Когда цветет Ликорис

— Надень нормально, — Майки поправил на мне куртку, заставив меня просунуть руки в рукава, и застегнул молнию. Я глубоко вздохнула, спрятав нос в ворот и ощутив чужой запах. Сейчас мне не хотелось ничего, кроме как сидеть вот так на мокром байке, под проливным дождем, в этой куртке. Казалось, пошевелись я сейчас или произнеси хоть одно слово — эта хрупкая картинка разобьется на множество кусочков, которые уже никогда не соберутся воедино. Поэтому я лишь продолжала внимательно рассматривать лицо Майки, впервые находящееся настолько близко, что я могла ощутить его теплое дыхание. Хотя… нет, такое уже было. Да, та самая машина, которая чуть меня не сбила. Вот так всегда. Вечно он меня спасает. Интересно, почему? Такая шутка судьбы? Хах, недавно я говорила, что не верю в это. И правда, сама себе противоречу. Чем же я тебя так привлекла, Манджиро Сано? Большинство людей терпеть не могут мое общество, а ты, кажется, только и делаешь, что пытаешься завести со мной дружбу: помогаешь, поддерживаешь, искореняешь мои страхи… В чем же подвох? — Замерзла? — я вопросительно взглянула на него, вынырнув из своих мыслей, — У тебя губы синеют. — Ты смотришь на мои губы? — вот так всегда: сначала делаю, а потом думаю. Вопрос прозвучал достаточно странно даже для меня самой. Тем не менее, Майки лишь продолжил внимательно смотреть мне в глаза. Будто что-то искал… — Да. Ответ заставил меня усмехнуться и снова уткнуться лбом в его плечо. Это лишь случайность, Юки. Нечего искать те розовые очки, через которые ты когда-то давно смотрела на мир. — Не смотри. Они не заслуживают внимания. — Почему? «Почему»? Что же мне ответить… Что они принадлежат ужасному человеку? Что они говорили страшные вещи? Или, что с ними творили все это время?.. — Не важно. Просто не смотри. Не знаю, сколько времени мы просидели вот так, но дождь начинал потихоньку стихать. Ветер уже не развевал распущенные волосы, лишь изредка колыхал, принося с собой холод и запах моря. Я зашевелилась, когда спина начала отказываться держать меня в полусогнутом положении. Думаю, Майки тоже устал от подобной позы, но не спешил разворачиваться к рулю. Я рассеянно взглянула на него и внезапно чихнула, прикрыв руками нос. Парень только посмеялся с моего удивленного лица. Тихо, незлобно… как умеет только он. — Я отвезу тебя домой. Ты насквозь промокла… При слове «домой» перед глазами пронеслись мрачные картинки прошлого. Открытое окно, пасмурное небо и кончик маминой косички, который я увидела в самый последний момент ее падения. Мелко вздрогнув, я обняла себя руками, помотав головой. О-о, я не хотела домой. — Нет, — перебила я, — Можешь оставить меня здесь, но только не домой… — Юки-чи, — тон Сано сменился на более серьезный. Он взял меня пальцами за подбородок и заставил смотреть в глаза. — Что у те… — А-апчхи!.. — новый чих прервал его начавшийся «допрос с пристрастиями» (чем-то другим это явно быть не могло). Майки тяжело вздохнул и отпустил меня, развернувшись к рулю и заведя мотоцикл. Мне же оставалось лишь обнять его со спины в последний момент, когда бабу тронулся с места, размеренно покатившись по мокрому асфальту Сибуи. — Куда мы? — спросила я, особо не надеясь на ответ. Верно, ему проще доставить меня домой и дело с концом. Я итак заняла много его времени, по сути, он вообще не должен был меня везти даже сюда… Как и думала, Майки промолчал. *** Через время дождь прекратился совсем, оставив после себя стойкий запах озона и множество луж на дорогах. Сано плавно их объезжал, направляясь в только ему одному известное место, потому что поворот в сторону моего дома мы благополучно проехали еще минут десять назад. Это должно было меня насторожить, но я лишь безынтересно разглядывала токийские улицы, редких