Девушка из трущоб

На лице Гию застыла мягкая полу улыбка, а в глазах — блеск удовлетворения и спокойствия. Волосы, собранные в небрежный пучок на затылке, осели ниже, придавая молодой девушке расслабленный домашний вид. Поверх облегающей майки на Гию была надета растёгнутая лёгкая рубашка с коротким рукавом и свободные штаны из того же домашнего набора. Закончив смазывать кимпаб кунжутным маслом, девушка коротко глянула на лениво кипящий суп с грибами и тофу после чего приблизилась к окну, чтобы посмотреть на парковку, всю усыпанную тонким, но уверенным слоем белого снега. Внедорожник Юнги видимо как раз занял своё парковочное место, потому что в сгустившихся зимних сумерках всё ещё горели фары, в свете которых хорошо проглядывался полёт мелкого снегопада. Гию широко улыбнулась и, не теряя улыбки, засуетилась на просторной кухне более активно. Взяв щипцы, она принялась аккуратно выкладывать недавно обжаренные в яйце дольки баклажана, дайкона и сладкой паприки. Кимпаб был любовно разрезан на идеально симметричные роллы и красиво уложен в специальное продолговатое блюдо. Кимчхи из капусты и редьки, равно как и закуски из кабачков, соевых ростков и шпината — были вынуты из контейнеров и распределены по небольшим пиалам. Дверной замок запищал как раз тогда, когда Гию добралась до блюда из тушёного омука, после чего уютная тишина квартиры сменилась разнородными звуками и родными голосами. Из прихожей доносился размеренный тон Юнги, шуршание курток, топот зимних сапог и нежный голосок Бэджу. Ещё до свадьбы господин Мин твёрдо решил, что на кухоньке в его бывшей квартире было слишком тесно для двух шефов сразу. Но скорее всего это был лишь предлог, при чём далеко не самый убедительный. Просто в изменившемся видение будущего Юнги кое-что изменилось, и в нём больше не было места для холостяцкой квартирки в новом и шумном районе, зато нашлось пространство для более большой, расположенной в спокойном, хоть и дорогом районе с миниатюрными улочками и двух-трёх этажными домами. Рядом находилась небольшая гора с тропинками и удобными ступенями для ежедневных прогулок, пара уютных кафе и круглосуточные минимаркеты. Гию здесь было привычнее и спокойней, особенно в тот период, когда Бэджу только родилась. Теперь это чудо уверенно и самостоятельно вышагивало до ванной комнаты, по пути забавно закатывая рукава свитера и информируя папу, чтобы не смел туда заходить, пока она там делала свои дела. Почти четыре года, а самодостаточности хоть отбавляй. Обычно Гию сама забирала дочь из садика, гуляла с ней, ездила за покупками, готовила ужин, пока малышка увлечённо рисовала и расклеивала свои наклейки в блокнот. Всего один день без привычного расклада казался девушке целой вечностью. Она ужасно соскучилась и сильно напереживалась, хотя могла в любой момент позвонить Юнги или папе, у которого Бэджу провела полдня после садика. «Хорошенько отдохнуть и отвлечься», как советовал Юнги, у Гию так и не вышло. Только сейчас, когда оба самых дорогих ей человека вернулись домой, сердце наконец-то встало на место и начало биться правильно, без перебоев. Закатив рукава чёрной водолазки, господин Мин проник на кухню, вкладывая руки в карманы брюк, ведь помыть их ему ещё не удалось. Гию искоса глянула на него и мягко улыбнулась. — Как прошёл день? — спросила она ласково. — Отлично. Боковой пробор на голове Юнги и аккуратно уложенная причёска в купе с уверенным спокойствием в выражении лица в очередной раз заставило её ощутить нечто горячее и сладкое, разливающееся в груди. Гию вернула взгляд к столу, продолжая готовиться к ужину, одновременно с этим ожидая приветственного поцелуя в щёку от мужа. Юнги приблизился, но вместо традиционного действия, просто встал предельно близко, дожидаясь, когда она ответит на взгляд. — Тарталетка, — задиристо позвал он. Гию почти сразу вскинула на него глаза, встречаясь с мужским, неожиданно мягким и неторопливо любующимся ею. В нём было ещё что-то более глубокое и тёмное, намекающее на намерения Юнги этой ночью. — Надеюсь, ты хорошенько отдохнула, — отозвался он, медленно приникая к губам Гию, позволяя прочувствовать ей особую атмосферу его настроения. Излюбленный румянец смущения, улыбка и блеск в её глазах не заставил Юнги долго ждать. — Я уж подумала, что ты устроил мне выходной просто так… — игриво склонив голову на бок, приглушённо проговорила Гию. — И ты вот так легко поверила в моё бескорыстие? — с иронией задал вопрос господин Мин и, плавно обойдя Гию, приблизился к томящемуся на плите супу. Не долго думая, он наклонился и сунул туда нос под внимательным наблюдением молодой жены. Гию уже выставила одну руку в бок, скосила улыбку на бок и сощурилась. Юнги до сих пор имел обыкновение критиковать её готовку, а порой даже вмешивался в процесс, внося свои коррективы. Гию конечно же ворчала на него и ни разу за жизнь не призналась, что готовить под его руководством было для неё одним удовольствием. Тем не менее, Юнги и без её откровений обо всём догадывался сам. Выпрямившись, Юнги взглянул на Гию. Хотелось подковырнуть её и затеять шутливый спор, но… — Аппетитно пахнет, — выдал он наконец под скептическим взглядом Гию. На пороге тихо возникла Бэджу. — Я всё, — с привычной детям непосредственностью она поджала губы и вздёрнула бровями, после чего широко улыбнулась и торопливо направилась к маме, только сейчас понимая, что давно её не видела. Почти весь день! Бэджу не относилась к числу тех детей, которые чувствовали себя тревожно, если матери не находилось рядом. Однако девочка всё равно ощущала потребность в её ласке и внимании. — Привет, солнышко, — преобразившись, Гию