Hold On Tight

      Юля стояла на входе в столовую и украдкой выглядывала из-за угла, осматривая зал. Ей очень сильно хотелось есть, но еще сильнее ей хотелось никого не видеть. Она выискивала взглядом Машу, но безрезультатно. Самой себе она сейчас напоминала хомяка, который из последних сил бежал и бежал внутри приделанного к клетке колеса, но выбраться не мог, потому что колесо вращалось слишком быстро. Она не заметила, как сзади подошел Иван и стал точно так же заглядывать в столовую. - А что мы хотим там увидеть? - какое-то время спустя шепнул он Юле на ухо, и та вздрогнула. - Ваня!!! - она сердито на него посмотрела, а он улыбался. - Долго ты собираешься гипнотизировать столовку? - он сложил руки на груди, смотря на нее сверху вниз, и через ее голову снова заглянул в зал. Юля открыла рот, чтобы ответить, но он заговорил первым. - Конечно, врываться туда, как домой при поносе, не стоит, но… - Юля усмехнулась. Ее желудок предательски заурчал от запаха свежей творожной запеканки. - Пойдем… - он улыбнулся, подтолкнул ее внутрь и зашел следом. В зале повисла гробовая тишина. Все уставились на Юлю, которая нервно теребила край своей футболки. Близняшки с улыбками замахали ей руками, но она не видела этого. Потупив взгляд в пол, она была похожа на загнанного олененка, отчаянно пытающегося убежать от охотников, найти выход из этой, казалось бы, безвыходной ситуации. - Чего все замерли?! - голос Ивана громом разнесся по столовой, отражаясь от стен, напоминая Юле громогласный голос Зевса из мультика про Геркулеса. - Все закончили с едой?! Тогда марш по комнатам!!! - он подтолкнул Юлю вперед, отвел ее к столу, за которым сидели сопровождающие из других вагонов, и усадил ее на стул, надавив на плечи. Она продолжала ковырять нитки на футболке и смотреть куда-то в пол, надеясь прожечь в нем дыру и провалиться в нее. Алиса с Леной переглянулись. Близняшки отложили свой недоеденный завтрак и с грустью смотрели на Юлю. Им было сложно поверить, что эта пятнадцатилетняя девочка, прячущая взгляд и передвигающаяся словно сомнамбула, являлась Юлей. Они вспомнили, как однажды на лагерном костре, лет пять назад, Иван раздал всем палки и сосиски. Юля разрезала кончик своей сосиски на четыре части, отчего при попадании в огонь, они раскрылись, словно щупальца осьминога. Близняшки повторили за ней. Они стояли напротив костра, наблюдая за огнем. У самого верха пламя закручивалось и становилось прозрачным. Складывалось ощущение, что они смотрели на мираж. «Это называется «турбулентное горение» — сказала Юля. Она объяснила, что в физике это граница между турбулентностью и чем-то еще — сестры не запомнили. Они запомнили лишь то, что в этом месте никакие законы не действовали. Точнее, ученые их еще не открыли. И глядя на Юлю сейчас, они осознавали, что она очень близко подошла к этой границе.

