностью выбросило из виртуальной реальности. Вместо «Fly» над ней был лишь потолок личных апартаментов, а под ней — кровать и толстые кабели, оплетающие подключенное к интернету тело. Она пощупала церебральный порт — тот был активен, и контакт ничто не нарушало. На настенном мониторе все её биопоказатели были в норме, поэтому было лишь одно объяснение тому, что её отключило — у лепрекона каким-то образом было уникальное право заблокировать её доступ в интернет. — Ох, радиокоррозия… — она вытащила кабель из затылка и с минуту моргала и жмурилась, привыкая к физической реальности. Затем столь же постепенно сняла с себя датчики. — Этого просто не может быть, — она мотнула головой, параллельно прочёсывая пальцами спутавшиеся чёрные кудри, и снова выругалась на приступ подступившей тошноты — за несколько часов непрерывного сеанса игры тело успело проголодаться. Заливая в себя безвкусную питательную кашу, она перебирала команды на наручных часах — её обычные обходные пути также были заблокированы. Неизвестный не просто отключил её — он закрыл любой доступ через конкретный церебральный порт, не позволяя войти даже под другим аккаунтом. Вызовы с личных устройств, к счастью, всё ещё были доступны, и некоторое время она пыталась отправить вызов или хотя бы текстовое сообщение загадочному лепрекону, но сеть не позволяла совершить подобное действие — очевидно, связаться с этим пользователем можно было только с его особого разрешения. Смирившись, она нехотя написала подруге, администрировавшей сектор сети, в котором находился «Fly», предвкушая неприятный диалог. — О, Иига, — на настенном экране появился аватар в виде инсектоида с коричневым хитином. Раздвинутые мандибулы на муравьином лице изображали улыбку. — Я тебя ждала. — Что, новости разлетаются быстрее света? — Ага. Посетители твоего клуба заспамили меня жалобами. А я говорила, что ты однажды нарвёшься. — Ты можешь мне сказать кто этот Космический Лепрекон? И… что он сотворил с моим портом? Откуда у него такие права? Ведь даже ты не можешь забанить меня настолько глухо! — Да-да. Он отрубил твой порт. И закрыл доступ к клубу. Да так, что несколько человек застряли там и не могут выйти. Я понятия не имею, кто он, но с его уровнем он может отрубить вообще всю сеть. Если захочет. Я знаю только одну машину, с которой можно получить такой уровень допуска, и ей не пользовались уже больше десяти лет. — Скажи мне, где она, и я свалю. — Это какое-то уединённое место в горах, прямо у края пустоши. Частная земля. Ты туда не полезешь. — Ты недооцениваешь моё упорство, Скита. Кто бы ни был этот придурок, я не позволю не пойми кому отбирать дело моей жизни! — Пф, тебе и двадцати ещё нет, другое найдёшь, — мандибулы собеседницы насмешливо задёргались. — Ладно, я вышлю тебе координаты. А теперь отстань, мне из-за твоих ошибок весь вечер разгребать это дерьмо. Счёт тебе потом выставлю. — Все мои эси остались на сервере клуба. — Что ж, может у этого лепрекона будет горшочек с золотом? — Пошла ты, — прошипела Иига и через вспышку досады с трудом отправила команду завершения вызова. К счастью, удалённые команды её порта под блокировкой не оказались, но беспроводная сеть даже близко не могла потянуть виртуальную реальность. Она посмотрела на карту. Нужный ей дом и правда стоял практически посреди нигде, окружённый выступающими из холмов скалами столь аккуратной формы, что можно было предположить, что они были стенами кратера от взрыва мощнейшей бомбы. Единственным видимым подходом к особняку была долгая дорога через холмы, никем не проторенная — желающих тащиться пешком через зону, близкую к заражённым землям вряд ли находилось много. Она и сама успела усомниться в том, что была на это способна. Но вспоминая о том, как многого за одну секунду ее лишили, она чувствовала прилив злости и сил. Её ноги не привыкли к ходьбе — при столь малой активности лишь ввиду молодости организма они до сих пор не начали атрофироваться, как у многих заядлых игроков, годами не покидавших своих апартаментов и организовавших все для того, чтобы сделать возможным вечное пребывание в сети. Иига и сама намеревалась однажды сделать это с собой, но для этого нужно было сперва заработать достаточно эси. Три года существования клуба «Fly» пока принесли ей лишь четверть необходимой суммы, и та, возможно, была навсегда утрачена. Навесной поезд доставил её настолько близко, насколько она могла позволить себе — в район ее цели шла лишь элитная линия, проезд на которой стоил почти пятьсот эси. Дальше ей пришлось идти несколько дней из города в город, останавливаясь в комплексах жилых апартаментов, где ей предоставлялись законные бесплатный ночлег и пища. Она никогда не думала, что ей доведётся уйти так далеко от дома и ощутить на своей коже реальность расстояний, которые железная дорога позволяла покрывать за минуты, но поначалу кажущиеся неодолимыми трудности лишь толкали её вперёд. Заряжавшиеся от солнца часы указывали направление, но не всегда указывали обходные пути, из-за чего путь от города до города становился дольше и утомительнее. Финальный рывок был самым сложным — между ближайшим населённым пунктом и её целью было больше десятка километров по пересечённой местности. Уверенность её почти дрогнула под напором обстоятельств и постепенно охватывавшего девушку отчаяния, по мере того как осознание столь резко произошедшей катастрофы доходило до неё. Несмотря на все насмешки Скиты клуб действительно был делом её жизни после того, как её создатели, тратившие всё своё время на верную службу Swan Energetics, разочаровались в идее иметь живого мыслящего ребёнка и отпустили её в свободный полёт, лишь изредка связываясь с ней, чтобы убедиться, что она в порядке. Конечно, политика компании не дала бы ей остаться без средств к существованию, но со стандартной ежемесячной порцией эси копить на игровую станцию с аппаратом жизнеобеспечения пришлось бы десятки лет. Подъем по холмам окончательно убил её легкую обувь, и конец пути она уже ползла на четвереньках по корягам и камням, покрытым выгоревшей на солнце травой. Когда над ней нависла тенистая зелень, Иига просто упала и долго лежала, вдыхая приятный влажный запах. Здесь трава была напитана водой и ощущалась сказочно мягкой — такой мягкой, что в летний день на ней можно было уснуть. Но она не поддалась искушению и заставила себя снова встать, сняв то, что осталось от обуви и утопив ноги в этой прохладной мягкости. Перед ней среди деревьев виднелась стена здания. — Да неужели я дошла до конца радуги, — она активировала на наручном браслете карту и сверилась — цель была прямо перед ней. — Давай, Убер. Ты сможешь. Ты всё сможешь, — повторила она себе, почувствовав новую волну тревоги. За время пути она успела растерять все громкие слова, которые хотела сказать дерзкому лепрекону. Если поначалу она прокручивала множество сценариев в голове, то потом усталость постепенно вытеснила все прочие мысли. Она пришла выяснять отношения с незнакомцем из интернета, но прямо сейчас больше всего на свете хотела принять холодный душ и выспаться. На пути к зданию она заметила по правую руку небольшой пруд, который явно знавал лучшие дни, однако для неё он был диковинкой — там, где она жила, пейзажи в основном состояли из выгоревшей на солнце травы, камней и кактусов. Со стороны воды доносился звук плеска, но лишь подойдя ближе Иига смогла различить среди окружающей зелени фигуру человека, запускавшего камешки. Он был высоким и болезненно тощим, одет в зеленоватую униформу репродуктивного центра, а его бледное лицо утопало в лохматых ярко-зелёных волосах. Его внешность была достаточно необычной — такие большие губы обычно не встречались у