огладила голову Бэджу ладонью и легонько прижала к своему бедру обнимающую её девочку. — Как дедуля? Ты передала ему то, что я просила? Девочка активно закивала, тряся блестящими чёрными хвостиками. — Только он сказал, — состроив брови домиком, начала Бэджу, — чтобы такие штуки ты передавала ему сама. Иронично изогнув брови, Юнги заинтересованно вклинился в разговор: — Что же это за штука такая, Бэджу? — Не говори ему, — громким шепотом проговорила Гию. — Это секрет. — У Бэджу от папы нет секретов, — с мягкой полу-улыбкой отозвался мужчина. — Это пацилуйчики, — долго не думая, девочка приложила ладошки к щекам и обаятельно заулыбалась, одновременно с этим нетерпеливо крутясь. Тёплая юбчонка из-за этого на ней описывала полукруг то в одну сторону, то в другую. Гию приоткрыла рот в театральном разочарованном жесте, после чего хлопнула в ладони и отправила предательницу переодеваться вместе с отцом. После совместного ужина Гию заправила посудомойку и включила её, собираясь пару часиков просто ничего не делать рядом с Юнги. Он часто пропадал в сауне. Бывало задерживался до поздна, так что даже Бэджу иногда не дожидалась папу, чтобы услышать от него «сладких снов, моя булочка». Господин Мин не изменял своему тщательному подходу к бизнесу. Он не распылялся на множество других возможностей, а с умом и внимательностью к качеству занимался одним делом. Оттого и клиентов среди зажиточных людей становилось всё больше, что приводило к определённым трудностям с записями и ограничению времени пребывания в сауне. Около года назад господин Мин расширил здание, достроив ещё один зал с бассейном и закрытую от посторонних глаз террасу с чанами для купания. Конечно же, он подумывал о том, что Бэджу однажды станет более самостоятельной, и Гию захочет пойти на работу. Что-то подсказывало господину Мину, что помогать ему в сауне ей будет не по душе. Юнги желал, чтобы Гию было спокойно и комфортно, потому уже приглядывал место, подходящее для открытия какой-нибудь кофейни, где она сможет подавать свои неповторимые десерты вместе с напитками. Что-то небольшое и уютное, где девушка сможет чувствовать себя, как дома. Тихая кофеварка приготовила кофе для двоих. Гию и Юнги заняли места на диване, неподалёку от журнального столика, на котором Бэджу рисовала, разбросав свои фломастеры и карандаши вокруг. Она уже периодически зевала, но на предложения папы отправиться в кровать, бодренько трусила головой, выражая своё несогласие. Наряженная ёлка по центру комнаты навевала атмосферу, подмигивая множеством серебристых огоньков. — Папа в этот раз хотя бы не плакал? — тихо задала вопрос Гию, забравшись на диван с ногами. — Он-то? — добродушно шутливо переспросил Юнги. — Господин Ши конечно приложил к этому все усилия… Только смотря на него я чуть и сам не разрыдался. — Вот же… Кто бы знал, что он такой сентиментальный, — нежно улыбнувшись, Гию взглянула на Бэджу. Девочка вот уже несколько минут, как заняла лежачее положение. Разлегшись на мягком ворсе ковра, перебирала в воздухе пальчиками на фоне гирлянд, щурясь и что-то там придумывая про себя. — Ещё чуть-чуть… — прокомментировал Юнги, смотря на дочку. — Мгм, — согласно промычала Гию. Оба смотрели, не отрываясь, чтобы ни в коем случае не упустить момент, когда Бэджу уступит своей сонливости. И вот, наконец-то он настал. Маленькие руки мягко и безвольно опустились, глаза безмятежно закрылись. Гию покосилась на мужа, сдерживаясь, чтобы не прыснуть со смеху. Мужчина же широко улыбался. — Пойду переложу её в кровать, — проговорил он. Гию одобрительно кивнула и тоже поднялась с места, подхватывая пустые чашки из-под кофе. Неторопливо бредя к кухне, она вспоминала, что собиралась ещё подготовить на утро овощи. Вымыть их и нарезать. Эта работа как раз займёт то время, пока Юнги будет принимать вечерний душ, после чего освободит ванную комнату для неё. Завтрашним днём она собиралась в очередной раз попробовать «побороть» мясной пирог. Гию хотела добиться того самого вкуса, который она пробовала во Франции в то время, пока у них с Юнги длился тур в их медовый месяц. Со слов господина Мина, он хотел отвезти её на «малую родину», ведь именно где-то там, в Европе, впервые в мире появились прародители тарталеток. Назад из медового месяца они уже возвращались не одни. Так что те изысканные и необычные вкусы, которые девушка получила в Европе, были последними перед затяжным токсикозом и бесконечными качелями гормональных скачков… Чем ближе дело было к ночи, тем сильнее замедлялись движения Гию. Она устала и уже не могла резать с привычной скоростью во избежание порезов. Потому подавляя зевок, девушка неторопливо обмыла все нужные продукты, подготовила для них судки и взяла нож. Но стоило ей лишь начать нарезку, как на кухню вошёл Юнги. Босой, со слегка влажными кончиками волос и в одних спальных брюках. Бросив на него беглый взгляд, Гию спросила: — Миссия выполнена? — Да, — с лёгкостью ответил мужчина, продолжая обходить центральный стол для готовки. Материнство добавило глазам Гию взрослости и ответственности в повседневной жизни, однако девушка всё равно умудрялась оставаться немного капризной и привередливой, если дело касалось их с Юнги взаимоотношений. А ещё, она была настоящим мастером высасывать проблему из ничего. Мужчина относился к ней с пониманием и не шёл на поводу у её настроения или обыкновенного желания сбросить накопившееся давление. Воспринимал это, как некое разнообразие в их размеренной и абсолютно счастливой жизни. Господин Мин приблизился к Гию сзади. Он слегка навис над ней, наблюдая за её улыбкой и опущенными к