Девушка из трущоб

      Самый пик посещаемости на базаре вот уже час как остался позади, однако весеннее солнце только лениво отрывалось от линии горизонта. Ночной улов с разнообразнейших рыболовных суден ещё затемно свозили именно сюда, после чего повара и технологи скупали самое качественное и отправляли каждый на свою точку, где впоследствии всё это превращалось в лучшие и вкуснейшие блюда.       Общественным транспортом добраться сюда достаточно проблематично в такую рань, потому Гию пришлось просить отца подвести её. Даже для господина Ши было слишком рано ехать на работу, однако он пошёл дочери навстречу. Они вместе стали свидетелями разделки огромного тунца, части которого после этого распродались с невиданной скоростью с помощью организованного аукциона.       Вскоре Ченгу попрощался с Гию до вечера, попросил не чудить в его отсутствие и поехал на работу.       Когда базар немного опустел после утреннего нашествия покупателей, девушка принялась неспешно обходить многочисленные прилавки. Ей никогда не приносило удовольствие посещать рынки из-за беспрерывной толкотни, криков, шума, излишней суеты, но господин Мин привил ей своеобразную любовь к подобным местам. Хотела она или нет, но самые свежие и самые качественные, а иногда и дешёвые продукты можно было найти только здесь. Главное, научиться определять всё это по внешнему виду товара. Позавчерашний вечер в компании господина Мина окончился не очень хорошо. Ещё вчера утром Гию могла твёрдо сказать, что они поссорились и что именно поведение мужчины послужило тому причиной, однако уже к ночи пришло понимание вместе с уведомлением на телефоне о том, что через несколько дней должны были начаться месячные. Чёртовы гормональные качели каждый месяц в течение суток выбивали её из колеи, из-за чего она всегда, как по графику, искала поводы устроить эмоциональную встряску себе, а заодно и всем вокруг. Теперь Гию испытывала лёгкий стыд, но она ещё не была готова признаться в этом перед господином Мином, потому неосознанно тянулась в те места, из которых выходили их общие воспоминания.       Девушка с ощущением спокойствия и какого-то тихого умиротворения прогулялась по улочкам базара, прикупила одну рыбу, попросив продавщицу предварительно её почистить и разделать, после чего отправилась домой.       Ветер сегодня был на удивление тёплым и приветливым, однако Ши застегнула короткую куртку до самого верха и замотала шею шарфом, чтобы не замёрзнуть.       Её телефон молчал с того самого момента, как она, поссорившись сама с собой, ушла из сауны, хлопнув дверью. Юнги знал, что не было смысла за ней бегать и надоедать, ей нужно всего лишь время, чтобы прийти в себя и вернуться к привычному настроению.       Гию и сама не понимала сейчас, на каких основаниях решила, что надоела господину Мину и он вдруг собрался её бросать. Разумеется, не обошлось без шутливого сарказма Юнги на эту тему, который дал пищу для паранойи Гию. В итоге всего этого абсурда девушка убежала домой по своему желанию, но для себя решила, будто мужчина сам желал, чтобы она ушла.       По пути домой Гию заглянула в маркет, где прикупила целый пакет лимонов и пучок свежайшей мяты для приготовления десерта.       Через полторы недели Чепиль должна будет отправиться в больницу. Шёл уже девятый месяц беременности, а девушка оставалась как и прежде подвижной и энергичной, но всё также втайне от Намджуна продолжала курить. Брат подозревал об этом, однако теперь всё чаще старался сдерживаться, не кричал на Чепиль, не ругался с ней. На неё и так было мало управы. Даже молодой мужчина, которому выпала честь стать отцом будущего ребенка младшей Ким, не имел на неё абсолютно никакого влияния. Ею невозможно было руководить ни деньгами, ни удобствами, ни чувствами. И тем не менее Чепиль не являлась независимой, но умудрялась управлять всеми вокруг, прилагая к этому минимум усилий, как физических, так и моральных. Гию собиралась навестить подругу сегодня, но предварительно приготовить для неё лимонные тарты, так как Чепиль из-за беременности постоянно хотелось есть, нюхать или пить что-нибудь со вкусом лимона.       Девушка держала свой путь через кладбище, понимая, что господин Мин, узнав об этом, не забудет высказать своё опасение и неодобрение, но запрещать не станет. Вопреки этому, иногда Гию мучило желание там прогуляться. То ли это элементарная привычка, то ли возможность временно побывать в своей прежней шкуре.       Гию безумно ценила заботу Юнги. Он умел это делать без давления и навязывания, оставляя девушке достаточно пространства для собственных решений и выбора. Ши иногда и сама себя не понимала. Почувствовав хоть малейшее давление со стороны, начинала яро отстаивать своё право на самостоятельность, а в иной раз попросту приходила к Юнги и усаживалась к нему на руки, прося сделать выбор вместо неё, сказать, что нужно делать или хотя бы посоветовать. Гию хотела быть свободной и, тем не менее, идти по пути, ярко освещённому господином Мином. Она знала, что благодаря ему никогда не свернёт на тёмную тропинку, что мужчина всегда будет рядом. Он обнимет, поймёт с полуслова и даже по выражению лица Ши сразу узнает о её настроении.       «Я тебя люблю, знаешь же?» — пришло сообщение от господина Мина как раз тогда, когда девушка спускалась по узким, полуразвалившимся ступенькам вниз, к своему кварталу. Она остановилась, переместив ручки пакетов с покупками к самому локтю, и уставилась в экран.       «Знаю», — напечатала Гию быстрый ответ и пошла дальше, но совесть продолжала давить на на неё, понукая признаться мужчине тоже.       Она снова остановилась и добавила: «И я вас люблю, вы же тоже в курсе?»       «Разумеется», — последовал ответ от Юнги почти сразу, после чего мужчина со спокойной душой вышел из сети.       Гию побыстрее спрятала руку в карман, чтобы согреть её, и поспешила домой.       