Little Dark Age

I grieve in stereo, The stereo sounds strange, I know that if you hide, It doesn't go away. If you get out of bed, And find me standing all alone Open-eyed, Burn the page, My little dark age. MGMT — Little Dark Age

6 июля Гермиона покрутила ручку радио, переключая очередную станцию. Сегодня, как назло, не было ничего полезного. Новости никак не удавалось найти, а по всем остальным станциям были странные магловские программы. Вот кому может прийти в голову записать двадцать три рецепта пирога из ревеня? Или послушать о вымышленной планете, готовой захватить мир? Неужели маглов может это волновать и они не чувствуют, что у них под носом идёт магическая война? Грейнджер раздражённо вздохнула и снова покрутила регулятор, продолжая поиски. Сквозь шипение начала раздаваться какая-то знакомая мелодия. Девушка прислушалась, замедляя вращение ручки и пытаясь поймать нужную волну.

Я почувствовал, что меня клонит ко сну

И что мне нужно остановиться на ночлег…

Гермиона забралась на стул с ногами и обняла колени руками, вслушиваясь в мелодию. Любимая песня её отца. Он всегда включал её в машине, когда они собирались куда-нибудь в дорогу. Стоило им только отъехать от дома, как он тянулся к старой магнитоле и включал свой любимый диск. Эта песня всегда играла второй.

Добро пожаловать в отель «Калифорния»,

Такое замечательное место,

Такое замечательное место.

В отеле «Калифорния» вы

В любое время года

Найд…те много св…дных номе…

Радио зашипело, прерывая мелодию. — Работай же! — Девушка слишком резко крутанула ручку, и радиостанция сбилась. — Чёртова безделушка! Ещё несколько минут Гермиона пыталась снова найти волну со знакомой песней, но безуспешно. Радио всё время сбивалось на шипение, и когда она в очередной раз наткнулась на всё ещё идущую программу про инопланетные формы жизни, то сдалась. Гермиона раздражённо щёлкнула кнопку выключения. Ей нужно будет обязательно зайти и купить какой-нибудь проигрыватель. Возможно, она даже найдёт сборник песен, которые так любил слушать её отец. Помнил ли он о любимых исполнителях после того, как она стёрла ему память? Может, сейчас он едет где-нибудь в Австралии в новой машине и слушает все те песни, которые включал своей дочери? Гермиона поднялась на ноги и вышла из кухни, погасив за собой свет. Проходя мимо гостиной, она заметила Регулуса, сидящего на диване. Он читал старый журнал по квиддичу, подобрав под себя одну ногу. — Спокойной ночи. — И тебе, — Блэк опустил журнал так, что можно было разглядеть только его глаза. Гриффиндорка слегка улыбнулась и, развернувшись, направилась к лестнице. Уже на верхних ступеньках до неё донеслось тихое пение с первого этажа. «Расслабьтесь», сказал сторож, «Мы запрограммированы принимать гостей. Вы можете освободить номер в любое время, Но вы никогда не сможете уйти!» 7 июля Ноги Гермионы резко коснулись земли. Маленький каблук её ботинка проскользил по влажной грязи, и она уже успела смириться со своим падением, когда почувствовала, как её придержали за талию. Она инстинктивно подалась вперёд и, резко выдохнув, выставила руки перед собой, упираясь ими в чью-то грудь. Она подняла голову и встретилась с серыми глазами, смотрящими на неё с интересом. — Не ушиблась? — Голос Регулуса прозвучал так близко, что Гермиона почувствовала его дыхание на своём лице. — Не успела, — тихо ответила она, чувствуя, как кожу закололо от близости Блэка. И почему ей не пришло в голову надеть сегодня кроссовки? Справа раздался голос Поттера. Гермиона, смутившись, оттолкнулась руками от Регулуса и сделала пару шагов в сторону, как раз в тот момент, когда друг повернулся. — Я уже забыл, как это трансгрессировать с помощью кого-то, — произнёс Гарри, поправляя чуть съехавшие с носа очки. — Где это мы? — Кричер перенёс хозяев и мисс Грейнджер, куда они просили — к Пещере, но далеко от неё. — В какую сторону нам нужно идти? — Кричер покажет, — прохрипел старый эльф, искоса поглядывая на Блэка. — Кричер проводит. — Нет, — холодно произнёс Регулус. — Мы это уже с тобой обсудили. — Кричер не допустит! Кричер не может потерять хозяина! Только не снова! — Эльф в мгновение ока разрыдался, падая на колени, и схватился за идеально выглаженные брюки Блэка. — Кричер, успокойся! Со мной всё будет хорошо. — Регулус наклонился и, взяв старого слугу за локоть, поднял его на ноги. — В этот раз я иду не один. Со мной будут друзья, и мы не позволим, чтобы друг с другом что-то случилось. Гарри, стоящий рядом с Гермионой, удивлённо приподнял брови. — Ты смотри, нас записали в друзья, достижение? — Похоже на то, — ответила Гермиона, заворожённо наблюдая, как Регулус утешает своего домовика. Плечи Кричера содрогались от рыданий. Он вытирал крупные, как град, слёзы, стекающие по его морщинистому лицу, белой наволочкой. — Если ты сейчас не успокоишься сам, то мне придётся приказать тебе это сделать, — сказал Блэк, присаживаясь на корточки возле Кричера. Эльф поднёс свои ладошки ко рту, пытаясь заглушить новый всхлип. — Мы вернёмся вечером на площадь Гриммо. Ты можешь отправиться туда и готовить свои кексы, которые так всем полюбились. Если что-то начнёт происходить, я тебя вызову. Понял? — Старый Кричер приготовит столько кексов, что молодой хозяин будет есть их ещё целую неделю. — Отлично. Покажи, куда нам идти, и отправляйся ждать нашего возвращения или вызова. — Блэк слегка дотронулся до плеча домовика. Кричер поклонился, поднял ладошку и указал ей куда-то на запад. Последний раз взглянув на хозяина, домовик исчез с громким хлопком. — Даже обидно, что обо мне он так не переживает, — тихо произнёс Гарри так, чтобы слышала только рядом стоящая Гермиона. — Ты же отказался от него, — так же тихо ответила она. — Ну и что, мог бы хотя бы махнуть на прощание. — Гарри… — Грейнджер недовольно цокнула языком, разочарованно мотая головой.