прохожих, иногда бросая взгляд на пасмурное небо без единого просвета. Мне было абсолютно все равно на то, куда мы приедем, кто нас там ждет. Если бы Майки привез меня на мост и сбросил вниз, думаю, я бы не издала ни одного звука. Все это время мы молчали. Я лишь изредка шмыгала носом от чихов, кидая взгляды на чужой затылок. Зачем он это делает? На что надеется и надеется ли вообще? Общение, дружба… Ты требуешь от меня невозможного, Майки. Я упрямо помотала головой, пряча нос в вороте куртки. Нет. Не хочу ни о чем думать. Только не сегодня. Через некоторое время Манджиро снизил скорость. Мы уверенно лавировали между улицами одного из спальных районов, вскоре остановившись у ворот большого дома, выдержанного в традиционном японском стиле. Я подняла голову с плеча Майки, оглядев место, куда он меня привез. Вопреки всему, в голове не возникло ни одного вопроса. Я лишь бросила взгляд на чужой дом и послушно встала с байка вслед за парнем. — Даже не спросишь, где мы? — отозвался Майки, пока возился с воротами в попытке их открыть. Через пару секунд дверь таки распахнулась, явив то, что скрывала — внутренний двор с дорожкой к дому и гаражу. Я хмыкнула, обняв себя руками. Какое мне дело до того, куда ты меня привез? Не домой и ладно. Чувствую, в той квартире я бы совсем голову потеряла… — Мне все равно. — Тогда проходи. — кивнув, я первой зашла во двор, мысленно попросив прощения за столь неожиданное вторжение. Следом Сано закатил мотоцикл, пристроив его возле гаража. Стоя напротив широкого крыльца, я все-таки начала размышлять над тем, кто же хозяева этого дома. Он выглядел довольно зажиточно, если не богато. Может, здесь живет кто-то известный? Кто-то, кто любит культуру… Но тогда откуда у Майки ключи? Друзья? Знакомые? Но зачем бы им делать дубликат для кого-то постороннего. — Юки-чи! — я вынырнула из своих мыслей, обернувшись на парня. Он стоял у открытой двери гаража. — Пошли. Может и правда друзья, которые позволяют ему пользоваться гаражом для мотоцикла? А что? Все может быть. Но да мне нет никакого дела до чего-то подобного. Я неспешно направилась за Майки. Однако то, что увидела, шло вразрез с изначальными представлениями. Как говорится: «ожидание — реальность». Гаражом в моем понимании было помещение с кучей штучек, так близких сердцу механика; прохладное местечко, где можно абстрагироваться от внешнего мира и погрузиться в починку или тюнинг техники. По крайней мере, таким был гараж моего отца. Правда, он ковырялся в своей машине, а не в мотоциклах. Помнится, когда была маленькой, я частенько таскала оттуда гаечные ключи… Не знаю, каким магнитом меня тянуло к ним. Место же, куда меня привел Майки, было больше похоже на комнату в доме. Три стеллажа с коробками вместо ящиков явно заменяли привычные комоды и шкафы, на одном из них покоился телевизор, позволив мне сделать вывод, что здесь все-таки живут зажиточные люди; угловой диван и кровать лишь дополняли картину. Я в недоумении застыла на пороге, но стоило сделать шаг вперед, как вопросы потеряли смысл и все встало на свои места. Запах был до боли знаком. Этот гараж был его комнатой. Значит, этот большой дом — дом Майки? Он из обеспеченной семьи? Но почему тогда живет отдельно? Я сняла промокшие кеды у входа, оставшись в таких же мокрых носках. Если пройду дальше — оставлю следы. Они, конечно, высохнут, но где я сегодня только не ходила… В эти мгновения я, наконец, начала потихоньку приходить в себя и думать головой. Я валялась на асфальте, можно сказать «купалась» под дождем, если сделаю неверный шаг — прощай чистая комната. Однако, Майки это мало волновало. Он неспешно дошел до кровати, стянул носки и одним точным броском закинул их в корзину для белья, что находилась на одном из стеллажей. Мое