людей с белой кожей, а значит за такую комбинацию генов его создатель должен был бы выложить немалую сумму. Остальные его черты терялись в волосах, за которыми он словно нарочно пытался скрыться. Слишком неухоженный для богача вид и униформа наводили Иигу на мысль, что перед ней был кукушонок — один из тех детей, которых их создатели отказались оплачивать, отчего за неправомерностью их убийства их вынуждали отрабатывать долг за своё рождение перед репродуктивным центром в течение всей оставшейся жизни. Обычно они никогда не покидали его стен, и потому видеть здесь одного из них было странно, и Иига допускала, что её догадка была неверной. Но отчего-то она точно была уверена, что именно этот молодой человек был причиной её появления здесь. — Ну привет, космический лепрекон. — Фея, — ответил незнакомец невнятным сиплым голосом, в котором проскальзывало что-то совсем детское. — Ты совсем не отличаешься от своего аватара. — А вот ты не похож на рыжего карлика. Но определённо любишь зелёное. — Как ты сюда попала? — спросил он с вялым удивлением. — Я думал, на территорию можно войти только по приглашению. — Куда — сюда? Я не заметила запрещающих знаков на своём пути. Хотя… предположу, что мало кто захочет тащиться через холмы, — она обернулась в сторону пути, которым пришла — отсюда просвета в скалах даже не было видно. Лепрекон явно жил не здесь — иначе бы точно рано или поздно его нашёл. — Я сама от себя не ожидала, что доберусь. — Это, — он сделал круговое движение рукой, — резиденция Свона. — Свона… — на несколько мгновений Иига замерла, выкладывая в голове логическую цепочку, и когда этот процесс завершился, она вытаращила глаза на странного юнца перед собой. — То есть… Того самого Свона, который глава Swan Energetics и вообще нахрен всей земли, по которой мы ходим? — Вау. Да он крутой, правда? — на больших губах появилась ухмылка. — Теперь ясно, откуда у тебя мастер-доступ, — резко вспомнив причину своего нахождения здесь, Иига преодолела расстояние до него и встала перед ним, уверенно заглянув в глаза. — Верни мне мой клуб, кукушонок! — Или что? — меланхолично спросил незнакомец, и его реакция явно подтверждала — догадка была верной. И это сильно осложняло ситуацию — было сложно как-то угрожать тому, чья жизнь и так была худшей из возможных на территории Swan Energetics. Кукушата это знали и потому ничто и никогда не мешало им проявлять во всей полноте их скверный характер — иного у них в таких условиях и не могло быть. — Или… — Иига подняла палец в воздух, на ходу придумывая хоть что-то, что она могла бы противопоставить ему здесь и сейчас. Объективно — у неё не было шансов, но она была слишком зла, чтобы просто взять и уйти после всего проделанного пути, — я тебя стукну! Честное слово! — Валяй, — он выпрямился во весь свой несуразно длинный рост. Иига нахмурилась — его лицо было слишком высоко, чтобы дать эффектную пощёчину. Она замахнулась и ударила его в живот. Он не среагировал, словно не чувствовал боли вовсе, а вот у неё от удара тут же заныла рука. Но она не сдалась и ударила ещё и второй рукой — все также безрезультатно. — Да ты что, железный? — выпалила она, попытавшись ударить в другие области тела. В какой-то момент оппонент вдруг резко переменился в лице и толкнул её в грудь. Её тут же отбросило на несколько метров и она оказалась посреди пруда. — Ой. Не рассчитал, — меланхолично констатировал он, взглянув на свою ладонь. — Ох, радиокоррозия… — прошипела Иига, брезгливо созерцая свою одежду, изрядно истрепавшуюся за время пути, а теперь ещё и мокрую. К счастью, в остальном от падения пострадала только её гордость. Переведя взгляд на собеседника, она увидела его протянутую руку. Очевидно он предлагал ей помощь, но она отмахнулась и прошла мимо, нарочито мотнув головой и обрызгав его водой с волос. — Интересно, знает ли мистер Свон, что по его частным владениям ошивается такой мерзкий мальчишка? — Нет. И не узнает, — меланхолично ответил он. От равнодушия в его голосе по спине Ииги пробежал холодок. Или же это были капли воды. — Охренеть, как тебе жизнь не дорога. — Ага, — его большие синеватые губы скривились. — Ты наверное хочешь принять ванну? — Ага. И поесть. И поспать. Найдётся же в этом огромном доме где поспать? Я сюда пять дней тащилась, и все только для того, чтобы ты меня размазал. Глупо вышло. — Ты шла пешком? — на лице мальчишки наконец-то отразилось нечто похожее на искреннее удивление, но почти сразу исчезло. — Ничего себе. Ладно. Пошли. Он провёл её внутрь особняка — слишком большого для одного. Внутри царили тишина и пугающий порядок — этот парень явно не был из тех, кто вламывается в дома богачей чтобы устраивать дружеские попойки. Либо же он умел убираться так, чтобы не осталось и следа от его присутствия. Но так или иначе — именно он каким-то образом подключился к мастер-креслу. — А тебе вообще сколько лет? — полюбопытствовала она. — Пятнадцать. — Врёшь. Церебральный порт разрешают вживлять не раньше шестнадцати! Да и… откуда у тебя на него деньги? — Бывают исключения, — он указал на открытую дверь. За ней пахло свежестью и чем-то цветочным. — Вот. Можешь помыться. — Я что, реально помоюсь в ванной самого Свона? — она сунулась внутрь, повиснув на дверном косяке. — Погоди, а как тебя хоть зовут? Я Иига. Это значит «муха» на… — она запнулась, так и не вспомнив названия страны, в числе прочих сотню лет назад исчезнувшую с карты мира, — каком-то из древних языков. — Я Айзек. Вроде, это означает «смех». — Ты не похож на того, кто часто смеётся, — Иига хмыкнула и зашла. Ванна была отделана розовым мрамором, и это тут же вызвало в ее памяти ассоциацию. И чем ближе она подходила к полупрозрачной ширме, за которой скрывалась купальня, тем больше осознавала, что это то самое место, с которого была снята голограмма мертвого старика. Она замерла, когда ее ноги ступили на сухие лепестки роз, все ещё разбросанные на полу. Отдёрнув ширму, она уже почти готова была увидеть мертвое тело, но ванна оказалась пуста. Несколько секунд в девушке боролись страх, отвращение и усталость, и последняя победила. Сбросив уничтоженную путешествием одежду, Иига села под душ. Ее первичная цель все-таки была достигнута, а об остальном она подумает завтра. Она позволила себе некоторое время просто полежать, расслабившись в мягкой горячей воде. Симуляции давали много возможностей для досуга, но в физической реальности она даже мечтать не могла о том, чтобы окунуться в подобную роскошь. Это было слишком приятно, чтобы беспокоиться из-за того, что в этой ванне совсем недавно кто-то умер. Кто-то, кто похоже был владельцем этого места. Она распахнула глаза от резкого осознания — конечно, мистер Свон не мог знать о том, что по его дому шарится какой-то мальчишка. Потому что он был мёртв, и с его умирающего тела кто-то снял голообраз и разбросал по интернету. — Радиокоррозия… — выпалила она и резко поднялась на ноги. Тут же из-за перепада температур ее голова закружилась. — Ох, нет… — воскликнула она, жалея о столь неосмотрительном действии и теряя равновесие. От опасного падения ее спасли руки Айзека, оказавшиеся намного крепче и сильнее, чем можно было решить по их внешнему виду. — Вот как-то так он и умер, — сказал он, отпуская девушку на пол, бережно придерживая, чтобы она не упала. — Такова официальная версия, которую приняла комиссия по делам усопших. Но они не знали о том файле, утёкшем в интернет — они вообще его не проверяли. Но здесь был кто-то, кто снял голообраз в процессе его смерти. А значит, он видел ее и не помог ему. А значит — он убийца. — Ух. Спасибо, что не дал мне разделить его участь, — Иига приложила ладонь ко лбу и села на край