***

Регулус вдохнул ночной воздух и поднялся на ноги, разворачиваясь в сторону, куда указал его домовик. Кричер показал на запад, но использовать какие-либо заклинания, чтобы узнать расстояние до пещеры было нельзя. Мог ли он подумать, что когда-нибудь будет вести себя как обычный магл? Ходить пешком на большие расстояния — это не то, к чему готовят в чистокровных семьях. Возможно, ему стоит отнестись к этому проще. Можно попытаться представить, что это новый вид тренировок для квиддича. Как-то на шестом курсе капитан команды Слизерина пытался заставить их бегать в качестве разминки перед матчем, но его затея с треском провалилась. Он рассказывал, что это частая практика у маглов перед любой спортивной нагрузкой. Полукровку, сумевшего занять столь высокое место среди змеиного факультета, тут же жёстко высмеяли, и после он лишился должности капитана. Регулусу тогда это не понравилось. Ему импонировал и сам Роб, и тренировки, которыми он готовил команду к матчам, но ничего не предпринял в защиту своего капитана. И теперь, вспоминая об этом, всегда чувствовал себя виноватым. Блэк мотнул головой, отгоняя лишние мысли, и взглянул на своих спутников. — Ну что, выдвигаемся? — Гарри, надень мантию, пожалуйста, — сказала Гермиона. Она залезла по локоть в маленькую сумочку, находящуюся в её руках, и достала оттуда ткань, поблескивающую странными переливами. Поттер взял мантию из рук подруги и привычным жестом расправил её, накидывая на плечи. — Мантия-невидимка? Вы шутите? — Регулус удивлённо смотрел на витающую в воздухе голову Поттера. — Досталась мне от отца, — пояснил Гарри, накидывая на себя капюшон и полностью пропадая из виду. — Вот Сириус соплохвост! Я всё думал, как они с Поттером умудрялись не попадаться учителям. Всё время выходили чистыми из воды, а нас, стоило только решить отомстить им, сразу ловили на месте преступления, — недовольно произнёс Блэк. — А ты не упомянула, что в ваших приключениях участвовала мантия-невидимка. — Не могла же я рассказать всё и сразу, — ответила Гермиона, слегка улыбнувшись. — Давайте уже пойдём, — голос Гарри прозвучал где-то слева от слизеринца. — Я хочу как можно скорее с этим покончить, очень не нравится мне эта затея. И они двинулись на запад. Лес, в который их перенёс домовик, быстро кончился и сменился длинным полем, усеянным высокой травой. Тропинок не было, и трое волшебников шли, пробираясь сквозь рослые растения. Ночное небо светлело, и вокруг них клубился едва заметный туман, освещаемый первыми лучами солнца. Роса, появившаяся после холодной ночи, играла радужными бликами и склоняла полевые растения, уже успевшие пожелтеть, ближе к земле. Регулус шёл, пытаясь как можно меньше задевать густо растущую траву. Она цеплялась за рубашку и щекотала руки. Парень опустил глаза на свою одежду и с разочарованием заметил, что все его брюки и часть рубашки были намокшими от росы и покрылись жёлтой пыльцой. Видимо, не зря одежду для таких путешествий маглы выбирают не самую лучшую. Ему следовало надеть те серые спортивные штаны, в которых так любил ходить Тео. Знал бы Нотт-старший, славившийся своей педантичностью, что носил его сын, то его бы хватил удар. Регулус слишком хорошо помнил, с каким маниакальным пристрастием старшекурсник Нотт заставлял своих домовиков выглаживать себе форму. Блэк улыбнулся мыслям. А как бы его матушка отреагировала, если бы знала, в каком виде, с кем и где он сейчас идёт? Регулус проследил взглядом за расступавшимися перед невидимым путником растениями — там шёл Поттер, а затем взглянул на спину Грейнджер. Её волосы были распущены, и длинные каштановые локоны подпрыгивали, вторя каждому её шагу. Утреннее солнце подсвечивало их, придавая медовый оттенок. Как он раньше мог думать, что маглорожденные недостойны жизни? Возможно, если бы у него получилось осознать это раньше, то всё сложилось бы по-другому. Он помирился бы с братом и никогда даже не узнал бы о той пещере. Пещера. Мурашки пробежали по его позвоночнику, а в груди завязался узел. Он снова идёт туда. Возвращается в место, ставшее его могилой и склепом. Что чувствовали родители, когда узнали о его смерти? Возможно, матушка шла мимо их гобелена в кабинет к отцу, чтобы выразить опасения о слишком длительном отсутствии сына дома и краем глаза заметила изменения в фамильном древе. Или, может, отец, в очередной раз беззвучно стоящий и разглядывающий выжженное пятно на месте Сириуса, поднял глаза к имени младшего сына, когда заметил новую дату, обозначающую окончание жизни. О чём они думали, стоя возле его могилы в фамильном склепе, которое осталось пустым? Им даже не удалось похоронить его. Он предал всех. Предал родителей, не оправдав их ожидания. Предал Сириуса, отказавшись от брата в угоду лживым убеждениям и гнилому мировоззрению. А в конце предал Лорда. Не осталось ни единого человека, с которым он был бы честен в той своей жизни. Регулус почувствовал, как его магия выходит из-под контроля и как сгущается вокруг него туман. Он остановился и закрыл глаза. Ему нужно запереть разум и обуздать свои эмоции. Нельзя позволять стихийной магии действовать бесконтрольно, стоит ему лишь немного отвлечься на размышления о своём прошлом. Он же почти смог управлять ей, не подавляя в себе. Как тогда, когда палочка Малфоя подкатилась к руке кузена, стоило ему только махнуть пальцем. А ведь он был сконцентрирован на легилименции. И мебель в его старой комнате на Гриммо. Он смог заставить её парить в воздухе на целое мгновение и даже сжёг свою старую форму для квиддича, используя лишь искру от заклинания. Регулус. Блэк распахнул глаза, всматриваясь в туман. Ему показалось, или его кто-то позвал? Регулус. Он заозирался по сторонам, но разглядеть что-либо было невозможно. — Гермиона? Гарри? — осторожно спросил Блэк, пытаясь высмотреть их перед собой. Не могли же они уйти далеко. Но перед ним виднелся только туман. Молочно-белая пелена заволокла всё вокруг так сильно, что, вытянув руку, практически невозможно было разглядеть кончики пальцев. Справа раздался тихий шелест травы. Регулус выхватил палочку из кармана и направил её в сторону звука. — Кто здесь? — Его голос звучал твёрдо, хотя внутри всё сжалось от плохого предчувствия. Не могли же они выдать себя? Они проверяли всевозможные чары обнаружения, как только вышли из леса. С последней проверки им не удалось проделать настолько