Hold On Tight

- А где Юля? - спросила Настя, вставая рядом с Алисой. Солнце сильно слепило ей глаза. Отсутствие меланина сильно мешало ее жизни. Альбинизм — это болезнь. К необычной внешности девочка получила внушительный букет разных медицинских терминов. Настины глаза на свету были практически прозрачными. Сквозь бледно-голубую роговицу можно было просмотреть кровеносные сосуды. Глаза от этого приобретали необычный фиолетовый оттенок. Обратная сторона медали состояла в том, что ей постоянно приходилось щуриться или носить солнцезащитные очки, которые растяпа Настя все время оставляла в сумке. Алиса протянула ей пару очков. Она специально носила их в кармане для подруги. Настя поправила серебристо-белые волосы, доходившие ей примерно до ключиц, и надела очки. Жить сразу стало проще. Фарфоровая кожа уже слегка покраснела — еще один минус альбинизма. Она получала солнечные ожоги постоянно. И даже солнцезащитный крем, в котором она буквально вымачивалась, не всегда ее спасал. Алиса молча кивнула в сторону вагона - Лена? - Настя свела брови. Не смотря на их абсолютно белый цвет, они были густые и заметные на белой коже. Алиса удивленно уставилась на нее - Что..? - Настя отвела взгляд - Или ты думала, я совсем слепая?! Я Юльку знаю уже сколько, восемь лет?! - девочка хмыкнула. - Ну, судя по всему, тут только один слепой человек… - беззлобно ответила Алиса, смотря на Лену. - Три… - поправила ее Настя, намекая на близнецов, которые вообще ничего вокруг себя не замечали. Алиса прыснула - Нам стоит..? - начала Настя, но закончить вопрос не успела. Алиса покачала головой. - Она сто пудов притворяется, что спит… - Алиса на секунду зажмурилась. Ветер подул сбоку и ее короткие каштановые волосы оказались у нее на лице - Завтра я ее выловлю… - Алиса бросила взгляд на часы и повлекла Настю за собой. Заметившие их Аля и Аня попрощались с Леной и поспешили за подругами. Лена огляделась в поисках Юли и, не найдя ее, поспешила к вагону. Юля сидела в купе и читала газету, в которую несколькими часами ранее был завернут омуль. - А ты чего тут? - Лена села на кровать и посмотрела на Юлю. Было так странно видеть ее без улыбки на лице. Юля всегда улыбалась. Даже если они не разговаривали, а просто сидели, уголки ее губ все время были подняты. Но не сейчас. Лена скучала по этой улыбке. В ней было что-то волшебное: она могла заставить пустыню цвести. - Голову напекло, наверное… - Юля положила руку на голову с выражением нечеловеческой усталости на лице. Она почувствовала внутренний тычок совести: «Ложь во благо не перестает быть ложью». Лена села рядом, заправила свои кудряшки за уши и по-родительски положила руку Юле на голову. Она не могла понять, горячая ли у нее голова или это обычная ее температура, но Юля прикрыла глаза. Иван позвал всех на ужин, и Юля моментально забыла обо всех своих проблемах при упоминании слова из четырех букв. Ужин…. Ну что за музыка для ушей…