ванной. — Вот. Возьми, — Айзек подал ей небесно-голубой свёрток. Она встряхнула его — он оказался длинным легким халатом. — Оу, как заботливо. Надеюсь, ты не снял его с трупа. — Нет. Его вещи были бы тебе велики. — А ты что, его прислуга? — Нет. Прислугу я выключил. Этот робот вообще не помогает. Я… в центре E-Vita работаю. Распределяю ресурсы, слежу за ростом клонов… так что я умею понимать, кому какого размера выдать одежду. Но после его смерти меня пригласили сюда. И пока не выгнали. Мне здесь нравится. Тихо. И никаких детей. — Зачем кому-то приглашать сюда такого как ты? — Иига запахнула полы халата. Свеженапечатанный прохладный синтетический материал был очень приятен коже. — Без обид, но… ты реально чудик. Ни манер, ни целей… и выглядишь словно только что вылез из подземелья. Не лепрекон, а какая-то тварь из пустошей. — Он оставил мне послание, — Айзек кивнул на ванну. — Просил участвовать в расследовании его смерти. Убедиться, что убийца не несёт больше угрозы корпорации. Если мне удастся узнать что-то новое, комиссия меня выслушает. Ну или… по крайней мере сам старик успокоится. — А ты получишь прощение долга и свободу? Айзек ссутулился и спрятал глаза под прядями зелёных волос. — Вроде того, — ответил он после долгой паузы. — Слушай. У меня предложение. Ты вернёшь мне доступ в интернет, а я помогу тебе в нем разобраться. Ты явно не знаешь тонкостей. Переполошил своими поисками всю сеть! Так нельзя. — Ты права. Я действительно необразованный кукушонок. И многого не понимаю. Ты правда готова помочь мне? — Ты ни с кем не связан ни кровью, ни, очевидно, дружбой. Нет ни одной мыслимой причины, чтобы ты решил действовать против интересов покойника. Понятно, почему он выбрал тебя, — рассуждала Иига больше сама с собой, хотя объяснение все равно казалось недостаточным. Происходящее затягивало её как квест-новелла, в которой ей предстояло выяснить семейную тайну одной из самых влиятельных семей на планете. Ещё одна игра — а она жила ради игр. — Я помогу тебе. Если получу назад всё, что ты у меня забрал, и компенсацию за потерянных клиентов. — Договорились. Но сперва ты должна отдохнуть. *** Наутро Иига не сразу вспомнила, где находилась. Проснувшись в большой кровати, она долго щурилась на падавший в широкие окна свет. Помещение было аскетичным, выдержанным в бело-чёрной гамме. Даже портрет на стене, изображавший чуть более молодую версию старика Свона в компании похожей на него как близнец женщины, не выбивался из неё. — Уф, — она поежилась, чувствуя, как под белым утренним светом холод пробирался под одеяло. На аккуратном квадратном столике рядом с кроватью лежал свёрток. Развернув его, Иига обнаружила комплект одежды идентичный той, которая пострадала во время её путешествия. Даже новые туфли сели идеально. — Что ж, инвентарь ты подбирать умеешь, — довольно отметила она. Теперь о вчерашнем переходе через холмы напоминала только ноющая боль в икрах и маленькие саднящие ранки. Выйдя из комнаты, она пошла на звук, похожий на стандартный звук переключающихся голо-окон, и скоро вышла в большой зал, через который прошлым вечером проходила только мимоходом. Сейчас его ярко освещали лучи, падавшие через аркаду, окружавшую его с двух сторон — она нашла это довольно странным и избыточным архитектурным решением, очевидно служившим символом статуса владельца. Айзек сидел на небольшом круглом столе, возвышающимся из ниши в полу, окружённый множеством желтоватых голо-окон. Он то и дело смахивал в сторону одни, чтобы поставить перед собой другие, меланхолично изучая их содержимое. — Этот дом такой огромный, — озвучила она мысль, пулсировавшую в её уме последние сутки. Большая часть её жизни прошла в маленьких апартаментах, содержавших самое необходимое — кровать, уборную, синтезатор пищи и оборудование для подключения к сети, а особняк Свона мог вместить в себя таких по меньшей мере сотню. — Не представляю, зачем кому-то может быть нужно столько места. — Да. Дома в центре я в своей кровати-то едва помещался. А тут… чудесно просто. Только скучаю по друзьям. — Удивляюсь, что ты не позвал их потусоваться здесь, — Иига подошла к синтезатору пищи и начала листать меню. Выбор был столь впечатляющим, что она растерялась — возможно это был её единственный шанс в жизни попробовать что-то отличное от продвинутого стандартного набора питательных смесей, достаточных для поддержания здорового баланса веществ в человеческом теле и минимального вкусового разнообразия. В итоге она остановила выбор на каком-то непроизносимом названии, в описании которого обещалось, что это будет что-то похожее на натуральное мясо со сладким соусом. — Ты уже всё отсюда попробовал? — В смысле? — Ну… тут столько всяких вкусов. Я такого набора не видела даже на элитной задротской вечеринке в Сан-Диего, а там плата за вход была немаленькая. — Я ваниль люблю. — Да, чего ещё ждать от кукушонка, — получив блюдо из синтезатора, она подошла ближе к столу, на котором сидел Айзек, и только теперь разглядела, что он был практически полностью голым. И хотя она уже видела много обнажённых тел в материалах своего клуба, сейчас ей резко стало не по себе от открывшегося ей зрелища. У мальчишки был не только церебральный порт, установленный раньше допустимого срока. Всё его тело было покрыто шрамами, довольно свежими и не прошедшими никаких косметических процедур. Выглядело это так, будто парня буквально собирали по кускам — даже вокруг шеи на серовато-бледной коже было заметно розоватое кольцо. Но его самого, похоже, это нисколько не беспокоило — подобно своему аватару в симуляции, он сидел на столе в столь же вальяжной позе, попивая стандартный ванильный коктейль так, словно это было вино за тысячу эси. — Вау. Это… что с тобой случилось? — О чём ты? — Твоё тело. Ты как… монстр Франкенштейна. — Ах, это… — он провёл кончиком пальца по крестообразному шраму на колене. — Неудачно упал. — Ух. Это… в реале наверное ужас как больно. — Я в порядке, — он кивнул на её тарелку. — А ты — готова вернуться в сеть? *** Комната, выделенная в доме Свона под игровые кресла, сильно отличалась от остальных помещений. Если во всём особняке Иига в каждой детали интерьера ощущала незримое присутствие покойного старика, здесь явно приложил руку кто-то другой, более молодой и современный. Привычный ей полумрак освещали ряды мониторов, подключённые к двум креслам пусть и немного устаревшим, но всё ещё считающимися одними из лучших и наиболее комфортных моделей. Привыкшая входить в сеть из собственной кровати, что неизменно результировалось в затекание конечностей и боль в спине, Иига так и ахнула от восторга. Айзек, не ставший одеваться, подал ей кабель и быстро что-то ввёл на ручке одного из кресел. — Залезай. Доступ я тебе вернул, но пока только с этого устройства. — Хэй, да это похищение, — она рассмеялась и, приподняв копну чёрных кудрей, вставила кабель в разъём на шее. Перед глазами появилось привычное меню — доступ был восстановлен. В нетерпении она запрыгнула в кресло и нацепила на себя всё множество датчиков жизненных показателей, которыми оно было оснащено — куда больше, чем у неё когда-либо было. Лёгкий рывок — и её сознание провалилось в виртуальное пространство. — Ура, прощай гравитация! — прокричала она, оказавшись в привычном кубе буферной зоны. Её одежда сменилась на искрящийся костюм, облегающий всё тело, а из-за спины появились прозрачные крылья, тут же поднявшие её аватар над условной плоскостью. Другие команды ей пока были недоступны, но её переполняла радость уже от самой возможности воссоединиться с виртуальным аватаром, по которому за недельное путешествие она успела смертельно соскучиться. Притворство было излишне — она