большое расстояние, чтобы не заметить какие-нибудь воющие чары. Регулус. Голос раздался ближе, и на этот раз Блэк был уверен, что ему не почудилось. Он пытался вслушиваться в каждый звук, но голос раздавался будто бы отовсюду сразу. Тут из тумана начал проступать силуэт. Первое, что бросилось ему в глаза, — волосы. Кудрявые и хаотично завивающиеся. Они обрамляли женскую тень и напоминали кого-то из его прошлого. Новая волна мурашек пробежала по спине вместе с осознанием. — Белла? Ре-е-еджи. Хриплый женский голос, так привычно растянувший его имя, раздался сбоку, отдельно от тени, заставляя Регулуса резко повернуться и направить палочку в туман. Неужели их нашли? Ему нужно срочно найти Гермиону. Нельзя, чтобы Беллатриса увидела её. Поттер под мантией, в безопасности, а вот она нет. Ты думаешь, я не вижу, что с тобой происходит? Ты что-то замыслил, кузен… — О чём ты говоришь? — Голос Блэка едва заметно дрогнул. Перестал добровольно вызываться на задания… Всё время пытаешься остаться в стороне и закрываешь свой разум… Думаешь, я не замечаю, что ты стал рассеянным и дёрганным? Собираешься опозорить фамилию Блэков? Возможно ты просто недостоин быть наследником великого рода. Неужели твой разум начал загнивать, как и у твоего брата? Если тебе нужна помощь, ты можешь только попросить меня… Я вырежу все нечестивые мысли из твоей красивой головы, и всё будет как раньше… Раздался холодный смех, вызывающий новую волну мурашек, прошедших от плеч к самым запястьям. Тебе есть, что скрывать, и я узнаю что. Обещаю… А если я выясню, что ты решил отвернуться от нашего Лорда, я принесу ему твою голову… Ты не сможешь укрыться. Орден не примет тебя. Тебя убью либо я, либо Сириус. Он никогда не простит тебе сделанного. Тебе некуда идти, Регулус. Негде спрятаться. Поверь мне, я позаботилась о том, чтобы твой братец не сомневался, как ты предан господину и на что был готов ради него… Раньше… Слишком поздно менять сторону, дорогой. Я узнаю, Реджи, обязательно узнаю. Все эти слова. Он уже слышал их раньше. Что это? Реальность или наваждение? Перед ним снова проступил силуэт. Кто-то стоял к нему спиной. Кудри завивались вокруг головы и спиралями спадали почти до поясницы. — Белла… Он за два шага преодолел разделяющее их расстояние. Одной рукой обхватив девушку за плечи, а второй прижимая палочку к шее. Его губы оказались на уровне женского уха. — Что ты наплела Сириусу? Я не убивал её! Он поверит мне… поверит… — рассерженно прошептал Блэк. — Регулус… Холодная ладонь коснулась его руки, держащей палочку, слегка сжимая её. Лёгкие искры заплясали на пальцах слизеринца, и он с удивлением ощутил, что кожа на женской руке грубовата. Будто бы недавно на ней было несколько мозолей, и она ещё не вернула свою мягкость и эластичность. Когда это Белла успела их заработать? Она же ничего не делает руками. — Регулус, это я. Опусти палочку, — девичий голос звучал уверенно и спокойно. Он казался ему таким знакомым, но где ему случалось его слышать? В Хогвартсе? Хотя вряд ли… Скорее всего, это очередная уловка Беллатрисы. Знаешь, что я сделаю с твоим братом, когда встречу его? Вокруг него снова зазвучал смех. Я убью его. Но сделаю это очень медленно. — Тебе никогда не поймать его. Сириус в Ордене, он под защитой. — О чём ты говоришь? Регулус, взгляни на меня, — женский голос прозвучал обеспокоенно. В нём не было ни угрозы, ни злости, которые он всегда слышал у своей старшей кузины. Это породило в нём сомнения, заставляя ослабить хватку. Ладонь, всё ещё державшая его за руку, надавила сильнее, вынуждая оторвать палочку от шеи. Девушка развернулась. Пушистые волосы скользнули по его лицу, приятно щекоча нос, и он увидел карие глаза, внимательно смотревшие на него. — Гермиона? Нам нужно уходить, тут Белла, где Гарри? — Беллатриса? Ты уверен? — Ты что, не слышала её? — Я слышала только тебя. Ты говорил сам с собой. Гарри я потеряла, когда всё затянуло туманом. — Уходим, Кричер найдёт его. — Блэк схватил Гермиону за руку и заозирался по сторонам, готовясь к трансгрессии. — Стой, Регулус. Стой же ты! — Грейнджер выхватила свою руку из ладони слизеринца. — Послушай меня. Кажется, у тебя галлюцинации. Тут совершенно точно никого нет. Мой вредноскоп трещал бы на всю Англию, если бы Пожиратели смерти оказались где-то рядом. Возможно, тебе следует отправиться на Гриммо одному. Это была плохая идея — возвращаться в пещеру. Для тебя прошло слишком мало времени… — Что ты говоришь? Какие галлюцинации?! Она обещала, что убьёт… — Регулус замолчал. Его серые глаза наполнились болью, заставляя его поморщиться. — Регулус, Сириус… — Мёртв, да, я знаю, — перебил гриффиндорку Блэк. — Но Белла… Гермиона взяла его за плечи и, глядя в глаза, тихо начала говорить: — Тут никого нет, кроме нас с Гарри. Беллатриса далеко. Если мы не хотим на самом деле с ней встретиться, то нам нужно поторопиться. — Тогда идём. — Ты действительно считаешь, что не следует вернуться в штаб? — Нет. Я не оставлю вас. — Ты всё ещё её слышишь? — Нет. — Тогда сделай что-нибудь с туманом. — Гермиона обеспокоенно осмотрелась вокруг. — Гарри и так невидимый, а в такой мгле невозможно даже разглядеть, где расступается трава. — Я не имею к этому отношения. — Уверена, что имеешь. — Значит, ты ошибаешься. Гермиона отпустила Регулуса и возмущённо вздёрнула нос. — Я почти никогда не ошибаюсь. У меня есть теория насчёт твоей магии, вернёмся, и я поделюсь ей с тобой. Но я уверена, что полное отсутствие видимости в данный момент твоих рук дело. — Гриффиндорка отступила и замерла в ожидании. Неужели это действительно он заставил туман стать таким непроглядным? Если ему удастся научиться хорошо этим управлять, то это определённо станет преимуществом в бою. Но сейчас нужно постараться остановить его магию. Он уже практиковался и был уверен, что всё получится, если, конечно, туман — его заслуга. Регулус глубоко вдохнул и сжал кулаки, стараясь представить, как его магия кружится вокруг и тянется, словно магнитом, к его рукам. Он разжал кулаки и почти почувствовал, как волшебство медленно струится вверх, впитываясь в ладони и превращаясь в искры, светящиеся на кончиках пальцев. Туман рассеялся в лёгкую дымку, окутывающую лишь верхушку высокой травы. — Я же говорила, — самоуверенно произнесла Гермиона и уже чуть мягче добавила: — Если ты не передумал, то тогда пойдём, нужно найти Гарри.