***

- Печёнка!!! - завопила Юля, буквально запрыгивая за стол. Она подумала о Насте, вспомнив, как на протяжении всей смены они устраивали смертельные бои за печёнку Алисы, которая ее терпеть не могла. Она наморщила нос и поджала и опустила уголки губ. - Что это с ней? - спросила Лена, обращаясь к Антону. Она повернула голову на Витю, который в считанные секунды опустошил тарелку и сидел довольный, как удав. - Сто пудов завидует Насте сейчас и мечтает оказаться за одним столом с Перчаткиной! - парень по-доброму хихикнул и, бросив короткий взгляд на брюнетку, подвинул свою тарелку ближе к себе и снова посмотрел на недоумевающую Лену - Юлька любит печень. А Алиска терпеть не может. И они с самого первого дня их знакомства с Настей воюют за порцию Алисы. В прошлом году их даже рассадили! - парень засмеялся. Юля продолжала сидеть с наморщенным носом - Они устроили перетягивание тарелки за столом под собственные вопли, пока она не выскользнула из их рук, и все ее содержимое не оказалось на рубашке заведующей лагеря… - проговорил он сквозь смех и стер слезу из уголка глаза - Воспитательная беседа тогда длилась несколько часов! Мы все столпились рядом с кабинетом заведующей с нашими стаканами и, приложив их к стене, - он изобразил невидимый стакан в руке рядом со своим ухом - Слушали, что там происходит… - парень принялся за еду, и Лена взглянула на Юлю. - Юль… - она обратилась к подруге. Юля отвлеклась от еды и с горящими глазами посмотрела на Лену. Вокруг рта у нее блестела подливка, и Лена звонко хихикнула, беря салфетку и протягивая ее Юле - Хочешь? - она предложила брюнетке половину своей порции, и глаза у той загорелись. Она активно закивала, ни на секунду не переставая жевать. Лена отсыпала ей свою еду и сама засветилась от счастья. Порой крохотные движения души значили для нее так много… Покончив с едой за считанные секунды, Юля убедилась, что может видеть свое отражение в тарелке и встала из-за стола - Эй, ты куда? - опомнилась Лена, зная, что из столовой они выходили лишь все вместе. Никого не выпускали одного. Но Юля не ответила. Она подошла к столу Ивана и с вызовом положила руку на поверхность. Мужчина поднял на нее глаза и прыснул, не в состоянии сдержаться. Брюнетка сердито смотрела на него, поджав губы. Он ни сказал ни слова и лишь махнул рукой. О Юлиной любви к печенке он знал не понаслышке. Ведь именно он отбивал их с Настей тогда у заведующей. Через секунду из кухни появилась женщина с глубокой тарелкой в руках. Она доверху была заполнена печенкой. Иван кивнул Юле, и та ураганом подбежала к столешнице, схватила тарелку и, раскачиваясь в разные стороны, побежала обратно к своему столу, не переставая улыбаться во все тридцать два. Она плюхнулась за стол и с выражением победителя на лице осмотрела друзей. Затем она схватила вилку и с нечеловеческой скоростью начала накалывать на нее блестящие кусочки. Юля была в своей среде… В своей вселенной. В ней все стремилось к хаосу и энтропии. Это закон термодинамики. А может… — думалось Лене — это основа жизни…