действительно была готова на всё, чтобы вернуть свой маленький мирок по ту сторону порта. Спустя минуту лепрекон возник рядом с ней. Рыжий карлик в зелёном едва вязался в её сознании с длинным тощим мальчишкой с исполосованном шрамами телом. — Даже не знаю, кто из вас более стрёмный — реальный или виртуальный, — сказала она. — Почему ты вообще выбрал такой образ? И почему… космический? — Это старая страшилка, — ответил он изменённым программой голосом, в который модулятор, очевидно, добавлял и фальшивые эмоции, отчего каждую фразу он озвучивал с явным переигрыванием. — Маленький кажущийся безобидным человечек, который перебил экипаж целого космического корабля. Он просто стоял и смеялся, а они визжали от ужаса. — Парень, похожий на грёбаного зомби, пытается пугать людей в образе милого волшебного карлика. Н-да. — Зомби это скучно. Все знают, чего ждать от зомби. А вот чего ждать от лепрекона… — Справедливо. За таким аватаром может прятаться кто угодно. — Ага. В интернете никто не знает, что я — кукушонок. Условное пространство куба вокруг них преобразовалось в привычный фее кибертуннель, по которому светящаяся дорожка понесла их в глубины интернета. — Куда мы идём? — К тому, из-за кого я здесь. Он тоже помогает в расследовании… немного. Совсем чуть-чуть. В каком-то смысле он его и начал. — Прекрасно. Квест начинается, — Фея потёрла ладони друг о друга. Кибертуннель резко стал почти непроглядно чёрным, после чего они оказались в локации, заполненной густым туманом, в котором мерцали зеленоватые огни. Лепрекон вызвал интерактивное окно и быстро ввёл какие-то данные. — Погоди, это что, кладбище? — Ты же говорила, что ориентируешься в интернете. — Да, но… я никогда не ходила на кладбище. Зачем вообще… — О, какая прекрасная юная дева, — раздался из глубины тумана низкий глубокий обволакивающий голос, и прямо перед феей из клубов чёрного дыма возникла высокая фигура старика Свона, ещё более бледного и угловатого, чем на развешанных по дому портретах. Он тут же схватил её руку тонкими длинными пальцами и наклонился, поцеловав костяшки. Над его головой тусклыми чёрными буквами было написано имя пользователя Hades. — Редкость среди моих гостей! — Приятно познакомиться, Аид, — она выдавила нерешительную улыбку. Конечно, она знала о таком явлении, как киберпризраки, но никогда не стремилась вступить в контакт с одним из них. Эти отпечатки некогда живых людей, застывшие в сети и переправленные на сервер кладбища, были лишь цифровыми тенями, сохранившимися после последнего входа человека в сеть. Они не способны были меняться, получать новый опыт и запоминать новые данные больше определённого короткого объёма, и проявлялись только тогда, когда кто-то вызывал их лично, существуя чуть более осмысленно, чем неигровые персонажи в ролевых играх. Однако, она слышала немало историй о том, как любители тайн и загадок часами зависали на кладбищах и слушали их рассказы. — Идеальный ник для… мёртвого короля. А я Фея. — Очень жаль, что не имел чести знать вас, пока был жив, — сказал призрак тягуче-сладко, сопроводив это широкой улыбкой. — Несомненно, я оценил бы… — Прекрати это дерьмо, старик, — проворчал лепрекон, решительно разбив его рукопожатие. — Ей девятнадцать. — Ах, это ты, чудной карлик, — Свон с неохотой взглянул на него, и его большие чёрные губы скривились уголками вниз. — Как так вышло, что мою смерть расследуют какие-то сказочные существа? — Что делать, если реальным людям на тебя насколько плевать, что не все даже в курсе, что ты сдох? — Грубый уродец. Что ты выяснил? — Никаких связей. Ни один из пользователей, получивших анонимное письмо с твоим телом, не мог находиться у тебя дома физически. Из сорока только двое активно пользовались услугами Valkoinen, но перетряхнув все их файлы и сетевую историю я не нашёл никакой связи с твоей сестрой. И никто из них не получал недавно денег. — Ух. Сорок? — воскликнула фея. — И ты всех забанил? — Нет. Только ты была настолько неразумна, чтобы попытаться забанить меня. — Радиокоррозия, — аватар феи аж заискрился от вспыхнувшего негодования. — Ладно, признаю, я импульсивная дурочка. — Она подозреваемая? — Свон резко свёл брови. — Нет. Скорее жертва, — смеясь возразил лепрекон. — Но уже моя. Так вот, старик, если это не была твоя сестра, то кто же мог убить тебя? — Я был бы уверен, что это крысы, если бы не факт утечки в сеть. Им с их анахроничными взглядами не пришло бы в голову скидывать мой образ на подобные ресурсы, и они уж точно не догадались бы замести следы. — Тогда у меня каверзный вопрос, — лепрекон картинно сложил руки на груди. — Такой старый… любитель юных красивых тел, как ты, случайно не обидел какого-то… ребёнка? Её возраста или даже младше? — Нет. Моё либидо прекрасно удовлетворяет робот. У него нет эмоций, желаний или каких-либо ещё проявлений личности, так что это совершенно законно. Однако… я не могу ручаться за то, чем занимался последние десять лет, как ты помнишь. — Ну да, ну да. Для тебя и Абель до сих пор жив. — А что, он мёртв? — по образу призрака пробежала заметная рябь, словно эта новость из мира живых оказалась достаточно необычной, чтобы всколыхнуть в нём эмоции, близкие к живому человеку. Правда в его случае это могло быть чревато общим фатальным сбоем. Вероятно, этого лепрекон и добивался в своём стремлении нашкодить везде, где мог. — Если бы он был жив, разве понадобился бы тебе я? — лепрекон мерзко захихикал и махнул рукой, прогоняя призрака обратно в цифровой лимб. — Значит, тебя нанял покойный Свон лично? Я думала, такое невозможно. — Мир полон чудес. Правда… теперь я не знаю, куда двигаться дальше. Я действительно проверил всё, что мог. Даже то, что не стоило. Всё идёт к тому, что комиссия была права и это несчастный случай. Но он в это не верит. И я тоже. — Как насчёт того, чтобы отследить источник тех писем? — предложила Фея. — Я уже пробовал, — проворчал лепрекон. — Не нашёл ничего конкретного. Все словно отсылались из ниоткуда. Каждый раз случайные точки входа. Но я осознаю, что моя… низкая осведомлённость ограничивает мои возможности. — О, это очень захватывающе, — фея улыбнулась, наконец-то почувствовав свою потенциальную полезность. Она сама не была экспертом по отслеживанию в сети, но знала, к кому с этим обратиться. — Я знаю пару ребят, которые могут помочь нам с этим. Только… если ты не успел их разозлить. — Что ж, — покровительственно протянул лепрекон. — Может ты всё-таки и получишь обратно свой клуб. *** — Случайные точки входа, — повторил длинный парящий угорь с парой тонких ручек вместо плавников. Его аватар выглядел очень большим — намного больше стандартного, потому фее пришлось взлететь высоко, чтобы видеть его розовое желеобразное лицо. Лепрекон парил рядом на переливающемся радужном облаке. — Весьма неплохой способ замести следы. Но отследить его возможно. Естественно — за некоторую плату. — Мистер Свон заплатит столько, сколько нужно, — уверил его лепрекон. — Ого! Сам мистер Свон! Надо задрать ценник повыше… — Остынь. Он мёртв, — фея развела руками. — А этот чудик завладел его горшочком с золотом. На время расследования. — О… оу. Это очень, очень плохо, — гипертрофированные черты угря заметно взволновались. — У него же нет наследника! — Почему тебя это вообще волнует? Просто сделай работу. — О, я-то сделаю, но… ай. Ты ещё слишком молоденькая, чтобы понимать такие вещи. Если его активы попадут в дурные руки, мы все окажемся в такой непроглядной заднице, что порадуемся, если небо не рухнет! — Да что нам будет. Мы живём в другом мире. А ты — вообще мозг в банке. — Этот мир зависит от электричества, питающего сервера, — угорь растопырил пальцы, затем сложил их