доске глазами. Проведя ладонью по голове девушки, Юнги принялся возиться с заколкой, держащей громоздкую конструкцию из волос у затылка. Слегка прищурился, но действовал смело, хоть немного и осторожничал, боясь потянуть за волосок и принести Гию болезненные ощущения. Когда-то он отчитывал её за то, что она забывала убирать волосы на кухне. Из-за этого девушка однажды едва не сожгла их… С тех пор Гию выучила урок. Иронично, что сейчас мужчина очень скучал по виду её распущенных прекрасных волос. Зачастую Юнги видел Гию по вечерам на кухне, так что девушка снимала заколку только перед сном, поздней ночью. И вот, волосы наконец-то были освобождены и тяжёлой волной заструились по спине. Теперь они были в разы длиннее и слегка вились из-за ежедневной причёски. — Юнги… — с мягким упрёком проговорила Гию приглушённо. Господин Мин довольно улыбнулся, любуясь и расправляя пальцами роскошные пряди, — …я ещё не закончила. Она обернулась к нему, ловя блеск в мужских глазах. — Отложи нож, тарталетка, — со знанием дела обратился к ней мужчина, глянув на острие, по-прежнему опасно зажатое в её руке. — Но я… — Оставь это всё прям так, — запустив пальцы в волосы девушки, Юнги приятно стянул их у виска и разгладил. Гию по-прежнему пребывала в неком ступоре, приоткрыв рот и смотря на мужчину. — Поверь, завтра они будут ждать тебя здесь. Не разбегутся. Чтобы быть более убедительным, Юнги наклонился и прильнул к губам Гию с чувственным поцелуем. Он аккуратно придержал её за затылок, пока вторая его рука скользнула по руке девушки и наконец не настигла рукоятки кухонного ножа. Гию отдала его без борьбы. Юнги отложил вещь в сторону, после чего целиком и полностью занялся поцелуем. Мужчине хотелось видеть Гию сегодня с распущенными волосами, полностью обнажённой и расслабленной. Девушка улыбнулась в поцелуй, отвечая на нежность и медленно вытягиваясь на носочках, чтобы заключить шею мужчины в кольцо своих рук. От оголённой кожи Юнги исходило ощутимое тепло. Его пальцы осторожно, будто бы даже нерешительно скользили под кромкой девичьей майки. — Пойдём? — задал риторический вопрос Юнги в губы Гию и даже успел шагнуть в сторону, ожидая, что Гию пойдёт с ним. Но девушка расплылась в загадочной улыбке, касаясь кончиком своего носа носа мужчины, и удержала его на месте. — Что такое, Тарталетка? — М-м, — промычала она, надув губы. — Идём? — О, нет, — состроив брови домиком, Гию повисла на шее Юнги, сожалеюще-несчастным взглядом косясь вниз. — Не могу… — Гию, — раскусив её замысел, Юнги уже улыбался. — М-м… — продолжая ломать комедию, девушка обмякла ещё сильнее, — совсем нет сил… Господин Мин по-доброму посмеялся, обхватывая Тарталетку покрепче. Она прижалась к нему тут же, дожидаясь, когда же мужчина возьмёт её на руки. — И чем же ты таким занималась без нас дома, раз сил совсем не осталось? — спросил Юнги, подхватив девушку под коленями и, наконец, оторвав от пола. Домашние тапочки слетели с её ног. — Скучала по вам, — ответила Гию, изучая мужское лицо, пока Юнги осторожно переносил её через дверной проём. — Это ужасно выматывает, — добавила уже в его ухо, приятно щекоча губами чувствительное место. — Мы тоже скучали по тебе, — внезапно посерьёзнев, ответил мужчина и повернул к ней лицо, явно ожидая поцелуя. В их комнате горела только праздничная гирлянда, мягко и ненавязчиво мигая разноцветными огнями. Гию аккуратно зарывалась пальцами в волосы Юнги, не отрываясь от его губ. Поцелуи с ним никогда не надоедали девушке. Наверное потому что мужчина всегда целовал её с чувством и вниманием, не думая в момент ни о чём другом. Господин Мин опустил Гию на кровать и помог ей снять домашние брюки. Светлое кружево её нижнего белья приятно впечатлило. Девушка встала на колени, чтобы избавиться от рубашки и майки. В один миг она просто осталась в одних трусах, представая перед мужем такой, какой он хотел видеть её какие-то пару минут назад. Худенькое тело с небольшой аккуратной грудью, украшенное россыпью густых волос, в полутьме комнаты и всего в метре от него. Гию села, когда мужчина забрался коленями на кровать, а затем легла на спину, когда он подался вперёд, нависая над ней. Юнги наклонился и влажно чмокнул её в губы, замечая, как грудь девушки стала вздыматься сильнее. Гию отвернула лицо и шумно вздохнула, ощутив его поцелуи на шее. Она не зажималась, а наоборот, выгибалась навстречу, испытывая нужду в ласке. Сладко замычала, стоило рту Юнги сомкнуться на её соске. Его язык неторопливо задевал чувствительную зону, заставляя Гию ёрзать под ним, закусывать губу и хаотично гладить его волосы. Мужские пальцы ласково проходились по бокам девушки, сжимали там кожу, опускались ниже и дразнили внутреннюю сторону ног. Он не торопился, медленно подводя Гию к пику возбуждения. Разогревал её нежно и с мягкой настойчивостью, кружил голову, касаясь самых чувствительных зон, срывал вздохи и тихие всхлипы с её губ. Юнги вжался своим горячим и твёрдым от напряжения членом между разведенных ног Гию, отчего девушка сильнее заёрзала, посылая явные сигналы того, как сильно хотела ощутить его внутри. Сдержаться и не принять приглашение стоило ему титанических усилий. Однако мужчина знал, что без сомнений получит своё с лихвой, потому лишь слегка приподнялся, оперевшись коленями в поверхность, и аккуратно пробрался под край девичьего белья. Он оттянул его немного и медленно провёл по сосредоточению возбуждения Гию. Обильная влага, жар и сдавленный девичий писк усилил желание господина Мина до высшей отметки. Его затуманенный возбуждением взгляд обратился к лицу Гию, а вторая рука пробралась между спиной и