Приготовление тарталеток не занимало много времени, однако девушке хотелось справиться побыстрее. Она уже почти решила, что после чаёвничества с Чепиль, обязательно пойдёт к Юнги. Гию уже пришла в себя, а утренняя прогулка пошла ей на пользу и подарила немного необходимого одиночества. Теперь девушка начинала ощущать сильную тягу к господину Мину, настолько, что думала позвонить подруге и отсрочить их встречу на один день. Но она так и не сделала этого, посчитав, что ожидание благоприятно скажется на её настроении.       Вернувшись домой, Гию принялась за готовку. За плечами у неё были десятки неудачных попыток, но теперь девушка учитывала их все, потому быстро и правильно замесила привередливое тесто и положила охлаждаться в холодильник.       Она не торопилась, слушала музыку, а то и пританцовывала, возясь с лимонами. Приблизительно к середине готовки девушка вспомнила о волосах и быстро завязала их повыше, радуясь, что Юнги не был этому свидетелем.       Шаг за шагом Гию осторожно взбила будущий лимонный курд, подержала его на плите до необходимой стадии загустевания, а после принялась за заварной крем. Из духового шкафа приятно и очень аппетитно пахли основы для тарта, практически готовые к своему выходу. Гию уже чувствовала фантомные ощущения от хрустящего теста во рту, слюна неконтролируемо набегала, из-за чего девушка уже твёрдо решила съесть одну заготовку вот так, безо всякой начинки.       Пальцы и ладони пропитались тёрпкой лимонной цедрой, потому цитрусовый аромат не покидал Гию и на секунду. Оставалось лишь красиво и аккуратно оформить тарталетки, после чего можно будет отправляться к Чепиль.       Гию наполнила кондитерские мешочки, после чего неспешно заполнила низ тартов курдом, верхушки же украсила белым кремом, используя рельефную насадку. Когда всё было готово, девушка наре́зала дольки лимона, оторвала самые красивые листики мяты и водрузила их сбоку.       Оставалось самое сложное: сфотографировать всю эту красоту и донести её в целости и сохранности до дома семейки Ким. Чтобы обезопасить тарталетки от своей неповоротливости, Гию переложила их в прямоугольную корзину с высокими бортами и, одевшись, отправилась к Чепиль чуть раньше того времени, о котором они договаривались.       Гию прошла мимо сауны, снова отмечая тот факт, что господин Мин, одиноко попивающий чай на вершине своей лестницы, последний раз попадался ей на глаза ещё до начала этой зимы. Зачастую они стояли там вместе, и Гию нравился весь этот процесс, вплоть до самых мелочей. Даже непогода не могла спугнуть её, заставить завернуться в плед где-то в тепле внутри сауны и не выходить наружу.       Ши прошла через дорогу, завернула на улочку и вышла к дому семейки Ким, думая о том, чтобы предложить Чепиль выгулять Моню после чаепития и поедания тарталеток. Однако все мысли девушки разом вылетели из головы, когда она узнала Тэхёна, выходящего из нужного ей дома. Гию застыла на месте, и парень, зацепившийся за неё взглядом, тоже остановился.       Сколько раз они оба думали о том, что будет, если им снова придётся повстречаться. И теперь застыли, словно вслушиваясь в то, что происходило внутри них самих. Какие чувства там роились, какие мысли, вопросы… Молчание и оцепенение, казалось, длились вечно, как некогда взгляды, полные очарования и надежды. Однако вдруг Гию ощутила дикое желание убежать. Она пожалела, что попалась Тэхёну на глаза, и если бы была возможность, девушка спряталась бы за деревьями или поспешно повернулась спиной, надеясь быть неузнанной с такого ракурса. Но они продолжали стоять лицом к лицу, будто испытывая друг друга на прочность: кто первый сбежит. Первым оказался Тэхён. Перед этим он несколько раз растерянно моргнул и ушёл, куда и собирался.       Когда фигура парня скрылась за ближайшими постройками, напряжение, прежде удерживающее Гию на месте, спало. Она снова могла шевелить пальцами и крутить головой. Ши опустила взгляд к корзине, проверяя, всё ли в порядке с десертами, хотя они меньше всего её сейчас волновали. Девушка выдохнула, удивляясь тому, что из-за этого образовался пар, ведь до нынешнего момента такого не происходило.       — Ты долго там торчать будешь? — окликнула её Чепиль, замершая у окна.       Гию часто заморгала, понимая, что подруга, возможно, наблюдала сцену их с Тэхёном встречи с самого начала.       — Э-э… открывай, — неуверенно отозвалась Ши и двинулась с места, поправляя шарф.       Чепиль уже ожидала её в своей прихожей, оперевшись локтем о стену. Моня, как всегда, принялся вилять своим хвостом и мешаться у ног Гию, пока та разувалась. Пёс отказывался слушаться Чепиль, хотя уже получил от неё по несколько шлепков. Он лишь поджимал уши и нагибался, будто прося не злиться за привязанность к чужому человеку, и девушка оставила его в покое, забрав корзинку с тарталетками у Гию. Ши была чрезмерно молчаливой и даже забывала улыбаться при общении с подругой. Мысли её частично всё ещё пребывали рядом с Тэхёном. Она не могла сосредоточиться ни на чём, пока хоть что-нибудь не узнает от Чепиль.       — Я тебе уже говорила, что Мансу замуж выходит?.. — спросила младшая Ким, но Гию сегодня совершенно не интересовала какая-то местная девчонка, до которой ей уже давно не было дела.       — И давно он здесь? — перевела тему Ши, подняв взгляд на хлопотавшую над чашками Чепиль. Та поджала губы и приподняла брови, отвечая:       — Правда не знаю. Сказал, что не на долго приехал.       — М, — отозвалась Гию и опустила глаза.       Чепиль принялась заливать чашки кипятком, продолжая поднятую тему: — Я ему сказала, во сколько ты придёшь. Ну… может, он хотел поговорить или ещё что. Но чем ближе приближалось время твоего прихода, тем чаще он смотрел на часы и нервничал.       Гию тихо посмеялась вместе с Чепиль и сама удивилась тому, что в этом смехе не присутствовала внутренняя боль или обида, ведь она и сама подумывала о побеге.       — Представляю, как он испугался из-за того, что я явилась немного раньше.       Чепиль улыбнулась и пожала плечами, макнув палец в белый крем на одной из тарталеток. Она облизала его и села напротив подруги за свой привычно обшарпанный кухонный стол.       — Тэхён знает про тебя и господина Мина, — покивав, сообщила Чепиль.       Гию улыбнулась, поджав губы.       — Никто же не делал из этого секрет, — сказала она. Но горечь на корне языка омрачала этот момент, а стоящие перед девушкой пирожные внезапно утратили свой аппетитный вид для неё. — Вообще, Чепиль… вы все можете сколько угодно пожимать плечами и делать вид, будто не в курсе, куда он уезжал и что у вас не имелось его контактов, когда они мне были так нужны. Я знаю — это не так. Голос Гию слегка задрожал. Она провела языком по зубам и отвернулась к окну, сложив руки под грудью.       — Вы хорошие друзья, но не для меня, наверное…       — И для тебя тоже, — просто проговорила Чепиль. — Ну… если ты так хочешь поговорить с ним, то можешь это сделать прямо сейчас. Тэхён же здесь.       — Сейчас? Чепиль… сейчас я хочу только, чтобы он никогда больше не попадался мне на глаза.       Из-за дрожи в голосе было не совсем понятно, какие чувства скрывались за подступающими слезами, которые Гию тщательно останавливала.       — Не злись на него, — попросила Чепиль.       — Я и не злюсь, — неожиданно спокойно ответила Гию и покивала, наконец, потянувшись руками к чашке с чаем. Ей срочно нужно было чем-то занять себя. — Просто у меня не оставалось ничего, с помощью чего я могла бы изменить ту ситуацию. Тэхён отобрал у меня это, и вы тоже ему помогали. Наверное, посчитали, что так будет лучше, верно? — с неким сарказмом спросила девушка и сразу же ответила: — Решили за меня. Что же, спасибо…       Гию отпила глоток горячего чая, слегка обжигая кончик языка. Это немного привело её в себя. Она глубоко вдохнула воздух и выдохнула, пытаясь с помощью такого простого действия избавиться от ненужных чувств обиды.       — Гию, — позвала Чепиль с улыбкой и чуть наклонилась.       — Да всё хорошо, — ответила девушка, словно не она только что источала сарказм и раздражение. — Ты же знаешь, я такое просто не люблю.       — Тебе же классно с Мином, — напомнила Чепиль.       — Но это не значит, что я не могу чувствовать что-то к другим людям, да?       — Угу, — ответила Ким, откусив огромный кусок от тарталетки. — У Тэхёна тоже кто-то есть, — упомянула она.       — Спасибо, — уже смеясь поблагодарила Гию. — Успокойся, я не собиралась бегать за ним, чтобы услышать никого не волнующие объяснения. Уже поздно и не важно. Можешь так ему и передать.       Ши вздёрнула брови вверх и отпила ещё чая, по-прежнему не чувствуя желания что-нибудь съесть. Ей хотелось бы перейти на откровения, но, смотря на то, как Чепиль плямкала губами, яро уплетая лимонные тарты, поняла, что это будет максимально неуместно. Младшая Ким совсем не та подруга, которая могла с терпением и пониманием отнестись к чувствам Гию. В её понимании Гию должна была давно отпустить Тэхёна, просто продолжить жить и общаться с теми, кто хотел быть с ней рядом.       На самом деле Гию прекрасно понимала, ни встреча с Тэхёном, ни разговор с ним, что бы он ни сказал, ничего ей не дали бы, а только лишь запутали. Сложность и тяжесть тут же опускались камнем в её желудке, стоило ей подумать о словах парня, которые он мог произнести. Видимо, Чепиль была права. Следовало просто жить дальше.       Гию пообещала себе, что, вопреки ворчанию ЧенЮ, вынудит ту выслушать абсолютно всё, касаемо Тэхёна. Ей необходимо расставить все точки, но сам Ким ей вряд ли в этом поможет.       Уходя, Ши в который раз подумала о том, что дом семейки Ким оставался прежним, несмотря на то, где работал Намджун. По всей видимости, парень боялся потерять образ опасного главаря. Если местные прознают о том, что ему приходилось придерживаться определенного дресс-кода, говорить уважительно, кланяться перед вышестоящими и ещё много всяческих совершенно нетипичных для него вещей, он утратит свой авторитет. Гию старательно держала язык за зубами и не заговаривала об этом даже в присутствии Чепиль. По пути назад ноги сами завели её вовсе не домой, хотя это место она посещала даже чаще нежели собственную квартиру. Введя нужный код, Гию открыла дверь, ведущую в личную комнату владельца сауны. Она переобулась в домашние мокасины и сбросила куртку с шарфом, чувствуя себя здесь как дома. Упав на диван, девушка расслабленно уставилась в потолок, но уже через пару минут решила отыскать господина Мина.       Гию осторожно спустилась на первый этаж и подошла к Сунён, так как Юнги не было ни в его кабинете, ни на кухне.       — Господин Мин общается с клиентами в правом зале, — оповестила Гию улыбчивая администраторша. Ши кивнула и поблагодарила её, после чего отошла в приемный зал, чтобы сделать себе кофе.       Она никогда не отвлекала Юнги от дел, и если не могла помочь, то тихонько занималась чем-то своим в пределах стен сауны. Девушка задумчиво наблюдала за тем, как чашка наполнялась ароматным кофейным напитком.       Господин Мин появился в приёмной как раз тогда, когда кофемашина завершила приготовление. Вместо того, чтобы взять чашку, Гию подняла немного рассеянный взгляд к мужчине. Он на несколько секунд замялся на месте, оглядывая её, после чего забрал напиток, говоря:       — Спасибо, как раз собирался сделать себе, — и отпил глоток.       Ши растянула губы в улыбке и подошла близко близко, так, что мужчине пришлось отвести руку с кофе в сторону. Юнги и Гию старались не сильно смущать Сунён, потому девушка лишь запрокинула голову и прикрыла глаза, получая приветственный поцелуй. Не дав ей сразу же отстраниться, господин Мин придержал Гию за талию и прошептал прямо в губы:       — Останешься сегодня? — Ши открыла глаза. — Левый зал будет свободен.       Гию поджала губы и посмотрела на господина Мина будто исподлобья. На лице отразились и толика смущения, и немного игривости. Через мгновение Юнги отзеркалил эти эмоции и на своём лице, прежде чем сойтись с девушкой в согласном коротком поцелуе, коснувшись своим носом к её.       Господин Мин отпил ещё кофе и принялся готовить вторую чашку для Гию.       — Папе вы скажете или я? — поинтересовалась девушка, сцепив руки сзади вместе. Юнги посмотрел на Гию и усмехнулся. — Вскоре он вообще начнёт запрещать нам общаться.       — Хорошо, что ты это заметила, тарталетка.       — Думаю, я заметила это даже раньше вас, — отозвалась она. — И я говорила, что он начнет давить.       — Так что… будем играть свадьбу? — с толикой иронии спросил господин Мин и чуть приподнял свой чашку.       — Нет, не будем, — с лёгким насмешливым вздохом ответила Гию. Она взяла вторую чашку с кофе, развернулась и направилась к ступеням, ведущим наверх. Мужчина неспешно последовал за ней, спрашивая:       — Почему?       — Если брак нужен только для того, чтобы мой папа отстал, то точно не будем.       Несмотря на беззаботное выражение лица Гию, Юнги таки уловил в девушке странные опасные нотки, потому, поднявшись наверх, поравнялся с ней и приобнял одной рукой.       — Сейчас будем разбираться, насколько это нам с тобой нужно…       — Давайте потом, пожалуйста, — попросила Гию, всё ещё пребывая в лёгком смятении из-за сегодняшней встречи.       — Хорошо, не сейчас, но сегодня, — мягким тоном сказал Юнги.       — А вы уступчивый, — проговорила Гию, войдя в его комнату и обернувшись, продолжая идти задом наперед.       — Сама знаешь, какой я.       — Невыносимый, — отозвалась, садясь на диван.       — Но ты же выносишь?       — М-м… — согласно промычала Гию, отпивая из чашки.       — Ты мне сегодня не нравишься, — сказал Юнги, отставил свою чашку на столик и сел впритык к девушке. — Пытаешься выдерживать расстояние, не подпускаешь… Неужели до сих пор обижаешься?       Гию усмехнулась, смущённо опуская голову, из-за чего её макушка коснулась подбородка мужчины.       — Мне стоило бы извиниться за тот раз…       — Но ты не извинишься, угадал? — спросил Юнги со смехом. Гию тоже рассмеялась, потому что каждый раз после своих гормональных всплесков, приводивших к ссоре, она возвращалась в сауну как ни в чём не бывало, и мужчина принимал её также. — Расслабься, всё хорошо. Это была не ты, — сказал господин Мин и поднял лицо девушки, взявшись пальцами за челюсть.       — Угу, — согласилась Гию, мыча в поцелуй. Она продолжала усиленно думать о том, сказать мужчине о Тэхёне или не нужно, но всё же пришла к мысли, что должна это сделать. Подумать только, они уже вели разговоры о свадьбе, а она решила, будто не может доверить Юнги свои переживания.       Господин Мин поцеловал пальцы Гию на свободной руке, после чего нахмурился и застыл.       — Готовила сегодня?       — Да, — сказала Гию, пытаясь скрыть улыбку.       Мужчина взял из её руки чашку и поставил рядом со своей, после чего поднёс ладони Гию к своему лицу. Он поводил по ним губами и носом, после чего проговорил:       — Цитрус перебивает все запахи, но мятный слегка слышен. Ты делала себе мохито?       — Нет.       Господин Мин притянул Гию ещё ближе, обнял и зарылся лицом в волосы девушки, втягивая носом запах.       — М-м… нет, это выпечка… Что-то из песочного теста, угадал? — Юнги продолжил щекотать Ши носом и губами, вынуждая зажимать шею и плечо. Она смеялась, борясь с желанием расслабиться и позволить мужчине защекотать себя до слёз.       — Да, — выдала она наконец-то, когда удалось отодвинуть лицо Юнги подальше от своей шеи.       — Может, какой-нибудь чизкейк с лимонным муссом? — предположил господин Мин.       — Я готовила тарты для Чепиль, — пояснила она, закусила губу, и продолжила: — И-и… встретила Тэхёна у её дома.       Последнее она сказала быстро, будто боялась передумать, после чего уставилась в глаза Юнги, ожидая ответа.       — Ну-у… тарталетки-то хоть получились? — тихо, с затаённой улыбкой в уголках глаз спросил господин Мин.       — Да, — Гию с готовностью покивала и даже заёрзала, забыв, где именно оставила свой телефон, ведь там были фотографии.       — Благо ты их сделала до встречи с бывшим парнем, иначе Чепиль грозило вовсе остаться без зубов, — иронично поддел он, чуть приподняв брови.       Гию шлёпнула его по плечу и смешно нахмурилась.       — Он больше не влияет на качество моей готовки, — с некой гордостью произнесла она, чуть вздёрнув подбородком.       — Безумно рад это слышать, — спокойным и размеренным тоном сказал мужчина. — Это даже лучше любого признания.       На этот раз девушка сама потянулась к нему. Она скинула с ног мокасины и перебросила ногу через одну ногу Юнги.       — Сначала разберёмся насчёт свадьбы и её необходимости, — заявил мужчина.       Ши закусила губу, но послушно осела на коленку господина Мина, прогибаясь вперёд и укладывая голову ему на плечо.       — Начинайте, — тихо предложила Гию, готовясь к длительному и нудному обсуждению.       — Ты бы хотела мальчика или девочку? — спросил мужчина, тем самым выбивая Гию из колеи. Она тут же выпрямилась и удивлённо уставилась на Юнги.       — Вы же сами говорили, что ни жену, ни детей в своём доме не представляете, — воскликнула, разводя руками.       — Мне было бы интересно иметь дочку, — будто не слушая, продолжал господин Мин. Его взгляд был направлен к Ши, однако не сосредоточен, словно прямо сейчас в его воображении формировался образ ребёнка. — Если она будет такой, как ты, я согласен.       Гию нахмурилась, улыбнувшись одним уголком губ, после чего сразу же ответила:       — Такой, как я… — протянула она, предлагая мужчине продолжить.       — М?       — Говорю, чтобы получить дочку, вам, как минимум, нужно соблазнить её потенциальную мать. Максимум — уговорить её выйти за вас.       — Первое я уже сделал, — сказал Юнги. — Значит, ты хочешь, чтобы я уговорил тебя выйти за меня замуж?       — Не так… Скорее, я просто хочу знать, что вам бы правда этого хотелось.       — У-у-м, — хитро промурчал мужчина, оживившись и сжав Гию руками. — Моя девочка выпрашивает комплименты.       — Нет, при чём здесь это?       — Тарталетка, как можно сомневаться в том, что я этого действительно хочу? Разве я давал повод для сомнений? Отказывался от тебя или убегал из-за трудностей? Хоть раз сдал тебя отцу? — Господин Мин вопросительно глядел ей в глаза. Гию немного виновато потупила взгляд. — Кажется, ты хочешь уличить меня в сомнениях, которые одолевают конкретно тебя. Я же уверен в своих желаниях.       