же внимание привлекла не она, а висевшее на плечиках выше байкерское пальто с иероглифами. — Чего ты там застыла? — Я вся в грязи… — неохотно отозвалась. Промокшая куртка уже не спасала, но лишь давила на плечи и я поспешно ее сняла. — Хм-м… — протянул Сано, задумчиво оглядев меня с ног до головы. И кто знает, от этого внимательного взгляда мурашки пробежались по спине, или же от холода. Майки резко встал с кровати и полез в одну из коробок на ближайшем стеллаже, впоследствии выудив оттуда что-то черное. Это нечто перелетело всю комнату, очутившись в моих руках. — Можешь надеть ее. Если не снимешь свои мокрые вещи — точно заболеешь. Я развернула вещь, свернутую вчетверо. Ей оказалась теплая, широкая толстовка, которая на мне явно смотрелась бы как короткое платье. Это… его? Запоздало пришли мысли о том, что я и правда вся мокрая. Даже не так, ВСЯ МОКРАЯ. Помнится, в детстве я сбежала гулять под дождем, а после слегла с пневмонией. Времечко было то еще, и повторять прошлый опыт я не хотела. Однако, был один нюанс… Мои руки и ноги до сих были обмотаны бинтами, но они тоже промокли, несмотря на то, что были надежно скрыты кофтой и штанами. А вспоминая, что под ними… У меня резко отпало желание переодеваться, потому что придется их снимать. А демонстрировать Майки кое-где разукрашенные ноги и постепенно сходящие синяки я не горела желанием. Только провокационных вопросов мне не хватало. — А-эм… Я, наверное, не бу… — Не волнуйся, я выйду. — Нет, это не… — я закусила губу. И что делать? Что мне сказать? Аргументов ноль. — Просто… — Что? — в голове всплыла одна единственная мысль, которая могла бы меня спасти. — У тебя не будет еще штанов? Я стесняюсь своих ног!.. Как говорится: «Наглость — второе счастье»… *** Вопреки всему, что я ожидала, мне таки вручили штаны, которые отыскались где-то в потаенных закромах. Как пояснил сам владелец, они ему давно стали маленькими, а выбрасывать их он не хотел — вот и хранил подальше от зорких глаз дедушки, который терпеть не мог, когда в доме «складировался хлам». Так я узнала чуть больше о столь таинственной личности, как Майки. Пока он ушел за «чем-нибудь горячим», я насухо вытерлась врученным полотенцем и натянула на себя вещи с чужого плеча. Не сказать, что Сано был во много раз меня крупнее (с тем же Кеном явно не сравнить), но вещи были велики. Впрочем, это было логично, учитывая тот факт, что я имела достаточно маленький рост и схуднула, а Майки — парень, видимо, любящий носить нечто свободное. Так что теперь я сидела на диване по-турецки, накинув на голову полотенце, и рассматривала свои мокрые вещи, сваленные в кучку на полу. По-хорошему, стоило бы их куда-нибудь повесить сушиться, но кроме стеллажей ничего в голову не лезло. Однако, можно ли так делать? Ожидание длилось дольше, чем я думала. А пока Сано не вернулся, в мою голову закрались давно мучащие мысли. Например о том, что я практически ничего не знала о нем. Только имя, «должность» и вот, сижу у него в комнате. О семье он не говорит, лишь обмолвился о дедушке, о самом себе — тоже. Впрочем, и я держу все в секрете, так что тыкать в подобное носом будет несправедливо. Сначала посмотри на себя, да? Сняв полотенце, я таки решила накинуть его на угол стеллажа, отодвинув плечики с пальто. Рукава толстовки задрались, открыв пару синяков на запястьях в форме пальцев. Чертов любитель хватать меня за руки. До сих пор никак не сойдут, как и тот, на ключице… Если Майки это увидит — мне будет не отвертеться. Слишком уж они выразительные. Я спрятала руки в рукава как раз в тот момент, когда дверь открылась и в гараж зашел Сано с двумя кружками, от которых поднимался пар. Сердце быстрее забилось о грудную клетку. Если бы он пришел чуть раньше… — Э-э, я хотела спросить про