вместе. — Электричества, которое поставляет Свон. Цепочка очень длинная, но если в самой её основе что-то сломается, всё остальное полетит в пропасть. Понимаешь, к чему я? — Дырку мне в купол… — фея нахмурилась, переполнившись неприятной тревогой. Она никогда не интересовалась тем, как функционировала реальность за рамками виртуальной сети с тех пор, как у неё появилась возможность сбежать в мир бесконечных игр. Она действительно была слишком юна и неопытна, и сейчас впервые столкнулась с тем, что даже самые далёкие от неё части механизма имели большое значение в общей системе. — И что же мы можем сделать? — Для начала давайте закончим расследование, — встрял лепрекон. — А потом уж будете оплакивать свой уютный мирок. Сколько времени потребуется, чтобы разобраться в точках случайного входа? — Дайте мне пару часов. Можете даже не отключаться. Я свяжусь с вами. Угорь растворился вместе с условными стенами своего обиталища. Фея и лепрекон остались стоять на виртуальном балконе, с которого открывался отличный вид на симулированное скучающим художником пространство сети. Совершенно бессмысленное с практической точки зрения — ведь в любую точку можно было переместиться просто введя код локации — но эстетически приятное. Отсюда даже видно было клуб «Fly», под неоновой вывеской которого висела неприветливая надпись «временно заблокированно». — Что-то мне совсем не по себе, — сказала фея скорее самой себе. — Неужели это всё и вправду может рухнуть… просто из-за смерти одного старика? — Понятия не имею. Хотя, возможно, мне немного проще — не думаю, что репродуктивные центры потеряют актуальность, пока люди не станут бессмертны. — А ты получишь от Свона что-то сверх компенсации своего долга? — Горшочек с золотом, который я спрячу под своей радугой среди прочих сокровищ, — лепрекон снова довольно захихикал. — А почему тебя это волнует? — Скажем, я привыкла по-разному говорить с людьми из разных социальных слоёв. Клиенто-ориентированый подход. — Разве он не подразумевает того, что все клиенты равны? — Да, равны, но некоторые равнее, — с улыбкой признала фея. — Ранее я была с тобой довольно груба, а если окажется, что ты мог принести мне пару лишних тысяч эси… — У меня даже счёта нет в финансовом анализаторе. Так что моё состояние можно оценивать в минус сто. — Но у тебя как минимум есть мастер-кресло. Уже стоит того, чтобы с тобой подружиться. — Подружиться? — Ну. Хотя бы немного. Ты может и кукушонок, но прямо сейчас ты — король интернета! Можешь войти в любую дверь и взять всё, что захочешь! — А чего я могу здесь захотеть? — спросил он без иронии, и его интонации сделались чуть более похожими на реальные. — Информация, игры, симуляции, общение — смешать, но не взбалтывать! Посмотри вокруг — отсюда потрясающий вид почти на всю сеть. Все её развлечения и преимущества. И прямо сейчас это всё — твоё. Лепрекон растянулся на своём радужном облаке, подперев руками голову, и долго блуждал глазами по вывескам сайтов и именам пользователей, пёстрой рекой протекавшей через этот условный мегаполис. — Я не могу положить это в горшочек и забрать с собой. Нужно постоянно быть здесь, чтобы что-то с этого иметь. А я не могу себе этого позволить. — Да ладно. У тебя есть порт, мастер-кресло и доступ к любой еде! — Но кто же тогда будет пересчитывать моё золото? — А ты умеешь увиливать от ответов. — А что, ты хотела бы быть моей наместницей? — лепрекон перевернулся набок и уставился на неё из-под шляпы. — Ты живёшь в сети и ценишь её блага. Можно сказать, ты выросла вместе с ней. И я думаю, ты могла бы сделать её ещё лучше, чем она есть. Так, чтобы ещё больше людей стремились здесь остаться. — Ты прикалываешься? — фея прыснула. Конечно, прямо сейчас её новый знакомый обладал огромной властью, но даже у неё должен был быть предел. Тем более в плане раздачи полномочий другим пользователям. — Я не хочу быть королём, но могу сделать тебя королевой. Просто подумай об этом. Прежде чем Иига придумала, что ответить, перед ней возникла уменьшенная копия угря. — Ваше ожидание было не напрасным. Мне есть, что вам показать. Они снова перенеслись под купол из сияющих экранов, под которым обитал Слик. Сейчас на нём отображалась карта территорий Swan Energetics на североамериканском континенте, пересечённая сеткой Swan Highway. — Точки входа были неслучайны, — начал говорить угорь, как только фея и лепрекон снова появились перед ним. Сорок красных треугольников тут же отметились на карте, и Иига заметила закономерность — абсолютно все из них попадали на навесную железную дорогу, либо же лежали очень близко к её узлам. — Я уже было подумал, что перед нами крутой хакер, а это… довольно уныло. Кто-то просто целый день катался на поезде и рассылал голофотки трупа. Я проанализировал время, и рассчитал его примерный маршрут. А ещё позволил себе проанализировать голограммы и нашёл кое-что любопытное, — он драматично сложил лапки замком. — Готовы послушать историю идеального убийства? — С удовольствием, — ответил лепрекон, поудобнее устраиваясь на облаке. — Это было раннее утро, — заговорил Слик в манере автора детективной симуляции. — Прохладное и чистое. Возможно даже птицы пели. На территории Свона же есть птицы? — Слик… — протянула фея, предчувствуя множество болтовни не по делу. Она любила игры, но нуарные новеллы были не в ее вкусе. — Пусть говорит, — возразил лепрекон на ее невысказанный протест. Угорь воодушевился. — Старик Свон проснулся в своей спальне и был… не в лучшем состоянии. Очевидно, долгая депрессия после смерти единственного сына сказалась на его внимательности и регулярности сна. Он встал, взял у слуги стакан тоника и выпил. Во сне он сильно вспотел, хотя в его спальне было прохладно — возраст, знаете ли, ужасные вещи делает с терморегуляцией. Так что первым делом он решил принять ванну. По данным домашнего компьютера, это для него довольно стандартный распорядок утра. — О, ты и в домашний компьютер смог влезть? — фея вскинула брови в легком изумлении. — Хорошая же у него безопасность. — Так вот, дальше и произошла трагедия. Тоник, который он выпил, совсем не взбодрил его. Скорее даже наоборот — допускаю, что вместо него в стакане был разбавленный регилиум. Он лёг в ванну… и больше не встал. Но вот какое дело… в ванной комнате нет камер. Только датчики температуры. И по ним можно заметить, как ванна постепенно остывает вместе с телом старика. Именно в этот промежуток времени был снят первый голообраз — тот, на котором Свон выглядит более-менее живым. — Он был не один? — спросила фея. — Нет. Неизвестный рассылал четыре версии образа. Существует ещё пятая версия, которая существенно отличается от остальных — её источник известен и вполне официален, это был пользователь Demeter. Предположу, что это её рука, — Слик указал на свободный участок купола, где появился кадр из голограммы. Рядом с мёртвым стариком на краю ванны была заметна бледная ладонь с чёрным маникюром. — Это кадр из четвёртой версии. Здесь он намного… мертвее, так как снят четыре часа спустя. — Так это была она, — мрачно оскалился лепрекон. — Она убила его. — Э, нет. Всё не так просто. Пятую версию она отправила в сеть намного позже. И до момента съёмки четвёртой версии она была очень далеко от места его смерти. Камеры дома и датчики температур также подтверждают это. Но мы забегаем вперёд, — огромный угорь развернулся к карте и подплыл поближе, встав на её фоне словно ведущий прогноза погоды из позапрошлого века. — Интересно, почему ты сейчас здесь, а не работаешь в комиссии по делам усопших? — поинтересовался лепрекон, слушая его с неподдельным интересом. Иига поймала себя на том, что почти совсем забыла, что он был неотесанным мальчишкой. Его