поверхностью кровати. Он обхватил девушку, давая ощутить себя в его полной власти. Она жмурилась и часто дышала, согнула ноги, чувствуя, как несколько пальцев Юнги осторожно проникли в неё, а затем вернулись обратно, чтобы вновь пройтись по сверхчувствительному месту. Мужские прикосновения горячие и влажные, они вызывали отклик внизу её живота, поражающий всё тело и разум. Юнги знал, как ей приятно, потому мягко и ненавязчиво продолжал ласки, пока его рот ненавязчиво играл с её грудью. — Господин Мин, — задушено позвала Гию. Интонация её голоса была просящей, хотя в глазах уже темнело, а пальцы на ногах подгибались. Она была предельно близка к разрядке, напряглась и прогнулась, замерла, боясь лишний раз пошевелиться или вздохнуть. И вот… наконец её тело прошибло сладостным током, позволяя выдохнуть и ослабить мышцы. Пальцы Юнги очерчивали последний полукруг, ловя содрогание тела Гию и стоны. Оставив девушку на пару секунд, мужчина подготовил презерватив и вложил его в руку Гию, вызывая слабую улыбку на её губах. Едва разлепив глаза, она приподнялась на локте, томительно глядя на Юнги, укладывающегося на подушку. Девушка развернулась и подобралась поближе, раскрывая упаковку контрацептива. Осторожно надев его на член Юнги, взобралась поверх ленивым движением, прогнулась, будто сонная кошка, опираясь руками о мужскую грудь. Юнги огладил её щёку и заправил прядь волос за ухо, наслаждаясь полусонным видом Гию. Она приподнялась на ногах, осторожно усаживаясь прямо на член. Внутри всё ещё было слишком чувствительно, от того девушка прикрыла глаза, двигаясь медленно и осторожно. Господин Мин шумно вздохнул и прикрыл глаза, заполнив собой Гию. Внутри она была очень влажной и горячей, так что ему пришлось сцепить зубы, лишь бы на торопиться. Сладостные мучения нравились мужчине ещё больше. Девушка сильнее наклонилась вперёд, благодаря чему приподняла таз, начиная неуверенно двигаться. Она была не постоянна: то ускорялась, то замедлялась, то совсем прекращала движения, сжимала ноги и закусывал губу, переживая отголоски приятных спазмов. Господин Мин наблюдал за ней с горящей жаждой в глазах, наслаждался её обнажённым видом, сдвинутыми вбок трусиками. Но вдруг сдерживаться стало почти невыносимо. Сжав пальцами талию Гию, он послал внушительный толчок тазом. Девушка всхлипнула и в считанные секунды была опрокинута на спину и прижата к кровати мужским весом. Словно не в себе, Юнги влажно выцеловывал её губы, одновременно с этим грузно входя в неё. Раз за разом его движения становились более тягучими, будто в замедленной съёмке. Он приближался к вершине наслаждения, уже ощущая непреодолимый позыв. Закрыв глаза и уткнувшись носом в висок Гию, мужчина напрягся всем телом, покрылся мурашками и сладко выдохнул у девичьего уха. Длительные нежности после этого являлись их любимым занятием. Приятно было чувствовать теплоту, исходящую от тела друг друга, любимые запахи волос, приглушённые разговоры ни о чём и обо всём сразу…

***

Поцеловав Юнги и Бэджу перед уходом, Гию спустилась по лестничному прилёту и вышла на улицу. Её машина стояла на стоянке рядом с машиной мужа, так что девушка держала путь к ней. Сегодня Гию решила пожертвовать выходным днём Юнги и возможностью провести его с семьёй на пользу такого редкого свидания с подругой. Став матерью, девушка больше не могла распоряжаться собственным временем так, как раньше. Да и сама жизнь внесла свои коррективы, отдалив друг от друга тех, кто раньше был близок. Спустя пару лет Чепиль и Гию стали совершенно разными людьми, и их тесная дружба медленно сошла на нет с обеих сторон. Гию больше не смогла понимать и поддерживать её решения, а Чепиль устала от попыток вытащить подругу в новый круг своего общения. Даже её брат, Намджун, полностью изменил свою жизнь, устроившись в юридическую фирму и переехав в другой район. Чепиль же не изменяла себе, оставаясь довольной тем, что имела, не проявляя и малейшего желания что-то изменить в своей жизни и жизни своего сына. Гию поддерживала общение только с ЧенЮ, так что девушки, несмотря на разные судьбы и характеры продолжали считать друг друга подругами. Именно с ней и встречалась сегодня Гию. Они виделись не так и часто по большей части потому, что ЧенЮ в какой-то степени была человеком непостоянным и с годами эта её черта проявлялась всё сильнее. В силу дружелюбия и умению быстро сходиться с разнообразными людьми, ЧенЮ имела множество хороших знакомых, среди которых были и её бывшие, и настоящие, и, возможно, будущие… Общие отношения к девушки с парнями не портились, несмотря на сексуальные и мимолётные связи. Наоборот, такой расклад всех устраивал, ведь подобная дружба не имела границ. Благодаря этому, ЧенЮ часто пропадала в гостях, уезжала в другие города, ездила на временные заработки, принимая решения стремглав или даже на спор, со смехом и в компании за бутылочкой пива. Она то сорила деньгами, то страдала от их недостачи. ЧенЮ могла со всей серьёзностью устраиваться на работу и со рвением впахивать больше, чем любой другой работник, а затем без предупреждения просто исчезнуть, уйдя с головой в тусовки. Удивительно, что при такой наполненной событиями и людьми жизни ЧенЮ не забывала Гию, свою студенческую подругу. И вот, девушка как раз вернулась в город после очередной своей авантюры, так что Гию не могла упустить возможность увидеться. Она ехала не торопясь, внимательно следя за дорогой и держа путь к условленному месту встречи. Ночью землю присыпало свежим снегом и теперь он лежал поверх козырьков навесов и «зелёных» зон тонким освежающим слоем. Мелкие огоньки украшали вывеску, стоящую