вещи, — первой начала я разговор, отвлекаясь от тревожных мыслей, — Можно их куда-нибудь повесить? — Повесить… — задумчиво протянул Майки, поставив поднос с кружками прямо на пол, — Рядом с тобой коробка, возьми еще одни плечики. Я повернулась и выудила на свет то, что мне было жизненно необходимо. Метнувшись к вещам, расправила их на плечиках и повесила на стеллаж, который находился ближе ко входу. Так-то лучше. Надеюсь, они быстро высохнут. Майки переключил режим на кондиционере, который я изначально не заметила, и в комнате стало теплее. По итогу, мы уселись в разные концы дивана, мерно попивая горячий чай. И наступила та самая неловкая тишина. В голове не крутилось ни одной мысли. Я успокоилась, но продолжала безразличным взглядом смотреть куда-то в пустоту, периодически поднося кружку к губам. Наверное, стоило бы завести хоть какой-то разговор, но я даже не знала, с чего можно было бы его начать. Наверное, Майки ощущал нечто подобное, поэтому тишину разрушал лишь шум от кондиционера. Однако, это не продлилось долго. И Сано таки вывел меня не неприятный разговор… — Юки-чи, — начал он, поставив пустую кружку на поднос, — Что с тобой происходит? Я мелко вздрогнула, сжав в руках кружку. Думаю, будь она хрупкой — тот час разлетелась бы на части. Он что-то увидел? Услышал? Отчего такие вопросы? — Может быть, это не мое дело, но… — Майки бросил в мою сторону внимательный взгляд. Тот самый, который нельзя было прочесть, — У тебя проблемы? — Почему ты так решил? — нацепив на себя маску безразличия, я продолжила пить чай. Не подам вида — ничего не узнает. — Хотя бы потому, что ты изменилась в лице. — Майки пересел ближе ко мне, заглянув в глаза. — Тебе кажется. — Твои руки начинают дрожать, когда речь заходит о доме. — Не правда. — глухо отозвалась я. — Ты не позволяешь просто так до себя дотрагиваться. — Не люблю касания. — как он подметил столько мелких деталей?.. — Слишком мнительная и скрытная. — Уж какой выросла. — я продолжала отвечать на его аргументы с толикой безразличия. — Соврала о том, где живешь. — Я вас первый раз видела — что мне оставалось? — В тот раз я не придал этому значения, но в твоем телефоне только один контакт. И я помню, какими глазами ты посмотрела на меня, когда я позвонил сам себе. — И какими же? — уже более напряженно отозвалась. — Испуганными. Я, наконец, повернулась к Майки. Смотрел он дюже серьезно, хмуря брови. Не похоже, что если я скажу «ты все неправильно понял» и он как обычно улыбнется от уха до уха, прекратив этот допрос. — Майки, — начала я, тихо сглотнув. Надо лишь подобрать правильные слова. — Все это… — На тебя кто-то давит? — напрямую спросил он. И все мои заготовленные слова застряли в горле. — Скажи мне… — Нет. Все в порядке. Я попыталась встать с дивана, дабы вернуть опустевшую кружку на поднос, но парень крепко перехватил мое запястье, не позволяя сдвинуться с места. Именно то, где не сошли синяки. Рука отозвалась тянущей болью и я закусила щеку с внутренней стороны. — Говори. — Отпусти… — хватка у него оказалась крепкая. Перед глазами пронеслись не самые приятные воспоминания о том, как похоже меня хватал Джиро. Я мелко вздрогнула. Мерзкое чувство. — Юки-чи! — Отпусти меня!.. — попытка вырвать руку оказалась провальной. Хотя, здесь больше подойдет слово «фатальная». Потому что широкий рукав толстовки так невовремя задрался на моем тонком предплечье, открыв взгляду Майки просто фееричную картину. Я в испуге распахнула глаза. Конец… Он застыл на месте, молча уставившись на один из уже пожелтевших синяков. Спустя секунду, не обращая внимания на мои сопротивления, задрал рукав до локтя. То же самое повторил с другой рукой, все еще сжимающей пустую кружку. Черт… Не хотела я, чтобы так все получилось. — Это что такое?