тон стал спокойным и серьёзным, движения плавными, и даже нелепый аватар почти не портил это впечатление. — У меня с ними… не самая приятная история общения. К тому же я — заинтересованное лицо, — спокойно ответил Слик, расплываясь в улыбке. — Комиссия базируется на независимых территориях острова Гренландия, а я живу здесь и всецело поддерживаю Swan Energetics. И мне куда интереснее, кто же убил моего босса. — Пожалуй, нам это на руку. — Так вот. Первый образ попал в сеть отсюда, — он ткнул на пустое водное пространство в десятках километров от линии железной дороги. — Спустя полчаса после предполагаемой смерти Свона неизвестный поехал от его дома на юг и сдвинул точку входа максимально далеко. Если бы она была единственной, можно было бы решить, что она действительно случайна. Но ему явно очень не терпелось разослать это во все виртуальные бордели, так что он цеплялся за ближайшие спутники. С одной стороны он пытался скрываться, с другой — хотел, чтобы его отследили. — Хей! «Fly» — не бордель! — возмутилась фея. — Я называю вещи своими именами, — палец угря переместился ниже самой южной точки железной дороги. — Отсюда и из десяти точек далее был послан второй файл. А потом — он поехал на север. Но не домой к Свону а… вот сюда. Отсюда был послан третий. — Доминик, — произнёс лепрекон так мрачно, что его голос сделался похожим на голос настоящего Айзека. — Он приехал туда за мной. — О, так мы раскрыли дело? — спросила фея, чувствуя, что совсем потеряла нить. — Всё не так просто, — продолжал лепрекон. — Это робот. Он мог спрятаться от датчиков температур и камер, чтобы снять голообразы. Но он не может убить. Армия мира надёжно перепрошила старые машины. Однако… что если сестра смогла его перепрограммировать? — Маловероятно. Деметра не похожа на человека с высокой технической грамотностью. Сужу исключительно по её активности в сети. Её сфера это дизайн. Одежда, мебель, архитектура, картины… — Она глава компании Valkoinen. Их основной профиль — мебель и одежда. Это действительно её сфера. — Тогда вам следует допросить робота, — угорь развёл лапками. — Вся собранная мной информация будет доступна на вашем сервере. Если я обнаружу что-то ещё, непременно с вами свяжусь. — Сколько я тебе должен, Слик? — Нисколько, — угорь решительно махнул рукой перед собой и гордо выпрямился во всю длину. Его сияющие чешуйки затрепетали, пустив по телу переливающиеся волны. — Пусть это будет моим вкладом в благополучие Swan Energetics. — Это просто независимое расследование, — напомнила фея, немного удивлённая такой реакции. — Старика это к жизни не вернёт. — Сотню лет его семья обеспечивала нам благоденствие. Он заслужил хоть каплю справедливости. Прошу, дайте мне знать, если узнаете, кто убил его. — Я не забуду твою помощь, — лепрекон учтиво кивнул и, ничего более не сказав, отключился от сети. Фея растерянно посмотрела на пустое место рядом с собой и рассудила, что прямо сейчас будет разумнее последовать за ним. — Спасибо, Слик, — сказала она на прощание. — Всегда пожалуйста, фея. Кстати, кто этот лепрекон? Про него просто ноль информации. Однако поговорил с ним и прямо спокойнее стало. — Он просто противный мальчишка-кукушонок, который балдеет в пустом особняке Свона, пока его не выперли, — процедила она, качая головой. — А так он работает в репродуктивном центре, как и все кукушата. — Мальчишка? Сколько ему лет? — Говорит, что пятнадцать. — Прекрасно, теперь я мигом его найду. — Удачи, Слик. Отключившись, она почувствовала покалывание в чуть затёкшей спине. Это было несравнимо с тем, какие боли она обычно испытывала дома в своей кровати, когда ее тело часами застывало неподвижно, а в процессе игры и вовсе могло завернуться в позу эмбриона. Первым, что она услышала, был отчетливый звук рвоты и тяжелое дыхание, перемежающееся стонами и кашлем. Она обернулась — Айзек сидел во втором кресле за ее спиной в обнимку с посудой. — Ого. И часто у тебя так? — Я всего третий раз в сети… — простонал он, после чего снова сжал губы, резко наклонился к посуде и выпустил еще порцию жидкости. — А что, тебя никогда не тошнило? — Нет. Только гравитацией прижимает, а так… никаких серьезных побочек. Максимум лёгкое головокружение. Всё-таки не зря существуют возрастные ограничения на синтетические импланты. — Звучит так, словно ты хотела порт с двенадцати, но тебе не разрешали заботливые создатели. Это ведь мешает здоровому росту организма и… всё такое. — Твоя правда, кукушонок, — Иига чуть вздрогнула от столь меткого наблюдения. Она увлеклась происходящим в сети ещё будучи совсем юной, и чувствовала огромную обиду на создателей за то, что не могла погрузиться в неё полностью, как более старшие пользователи, и довольствовалась лишь экранным доступом или виртуальным визором. — Тем удивительнее, что ты… — У меня были особые обстоятельства, — перебил её Айзек, потирая затылок. Затем его лицо резко прояснилось, а на губах в полумраке отразилось подобие улыбки. — О, они приехали! Выплеснув рвоту в трубу переработчика, он спрыгнул с кресла, но очевидно продолжавшееся головокружение не позволило ему удержать равновесие, и сделав несколько неуклюжих шагов, он рухнул на пол. — Кукушонок, — Иига покачала головой. — Ты не ушибся? — Состояние восемьдесят, — он поднялся, стараясь сохранять невозмутимость, но едва выпрямившись снова пошатнулся. — Ой, нет-нет, семьдесят два… Иига поймала его за плечо, когда он совсем опасно наклонился вбок, и с трудом удержалась на ногах сама, почувствовав неожиданно большой для такого щуплого внешне тела вес. В попытках удержать равновесие, она не сразу обратила внимание на то, насколько неприятно холодной была его кожа. — Ох. Спасибо, — Айзек благодарно улыбнулся. — Это было не очень умно. И кто же к тебе приехал? Неужели ты всё-таки позвал потусоваться друзей? — Ага. Одеваясь на ходу, Айзек выбежал на улицу. Несмотря на продолжавшееся головокружение, он передвигался довольно быстро, и Иига с трудом поспевала следом. Когда она вышла из особняка, то успела разглядеть ещё одного человека в форме репродуктивного центра, которому он что-то ввёл на паде, и пару роботов-носильщиков. На берегу пруда стоял большой контейнер. Как только посторонние исчезли, Айзек приложил ладонь к считывающей панели, и стенки его опали в стороны. Иига удивлённо распахнула глаза, увидев его содержимое. Она не успела даже ничего предположить, но совершенно точно не подумала бы, что внутри ящика окажутся птицы. Пять больших белых птиц с длинными шеями. Оказавшись на свободе, они некоторое время расправляли и складывали крылья и нервно оглядывались, но завидев Айзека тут же неуклюже засеменили в его сторону и окружили. Он опустился на колени, и его лицо впервые за эти два дня озарилось радостью — такой искренней, какой Иига вообще не помнила на лице кого-то из своих реальных знакомых. — Что ж, я должна была догадаться, что только такие противные птицы могут быть друзьями такого противного мальчишки, — отметила она с усмешкой. — Тебе не нравятся лебеди? — спросил он с искренним удивлением, словно они были для него чем-то безусловно прекрасным. — Скажем так, — Иига хмыкнула, припоминая похожих птиц из далёкого детства, которое она, как и многие другие дети, выросшие на территории Swan Energetics, провела в одном из репродуктивных центров. Лебедь был символом всей корпорации, а там — ещё и живым воплощением торжества генной инженерии, только благодаря которой стало возможным воспроизвести виды животных, вымершие после Последней Войны. — В детстве один меня больно клюнул. А я просто хотела его погладить, — она несмело подошла ближе, сохраняя дистанцию около метра. Лебеди на мгновение повернулись