рядом с въездом на подземную парковку торгово-развлекательного центра. Припарковавшись, Гию вышла из салона, выдыхая паром в морозный воздух. Длинные волосы были заплетены в боковую косу, чтобы те лишний раз не мешали её движениям. Поверх светлого ворсистого пуловера и облегающих голубых джинс было надето длинное пальто. Девушка поторопилась внутрь, проходя через стеклянные двери внутрь и сразу же попадая в совершенно другую атмосферу — тёплую, многолюдную и, несмотря ни на что, спокойную. Люди прогуливались по магазинам, общались, держа в руках по стаканчику с напитками, делились новыми покупками… Гию расстегнула пальто, неторопливо входя в кафе и одновременно с этим ища взглядом ЧенЮ. Наконец её внимание привлекло активное движение — подруга махала ей рукой, вытянувшись на стуле. Растянув губы в широкой улыбке, Гию поспешила к ней. — Моя ж ты хорошая! — воскликнула ЧенЮ, поднявшись и расставив руки в стороны, чтобы сжать подругу в объятиях. — Привет! — Гию с радостью обняла её в ответ. ЧенЮ в очередной раз умудрилась удивить её своей способностью к перевоплощениям. Правда, если бы та не помахала ей рукой, Гию не сумела бы так быстро узнать в этой леди свою подругу. Мало того, что она полностью перекрасилась в рыжий цвет и обрезала волосы до асимметричного каре, так ещё и создала образ, совершенно не схожий с её обычным. Тёплое тёмно-зелёное платье миди, облегало изящную фигурку ЧенЮ, чёрный ремешок подчёркивал талию, бордовые колготки и чёрные полу сапоги на ногах. На вешалке рядом со столиком висела такая же бордовая шубка и Гию могла поклясться, что эта вещица точно принадлежала этой мадам. — Моя дорогая… — отстранившись и очень внимательно рассматривая Гию, протянула ЧенЮ с неким сожалением, порядком её озадачив. Она изогнула брови в непонимании. — Тебе нужно чаще бывать среди людей, — со знанием дела подытожила ЧенЮ. Гию так и застыла с приоткрытым ртом, не зная, то ли ей улыбнуться, то ли начать отрицать. — А-а… — просмотрела она и нахмурилась с полу улыбкой. ЧенЮ всегда любила рассказывать ей, как нужно, не учитывая одной важной детали: предпочтений самой Гию. Именно поэтому девушка в свою очередь тоже улыбнулась, не став спорить. — Почему не накрасилась? — задала вопрос ЧенЮ, но по всей видимости, ответа на него она не ждала. — Да и вот это… — она провела пальцами по косе и указала мягким жестом на лицо. — Тебе обязательно нужно чаще встречаться с кем-то кроме Юнги и Бэджу, — начала тараторить она, одновременно с этим, о чём-то раздумывая. — На следующей неделе «мой» устраивает у себя вечеринку. Ты обязательно должна прийти. Будут только самые классные! Я познакомлю тебя… — ЧенЮ, тормозни! — попросила Гию, выставив ладони вперёд. — А-айщ, точно! Я же тебе ещё не рассказывала про Янхи, — приглушённо проговорила она, ткнув пальцем на подругу и уже предвкушая кайф, который она получит от эмоций Гию. — Я ещё не сделала заказ, — спокойно и немного насмешливо напомнила она, склонив голову набок и глянув на стол, чтобы узнать, какой напиток выбрала ЧенЮ. — Точно. А я возьму ещё тот мраморный чизкейк. Он просто божественный. — Правда? Тогда и я себе его возьму, — отозвалась Гию, снимая пальто и вешая его рядом с бордовой шубкой. — Уверена, что мы сегодня точно покатаемся на льду? — кивнув на одежду подруги, спросила она. Скривив лицо и смешно улыбнувшись, ЧенЮ подмигнула, одновременно с этим проводя в воздухе жестом «Окей». — Ты ничего не сказала о моём наряде, — с деланным укором проговорила ЧенЮ, когда они следовали к кассе. — Я ждала, когда ты сама мне о нём расскажешь. Он очень яркий! И цвет волос… вау! Пока что я ещё не привыкла к тебе такой, но, кажется, тебе идёт. Удовлетворившись комментарием, ЧенЮ попросила два чизкейка и имбирный латте, заткнув Гию на полу слове об оплате. Постоянно старалась угощать её, несмотря на то, что у самой не всегда бывали лишние деньги. Вернувшись за столик, ЧенЮ принялась активно и в красках рассказывать о том, где успела побывать, с кем познакомиться и что вытворить. Гию только и успевала смеяться, открывать рот от шока и сдавленно комментировать это. Оказывается, у подруги завёлся мужчина порядком её старше. Мужчина богатый, сумасшедший и балованный, от того молодая, энергичная и тоже слегка сумасшедшая ЧенЮ разбавила его скучные будни своими идеями. Она развлекала его, а он вдоволь благодарил её за это. Ни в чём не отказывал, задаривал подарками, поддерживал её безумие даже если это касалось новых и ни на что не похожих взглядов ЧенЮ на ведение его бизнеса. Их будни были полны впечатлений и куда бы не отправилась, чудная парочка всюду находила место для сумасшедшего секса. Далее в ход пошли фотографии, видео и даже фрагменты из переписок. Гию не могла похвастать такой же открытостью, которая была присуща её подруге, однако с удовольствием погружалась в чужую жизнь, в тот же момент осознавая и радуясь своей собственной. То, что имела ЧенЮ, и то, чего она хотела, и близко не было схоже с идеальным представлением жизни Гию, которую, к слову, она уже имела. Тем не менее, даже спустя года ЧенЮ продолжала настаивать на своём, никак не принимая отличия характера подруги от своего. Несмотря на гигантский океан эмоций подруги и слова о «том самом» в контексте её нынешнего богатенького Янхи, Гию, к сожалению, очень сомневалась, что эти отношения продлятся долго. Для этих выводов были существенные основания. В свою очередь, она знала ЧенЮ хорошо, потому понимала, что постоянство не для неё. И даже если вышеупомянутый, балованный Янхи задержит своё внимание на её подруге, то сама подруга рано или поздно устанет быть