Господин Мин осторожно поправил девичьи волосы у самого уха.       — Послушай, Гию. Я ведь не должен тебя уговаривать. Я просто предложу, а ты согласишься или откажешься. Вот как это работает, солнце.       Его голос был необычайно нежен в этот момент. Юнги понимал девушку, потому не обижался из-за некоторых вещей, которые станут ей поняты лишь с возрастом.       Гию начало немного трясти из-за предложения, которое мужчина должен был вот-вот ей сделать. Она волновалась, хотя изначально не предполагала, что это могло так сильно её всполошить. Девушка думала, они рано или поздно вместе придут к решению стать мужем и женой; как обычно, немного пошутят, немного посмеются; одарят друг друга нежностями и милыми словами, но на деле ещё не произнесенные слова уже отбирали у неё дыхание и силы. Гию задышала чаще и сильнее ухватилась за мужские плечи.       — Не готова? — заметив состояние Гию, спросил господин Мин.       — Готова, — шепотом и даже с некоторой долей нетерпения согласилась девушка. Господин Мин оглядел её взволнованное и побледневшее лицо, после чего тихо озвучил долгожданный вопрос:       — Ты станешь моей женой, тарталетка?       — Угу, — почти не дав договорить мужчине, согласилась она, мелко покивав головой, но сразу словно опомнилась и сказала: — Да.       — Я не сомневался… — довольно растянув губы в улыбке, сказал Юнги.       — Самоуверенный, — подвела итог Гию, наклоняясь к его лицу и целуя в губы, заставляя откинуть голову на спинку дивана и прикрыть глаза.       — Уверенный в тебе. Наверное, даже больше, чем ты сама… — хрипло проворчал мужчина, продолжая расслабляться, не открывая глаза. Его ладони привычно покоились на девичьей талии, а большие пальцы — на животе.       Гию внезапно выпрямилась, решив прояснить всё и сразу.       — Но мне бы не хотелось иметь детей прямо сейчас. И-и… наверное… не хочу, чтобы в университете знали о замужестве, — Гию слегка скривилась, представляя, что господин Мин мог подумать.       Он понаблюдал за её беспокойно бегающим взглядом, фокусирующимся то на одном его глазу, то на другом, и усмехнулся, садясь глубже.       — Про детей я сказал для того, чтобы ты понимала — я не против, а уж когда это будет…       — Поняла, — смешно сжав губы в тонкую полоску, отозвалась Гию. — А что насчёт университета?..       — А что насчёт него?       — У вас нет никаких вопросов? — уточнила девушка.       — По-моему тут всё ясно… Ты могла бы снимать кольцо перед учёбой, не уведомляя меня об этом. Но ты просто призналась, что не хотела бы разглашать личное.       Ши поморгала, ненадолго застыв на месте, но вскоре мысленно согласилась с его логикой. Она внезапно оживилась и с пристрастием спросила, склонившись ближе:       — Тогда вскоре я смогу называть вас по имени?       — Нет, — достаточно твёрдо ответил мужчина, смешно скривив губы.       — Да почему нет?! — воскликнула Гию, хлопнув господина Мина по груди. — Юнги! — назло громко проговорила она, слегка подпрыгивая на каждом слове. — Юнги, Юнги, Юнги-и-и!       — Не беси меня, тарталетка, — тихо и спокойно посоветовал мужчина, пытаясь скинуть её с себя и скрыть своё довольство от реакции Гию.       Ши слезла сама и развернулась, устроившись на диване.       — Почему так сложно объяснить?! Думаете, я бы не поняла?       — Поняла бы… но нельзя, — так же спокойно проговорил господин Мин и сдвинул дверцу шкафа, собираясь достать оттуда халаты.       На самом деле ему не было особой разницы. Будет ли Гию называть его господином Мином или же просто Юнги. Смысл в том, чтобы оставить ячейку для постоянных размышлений девушки, поводов для её протестов и возмущений, вспышек недовольства и непонимания. Ему ведь так сильно это нравилось в ней. Он любил наблюдать, как в Гию ни с того ни с сего вспыхивал воинственный огонёк. Он любил перехватывать его собственными руками и разжигать сильнее, направляя в иное русло. Девушка уже злопамятно прищурила глаза, молча наблюдая за мужчиной.       На самом деле она осознавала, что могла называть мужчину так, как ей угодно. Господин Мин ни разу не обиделся, не разозлился, не высказался грубо, когда девушка переходила на «ты». Он лишь делал вид, будто раздражался, ворчал на неё или затыкал рот поцелуем. Зато почти каждый раз это приводило к высвобождению страсти с обоих сторон, и секс их становился долгим и жарким.       — Буду ждать тебя внизу… — проговорил Юнги, открыл дверь и обернулся, произнося: — Только не перепутай залы, тарталетка.       Он криво улыбнулся, замечая как лицо Гию вместо деланно сердитого приобретало растерянное выражение. Мужчина мог поклясться, что девушка уже отчаянно вспоминала, какой из залов занят, а какой свободен, но она была слишком сердита, чтобы уточнить эту информацию у господина Мина. Ши вовремя вспомнила о существовании Сунён и расслабленно выдохнула, потянувшись за своим кофе.       Несмотря на договор со своим я, присоединиться к господину Мину через какое-то время, девушка допила кофе достаточно быстро, поднялась с места и направилась прочь из комнаты. Она выглянула в приёмную, чтобы уточнить, в каком зале находился Юнги, после чего замедлилась и пошла к нужной двери.       Залы были действительно большие и включали в себя множество помещений, среди которых были: душевая, гардеробная, несколько спален, игровая, паровая, туалет и главный зал с бассейном. По началу отношений с Юнги Гию ещё таскала с собой купальник, однако очень скоро перестала это делать, предпочитая купаться с мужчиной либо в нижнем белье, либо вовсе без него.       В комнате господина Мина сперва появился личный халат Гию, затем она обзавелась там собственной подушкой, тапочками, после чего забила несколько шкафчиков своими вещами, включая и нижнее бельё, и предметы гигиены. Юнги иногда мило ворчал на неё, но останавливать поползновение Гию на его территорию не собирался.       