***

— Я не могу. — Регулус остановился у входа, через который только что прошёл Гарри. Кровь Поттера виднелась на каменной скале, заставляя вспыхивать в голове образы из его прошлого. Как будто бы только вчера он платил кровавую дань этому проклятому месту. Гермиона, успевшая войти в пещеру, обернулась. — Нельзя разделяться, это опасно. Нам нужно держаться вместе. Блэк шумно выдохнул, опираясь одной рукой на скалу. Его сердце бешено колотилось, гулом отдаваясь в виски. — Твой страх рационален, но это не значит, что нужно ему потакать. Ты уже здесь, осталось совсем немного. — Грейнджер сделала шаг к нему навстречу. — Ты говорил, что Блэки прекрасные легилименты и окклюменты, что из этого ближе тебе? — Всегда больше нравилось изучать чужие мозги, но обстоятельства последних месяцев моей жизни заставили вывести свою окклюменцию на новый уровень. Так что и то и другое мне под силу. — Тогда попробуй закрыть разум и зайти в пещеру. Магловские врачи, занимающиеся лечением психических заболеваний, говорят, что сложнее всего сделать первый шаг к своему страху. Я помогу тебе. Гермиона вошла в пещеру, становясь по другую сторону арочного прохода. Она вытянула перед собой руку и выжидающе посмотрела на Регулуса. — Ты можешь не торопиться, я буду ждать сколько нужно, но всё же не хотелось бы стоять тут до вечера, — ободряюще улыбнулась Гермиона. Юноша, всё ещё опирающийся на каменную стену, закрыл глаза. Что он там обычно себе представлял? Пустота. Надо сосредоточиться на ней. Звуки, окружающие его, стали постепенно затихать. Пропал шум волн и крик чаек, летающих над входом в расщелину. Пропал едкий запах соли, и воздух больше нельзя было назвать морским. Он даже не был уверен, что всё ещё дышит. Регулус открыл глаза. Он стоял один, посреди бескрайнего серого ничего. Впереди что-то виднелось, и до его ушей доносилось какое-то шипение. Один шаг вперед и послышался всплеск, заставляющий пустить голову вниз. Под его ногами была вода. Она доходила почти до самого верха носков его кед и простиралась на всей поверхности пола — от одного края горизонта до другого. Резко шум усилился, и по воде пошла рябь. Решив, что нужно действовать быстрее, Регулус стремительно направился к силуэту впереди. Это оказался старый граммофон. Он стоял на низком столике, окружённом ящиками, полными различных пластинок. Его большая медная труба подрагивала от шипения, доносящегося из неё. Парень прислушался. Сквозь потрескивание пластинки можно было услышать рокот волн, отражаемый от каменных сводов пещеры, отдалённый крик чаек, а также плеск воды. Регулус слышал, как деревянный нос лодки бороздит гладь озера и как причитает Кричер, говоря об опасности. Он умолял позволить хозяину снова выпить это зелье, и до ушей Блэка донёсся его собственный крик, а затем всплеск, с которым стая инферналов утащила его на дно озера. Пластинка затихла и заиграла с самого начала. Регулус взялся за ручку с иглой, которая снимала звук, и отодвинул её. Пластинка была полностью чёрная с чёрным бумажным кругом по центру. Парень поднёс её ближе к глазам и рассмотрел дату.