клоуном, развлекающим его. Гию множество раз слышала от ЧенЮ подобные рассказы, видела её горящий взгляд, чувствовала эйфорию и уверенность в серьёзности намерений. И Гию вполне могла бы поверить в это, если бы количество таких отношений подруги не перевалило за десяток, а то и дальше. И каждые из них были особенными, «теми самыми». После кофе и десерта девушки отправились на каток, как и собирались. Сдав верхнюю одежду в гардероб, нашли коньки по размеру, предварительно отстояв за ними небольшую очередь. Подруги много смеялись и несколько раз чуть ли не попадали на лёд, столкнувшись с парочкой неумех. Время пролетело весело и легко. Гию скучала по этой беззаботности, однако, вспоминая Юнги и Бэджу, каждый раз испытывала тоску и по ним. Понимала, что ей было хорошо здесь, с ЧенЮ, но прощаться с подругой не будет тоскливо, ведь дома её ждала дочка и «тот самый» любимый мужчина, принявший на себя заботу о сегодняшнем ужине. — Ну, а ты почему ничего не рассказываешь? — задала вопрос ЧенЮ уже после катка, когда они с Гию неторопливо прогуливались по одному из топовых магазинов с одеждой и аксессуарами. — Я?.. — отрешённо повторила она, продолжая перебирать рукой висящие в ряд ремни. Гию поджала губы и слегка расширила глаза, судорожно размышляя над тем, что же такое произошло в их семье за это время, что могло впечатлить ЧенЮ. Да и… как-то не очень и хотелось рассказывать. Счастье любит тишину? Или… просто не хотелось делиться чем-то своим личным, хрупким, трогательным… Одним словом, выпускать чувства из груди наружу, ведь они должны храниться только там, внутри неё. — Мы сдружились с одной семьёй, живущей в нашем доме. У них двое маленьких детей, поэтому мы иногда вместе гуляем и ходим друг к другу в гости… Лисан боялась сама идти в тренажёрный зал, поэтому вытащила меня с собой. — Оу, и как долго вы ходите? — М-м, уже примерно пол года. — Супер! Тебе не скучно. — Вообще нет, — улыбнувшись, подтвердила Гию. — А как поживает маленькая булочка Бэджу? — мило улыбнувшись, спросила ЧенЮ. Она любила деток, да и дети любили её. Ещё бы, день с тётей был равен настоящему празднику! — Бэджу молодец, любит рисовать и очень любопытная. Думаю, с чтением и письмом у неё проблем не будет, — размышляла Гию. — Отлично, — отозвалась ЧенЮ, — хочу передать ей какой-нибудь подарочек. Поможешь с выбором? — Конечно, — согласилась Гию. — Не думаешь о своих прошлых планах? — спросила ЧенЮ. — Каких планах? — не поняла девушка. — Ну, ты же хотела поехать за границу. Попробовать работать на лайнере… — ЧенЮ! — позвала её Гию, улыбаясь и приподнимая брови. — Какая заграница и лайнеры? Я без Бэджу и дня не могу, переживаю. Я её мама и хочу быть рядом, пока она растёт. Да и в целом… — Гию замолчала на пару мгновений. — Далеко от Юнги я тоже быть не собираюсь. Мы семья. — Мгм, — скептично промычала ЧенЮ, — а что Юнги? Как справляется? — Справляется, — Гию утвердительно покивала. — Но устаёт и иногда приходит поздно. Работы много и порой случаются непредвиденные обстоятельства, которые может решить только он. Бывает, я даже предлагаю ему остаться в сауне, потому что дорога домой занимает время и для сна остаются считанные часы. — Неужели нельзя никого нанять? — нахмурились, спросила ЧенЮ, следуя вдоль напольных вешалок с разнообразной одеждой. — Сунён хорошо помогает ему. По разным администраторским делам и общению с клиентами, — оправдала Юнги Гию. После этих слов ЧенЮ остановилась и выразительно посмотрела на подругу. Тем не менее, Гию уже переключилась на милый тонкий свитерок, выуженный ей со стенда. — Фу, прекрати, — прокомментировала ЧенЮ, иронично изогнув брови. — Судя по всему, у тебя такого добра валом. Ты не думала как-то разнообразить гардероб и подогреть интерес Юнги к себе? Гию усмехнулась и немного обиженно сдвинула брови. — Я ему и так интересна. С чего ты взяла?.. ЧенЮ аккуратно, но со знанием дела забрала у подруги плечики со свитером и пренебрежительно бросила его на полку. — Эта одежда удобна, — с наигранной обидой протянула Гию. — И комфортная… И мне идёт, между прочим! — выдвинула главный аргумент. — Мне жалко, что такая фигура просто так пропадает! Тебе же столько всего может подойти, — с искренним сожалением сказала подруга, выставив руки в бока. — Я сейчас скажу прямо. Может даже грубо. Но ты не обижайся. — Поверь, я уже давно привыкла к твоей прямоте. — Нельзя вести себя так, — не долго думая, ЧенЮ наехала на подругу. — Ты привлекла мужика своей сексуальностью, недоступностью и свободой, а теперь решила, что его интерес к тебе будет бесконечным? — задала она риторический вопрос и замолчала на время, хотя ответа не ждала. — Не красишься, заросла, — прокомментировала ЧенЮ, дёрнув Гию за косу, — одеваешься так, будто тебе за пятьдесят… Гию посмеялась и неодобрительно покачала головой. Ну в самом деле! Она наконец-то могла себе позволить быть более женственной и мягкой, имея рядом настоящего мужчину. — Ага, посмейся, дорогая моя… Тем временем твой мужик проводит дни с какой-то там помощницей и периодически ночует вне дома. С твоего на то благословения, кстати! — ЧенЮ развела руками, замечая в глазах подруги внезапно возникшие сомнения. — Н…нет. Мы с Сунён давно знакомы. Я знаю её и она бы никогда не стала… — А господин Мин твой… стал бы? — У неё есть молодой человек. — Ты не ответила. — Конечно, он не стал бы мне изменять, — с расстановкой отчеканила Гию, с ужасом осознавая, что занервничала по-настоящему. — Чтоб тебя, ЧенЮ… прекрати это. — Ты обещала не обижаться, — сбросив налёт строгости, парировала подруга. — Я же хочу, чтобы у тебя всё было хорошо. Не со зла… Между