Девушка вошла в гардеробную, где сняла с себя лёгкий свитерок и джинсы. Она с лёгким расстройством вспомнила, что сегодня на ней были простенькие хлопковые трусы и лифчик без косточек и пуш-апа, совершенно ничего не подчёркивающие, а только делающие её фигуру простенькой. Гию вполне могла бы снять всё это, обернуться в полотенце и присоединиться к мужчине будучи голой, но очередное «нет» от Юнги будило лёгкий протест внутри девушки. Ши понимала, что эти эмоции лишь временное и пустяковое явление. Он ведь только что сделал ей предложение, так неужели такая ерунда могла повлиять на их отношения?       Гию надела одноразовые тапочки и прошла в игровую, через которую пролегал вход к бассейну, а также в спальни и санузлы. Она приняла более безразличный вид, открывая следующую дверь. Перед ней сразу открылся роскошный вид на большой бассейн. Слегка побеспокоенная вода в поблескивала от яркого света лампочек. Весь пол был выложен специальной светлой плиткой. В некоторых местах на стенах выступали будто настоящие части скалы, прячущийся за всей этой роскошью. Работа мастеров была настолько великолепной, что посетителям казалось, словно это место и правда находилось внутри какой-нибудь пещеры. Одна из стен снизу доверху была сделана под натуральный скалистый камень. У неё располагался душ, встроенный прямо в потолок, так что вода лилась прямо из мелких отверстий сверху, а уходила через решетчатую металлическую плитку на полу. Издалека могло показаться, что это вовсе не душ, а какой-нибудь мелкий горный водопад. Сбоку располагалась просторная паровая комната, отгороженная от общего зала стеклянной прозрачной стеной. Там было темнее, чем в остальных помещениях, а все стены, как и сидения, похожие на волны, сделаны из дерева. Особой любовью Гию пользовался потолок, меняющий оттенок в зависимости от уровня освещения, которое здесь можно было регулировать как угодно. Прямо у бассейна стоял целый комплекс из водоустойчивых диванов и кресел, а в одной из стен находился встроенный огромный экран, на котором уже играла подборка видеоклипов с музыкой.       — Приглуши свет, тарталетка, — попросил господин Мин, и его голос лёгким эхом разлился в каждом углу этого помещения.       Коленки Гию начали сдавать позиции ещё до того, как он обратился к ней. Мужчина стоял по щиколотки в воде, полуобернувшись к девушке. Он не любил ходить нагишом, потому всегда надевал странную, по мнению Гию, набедренную повязку, чем-то напоминающую то, что носил на себе Тарзан, герой мультиков и фильмов. Однако эта вещица была весьма качественной. Тяжёлая и эластичная ткань достаточно быстро сохла, а ещё прекрасно скрывала эрекцию. Гию всё равно периодически посмеивалась с мужчины из-за этого, скрывая за смехом своё смущение или возбуждение.       Господин Мин всегда нравился ей из-за многих вещей, однако среди них никогда не числились качества его фигуры. Когда же Гию впервые увидела Юнги без одежды, сама себе не поверила, так как прежде умела любоваться лишь подтянутыми, спортивными телами. Впалую грудь господина Мина удачно компенсировали его широкие плечи, сильные руки и вполне крепкий пресс без ярко выраженных кубиков. Ши сама не понимала почему, но была в восторге даже от его выпирающих тазовых косточек и слегка сутулой осанки.       Сообразив, что не добьётся от Гию никаких действий, господин Мин вышел из воды и неспешно подошёл к кнопочной панели, оставляя за собой мокрые следы.       Ши бросила вороватый взгляд на спину Юнги, потому что движения мышц у его лопаток завораживали её больше всего остального. Сложив руки под грудью и сглотнув, она отвернулась и прошла к диванам, у которых располагался небольшой прозрачный стол. На нём стояли несколько бокалов, открытая бутылка вина и букет из клубник в шоколаде на палочках. Взгляд Гию зацепился за него, разноцветье шоколада и узоры из него же на клубнике вызвали небывалый аппетит. Красное, коричневое, кремовое… сладкий аромат свежих ягод и возбуждающий запах шоколада с горчинкой. Свет заметно приглушился и господин Мин добавил ко всему синюю подсветку. Она медленно мерцала по краю бассейна, становясь то насыщеннее, то блеклее. Обстановка располагала к расслаблению, но Гию никак не могла перестать напрягаться, чувствуя лёгкий страх предвкушения, заполняющий тяжестью каждое её движение.       Ши налила вина себе в бокал и необдуманно много глотнула. Горячие пальцы мужчины, тихо приблизившегося сзади, в этот момент легли на её талию, заставляя вздрогнуть от неожиданности — она не слышала, как мужчина подошёл. Дыхание Юнги тут же прошлось по коже на плече и шее. Он прислонился щекой к её щеке и легонько поцеловал в скулу. Гию продолжала делать вид, будто ничего не происходило, пока мужские руки осторожно хозяйничали на её теле. Безумно хотелось поддаться и покориться, но Гию стояла, словно деревянная.       Юнги погладил девичье плечо, прижимая второй рукой к себе Ши. Его пальцы будто щекотали её кожу, они неспешно спустились к тканевой чашечке бюстгальтера и погладили грудь. Сперва касания были едва ощутимые, потом с небольшим нажимом. Господин Мин очерчивал холмик то сверху вниз, то снизу вверх, то по кругу. Он мягко сжимал его всей ладонью, затем осторожно нащупывал пальцами сосок и аккуратно сдавливал.       Гию хотелось сжать ноги вместе и нагнуться. Господин Мин дразнил её, и этого девушке было мало. Губы Юнги сомкнулись на её надплечье в тот момент, когда пальцы всё также неспешно зацепили одинокую лямку бюстгальтера и стянули её вниз. Как бы Гию не желала сдержаться, но воздух резким потоком ворвался в её лёгкие, из-за чего тело девушки мелко дёрнулось, а грудь приподнялась. Лямка сползла ещё ниже и ткань вслед за ней, оставляя чувствительное место без защиты. Гию забыла о бокале в своей руке, потому он так сильно накренился, что вино тонкой струйкой потекло на пол. Девушка всхлипнула, а господин Мин перехватил бокал из её пальцев, наклонился и отставил его на стол, прежде чем снова обнять Гию со спины.       