4 октября 1979. День смерти.

Значит, вот когда он умер. Ему совсем не помнилась дата или день недели, в который отправился вместе с Кричером за крестражем. Нужно будет послушать эту пластинку, когда он сможет реагировать на это более адекватно. Блэк обвёл глазами ящики, окружавшие стол, и нашёл единственный закрытый. Подошёл к нему и снял крышку. Ящик был до отказа набит чёрными пластинками. Он совсем забыл, какие складывал туда и, поставив только что игравшую запись со смертью в самый конец, начал перебирать другие, читая названия.

18 февраля 1973. Стычка с гриффиндором в Большом зале.

24 июля 1976. Сириус ушёл из дома.

11 января 1978. Принятие метки.

15 мая 1979. Убийство Марлин Маккиннон.

18 августа 1979. Разговор с Беллой

Руки Блэка задрожали, и он поднялся на ноги, швыряя крышку прямо на коробку. Жаль, что воспоминания нельзя сжечь. Он бы даже не отказался потерять память, лишь бы не помнить всего того, что было с ним в прошлой жизни. Ему нужно успокоиться и прийти в себя. Регулус наклонился, плотно прижал крышку коробки, тут же задвигая в самый конец своей памяти названия этих пластинок и ощущения, которые всплывали при их рассмотрении. Он взялся за соседнюю коробку бежевого цвета и поставил её сверху. Всё вокруг погрузилось в тишину. Блэк закрыл глаза, и когда открыл их, то снова стоял у пещеры. Регулус выпрямился и подошёл к каменному проходу. Встретившись с мягким взглядом Гермионы, он взялся за её протянутую руку, и они вместе прошли внутрь.

