Златокрылая птица, что не способна взлететь.

«Совсем хрустальный мальчик снова боится провала..» Смотря в манящие солнцеподобные глаза напротив, Сяо не мог поверить, что кто-то действительно желает ему лишь добра. Он не был готов вновь доверится. В прежние времена его сломили, оставляя внутри множество шрамов, что постоянно саднили, напоминая о себе. Сейчас парень до жути боялся очередного предательства. Боялся вновь ощутить тот шок, когда столь дорогой человек поворачивается спиной, бросая до ужаса ледяным голосом фразу о прощании, выходя навеки из его жизни. Однажды ему сделали больно и теперь он не хочет повторения тех мук. Не хочет.. Но будет вынужден. Ведь эти золотые зрачки кажутся слишком добрыми, а улыбка слишком тёплой, настолько, что хочется выдать все свои внутренние переживания и просто оказаться в спасительных объятиях, в которых тот так сильно нуждался. «Свернувшись калачиком катается по полу и ждёт спасения..» Очередная бессонная ночь и очередная истерика. Слёзы градом стекают по щекам, хрустальными капельками падая на холодный пол, создавая в комнате тихое постукивание, еле различимое сквозь сдержанные поскуливания в попытках унять крик, что уже подбирается к горлу. Челюсть сжимается до боли, в кулаках с новой силой сжимается мягкая ткань одеяла, и новая волна боли накрывает ощущением холодного жара в перемешку с тяжестью снова. Это невыносимо. Хоть такие ночи и редки, но хочется чуточку ласки. Доброе успокоительное слово. Лёгкие поглаживания, означающие что рядом кто-то есть и что этот кто-то всегда готов выслушать и поддержать, забирая часть тяжёлой ноши юноши к себе. И вот мокрый уставший взгляд поднимается к потолку. Размышления заводят Сяо к мыслям о том самом пшеничноволосом пареньке. Воспоминания о мягком голосе Итера и его согревающих, хоть и мимолётных из-за собственной отстранённости, прикосновениях, в груди появляется вселяющее надежду тепло, окутывающее истерзанное сердце чувством облегчающего спокойствия и умиротворения. Может, всё-таки стоит ему довериться? «Которым стану я.» И Сяо действительно доверился. На вопрос о состоянии наконец выдал не фальшивое «Нормально», хладно переводя разговор или вовсе его прерывая, а излил душу своему другу. А может и будущему спасителю. Следом юноша ощутил осторожные объятия. Такие нежные, ничуть не напористые и податливые, стоит лишь слабо отвергнуть, как мальчишка с сожалением отстраниться, грустно смотря в янтарные глаза напротив. Но Сяо вовсе не хотел их прерывать и наоборот, поддался искушению, принимая объятия и проявляя инициативу, сжимая такое же хрупкое тело сильнее, взамен отдавая на чужое тепло частичку своего, еле-еле греющего, но с трудом сохранённого тепла. «Сыграю сожаление, чтобы увидеть надежду в чужих глазах..» Итер чувствует себя нужным, видя глаза напротив, наполненные страданием, страхом, болью.. Всё это так притягивает. Хочется приобнять, дать совет, поддержать.. Помочь. Ведь для этого он и нужен. Он упивается своим превосходством. Своей значимостью. Без него Сяо бы не стало лучше. Но этого «лучше» ещё не достаточно. Мягко проводя по неряшливым синевато-зелёным локонам, парень успокаивающе поглаживает второй рукой холодную бледную щёку, еле касаясь подушечками пальцев. Такой осторожный и заботливый, словно держит в своих руках прелестный хрусталь, что от малейшего неуклюжего надавливания разобъётся вдребезги. «Ведь после прежнее воодушевление разбивает его только сильнее.» Скольким людям он уже помогал. Во сколько судеб вторгался и сколько проблем попытался решить.. Уже и не счесть. Всего себя Итер отдавал другим. Ускользал от собственной серой реальности, забываясь в чужих невзгодах. И это было лучшим решением. Пока ему отплачивали. Но не всегда слов благодарности было достаточно. Хотелось больше. Больше этого сладкого чувства контроля. Больше власти и повиновения. Ведь этот солнечный юноша всего-то хочет помочь, так почему же ты не слушаешь? Противишься оказанной поддержке, отмахиваясь словами о том, что и не нуждаешься в помощи. Говоришь, что лезет не в своё дело и только мешается. Для Итера подобные слова означали «Ты не справляешься. Твоя помощь недостаточно хороша. Ты недостаточно хорош.» И его самооценка тут же устремляется в пропасть, а чувство собственной ничтожности поселяется где-то внутри, тревожа сознание мыслями об