Ши ожидала прикосновений мужских пальцев снова, однако господин Мин медлил, томил Гию специально и для неё это уже не было чем-то необычным. Мужчина не являлся большим активистом в постели, однако когда он добирался до тела девушки, подходил ко всему основательно. Долгие прелюдии, нужная атмосфера, вкусная еда, немного выпивки, ласка… Он обязательно доводил её до оргазма первой, прежде чем удовлетворял и себя тоже.       — Кажется… — Гию облизала пересохшие губы, прежде чем продолжить, — вы собирались искупаться.       Губы мужчины с причмоком оставили её надплечье. Он выдохнул у уха Гию и, не отпуская, встал перед ней. Юнги потянул Ши на себя, а сам сел на диван. Так ему было удобнее доставать до девичьей груди. Господин Мин огладил напряжённый оголённый сосок большим пальцем и припал губами ко второй груди, ещё скрытой под тканью. Он взглянул в глаза Гию, касаясь мокрым языком к выпирающему соску. Ши обдало горячим дыханием. Нежные касания разжигали её, так что девушка не смогла больше смотреть на мужчину. Она слегка приподняла голову и выдохнула со стоном, зарываясь пальцами в мужские волосы. Господин Мин более смело избавил Гию от второй лямки и с жадностью обхватил губами оголившуюся грудь. Девушка шумно задышала, больше не сдерживалась, чувствуя тёплые пальцы Юнги под своими лопатками. Он неспешно расстегнул бюстгальтер и отложил его на стол, не переставая ласкать девушку губами и языком. Мужчина медленно переместился выше. Он поднялся и навис над Гию, продолжая властвовать над её чувствительными местами. Господин Мин заботливо огладил девичью щеку и скулу, после чего втянул её во влажный и тягучий поцелуй.       Когда он оторвался от губ Гию, несколько секунд любовался её расслабленным лицом и слегка трепещущими прикрытыми ресницами. Юнги потянулся к букету и вытащил из него одну клубнику. Он повертел палочку, на которую она была нанизана, и провёл кончиком ягоды по девичьей шее и ключицам. Гию перехватила мужскую руку и медленно поднесла клубнику ко рту, после чего достаточно эротично стянула её зубами со шпажки. Это действие заставило и её саму покрыться краской, но оно же и прибавило привычной ей смелости. Она облизала пальцы Юнги, на которых осталось немного шоколада, откровенно заглянув в глаза мужчины. Уголки губ господина Мина слегка дрогнули, он осторожно просунул большой палец в рот Гию, как она только что делала сама, и наклонился, чтобы поцеловать её в кончик носа.       Господин Мин слегка отстранился, вытащив палец, после чего взял бокал Гию и отдал ей. Его руки скользнули по девичьим бокам, прежде чем мужчина развернулся и направился к воде. На этот раз он не остановился и погрузился в неё полностью под внимательным взглядом Ши.       Она отпила из своего бокала и поставила его на место, собираясь присоединиться к Юнги. Девушка не стала спускаться по специальным ступеням, а просто приблизилась к краю бассейна и нырнула под воду. Теперь уже господин Мин наблюдал за тем, как Гию передвигалась под толщей воды.       Он подплыл к краю и удобно облокотился о него, прислонившись спиной. Девушка вынырнула как раз неподалёку от расположения мужчины, провела ладонью по лицу и волосам, после чего подплыла впритык к Юнги и обняла его за шею. Ещё долгое время пара оставалась на прежнем месте в прежнем положении. Гию любила целоваться, потому не могла остановиться: то покусывала мужчину за губы и подбородок, то нежно приникала к его рту, то впивалась с большей страстью. Господин Мин же поглаживал девушку по спине: снизу вверх и наоборот. Каждый раз достигая кромки намокших трусов, руки Юнги проникали под ткань и сжимали ягодицы Гию.       Будучи до этих пор более пассивным, господин Мин неожиданно подался вперёд, захватив нижнюю губу девушки. Он оттолкнулся от края бассейна и ушёл под воду вместе с Ши. Гию отплыла от мужчины и вынырнула, Юнги следом за ней. Он дотянулся до трусов девушки и удержал от побега, подцепив пальцами ткань. Ши засмеялась, будучи совсем не против быть пленённой и полностью раздетой. Придержав девушку за талию одной рукой, второй стянул оставшийся предмет одежды до колен. Гию несколько раз плавно помотала ногами, и трусы полностью спали с неё.       Касания обнаженных тел ощущались немного по-другому, нежели на суше. Давление воды и невозможность делать быстрые движения придавали мягкости и нежности. Девичья грудь была прижата к мужской, рука Юнги обхватывала стан Гию, а ладонь покоилась на шее, чуть ниже затылка. Господин Мин напирал поцелуем, заставлял девушку мычать в его губы и всхлипывать от более грубых и настойчивых движений языка. Ши не понимала, что особенного он проделывал им, отчего каждое мокрое касание смывало её из этой реальности, а щекочущее ощущение внизу живота, заставляло ступни гореть, а ноги поджиматься.       Господин Мин поторопил Гию выйти из воды и девушка, не успев полностью прийти в себя после затяжных поцелуев, слегка покачивалась, будто была пьяна. Юнги подвёл её к диванам и бросил на один из них, отчего мокрые волосы Гию с характерным шлепком рассыпались по поверхности. Она даже не испугалась, вместо этого просто расслаблено разлеглась на диване, вытянув руки вверх и согнув ноги в коленях.       Господин Мин встал на одно колено на пол рядом с лежащей Гию и просунул руку между её ног. Девушка выгнулась вперёд, будто с неохотой поддаваясь и слегка раздвигая ноги. Пальцы мужчины ненавязчиво погладили её там. Юнги прислушивался к ощущениям Гию. Зачастую, она не скрывала своих реакций, потому ему легче было понять, где более чувствительные места. Мужчина продолжал свои движения и одновременно с этим проходился поцелуями по телу девушки.       Они постепенно подсыхали после купания, хотя волосы оставались всё такими же мокрыми. Господин Мин достал ещё одну клубнику и сел на диван, раздвинув ноги Гию пошире. Он нагнулся вперёд и оперся рукой о диван рядом с девушкой. Юнги провёл клубникой по носу Ши, начиная с переносицы, после этого по губам, будто пытался накрасить их своеобразной помадой. Делая это, он навис над Гию всем телом и прижался к ней тазом, опираясь одной ногой о пол. Девушка приоткрыла рот, зная, что клубника ей просто так не достанется. Юнги лишь поддразнивал, но съесть собирался с ней вместе. Он наклонился ещё ниже, обхватывая ягоду губами, в тот момент, когда это сделала и Гию. Палочка, на которой была клубника, больше не пригодится, потому Юнги отбросил её. Мужчина и девушка даже не прилагали особых усилий, шоколад растаял, а мякоть спелой ягоды легко поддалась нажиму их губ.       