***

      Брюнетка быстро закончила с едой и посмотрела на Ивана. Он кивнул ей, она вскочила и вылетела из столовой, бросая взгляд на стол, где сидели ее подруги. Юля старалась как можно скорее выбраться из столовой и убежать подальше от всех этих взглядов и перешёптываний. Но бежать было некуда. Было неважно, куда она сейчас пойдет, что с ней случится, что она найдет или потеряет… Слишком далеко ей все равно не убежать. Все равно придется возвращаться. Но только не сейчас. Она забежала к себе в комнату, переоделась в чистую одежду и побежала в сторону домика на дереве. Сейчас он был ее единственным спасением. Сев на балкончик, она пыталась привести дыхание в норму после бега. Юля смотрела куда-то сквозь лес, пока ее взгляд не остановился на каком-то старом тополе. Дерево стояло на склоне горки, под которой проходили железнодорожные пути. Там постоянно дул ветер, поэтому оно росло не вверх. Оно было наклонено и, казалось, вот-вот упадет. И хотя его корни наполовину торчали из грунта, оно твердо сидело в земле. Юле этот тополь показался совершенно омерзительным. Он выглядел искаженным и чахлым на фоне других деревьев в лесочке, где девочка пряталась. Она невольно вспомнила слова матери: «Не коси глаза! Кто-нибудь ударит тебя по голове, навсегда такой и останешься!» — Внезапно Юля посмотрела на это закрученное дерево под другим углом. Оно лишь наполовину было в земле и смогло выстоять. Тополь уже не казался ей омерзительным. Он был прекрасен. Ведь именно борьба за жизнь создала его красоту. Она услышала шорох позади себя и невольно оглянулась. Рядом с ней стояла Лена. Юля отвернула взгляд обратно к тополю. Лена села рядом, ее коленки тряслись, а сердце отбивало барабанную дробь. Она воображала теперь, каково это — принять себя полностью. Каждую ошибку, которую она совершила, каждую веснушку и шрамик на своем теле. Каждую мечту, которую она не осуществила. Боль, которую она когда-либо кому-то причинила. Она представила, как примет все это. Так же, как всю ее приняла Юля. Представив это, она наконец почувствовала, каково быть свободной. Набрав побольше воздуха в легкие, она открыла рот… - Не надо… - оборвала ее Юля, и Лена шумно выдохнула. Привычная ткань обыденности разорвалась, и сквозь дырку в ней на Лену глядела реальность. Она буквально слышала этот треск. С таким звуком с людей падает та вуаль, за которой они живут изо дня в день. - Нет, ты меня выслушаешь! - Лена встала, с твердым намерением поговорить с Юлей, которая не ожидала такого напора от тихой скромняшки Лены. Она скрестила руки на груди и повела бровью, мол, «ну, и..?». Лена снова села рядом с Юлей и посмотрела на нее со всей серьезностью во взгляде. - Я… - она запнулась, и вся ее уверенность испарилась. - Я всю жизнь бежала куда-то… Научилась мысленно считать секунды, экономить силы и ускоряться при необходимости. Чтобы никто не мог меня догнать… - ее голос дрогнул. Она сглотнула - Остановившись, я осознала, что нахожусь совсем одна посреди пустыни, в царстве песка и одиночества. Оглядевшись, я нашла тебя, и ты стала мне близким другом. Ты научила меня улыбаться. Любить свои кудряшки и веснушки. Оживила мое сердце… - Юля с интересном во взгляде слушала ее. Слова давались Лене тяжело, как если бы у нее в горле надули воздушный шарик, и он создавал препятствие ее голосу - Метр за метром ты вгрызалась в скалу по имени «Лена». Разглаживала шрамы. Разбирала завалы, в которых погибали остатки моей души. Ты первой сложила меня из кусочков… - Лена неуверенно потянулась к Юлиной руке, и та ее не одернула. - Когда пришло время любить, ты научила меня ползать, ходить, бегать… А потом, в первую ночь в лагере, перед сном, помнишь? - Юля утвердительно кивнула - Ты улыбнулась мне в темноте, просунула руку между прутьев кровати, путаясь в моих волосах, оборвала веревки, сковывающие мои крылья, и научила меня летать… - Лена перестала чувствовать под собой землю. Говорить она больше не могла, шарик в ее горле раздулся до внеземных размеров, и она закрыла глаза, пытаясь не потерять сознание. Признаваться кому-то в любви было безумно тяжело. Юля все понимала. Она сократила расстояние между ними, взяла в руки Ленино лицо и поцеловала ее. Лена всегда думала, что жизнь — это полная чаша. Ее же — была пуста. Ни капли воды. Так она и жила себе — Сахара в обличии человека. Но в эту секунду она почувствовала, как та чаша наполняется водой. И водой этой была Юля.

***

      Девочки сидели на балкончике домика на дереве и улыбались друг другу. Они словно изучали каждую ресничку, родинку, ямочку на их лицах. Мира вокруг словно не существовало. Юля продолжала опускать свои губы ей на лицо. Лена, немного осмелев, сама тянулась целовать девочку, растворяясь в бурном потоке ее самых первых поцелуев. - Ай… - послышалось откуда-то из кустов. Юля нахмурилась, настороженно оглянулась и закатила глаза, поворачиваясь к Лене. - Выходите!!! - она хихикнула. Лес не ответил. - Давайте-давайте… Я знаю, что вы там… - она встала на ноги и помогла Лене подняться. На конопатом лице читалось недоумение. Через секунду из-за деревьев показались головы близняшек и остальных. Они поднялись в домик, сдерживая улыбки. Лена густо покраснела, распахивая глаза. - Скажите, что вы ничего не слышали… - взмолилась она, зажмуриваясь и сдвигая брови. Аля с Аней с улыбками обошли ее с двух сторон и положили руки ей на плечи. - Каждое слово… - иронично протянули близняшки, не переставая широко улыбаться. - Сделайте так, чтобы они этого никогда не забыли… - усмехнулась Настя, последней взбираясь по лестнице. Лена широко открыла рот и стала обмахивать себя ладошками. Юля сдавлено хихикнула, хватая Лену за руку. Цвету ее лица позавидовал бы сам Синьор-Помидор. - Обязательно!!! - близняшки упали на деревянный пол домика на дереве и расхохотались. - О боже… - Лена закрыла рот руками. Она только что призналась в любви Юле на глазах у еще пяти человек. Юля расхохоталась и обняла ее, прижимая покрепче к себе. Близняшки, кто бы сомневался, не растерялись и тоже кинулись обниматься. Следом, с криками, к этому человеческому бутерброду присоединились и Алиса, Настя и Катя. Семь человек. Семь сияющих миров…