уходе. И о том, что помогать сил более нет. Отдавая всего себя будь готов перегореть. «Забинтую раздробленное сердце..» Очередная встреча. И снова визит с целью успокоить. Для обоих парней стало нормой внезапно собираться, лишь для разговора. О накопившихся чувствах. О боли, что никак не хочет затихать в груди. И о чувстве опустошения. Словно ты лишь кукла в руках опытного мастера, что дёргает за невидимые зрителю ниточки, создавая красочное представление на яркой сцене. Нет чувства управления своей жизнью и нет ощущения реальности. Всё происходит будто бы не с тобой и сам ты - инородное сознание, блуждающее до сего момента в просторах вселенной в поисках такого заблудшего в мире живых пристанища, которому уже без разницы что его ждёт и кем оно будет движимо. «Пропитав бинты ядом.» «Я рядом.» – Переводя внимание на себя, всегда говорил пшеничноволосый. Он делал себя главным актером маленького театра. Взваливал на себя проблемы жертвы. Но не решал их. Давал советы, которые никогда не будут исполнены, ведь мотивации не прибавилось. Лишь только большая ненависть к собственной лени и пофигизму. Всегда был рядом, заставляя чувствовать стыд за то, что тратит чужое время на пустяки, коими должен заниматься сам Сяо. Заставлял выслушивать свои переживания, даже не спрашивая о состоянии спасителя. Так мерзко от своего же собственного эгоизма, но так хорошо от чувства опекания и заботы. «Заберу все лезвия..» В очередной раз забирая сверкающий предмет из потрясывающихся рук парня, Итер одаривал того слегка разочарованным взглядом, вроде заботясь, а вроде упрекая за непослушание. Ведь он множество раз запрещал эти отвратительные игры с собственным телом. Эти засохшие капли крови на запястьях и багрово-алые полоски заставляли солнечный взгляд тускнеть, словно затянутый тучами злости и отвержения. «Наточу и аккуратно забуду их в ванной, ругая за новые шрамы.» Но сам Итер никогда не доводил дело до конца, пряча опасные вещички в до глупости банальных местах, где Сяо всегда мог их найти, даже толком не подумав. Будто специально, оставляя как приманку, чтобы сделать хуже. Чтобы его жертва всегда оставалась жертвой с морем проблем, в которой она сама себя и топила, а Итер всегда был тем самым героем-спасителем, главный в этой истории обмана и эгоизма. «Глупый мальчишка опять в слезах, задыхается и жаждет новую дозу меня.» Итер перестал приходить, отчего состояние парня постепенно вновь ухудшалось. Одиночество. Боль. Привязанность. Эти чувства убивали. Вновь и вновь заставляли захлёбываться в слезах, вспоминая все тёплые моменты, когда его друг был с ним.. А сейчас... Он занят. Он не может придти. И Сяо всё понимает. Никогда не настаивает. Ведь, по сути, сам ничего не делает для Итера. Лишь использует его как подушку для нытья. Но.. Вроде ему нравится слушать, пытаться помочь.. Так что, он не мог оставить. Скоро его спасение вернётся и боль пройдёт. Он поможет затянуться ранам, а слезам высохнуть. Он станет солнцем, что согревает. И покажет путь. А пока.. Нужно только ждать. Ждать и надеяться, что сможешь вновь погреться под тем нежным и успокаивающим взглядом золотых глаз. «Страдай в одиночестве, маленькая пташка..» Шли дни. И спасение всё ещё не вернулось. Леденеющяя пустота поселилась в недавно пылающем сердце. Прежде расправленные крылья были выдраны с корнем. И Сяо превратился в нелетающую птицу, бесполезную, но по-своему красивую. Жаль, что его изящество никто не оценит, ведь на глазах снова растут синяки, а взгляд становится холодным и отпугивающим. «Пиши письма и обливай их своей кровью, пока ждёшь момента, когда сможешь меня простить.» Смс-ка за смс-кой но ответа всё нет. Итер перестал даже оправдываться. И теперь сообщения Сяо всегда имели статус «Отправлено», без шанса стать прочитанными. Так больно. Ему внушили надежду. Обещали счастье. Помогали. И парень даже начинал верить в то, что получит долгожданное счастье. Его спасение наконец пришло и вытащит Сяо из пучины отчаяния. Но всё это было напрасно. Итер сдался на полпути. Оставил истерзанную душу, чьи раны вновь открылись, обливая его бинты свежей алеющей кровью. Тяжело. Даже дышать становится трудно от осознания, что он снова остался один. Снова доверился и снова был брошен. Похоже, такова его судьба, остаться в одиночестве. Разбитым, сломленным. И не способным более летать.