Гию немного ёрзала тазом, выражая этими движениями своё нетерпение. Её организм уже готовился к началу месячных, потому в этот короткий период перед ними девушка сильнее испытывала тягу к интиму, отчего легче и быстрее доходила до оргазма. Господин Мин знал об этом тоже, ведь считал обязательным всегда учитывать состояние Гию.       Мужчина приподнял ткань своей набедренной повязки, чтобы иметь возможность войти в девушку. Он сделал это медленно, поводив перед этим головкой по складочкам. Заполнив её, Юнги не спешил активно двигаться. Он делал это медленно, продолжая ласкать Гию пальцами у клитора. Ши старалась дышать ровнее и глубже, но ей уже не было покоя. Она набирала в лёгкие воздух и тут же прерывисто его выдыхала вместе со стоном или всхлипом. Девушка пыталась не отпираться, не зажимать мужчину ногами, но от приятных ощущений металась и изгибалась.       Господин Мин сел ровно, продолжая потихоньку двигаться, сдавливая руками бока Гию. Он любовался видом и периодически ласкал девушку пальцами, блуждая ими от места соединения с ней до шеи и даже приоткрытого рта.       Наконец, Юнги осторожно потянул её за обмякшую руку. Он помог ей поменять положение, придерживая и обнимая. Гию не была против смены позы, она уложила руки и голову на спинку дивана и встала коленями на сидение. Крепкие руки привычно обняли её, теплое мужское тело прислонилось сзади. Пах касался девичьих ягодиц; мужская грудь грела спину Гию; горячее дыхание обдавало шею и щёку. Ши не знала, почему, но ощущала в такие моменты полный комфорт и безопасность. То ли мужской запах дарил ей это чувство, то ли касания Юнги успокаивали все тревоги внутри неё. Когда он обнимал её, когда просто брал за руку или касался ладонью лица, Гию хотелось продлить время, оттянуть момент, когда мужчина отстранится. Ладонь господина Мина накрыла Ши между ног, пока он вновь входил в неё. Гию блаженно прикрыла глаза, чувствуя, как соски касались прохладной поверхности диванной спинки. Лёгкий укус у загривка заставил девушку вздрогнуть и покрыться мурашками. Мужские пальцы распределили естественную смазку и мучительно медленно, но правильно касались там, где необходимо.       Господин Мин ловил тихие, но чересчур особенные в данный момент девичьи вздохи. Её таз едва заметно дёргался, когда он применял чуть больше силы, чем нужно. Мужчина знал, что с этим делом нельзя торопиться, потому уменьшал давление и замедлялся, насколько это было возможно.       Гию вся покрылась мелкой испариной и плавно прогнула спину, доходя до нужной точки. Она закусила костяшку пальца, вновь и вновь содрогаясь от новых волн мурашек. Наконец её блаженство достигло пика, и она шумно выдохнула, будто до этого вовсе не дышала.       Юнги переместил руку к напрягшейся груди Гию, второй обхватил вокруг талии, склоняясь к девушке и целуя в выпирающие позвонки. Без предупреждения он ускорил движения тазом за какие-то секунды, не дав Ши опомниться. Именно поэтому тело Гию напряглось и выгнулось. Она ощущала смесь боли и наслаждения, пока мужчина входил в неё до самого основания. Девушка дрожала и чуть ли не плакала, крича и хныча, что-то прося. В следующий момент Гию внезапно замолчала, вздрагивая и оседая вниз, именно поэтому господин Мин придерживал её. Он испытывал невероятное чувство, доводя девушку до подобного. От одного вида его член пульсировал, готовый вот-вот излиться в неё. А от осознания, что сегодня это можно было сделать прямо внутрь, без использования контрацептивов, сердце в грудной клетке Юнги заходилось в бешеном темпе.       Наконец, мужчина испытал оргазм. Он подал голос, застонав в тот момент, когда его семя заполнило Ши. Господин Мин ощущал себя беспомощным перед Гию в этот момент, полностью открытым, совершенно искренним.       Оба легли на диван, но их тела всё ещё бил лёгкий озноб. Мужчина дышал ртом и время от времени оставлял поцелуи на коже Гию. Он гладил её, будто пытался быстрее привести в чувство, пока ещё сам толком не мог умерить сумасшедшее сердцебиение и частоту дыхания. Они продолжали лежать обнимаясь.       — Нет, наверное, всё же мне достаточно тебя одной… — проговорил господин Мин особенным тоном, по которому Гию поняла, что мужчина шутил.       — М?       — Ты мне как любовница и как дочь одновременно, — подытожил Юнги, чем вызвал у Гию смех.       — Вы извращенец, господин Мин, — проговорила она, едва перестав смеяться.       — Думаю, если ты уступишь своё «детское» место, то это уже будет немного не то.       — Ну, будет у вас две дочери, что? Боитесь не справиться с ответственностью?       — Ничего не боюсь, — с некоторой долей серьёзности ответил он, усаживаясь и наливая вино себе и Гию.       Девушка всё же предпочла сперва принять душ и потянула господина Мина с собой.       После этого Гию завернулась в халат и улеглась на другой диван, удобно устроив ноги на голенях Юнги. Он отпивал из бокала и одновременно с этим массировал девичьи ступни.       Воспоминание о том, что Гию этим днём повстречала Тэхёна выветрилось из его головы очень быстро. Он не мог допустить и мысли, что такое плотное единение с ним Гию решит променять на нечто неопределенное и призрачное. Ши не потянется к Тэхёну, потому что только рядом с Юнги она ощущала спокойствие и удоволетворение.       Сама же Гию постукивала клубникой по своим губам, бесцельно рассматривая интерьер. Она наелась, потому раздумывала, стоило ли съесть ещё одну или нет. Тэхёна не было ни в её голове, ни в сердце. Эти места полностью занял Юнги, а он не любил делиться пространством с другими, разве что только кухней и только с Гию.