подругами образовалась недолгая пауза. Конечно, ЧенЮ имела право делать такие выводы, ведь Гию не делилась с ней ничем личным. Она и знать не знала, как господин Мин смотрел на Гию, как любовался её волосами, как замечал любые изменения в ней и прикладывал усилия, чтобы чаще проводить время с семьёй дома или в неожиданных поездках. — Давай я побуду сегодня твоим стилистом, м? Ты ничего не теряешь! — оптимистично и безобидно предложила ЧенЮ. — Жуть как хочется примерить на тебя кое-что. А там посмотрим… вдруг и тебе что-то понравится, — лукаво добавила она и склонила голову набок. — Давай, — согласилась Гию с удовольствием. Примерка одежды и без того было одним из самых любимых занятий девушек. Перемерить пол магазина, безудержно хохотать в примерочной для того, чтобы в итоге купить бальзам для губ у кассы и наклейки для сосков. Девушки сперва обошли весь магазин, останавливаясь рядом с заинтересовавшими их позициями и с юмором обсуждая каждую из них. Гию часто переходила в саркастическую критику, когда ЧенЮ прикладывала какую-либо вещицу к её телу, примеряясь. Зачастую, выбор подруги сходу казался ей абсурдным донельзя, но как только доходило дело до примерки, она умудрялась так удачно объединить эту вещь с другой, что Гию невольно восхищалась даром ЧенЮ. Правда в итоге ничего такого, кардинально отличающегося от привычного образа Гию покупать не стала. Было интересно взглянуть на себя — другую. Но эта «другая» — совсем не Гию. Тем не менее с позволения великого фешн знатока, ЧенЮ, девушка приобрела длинную чёрную юбку из тёплой ткани с разрезом на одной ноге, помимо неё ещё эластичную облегающую кофту с открытым верхом и коричневый ремешок, который должен был подчёркивать талию. По просьбе подруги Гию переоделась во всё это прямо там. И выглядела она в этом одновременно элегантно, сексуально и по домашнему. ЧенЮ добралась и до косы, расплела её, выпуская длинные пряди на свободу. — Потрясающе… — прокомментировала подруга, никак не на любуясь результатами своих наставлений. — Ещё бы глаза подвести и обязательно накрасить губы. Гию улыбнулась, не став говорить, что её губы и так накрашены, просто цвет был мягким, максимально приближённым к естественному. — Я завидую господину Мину, — оценивающе просканировав Гию, сказала подруга. — ЧенЮ, — с лёгким укором, — между прочим, он ждёт тебя в гости. — Не сегодня, детка, — причмокнув губами, произнесла подруга излишне театральной фразой и добавила игриво: — Сегодня меня ждёт Янхи. Мы собираемся компанией в боулинге, а затем все вместе в клуб… — Ясно-о, — по-доброму протянула Гию. Подруги ещё зашли в одно кафе. ЧенЮ хотела поесть поплотнее, так как не знала, удастся ли ей нормально поужинать сегодня. Гию же наоборот, выпила ещё чашечку латте с кунжутным печеньем, не желая забивать живот перед ужином с Юнги. Спустя час уже более спокойного общения подруги попрощались и обнялись, желая друг другу счастливо и весело провести приближающееся Рождество. С улыбкой на лице Гию неторопливо ехала домой. В салоне было тепло и негромко играла музыка. Девушка вспоминала сегодняшний день и всё, о чём они говорили. Сердце ускоряло свой ритм, когда мысли в очередной раз возвращались к предположениям ЧенЮ касательно Юнги и его помощницы. Со стороны звучало — да, весьма подозрительно. Так, будто напрашивалось на банальное продолжение с тайным романом… хотя бы в чьей-то извращённой голове. Но Гию всегда гордилась тем, что могла доверять своему мужу. Юнги был таким мужчиной, который не стал бы делать лишние телодвижения в сторону не интересовавших его женщин просто ради… секса. Ни разу в жизни она не замечала в нём интереса к кому-то другому, кроме неё самой. Гию ведь не могла быть настолько слепой и глухой? Нет, нет, определенно нет. Оставив машину на парковке, девушка быстро поднялась домой и вошла в прихожую. — Мама! — поприветствовала её Бэджу первой. Девочка прибежала сразу же, как только услышала, как входная дверь открывалась. Юнги показался в проёме кухонной двери. Он тоже направлялся к ней, по пути вытирая руки полотенцем. — Держи подарочек от ЧенЮ, солнышко, — наклонившись, Гию передала цветастый пакет в руки дочки. — Можно открывать? — Конечно, — разрешила Гию и Бэджу тут же поторопилась в свою «принцесскую» комнату, чтобы наедине рассмотреть подарочки. Юнги приблизился к Гию вплотную и наклонился к её лицу, требуя поцелуя. Девушка не заставила себя долго ждать. Приобняв за шею, она прижалась к его губам. Гию не спешила, внимательно заглянула в глаза Юнги, находя в них привычный отклик. — Ты не замёрзла, Тарталетка? — спокойно поинтересовался он, когда девушка принялась снимать с себя пальто. Он забрал его у неё и повесил на плечики в шкаф, скользнув взглядом по открытой шее, ключицам и надплечиям. — Тебе не нравится? — спросила Гию, убирая волосы на одну сторону. Господин Мин иронично изогнул брови, глянув на неё внимательнее. — То, что ты могла замёрзнуть? — Новая кофта и юбка, — исправила Гию с улыбкой. — Они… — мужчина покивал, — классные. Но я не хочу, чтобы ты болела. — Это потому что тебе лень ухаживать за мной, — скривив нос, Гию шутливо ткнула пальцем в грудь Юнги. Он обвёл глазами потолок, щурясь будто в неком раздумии. — В точку. Как ты догадалась, Тарталетка? — задал он риторический вопрос. Мужчина сжал её плечи и снова поцеловал, чувствуя в Гию какую-то жгучую потребность в его внимании. Он не жадничал и готов был дать ей всего себя. Обняв за поясницу, Юнги прижал её к себе поплотнее и подобрался ртом к уху, чтобы сказать: — Не могу дождаться, когда ты снимешь и эту кофту, и юбку. Без них намного интереснее.