***

Они зашли в пещеру и увидели Гарри. Он стоял спиной к входу и всматривался в простирающуюся впереди темноту. Поравнявшись с гриффиндорцем, все трое, одновременно подняв палочки, запустили к потолку по шару света. Мягко и высоко зависнув над их головами, они озарили все вокруг и двинулись к центру помещения. Гермиона, съедаемая нетерпением, отпустила руку Регулуса, не заметив, как его начала бить лёгкая дрожь и, легко оттолкнув Гарри, вышла вперёд. Её взору открылась странная картина. Далеко впереди виднелся небольшой остров, окружённый огромным рвом. В центре него что-то стояло, и девушка предположила, что эта та чаша, о которой ей рассказывал друг. Где же озеро? — Люмос, — из палочки гриффиндорки вырвался ещё один шар света, и она направила его вдоль рва. — Святой Годрик… — бормотание Поттера затихло в тишине. Никто из троицы не смел проронить больше ни слова. Шар света, наколдованный Гермионой, мягко скользил по воздуху вдоль рва, подсвечивая серые груды тел, неподвижно лежащие друг на друге. Руки и ноги инферналов были переплетены между собой, будто кто-то завязал несколько тел в огромный узел. Они возвышались над небольшим количеством воды, поблескивающей почти у самого дна, и некоторые из них уже полностью разложились в душной атмосфере пещеры. — Это инферналы? — Голос девушки эхом разнёсся среди каменных сводов. — Да. — Гарри подошёл к обрыву, возле которого они стояли и пнул руку, цепляющуюся за край. С оглушительным хрустом, эхом разносящимся по пространству пещеры, она упала в едва видневшуюся снизу воду. — Раньше это всё было одним большим озером. — Оно не могло высохнуть само. С семьдесят девятого до твоего посещения этой пещеры всё было в неизменном виде. Вы чувствуете? — Гермиона посмотрела на своих спутников. — Здесь всё пропитано тёмной магией. — Тут и раньше было не самое светлое место, — подал голос Регулус. Он стоял позади всех, прислонившись к влажному каменному своду. — Ты хотела увидеть пещеру, если это всё, то я не стал бы задерживаться здесь. — Голос Гарри звучал глухо. Его рука с зажатой палочкой была напряжена, и он не сводил глаз с тел, начинающихся прямо под их ногами. — Это странно… Смотрите. — Грейнджер указала рукой в сторону тел. — Они как будто разделены на группы. Блэк оттолкнулся от стены и подошёл к товарищам, рассматривая место, куда только что указала девушка. Слева находились инферналы почти в не изменившемся облике. Серые худые тела с полупрозрачной кожей. Они хаотично лежали кучей, цепляясь друг за друга руками с острыми ногтями и почти не имели видимых повреждений. Справа от них можно было рассмотреть отдельные части туловищ. Оторванные руки и головы, высушенные тела с различными разрезами, обнажающие гниющие внутренние органы. Почти каждое из них было измазано чем-то чёрным. Невозможно было определить — это кровь или какая-то другая жидкость. Она выглядела вязкой и поблёскивала на свету. А прямо перед ними, между первыми двумя кучами, аккуратными рядами друг на друге лежали другие тела. Это были инферналы, но они отличались от обычных. Их кожа была покрыта струпьями, и даже в тусклых лучах нескольких светящихся шаров удавалось рассмотреть её более живой оттенок. Местами почерневшую, её всё-таки можно было назвать розовой. На их теле тоже были порезы, но чёрная жидкость стекала из носа, рта и ушей и совсем не сочилась из ран. — Они выглядят странно, — произнёс Гарри, и его голос неожиданно громко разнёсся по пещере. — Так выглядел тот, которого поймали авроры? — спросил Блэк, махнув на груду тел перед ними. — Не совсем. Тот был частично разложившимся, — задумчиво произнесла Гермиона. — Хочу осмотреть поближе. Вингардиум левиоса. Девушка поочерёдно взмахнула палочкой, и спустя несколько минут перед ней лежало три трупа из разных участков рва. — Я вскрою их, — утвердительно произнесла Гермиона. — Не уверен, что хочу на это смотреть. — Гарри скривился и отошёл к другой стороне небольшого уступа, на котором они находились. — Редж, подойди-ка сюда. Бледный как полотно, Блэк не сразу отреагировал на зов и ещё несколько секунд немигающим взглядом смотрел на инферналов. Но как только Гермиона занесла палочку над первым телом, он отшатнулся и, быстро развернувшись, отошёл к Поттеру. Гриффиндорец что-то тихо спросил у него, но Гермиона не смогла разобрать ни слова, лишь заметила, как отрицательно покачал головой Блэк. — Диффиндо инсум. — Девушка повернулась к первому инферналу и согнулась над телом, произнося заклинание. На серой грудной клетке появился глубокий Т-образный разрез. Он шёл от одной ключицы к другой и спускался до низа живота, обходя пупок слева. — Апперио. Разрез раскрылся. Складки кожи отвернулись в стороны, обнажая рёбра, слегка подёрнутые ссохшимися мышцами. Ещё раз резко взмахнув палочкой, она сломала рёбра и, не отделяя от них мышцы, подняла в воздух, отправляя в груду инфернальных остатков. Грейнджер подозвала один из летающих шаров света ближе к себе, внимательно изучая открывшиеся внутренности. Они были обычными, если можно так назвать органы мёртвого существа, десятилетиями обитавшего в водоёме. Серые, как кожа инфернала, ссохшиеся и уменьшенные в размерах. Возможно, вследствие пребывания на воздухе. Гермиона не была в этом уверена, ей не довелось изучить ни единой книги по посмертному обследованию тел и сейчас могла строить только теории. Она мысленно поставила себе напоминание о том, что нужно будет наведаться в магловский книжный в соседнем городке. Гермиона выпрямилась и, подняв в воздух только что препарированное тело, отправила его обратно в овраг. Больше ей нечего было в нём искать. Чёрной жидкости внутри не было, и стало очевидно, что «зомбирующее» колдовство его не коснулось. Решив не терять время, она быстро подошла к третьему трупу. Он был весь в ссадинах и без правой руки. Из культи чуть выше локтя торчала плечевая кость, полностью измазанная в густой чёрной жидкости. Грейнджер потребовалось всего три взмаха палочкой, чтобы увидеть внутренности. В грудной клетке почти ничего возможно было рассмотреть. Все органы буквально плавали в жидкой смоле графитового цвета. Её было слишком много, и это наталкивало на определённые вопросы. Неудачный эксперимент? Вся эта груда растерзанных и сочащихся чёрным инферналов была браком? Неужели во втором теле она увидит то, что тогда удалось рассмотреть в лазарете? Не теряя времени на уборку тела обратно в овраг, она подошла к последнему. В третий раз ломая рёбра, Гермиона, сжигаемая любопытством, даже не поморщилась от гулкого хруста костей и поражённо выдохнула, как только увидела сердце инфернала. Оно не билось, но и не плавало в жидкости. Смола мягко поблёскивала, двигаясь вокруг органа и пытаясь сформироваться в сетку, готовую сжать сердце. Может, им стоит взять труп с собой для изучения? Почему в Хижине нет подвала? Она могла бы соорудить там небольшую лабораторию… — Гермиона, нам надо уходить, — взволнованный голос Поттера раздался где-то сзади, но Грейнджер была не в силах оторвать взгляда от жидкости, вновь формирующейся в сетку. Она была так близко к ответам, что даже не чувствовала прежнего отвращения, охватывающего её при первой препарации инфернала. — Гарри, Регулус, как вы думаете, мы можем… — гриффиндорка осеклась, услышав тихий всплеск воды. Гермиона встревоженно взглянула на Гарри и боковым зрением заметила какое-то движение справа от себя. Она повернула голову как раз в тот момент, когда верхние тела, едва касавшиеся воды, шевельнулись. — Гарри… — взволнованно позвала девушка. Поттер, увлечённый каким-то спором с Регулусом не ответил. Грейнджер внимательнее всмотрелась в груду тел справа. На поверхности воды гуляли круги, будто бы кто-то кинул в озеро несколько маленьких камней. — Остолбеней! Голос Поттера эхом разнёсся по пещере, освещая её красным светом. Гермиона резко повернулась к другу и увидела, как он кидает одно оглушающее заклинание за другим. Побледневший Регулус неподвижно стоял за спиной Поттера. Он застыл в паре шагов от Гарри и немигающим взглядом следил за несколькими инферналами, вылезающими из оврага. — Депульсо! — вскинула палочку Гермиона, откидывая мертвеца, который почти ухватился за ногу Блэка. — Регулус, что с тобой? Едва она успела договорить, как кто-то сзади резко рванул её на себя и, поскальзываясь на склизких камнях, гриффиндорка повалилась на спину, рядом с только что вскрытым телом. Острые как бритва зубы вонзились ей в шею. Крик, готовый сорваться с губ, превратился в жалобный всхлип, и Гермиона почувствовала, как рот наполняется кровью. — Регу… — прохрипела девушка.

***

— Редж! Что ты встал?! — крикнул Гарри. — Помоги мне! Он на секунду оторвал руку от раны Гермионы и кинул в приближающегося инфернала заклинание. Гарри гневно взглянул на слизеринца и снова склонился над Гермионой, зажимая её кровоточащую рану рукой. — Ты, главное, будь в сознании! — голос Поттера дрожал. — Не смей отключаться! — Гар-р-р… — Изо рта гриффиндорки полилась кровь. — Молчи! Ты же знаешь, что нужно молчать! — гневно произнёс друг. Ладонь девушки дрогнула и схватилась за запястье друга. Она из последних сил потянула руку Гарри в сторону, пытаясь обратить его внимание на серую фигуру, приближающуюся к ним со спины. Глаза Гермионы расширились от страха, когда силуэт инфернала стал чётко различимым. Он протянул руки и открыл рот, обнажая гнилые зубы. Гермиона снова попыталась что-то сказать и предупредить Поттера, но из её рта вырвался только булькающий звук. Она захлёбывалась собственной кровью. Даже не в силах произнести ни единого заклинания. Вся левая сторона шеи занемела от боли, и гриффиндорке всё труднее было концентрировать своё внимание на происходящем. Мелькнула красная вспышка, и Гермиона медленно моргнула, ощущая, как кто-то опустился на колени рядом с ней.