к ней, но скоро снова сосредоточили внимание на Айзеке. Один из них даже взобрался ему на колени и обвил его шею своей. — О, Принцесса… я тоже скучал, — он осторожно обнял птицу в ответ, погрузив пальцы в перья на её спине. — Герцогиня, Виконтесса, не ревнуйте. — Ого. Не знала, что они могут быть так… дружелюбны. — Я растил их со стадии эмбрионов. Был первым, кого они увидели, появившись на свет. Так что… они практически мои дети. — Эх. А я-то уже понадеялась на весёлую тусовку, — протянула Иига с наигранной досадой. — Ты сама-то была хоть на одной? Вне интернета? — неожиданно спросил Айзек, продолжая с нежностью уделять внимание каждой из птиц. — А… не знаю. Нет. Я… вообще мало чего знаю вне сети. — Расскажешь что-нибудь? А то я… совсем недавно вышел за стену, — он поднял взгляд на просвет голубого неба меж крон деревьев. — С трудом представляю, какой он вообще — мир… — его счастливая улыбка вдруг растаяла, — которым правил мистер Свон. Иига закусила губу, проследив за его взглядом. Она действительно считала, что очень мало видела реального мира. Но, в сравнении с любым кукушонком, она была настоящей путешественницей. — Что ж, там… довольно красиво. Я видела города из высоток, обвитых зеленью, атмосферные купола… говорят, такие изначально строили на Марсе, а теперь защищаются ими здесь от ветров пустошей. Когда-то только под ними мы и могли выживать. Видела плантации… чего бы то ни было. Я никогда не могла позволить себе ничего оттуда, но эти стоящие в рядок деревья выглядят круто, — её губы невольно сложились в улыбку. Это были довольно давние воспоминания, почти растворившиеся в эмоциях бурной подростковой жизни, но всё же они были приятными. — Там здорово. Энергии хватает всем. Каждый делает что захочет. Ну или… то, что у него получается достаточно хорошо. В принципе, делать что-то вообще не обязательно, — она пожала плечами, вспомнив двенадцатилетнюю себя, отмахнувшуюся от всех профессиональных векторов, предложенных создателями. — Но тогда будет скучно. — Скучно? — Айзек склонил голову набок, и словно подражая ему, птицы точно также изогнули шеи, уставившись на неё. Это выглядело забавно, и в то же время немного странно. — Да. Сеть — одно из немногих доступных развлечений. А в реальном мире их… довольно мало. Мои создатели говорили, что мы должны работать на восстановление мира после Войны. Ну знаешь, той, что была сто лет назад. Говорили, что нужно сперва поработать, а потом уже думать, как развлекаться. Сейчас они облагораживают землю на восточном берегу. А мне даже думать о таком тошно. Так что… мы больше не общаемся. Но… ты не думай. Я не одна такая. Была бы одна — сеть бы не разрослась так за эти годы. И я бы не смогла на ней заработать. — Ах да. Твой виртуальный бордель, — Айзек усмехнулся. — Людям действительно это нравится? — Больше чем можно ожидать от тех, кто родился без естественного либидо, — отчего-то в её мыслях снова возник призрак старика Свона, лобызающий цифровыми губами её пальцы. — Кстати… а мы не будем опрашивать робота? — О. Точно, — Айзек снова помрачнел, рассеянно уставившись в пространство. — Нужно его включить. *** Робот-прислуга оказался миловидным юношей, одетым в откровенный наряд, брошенным на полу в подсобном помещении. Это была одна из старых машин — тех самых USR, которые во время Войны стали причиной невероятных разрушений и миллионов смертей. Ииге нетрудно было представить, как подобная машина обошла ограничивающие протоколы и убила своего хозяина, несмотря на заверения, что Армия Мира исключила подобную возможность. — А ты не боишься включать его? — спросила она, представляя, с какой лёгкостью этот робот мог убить их обоих прежде, чем они успели бы вскрикнуть.- Ледяные штурмовики конечно победили их, но мне как-то некомфортно. — Я вполне способен противостоять ему в бою, если придётся. Но подобного не должно произойти, — Айзек нажал на затылок робота. Тот встрепенулся и поднялся на ноги. В глазах загорелись красные диоды, а губы расплылись в жутковатой улыбке. — Благодарю, что реактивировали меня, — заговорил он приятным мягким тенором. — Как раз вовремя. Мне нужно подготовить… — Это подождёт до завтра, — резко перебил его Айзек, взглянув на свою гостью. Ииге показалось, что в его лице промелькнула какая-то новая эмоция, но она очень быстро спряталась в его слишком измученных для подростка чертах. — Сперва ответь мне на пару вопросов. — О, приветствую, госпожа Убер, — робот счёл нужным обратиться с приветствием и к ней, и ей было очень неуютно от того, что он знал её имя, какими бы ни были его источники. — Полагаю, вы помогаете молодому господину расследовать несчастный случай, произошедший с моим хозяином? — Да, и мы нашли кое-что интересное, — Иига картинно уперла ладони в пояс, стараясь вести себя так, словно они всё ещё были внутри детективной новеллы. — Зачем ты снимал его мёртвое тело? — Дела у Swan Energetics сейчас идут не лучшим образом, — говорил робот с механической невозмутимостью. — Смерть главы корпорации неизбежно приведёт к нестабильности в обществе и возможным массовым отказам от наших услуг. Я решил, что возможность виртуального совокупления с покойником привлечёт… финансовые вливания со стороны. — Весьма странный ход мыслей для робота. — Я специально запрограммирован служить семье Свон. Стабильное развитие и расширение влияния корпорации Swan Energetics — моя приоритетная задача. — И поэтому ты убил главу корпорации? — она задала вопрос, который должен был вывести потенциального виновника на эмоции, хотя это и было крайне нелепо в условиях общения с роботом. Но ещё более не по себе ей стало, когда — она была уверена в том, что увидела это — на миловидном лице на долю секунды действительно промелькнула настоящая человеческая злость. — Моя программа не позволила бы мне убить его. Это был несчастный случай. Однако я решил извлечь из его смерти максимальную пользу для корпорации. — Он был ещё жив, когда ты начал снимать его, — сказал Айзек. Похоже, от него тоже не ускользнуло то странное изменение. — Нет, молодой господин. Я прекрасно способен определить, когда живой организм пересекает состояние ноль. — Но до состояния минус пятнадцать человека ещё можно спасти. — Расположение резиденции не позволило бы медикам добраться вовремя. Это было бы бессмысленным вызовом. А я не запрограммирован оказывать первую помощь. — Ты просто стоял и смотрел, как он умирает, — Иига нервно засмеялась, чувствуя как приподнимаются волоски на её шее. — Хороший же ты слуга. — Свон завёл корпорацию в тупик. Мои расчёты говорят, что… — Заткнись, — снова перебил его Айзек. Его ещё мальчишеский ломающийся голос вдруг прозвучал неожиданно низко, но тут же снова охрип. — И займись уборкой. Подготовь всё… к завтрашнему дню. — Слушаюсь, молодой господин, — на лицо робота вернулась фальшивая приторная улыбка. — А что будет завтра? — Иига вопросительно взглянула на Айзека, который явно чего-то не договаривал и почему-то решил прервать допрос так ничего и не выяснив. — Завтра мистер Свон вернётся! — ответил за него робот и удалился выполнять свои обязанности. Иига вопросительно взглянула на Айзека, но его лицо стало таким мрачным, что она так и не решилась спросить его о причинах прекращения допроса. В конце концов — это было его расследование, и видимо он решил, что узнал достаточно. Взяв из синтезатора ещё один ванильный коктейль, он пошёл к выходу из особняка. Иига задержалась, пожелав попробовать ещё одно незнакомое название из местного меню. Это было похоже на игру в рулетку, и на этот раз ей выпал набор из разноцветных кубиков с овощными вкусами, политых солоноватым белым соусом. Блюдо было необычным и вкусным, но у неё не