***

      К восьми вечера поезд остановился на станции со странным названием «Горхон». Юля назвала ее «Дракон», схватила кошелек и умчалась куда-то. - Эй! Мы же всего две минуты стоим! - крикнула Лена ей вслед. - Я знаю! - убегающая Юля оглянулась через плечо - Я быстро! - она скрылась за дверью тамбура и через минуту вернулась с маленьким бумажным пакетом. Поезд поехал - Погнали! - она увлекла Лену за собой. - Куда? - К девчонкам! - Юля сказала это таким голосом, словно напомнила ей о существовании теоремы Пифагора. Они выскочили из купе, бегом миновали девять вагонов и влетели в вагон номер два, где в четвертом купе сидели Настя с Алисой, а на соседней кровати валялись близняшки с картами. Они заметили девочек. - А Алиска… - Настя хвастливо вздернула брови, но Юля не дала ей договорить. - Держи! - запыхавшаяся брюнетка поставила бумажный пакет перед Алисой. Та недоверчиво на него посмотрела - Перчаткина… - протянула Юля, размахивая перед ней рукой - Я тебе поесть принесла!!! - Алиса развернула пакет, понюхала содержимое и блаженно улыбнулась. Юля знала, что Алиса осталась голодная после ужина, потому что даже на запах печёнку не переносила. Каждый раз она сидела вся красная, закрыв нос рукой в ожидании, когда их выпустят из столовой. Она сбегала самая первая и, глубоко дыша и втягивая свежий воздух, ругалась на того человека, кто вообще придумал есть печень. - А мне? - Настя распахнула свои глазища, хлопая длиннющими белыми ресницами. - А тебе Алиска свою порцию в столовке отдала! - насмешливым тоном пропела Юля и подалась вперед, упирая руки в бока. Настя показала ей язык и промычала. Юля сделала то же самое и в итоге плюхнулась рядом с близняшками, освобождая проход для того, чтобы Лена могла войти. Алиса за обе щеки уплетала вареную картошку с укропом, блаженно закрыв глаза. «Интересно, кто-нибудь из девочек когда-нибудь задавались вопросом: «Как я здесь очутилась?» Словно мы в лабиринте и совершенно запутались, и все по нашей же вине, ведь это именно мы всякий раз сворачивали не туда» — думала Лена. Ей всю жизнь казалось, что она постоянно сворачивает не туда. Но в итоге один из этих неверных поворотов все же привел ее сюда. Она оглядела всех присутствующих, не слыша ничего вокруг себя. Время словно замедлилось, давая ей возможность насладиться моментом. Она повернула голову: Алиса, закрываясь рукой от Насти, запихивала остатки картошки себе в рот, Юля встала с койки, перегнулась через стол и, уперевшись ладонью Насте в лоб, отталкивала ее от Алисы, а близняшки смеялись с широко открытыми ртами, схватившись за животы и подтянув к себе ноги. «Carpe Diem» — пронеслось у Лены в голове. Лови момент. Живи настоящим. Алиса хлопнула ладонью по пустому пакету, что вернуло Лене возможность слышать, и показала Насте язык. Настя свернула губы трубочкой и скорчила обиженное лицо. Сложно было понять, кто из них больший фанат еды: Юля или Настя. - Эти два питона могут жрать дни напролет, отвлекаясь лишь на сон!!! - Алиса покачала головой и повернулась к Лене - И, знаешь, что самое интересное? - Лена пожала плечами - Худее этих двоих разве что только те двое! - она вскинула брови и указала на близняшек, хлопающих глазами. Лена кивнула, смеясь. Юля прыгнула между ней и Алисой, и они втроем обнялись. Настя, заметив такую несправедливость, кинулась на них, обнимая их со спины. А потом и близняшки с криком «А мы?!» присоединились к ним. Порой с людьми так случается: они встречаются: и между ними образовывается невидимая связь, которая преодолевает пространство и время. Так незнакомцы становятся семьей.