***

Заклинание вышло на удивление мощным. Тело инфернала отбросило через весь ров на остров, и, с глухим стуком ударившись спиной о чашу, он упал на камни и больше не шевелился. — С возвращением! — голос Поттера прозвучал грубо, когда Регулус опустился на колени возле раненой Гермионы. — Книга с лечебными заклинаниями была твоей, ты знаешь что-нибудь, что поможет ей? Гарри не сводил глаз со своих рук, зажимающих рваную рану на шее подруги. Сквозь его пальцы текла бордовая кровь. С лёгкой пульсацией она выливалась из-под ладоней, смешиваясь с пылью и грязью, прилипшей к белой коже, и стекала на землю. — Знаю, — хрипло произнёс Блэк. Он встретился с затуманенным взглядом Гермионы, и внутри него всё похолодело. — Может, трансгрессируем в Хижину? Тут слишком опасно… Депульсо! — Гарри вскинул палочку, отбросывая очередного инфернала в овраг. — Можем не успеть и сделаем только хуже. — Тогда займись лечением, я отвлеку оставшихся на себя. Поттер убрал руки, и Регулус смог рассмотреть повреждение. Ран было несколько. Они были небольшими, но глубокими, и тянулись от самого уха и доходили почти до плеча. У центральной был оторван большой лоскут кожи и рваным краем лежал на ключице. Из раны текла кровь. Она пульсировала в такт ускоренному сердцебиению девушки, окрашивая всё вокруг в бордовый. В голову Блэка лезли совершенно ненужные сейчас мысли, и на долю секунды на его лице отразилось отвращение. Он заворожённо смотрел на кровь гриффиндорки, боясь прикоснуться к её шее. До этого момента он никогда не притрагивался к крови маглорожденных. Видел, как истекают ей и волшебники и маглы, но его руки всегда оставались чистыми. — Гермиона, ты должна посмотреть на меня. — Блэк постарался придать своему голосу твёрдость. Нельзя же бояться простой крови! Инферналов — да. За сегодняшнюю вылазку он ни раз почувствовал, как их жилистые руки снова сжимаются вокруг его шеи, перекрывая кислород. Чувствовал, как на его теле появляются раны от острых ногтей, в которые заливается вода, а его кровь становится частью этого озера. Грейнджер медленно моргнула и попыталась сконцентрироваться на слизеринце. Её взгляд плавно блуждал по его лицу, не в силах остановиться на чём-то одном. — Я хочу, чтобы ты слышала и понимала всё, что я тебе буду говорить. Я сейчас зажму твою вену и очищу рану. Будет больно. — Не т-т-т-рогай… — едва слышно сказала Гермиона, выпустив изо рта скопившуюся кровь. Регулус нахмурился. Неужели она не хочет помощи? Или помощи именно от него? Смогла ли она заметить тень брезгливости на его лице, когда он впервые подумал о том, что его руки окажутся в её крови? — На счёт три. Раз. Два. — Блэк поднёс пальцы к месту на шее, несколько ниже кровоточащей раны, туда, где располагается сонная артерия. И на секунду замер. Он больше не позволит предубеждениям, в которых его растили, затмить его разум. — Три. Уверенным движением он нажал на шею, пережимая вену. Девушка зашипела от нового приступа боли, и по её телу прошла дрожь. Дождавшись, пока кровотечение немного замедлится, Регулус произнёс очищающее заклинание. — Теперь я залечу рану. Вулнус интактукс. Свет вырвался из его палочки и начал проникать в открытую рану. Почувствовав лечебное тепло, тело девушки немного расслабилось, и дрожь прекратилась. — Редж, справа! — крикнул Поттер, сражающийся сразу с тремя инферналами. Не прерывая лечения, Блэк повернулся в сторону и увидел приближающегося инфернала. Словно кто-то наложил замедляющее время заклинание, Регулус наблюдал, как надвигается живой труп. Мурашки пробежали по его спине, и он вновь ощутил, как сжимается вокруг его шеи капкан рук. Нет. Он не может снова позволить своему страху завладеть им. Регулус почувствовал, как вокруг него завибрировал воздух, наполняясь его волшебством. Пальцы, сжимающие палочку, начало покалывать от играющей в них магией. Ей резко стало тесно в его теле. Ему не нужно было подавлять её, а всего лишь направить. — Петрификус тоталус триа! — прокричал Гарри, замораживая троих инферналов. Тот, что подбирался к Регулусу с Гермионой, замер в неопределённой позе и повалился ничком на землю. Его руки тут же начали подрагивать, готовые вот-вот сбросить проклятье. — Поттер, кинь в меня инсендио. — Регулус повернул голову к гриффиндорцу, не останавливая лечение. — Всё, да? У тебя окончательно съехала крыша?! — Поверь мне, я знаю о чём прошу. — Рука Блэка слегка дёрнулась, заставляя Гермиону зашипеть от боли. — Видимо, не знаешь! Инкарцеро! — Из палочки Гарри вырвались верёвки, переплетая инфернала, сумевшего сбросить обездвиживающее заклинание. — Метнуть в тебя огонь, чтобы снова наблюдать, как друга сжигают на моих глазах? — С ней ничего не случится, я обещаю. Сзади! Гарри обернулся и увидел, как на уступ, на котором они находятся, лезут ещё несколько новых инферналов. — Ну же, Гарри! — нетерпеливо взмолился Блэк. Инфернал, лежащий возле них, приподнялся и пополз, быстро преодолевая расстояние, разделяющее