получалось сосредоточиться на нём. Быстро проглотив его, она вышла на улицу, и как и ожидала нашла Айзека лежащим на траве около пруда. Он не спал — лившийся с неба закатный свет отражался в его приоткрытых глазах, которых она прежде почти не могла разглядеть из-за скрывавшей их лохматой зелёной чёлки. Большие белые птицы уселись вплотную к нему, прижавшись телами, и положили на него шеи. — Так что же, у Свона всё-таки был наследник всё это время? — заговорила она, всё же озвучив один из беспокоивших её вопросов. — И мы… зря поднимали панику? — Да, — ответил он после долгой паузы. — Завтра утром здесь будет пресс-конференция со всеми главами отраслей, и он официально вступит в наследство. — А где он был всё это время? Почему он… не появился раньше? — Ты видела Абрахама. Он обожает всякую мрачную таинственность. Вот и пришло ему в голову спрятать наследника так, чтобы никто не мог найти его и убить прежде срока. И это сработало. И теперь, когда мы убедились, что смерть мистера Свона была лишь недосмотром робота, он может спокойно въехать в особняк. — И тебе придётся уйти? — Да. Я здесь больше не нужен, — он погладил одного из лебедей, устроившегося прямо у его лица. — Но зато они здесь останутся. И я… смогу их навещать. — Похоже, ты реально расстроен, кукушонок, — Иига осторожно протянула руку и коснулась его запястья, мысленно приготовившись, что птицы снова воспримут её как угрозу. Но они даже не шевельнулись в её сторону. Айзек сжал её ладонь в ответ. — Ты можешь поехать со мной. Ты ведь теперь свободен, верно? — предложила она, неожиданно для себя самой почувствовав желание получше узнать своего нового знакомого, которого теперь, вероятно, она больше не будет иметь возможности увидеть. — Я бы нашла тебе апартаменты. Не очень просторно, но много ли нужно? Я бы заработала тебе на кабель, чтобы играть вместе. — Нет, — ответил Айзек почти шёпотом. — Я не могу. — А я? Может мне лучше уйти сейчас, пока этот новый Свон не появился? — Уже почти ночь. Куда ты пойдёшь без единого эси на счету? — спросил он. Она кисло взглянула в сторону проёма в скале. Прямо сейчас ей действительно совсем не хотелось проделывать долгий путь обратно. — Иди спать. А завтра получишь горшочек с золотом. Я гарантирую это. *** Её разбудил вибрирующий сигнал наручных часов. Кто-то очень настойчиво пытался с ней связаться. Она не глядя нажала на кнопку ответа, и над голопроектором всплыло крошечное изображение угря. — Слик? Который час? — Утро! Иига, ты должна это видеть! — Что такое? Мой клуб открылся? — Ты ведь всё ещё в особняке Свона? Включи продвигаемую трансляцию! — Радиокоррозия… — выругалась она и переключила голоэкран. С продвигаемой трансляции на неё смотрел мистер Свон — молодой, но в остальном — точная копия своего предшественника — светлые аккуратно зачёсанные назад волосы, уверенный строгий взгляд, низкий обволакивающий голос и стильный чёрный плащ с пернатыми наплечниками. Он отвечал на вопросы журналистов о вещах, в которых Иига почти ничего не понимала, так, словно был неигровым персонажем с большим списком заготовленных ответов. Единственным фактором, оживлявшим его речь, был кашель, на который он периодически прерывался, раздражённо жмурясь и отворачиваясь от камер. Похоже у наследника энергетической империи тоже было не всё в порядке со здоровьем. Однако Иигу куда больше заинтересовал вид позади него — похоже, Свон стоял прямо на крыльце своего особняка, а значит — был прямо здесь. А значит — Айзек уже ушёл отсюда, и даже с ней не попрощался. — Вот же… кукушонок. Никаких манер, — с досадой выплюнула она и быстро начала одеваться. Раз Свон стоял у входа, она могла выйти через аркаду главного зала и пробраться через лес к проёму в скале никем не замеченной. Но она решила поддаться искушению и в последний раз воспользоваться местным синтезатором пищи. На этот раз её выбор пал на имитацию лепёшек с кленовым сиропом. Дождавшись лакомство, она оперлась о стол и нервно уплетала этот роскошный по её меркам завтрак, то и дело оглядываясь в сторону входа, откуда мог появиться в любой момент новый владелец этого места. Никто не говорил ей, что она не имеет права быть здесь, но она сама не чувствовала себя в праве и совершенно не знала, что могла бы сказать в лицо столь влиятельному человеку. Сильные мира сего были чем-то слишком недосягаемо далёким в её представлении, чтобы просто так с ними говорить. Однако бдительность её подвела. Когда она, пережёвывая последний кусочек лепёшки, снова взглянула в сторону главного входа, она вдруг обнаружила, что мистер Свон, приблизившись совершенно бесшумно, стоял прямо над ней. Она вскрикнула и от резкого вдоха поперхнулась. Закашлявшись, она успела подумать о том, что выглядела настолько нелепо, что готова была умереть на месте от стыда за то, какой она предстала перед молодым наследником. Он несколько секунд молча смотрел на неё, затем хлопнул ладонью по спине. Это помогло выплюнуть попавший не в то горло кусок, но удар был столь тяжёлым, что она не удержалась на ногах и упала. — Ой. Извини, — сказал он и пару раз громко кашлянул в кулак. — С-с-с-спасибо, — заикаясь выдавила из себя она, обуреваемая противоречивыми эмоциями. — Я с-с-сейчас п-п-пойду, я у-у-уже… — Всё в порядке. Ты ничего не нарушила, — он спокойно подал ей руку, и Иига нерешительно приняла его помощь, поднимаясь на ноги. — Ох… хорошо… радиокоррозия… — она помотала головой, чувствуя, как кровь приливает к щекам. Молодой Свон был таким красивым и величественным, словно сияющим в лучах новообретённой славы, что ей хотелось хоть на малый процент соответствовать его обществу, но совершенно не получалось, и она невольно вспомнила о том, как легко и спокойно ей было в компании кукушонка, ещё более никчёмного, чем она. — М-м… мистер Свон, а… а вы не видели тут… парня с зелёными волосами? Такой… высокий, тощий… Светлые брови Свона дёрнулись вверх, а большие губы разошлись в широкую улыбку. — Да. Он попросил передать вам это, — в его длинных тонких пальцах будто по волшебству появилась крупная монета и упала в ладонь Ииги. Она не удержалась от улыбки — всё-таки ей досталось немного лепреконьего золота. Подарок даже на вес вызывал ассоциацию с благородным металлом. На одной его стороне была вытравлена буква S с парой схематичных крыльев, а на другой располагалось крепление, подразумевающее возможность прицепить её к одежде. — И… что это значит? — спросила она, продолжая глупо улыбаться. — Теперь через ваш порт можно получить мастер-доступ с любого устройства. — Свон многозначительно кивнул. — Ни в чём себе не отказывайте. Пусть в сети будет весело. — Вау. Это… — она нахмурилась, вращая монету в пальцах. Эмоции захлёстывали её так бурно, что она едва понимала смысл его слов. — Выход там, — Свон указал рукой в сторону главного входа, и в его голосе отчётливо послышалось раздражение. — Э… нет. Я не могу себе позволить главную линию. — Можете, — возразил он, снова широко улыбнувшись. — Ладно. Ещё раз… спасибо, — снова чувствуя себе глупо, Иига поспешила к выходу. Прямо напротив входа она впервые разглядела мост, ведущий к скале, в которой открылся вход в туннель. Под мостом на поверхности пруда медленно проплыли пятеро птиц и, когда она проходила мимо, повернули к ней головы. — Хей! — она остановилась и перегнулась через перила, чтобы последний раз взглянуть на лебедей. — Принцесса, Виконтесса, Герцогиня и… как там остальные? Он вас так и не представил. Так вот, передайте Айзеку, что… — Императрица и Маркиза, — перебил её из-за спины голос Свона, ставший уже совсем недружелюбным. — О да. Ухожу-ухожу, — она подняла руки и быстро забежала в туннель, ведущий к железнодорожной станции.