***

- Ну Юль, ну прости!!! - Антон сидел в ногах у брюнетки и смотрел на нее щенячьими глазками. Лена сидела рядом, прижимая пакет с полурастаявшим льдом к Юлиному лбу. По ее щеке сползала упрямая капля. Одна из рук Антона лежала на Лениной коленке. На той самой, что со шрамом. Юля сурово на него посмотрела и резко скинула его руку с Лениной ноги. - Марченко! - в дверях появился Иван с еще одним пакетом льда - Иди отсюда, пока еще чего-нибудь не натворил!!!! - мужчина подергал его за плечо и выпроводил из купе - Волкова! - он раскинул руки. Юля не ответила - Держи… - Иван вздохнул, сел рядом и вручил ей пакет со льдом - Покажи… - мягко приказал он, и Лена убрала холодный пакет с Юлиного лба. Под ним набухала синяя шишка размером с грецкий орех. Иван покачал головой - До свадьбы заживет… - усмехнулся он и приложил ей новый пакет со льдом на лоб, забирая старый. Лена прижала его покрепче, отчего Юля слегка отклонилась назад, потеряв равновесие. «Если уверенно двигаться вперед и прилагать все усилия для того, чтобы жить той жизнью, которой ты хочешь жить… Обязательно встретишь удачу, неожиданную в обычное время…» — Лена снова вспомнила слова Генри Дэвида Торо, его книг у нее дома было навалом, и так как реальных друзей у нее не было, она подружилась с желтыми страницами. В книгах была особая магия. Каждый раз заходя в зал, где стояла книжная полка, Лена слышала десятки тысяч голосов, которые хотели разговаривать именно с ней. Она закрывала дверь, вперивала взгляд в ровные ряды книг и шептала: «Расскажите мне что-нибудь…». Ее лучшим другом как раз и стал Господин Торо. «Ну и кто идет навстречу своей мечте без страха? — подумала Лена и мысленно усмехнулась — Разве что мистер Торо. Но даже ему только и удалось, что сбежать от всех в лес, ни с кем не общаться, рубить дрова, курить и рыбачить…». Возможно, жизнь была проще двести лет тому назад. Забавно, что Лена вспомнила о нем именно сейчас. Ведь именно сейчас, в данный момент, сидя рядом с Юлей, чьей головой только что сыграли в бильярд, Ленина жизнь, казалось, была наполнена смыслом. Юля пошевелилась. - Вань, ну я правда не специально… - Антон все еще стоял за дверью с перепуганными глазами, мечась из стороны в сторону - Юль… - Марченко… - Иван посмотрел на него еще более грозным взглядом - Если я через 5 минут не услышу твоего мирного посапывания, ночевать пойдешь в тамбур!!! Отбой был полчаса назад!!! - Но я… - начал было парень. - Завтра поговорим! - отрезал Иван, сделав жест рукой, означающий «разговор окончен». Антон послушно поплелся к себе - Лен, подержи ее так еще минут десять, и тоже ложитесь спать. Завтра посмотрим на все это… Ну, Марченко… - напоследок буркнул Иван и вышел из купе, закрывая дверь. Лена поплотнее прижала пакет к Юлиной голове. - Больно? - тихо спросила она. - Если ты будешь давить еще сильнее, то вдавишь шишку обратно мне в лоб, и все будет в порядке!!! - Юля усмехнулась так весело, словно это не ее голову час назад зажали подмышкой у ее друга, и не ее голова встретилась с металлическим наконечником поручня в коридоре, когда та пыталась освободиться. Юля откинулась назад и положила голову Лене на плечо, закрывая глаза. Лена уперлась носом ей в макушку, сделала, как просил Иван — подержала пакет со льдом еще десять минут и, выйдя из купе, высыпала полурастаявший лед в унитаз. Вернувшись, она застала Юлю рассматривающей в зеркало свою шишку - У меня как будто вторая голова растет!!! - Юля повернулась к Лене, приподняв челку, широко открыла глаза и указала пальцем на сине-красную отметину у нее на лбу. Девочка уставилась на Юлин лоб, и ей самой стало больно. Она слегка подалась вперед, звонко чмокнула ее прямо в шишку, мягко улыбнулась и стащила покрывало со своей кровати, забираясь под одеяло - Ауч… - только и смогла выдавить из себя брюнетка. Она выключила свет и тоже легла, но сон не шел - Лен… - позвала она, но Лена не ответила. Она уже спала. Сев на свою койку, Юля уставилась в окно. «Этот поезд никогда не меняется… Маршрут тоже… — девочка погрузилась в размышления, — Листья в конце августа только немного опадают… Но деревья же те же самые… Они не меняются… Не становятся выше или ниже… Звезды те же самые… Они тоже не меняются… Меняемся мы… Мы сюда возвращаемся каждый год совсем другими людьми…» — она взглянула в окно. Эти поездки всегда учат ее чему-то новому. Дорога петляет через леса, озера, горы, равнины… Всегда вокруг разные люди… Но даже не смотря на то, что, в конце концов, они приезжали в один и тот же пункт назначения, эмоции каждый раз новые… - Сам путь важнее… - шепнула брюнетка сама себе. Она встала с кровати и пересела к Лене. Луна освещала ее расслабленное лицо. Удары Юлиного сердца звучали, как нескончаемое фортиссимо в концерте Моцарта. «Удивительно, как люди боготворили Моцарта, потому что он написал «Twinkle, Twinkle, Little Star», когда ему было всего три года и сочинил первую симфонию в возрасте двенадцати лет. То есть, конечно, Моцарт был гениален и все такое, но если посмотреть на это под другим углом, то станет ясно, что он просто раньше других узнал о своем таланте. Вот и все. Жизнь дала ему небольшую подсказку, и он ей воспользовался…» — Юля убрала рыжие волосы с Лениного лица. Она шепнула ее имя и поймала себя на мысли, что произносит его иначе, нежели, когда обращается к Алисе, Кате и остальным. Словно практически не давая этому имени сорваться с ее языка. Словно, оставаясь у нее во рту, оно было в безопасности… - Я тебя люблю… - шепнула Юля так тихо, что и сама не была уверена, что произнесла это вслух. Лена ее, конечно же, не услышала…