их. — Я не могу прекратить лечение! — ИНСЕНДИО! — дрожащим голосом крикнул Поттер, с ужасом наблюдая, как огонь вырвался из его палочки, направляясь в сторону друзей. Регулуса на секунду ослепила оранжевая вспышка, слишком яркая для привыкших к темноте глаз. Он почувствовал, как жар лизнул его лицо, и в следующий момент позволил своей магии выйти наружу. Оранжевое зарево осветило пещеру, играя на влажных каменных сводах. Ударившись о невидимую стену, огонь обогнул Гермиону и Блэка кольцом, спускаясь на скалистый пол пещеры. Регулус повернулся, перевёл взгляд на всё ещё ползущего к ним инфернала и полностью сосредоточился на огненном круге, окружавшем их. Он чувствовал, как огонь подрагивает под напором его магии и как не хочет подчиняться. — Ну, давай же… — Парень зажмурился, представляя, как тонкая нить огня отделяется от общего круга и направляется прямо к мертвецу. Пещеру озарил истошный визг. Блэк распахнул глаза и с удовольствием заметил, как извивается горящее тело инфернала, ещё не до конца сбросившее оглушающее заклинание. — Поттер, иди сюда, — сконцентрировавшись, он ослабил пламя на участке круга рядом с гриффиндорцем. Не мешкая, Гарри перепрыгнул небольшую линию пожара, оказываясь внутри горящего круга и едва успел увернуться от резко увеличивающегося огня. Большое кольцо постепенно превращалось в стену огня, разрастаясь в толщине. — Это ты делаешь? — удивлённо спросил Поттер, поднимая двух ранее связанных инферналов и перенося их в прямо пламя. — Позже, не отвлекай, — сквозь зубы произнёс Блэк. — Следи, чтобы никто не пробрался к нам. Не дождавшись кивка друга, он снова повернулся к Гермионе, всё ещё находящейся под исцеляющим заклинанием. Глаза девушки были закрыты, а кожа казалась необыкновенно бледной. — Осталось совсем чуть-чуть, — произнёс Блэк, не уверенный в том, что Гермиона его слышала. Блеснув последним лучом свет, испускаемый палочкой Регулуса, погас. — Гермиона? — тихо произнёс парень, аккуратно прикасаясь к лицу девушки и проводя по щеке пальцем. Он совсем забыл о крови на своих руках, и теперь вдоль её скулы тянулся багряный след. — Шрама не будет? — хриплым голосом спросила гриффиндорка, не открывая глаз. — Боюсь, небольшой, но останется. В конце пришлось сильно отвлечься. — Достань мне зелье из сумки. Крововосп-пол… — Договорить она не смогла. Едва слышный до этого момента голос, стал беззвучным, и Гермиона открывала рот, хватая сухими губами воздух. — Акцио сумочка, —поднял палочку Блэк, и в его руку тут же прилетел небольшой бисерный мешочек. — Акцио крововосстанавливающее зелье! Маленький пузырёк выпрыгнул из сумки, и Блэк ловко поймал его, тут же откупоривая большим пальцем. — Облокотись на меня, — сказал Регулус, приподнимая обессиленную гриффиндорку за плечи. Вторая его рука тут же окрасилась кровью, пропитавшей разорванную одежду Грейнджер. Хмурясь, Гермиона схватилась за рубашку дрожащими руками, не в силах сесть самостоятельно. Приводя девушку в сидячее положение, Блэк аккуратно облокотил её на себя, перенося руку ей на талию. Она тут же положила голову ему на плечо, рвано выдыхая. — Выпей. — Регулсу поднёс зелье к губам гриффиндорки и наклонил пузырёк, помогая жидкости попасть в рот. Красное зелье коснулось бледных губ, и Гермиона опустошила стеклянную баночку за несколько неуверенных глотков. Её хватка на рубашке слизеринца усилилась, а болезненная бледность пропала с лица. Регулус швырнул пустой пузырёк в пылающий вокруг огонь, всё ещё аккуратно приобнимая Гермиону. — Кричер! В пещере раздался хлопок. — Хозяин? — Домовик беспокойно осматривал Блэка. — Кричер, отнеси Гермиону в мою комнату и никого не пускай туда. Сделай это как можно незаметнее. Затем вернись за нами, боюсь, у меня нет сил для самостоятельной трансгрессии. — Будет выполнено! — Эльф подошёл к сидящим на земле волшебникам и выжидающе посмотрел на руку Гермионы, всё ещё державшуюся за рубашку слизеринца. — Мисс должна дать Кричеру руку или взяться за него самостоятельно. — Гермиона, — тихо произнёс Блэк, аккуратно обхватывая пальцы гриффиндорки. — Ты должна отпустить меня. Сейчас мы не можем трансгрессировать все вместе. Та легонько сжала ладонь Регулуса и ослабила хватку. Он поднёс её руку к домовику, едва заметно проводя пальцем по внутренней части ладони. Маленькая морщинистая ладошка аккуратно взяла девушку за руку, и в следующий момент они исчезли в воронке трансгрессии. — Я жду от тебя объяснений, Блэк. — Гарри снял с носа очки и протёр их своей футболки. Гермиона оказалась в безопасном месте, и теперь он значительно расслабился, не обращая внимания на инферналов, блуждающих у края огненного кольца. — Поттер. — Регулус откинулся на спину, ложась на каменный пол пещеры. Он тяжело дышал, закрыв глаза и не обращая внимания на кровь, которая тут же начала пропитывать его рубашку. — Дай перевести дыхание, и я всё тебе расскажу. Я так устал, что уверен, сегодня впервые буду спать всю ночь.