***

      Они вернулись к себе в корпус, поднялись на свой второй этаж и вошли в комнату с цифрой три на двери. - Кстати… - Юля упала на кровать рядом с Леной. - Что с вами тремя такое? - она указала на близняшек и Настю. У Ани между правым глазом и ухом виднелся темно-фиолетовый синяк, ее губа была разбита. У Али поцарапана щека и рассечена бровь. Настя пострадала меньше всех, на ее лице ничего не было, а вот руки и ноги всех троих покрывали синяки и ссадины. - Это они твою честь защищали! - хихикнула Катя, которой посчастливилось из того боя выйти вообще без потерь. Юля вопросительно подняла бровь. - Мы порвали Каютину на много маленьких каюточек!!! - засмеялась Аля, подпрыгивая на кровати. Юля посмотрела на Лену и расхохоталась, представляя, как девочки дерутся. Ей было сложно даже представить, что пацифистки Стариковы могли кого-то ударить. Они всегда даже улиток с дороги убирали. - Хотела бы я на это посмотреть… - усмехнулась Юля - А то я не видела ее за завтраком. - О! - Алиса подняла брови - У тебя будет такая возможность!!! Она еще долго в себя приходить будет… - Юля поморщилась и положила голову Лене на коленки, которая, улыбнувшись, начала перебирать ей волосы.

***

- Они что-то задумали, я тебе говорю!!! - Юля тянула Лену вверх по лестнице. Они возвращались из умывальника самые последние. Остальные упорхнули, едва закончив чистить зубы. Это совсем было на них не похоже. Третья комната всегда возвращалась вместе, куда бы они не отправлялись. - Ну, может, они хотели оставить нас вдвоем… - По своей природе наивная Лена пыталась найти во всем положительную сторону. Юле нравилась эта черта. - Ага… - хмыкнула брюнетка - Клоны сто пудов где-то прячутся и подглядывают… - она не унималась - Поверь мне, я знаю их сто миллионов лет!!! - Не знала, что ты такая старая!!! - хихикнула Лена. Сердитая Юля подтянула Лену к себе за руку и уже хотела было ее обнять, как они услышали грохот и дикий визг из их комнаты. Девочки побежали на шум. Забегая в комнату, они готовы были увидеть, что угодно, даже нанятого Каютиной киллера, пришедшего за близняшками. - Что здесь происходит? - Юля влетела в комнату, глядя на сидящих на полу сестер Стариковых, а посередине комнаты стояли их с Леной кровати. - Вы что, нас выселяете?!? - усмехнулась Лена, слегка врезаясь в Юлю. - Я же тебе говорила, они что-то задумали… - она обернулась к Лене - А ты мне: «нет, они нас просто вдвоем хотели оставить…» - передразнила она. - Вы вместе меньше суток, а уже ведете себя, как старые супруги! - хихикнула Алиса. Юля подлетела к ней и стукнула ее в плечо. - Так все-таки… - она оглядела руины их комнаты - Что вы тут делаете? - Волкова! - Алиса подскочила с кровати - Ты участвуешь в забеге для лошадей, а мыслишь, как корова!!! - Она эмоционально раскинула руки в сторону. - Коровы забеги не выигрывают… - девочка устремила на подругу укоризненный взгляд ее зеленых глаз - На что это, блин, похоже?!! - она указала ладонью на кровати - Мы сдвигаем ваши кровати… - буркнула Алиса. Юля с Леной рассмеялись. Их комната напоминала Лене аэропорт. В аэропорту все всегда радуются. Одни потому что куда-то едут, другие — потому что откуда-то вернулись. В их комнате всегда царила радость. Она зашла внутрь, поставила свой трон у окна и теперь господствовала там. Все семеро встали с кроватей и, весело о чем-то переговариваясь, принялись их двигать. Они совсем не заметили, как за окном начался ливень. Он барабанил в стекло, по листьям деревьев, крышам корпусов, отбивая свои ритмы. - Интересно, а молния может ударить в одно место дважды? - с интересом спросила Аля, закрывая балконную дверь. Все уставились на Юлю. Вся эта научная тягомотина была по ее части. - Конечно, может! - с уверенностью ответила она - Но только если у тебя не хватит ума отойти в сторону… - она рассмеялась, и Аля бросила в нее подушкой. - Третья комната!!! - послышался крик вожатой из коридора - Пять минут назад отбой был!!! Правила действуют для всех! - девочки синхронно поджали губы и завозились с покрывалами. - Какое твое любимое место на планете? - спросила шепотом Юля, когда все улеглись и погасили свет. Лена положила голову брюнетке на грудь и крепко прижимала ее к себе, боясь, что та снова убежит ночевать в другое место. - Место, в котором живут люди… - ответила она, оставляя легкий поцелуй у Юли на ключице. Юля нахмурилась, но в темноте этого было не видно. Она не понимала, что значит «где живут люди». Люди живут везде, вроде бы это было всем известно. Она моргнула, вспоминая, что не всегда все так, как кажется. И мир не буквален. Это не съемочная площадка. Стены сделаны не из бумаги, еда не пластиковая, а ты не говоришь чужими словами. - Ну это как маленькая шкатулочка… - Лена ткнула пальцем куда-то Юле между ребер - Там живут люди, которых ты любишь, и которые любят тебя… - она улыбнулась, оставляя короткий нежный поцелуй на лбу Лены, и обняла ее как можно крепче, поглаживая по мягким волосам и вдыхая запах персиков и теплого молока... «Там, где живут люди... — подумала Юля — Надо обязательно туда отправиться...»