***

Настроение Гию было приподнятым, так как этим днём Юнги вернулся ещё в обеденное время, торжественно заявляя, что сегодня они все вместе поедут на фестиваль уличной еды. Девушка предвкушала хорошую прогулку в уютной и праздничной атмосфере. Изнутри по телу разливалось тепло, ведь только когда они были вместе, Гию чувствовала полноценное спокойствие. Постоянная готовность к неприятностям и самозащите, которые раньше ходили с ней шаг в шаг слишком долгое время, со временем мутировали в тревожность. Порой, девушка даже не понимала, почему ощущала беспричинное беспокойство и сваливаливала вину на некое предчувствие. Однако с помощью господина Мина Гию удалось выяснить, что её психика привыкла к частному стрессу, потому спокойная жизнь не могла дать ей возможность избавиться от накопленного напряжения. Из-за этого она неосознанно искала пути для его выхода, но со временем во всём разобралась и нашла свой идеальный катарсис. Бэджу пока ещё не умела сдерживать эмоции, потому уже сейчас возбуждённо расхаживала по дому, бесконечно расспрашивая, когда же они наконец-то поедут. Терпения в малышке не имелось ни грамма, но Юнги не оставлял попыток разбудить в ней сладостные чувства предвкушения. Гию вглядывалась в своё отражение в большом зеркале туалетного столика, нанося на одно веко лёгкие тени. Возникший позади неё силуэт Юнги привлёк внимание и заставил оглянуться. Мужчина двигался как-то слишком резко и уже был практически одет, хотя до условленного времени для выхода из дома было ещё рановато. — Гию, пока что придётся отложить… — следуя к шкафу с верхней одеждой, проговорил он и шумно вздохнул, хмурясь. — Что произошло? — испугалась она, оставляя косметику в покое и поднимаясь с места. — Бэджу расстроится… Но я всё-таки надеюсь успеть. Не спеши её огорчать, ладно? — Так что случилось? — У Сунён проблемы. Я сам ещё толком не разобрался. Она плакала в трубку… Видимо, сильно поругалась с парнем и просит помочь ей перевезти вещи в отель. — Конечно езжай, — покивала Гию, не раздумывая, хотя от слов ЧенЮ, до сих пор скребущихся на подкорке, сложно было избавиться. Они как демон, сидящий на её плече и ехидно комментирующий голосом подруги: «Не может же он бросить девушку в беде. Нужно утешить. И отель очень кстати!» — Но я думаю… — неуверенно начал было Юнги, надевая куртку. — Что? — Думаю, предложить ей пожить в сауне. В моей комнате. Я же её практически не использую. Что скажешь, Тарталетка? — М-м… — Гию обвела глазами пол. — Поживёт, пока не найдёт подходящее жильё, — добавил мужчина вполне логичный вывод. — Наверное, это хорошая идея. Предложи ей. — Да, точно, — сосредоточенно согласился Юнги и, подхватив с тумбы телефон, прогремел ключами в кармане и направился к выходу. — Я позвоню, — добавил громким шепотом, чтобы не привлекать внимание Бэджу, и исчез за дверью. Сердце Гию колотилось с такой силой, что даже в ушах отдавало шумом. Она села назад, автоматически беря кисть и принимаясь краситься дальше, но уже дёргано и беспокойно, потому что руки мелко дрожали, не находя твёрдости. Девушка ненавидела себя сейчас за те дурные мысли и сомнения, что вертелись в голове. Никогда раньше Гию не подозревала господина Мина в измене да и сейчас, в отношении к Сунён, он просто оставался настоящим мужчиной и хорошим работодателем. Правда не всем так везло с начальством, да и сам Юнги далеко не со всеми работниками был столь мягок и внимателен. Сунён работала у него давно, являлась трудолюбивой, вежливой и внимательной, потому господин Мин дорожил ей и всегда интересовался её жизнью за пределами работы, а она, в свою очередь, тоже могла обратиться к нему, когда возникала потребность. Гию испытывала совестливые укоры за свои мысли и желание получить доказательства верности мужа. Ещё несколько минут она колебалась, прежде чем окончательно решиться на авантюру. Сомнения ведь никуда не уйдут, если она сама их не прогонит прочь. — Бэджу, солнышко, — обратилась Гию к дочери, — хочешь не на долго в гости к тёте Лисан?

***

На улице стоял небольшой минус, медленно шёл снег, а ветер отсутствовал. Было «тепло» и комфортно для зимней прогулки, которую запланировал на сегодня Юнги. Гию не надела на голову шапку, довольствуясь одним длинным шарфом, несколько раз обмотанным вокруг шеи. Свет редких фонарей старого района, где располагалась сауна господина Мина, играли в волосах девушки, когда она, словно несостоявшийся шпион, выглядывала из-за дома. Сумерки сгустились над городом быстро. А здесь было тихо и спокойно. Некоторые окна светились тёплым светом, а свежевыпавший снег лежал нетронутым. Шум города не доносился до сюда, будто Гию находилась в какой-то деревушке. Свою машину девушка оставила в тёмном переулке в отдалении от сауны, чтобы ненароком не обнаружить себя перед отцом или Юнги. Закусив губу, Гию прищурилась, пытаясь выяснить, не увеличилось ли количество камер по периметру здания с того момента, как она последний раз обращала на них внимание. Когда это было?.. Похоже, очень давно. Автомобиль Юнги стоял на парковке у сауны, а окно его «комнаты» горело. После перестройки её месторасположение изменилось и у здания появился частный огороженный дворик. Девушка собиралась тихонько подняться по внешней лестнице и, извернувшись, подглядеть за Юнги и Сунён в окно. Разумеется, как она будет «изворачиваться» Гию в деталях не продумала, считая, что разберётся с этим не месте. Как минимум ей придётся сильно перегнуться через перила, а, возможно, даже перелезть через них, чтобы находящееся за окном стало проглядываться извне… Подавив очередной приступ сомнений, Гию всё же вышла из своего укрытия. Она оглянулась вокруг, стараясь не выдавать нервозности, заправила волосы за уши и засунула руки в карманы. Потихоньку девушка приближалась к зданию сауны, не сводя глаз с горящего окна. Камера с этой стороны имелась, однако «смотрела» она не на входную дверь, у которой Гию собиралась остановиться. Даже если охранник заметит её на экране, поднимающуюся по лестнице, то легко узнает жену хозяина и бить тревогу не станет. Правда в её плане имелась куча пробелов, но чётко структурировать свои действия и логику других людей она не могла по нескольким причинам. Гию слишком сильно переживала, чтобы начать мыслить без помех, да и любые другие обстоятельства были ей неподвластны. Взявшись за перила, девушка начала подъём наверх. По пути ей стало так страшно, что Гию подумывала уйти обратно, вернуться домой и сделать вид, будто ничего не происходило. Но было уже слишком поздно, да и глупо отступать в самом финале. Свинцовые ноги понесли её дальше и уверенность вернулась на некоторое время. Пришла мысль войти внутрь без утайки и подглядываний. Гию ведь тоже хозяйка в этом здании. У неё имелись личные ключи, она знала все кода́ и могла получить доступ к любому помещению в сауне. Но…нет. Этот вариант девушка отсеяла сразу, ведь вряд ли в этом случае узнает правду. Поднявшись на самый верх, Гию застыла на прямоугольной металлической поверхности, прямо перед дверью. Она прислушалась, зажмурила глаза и задержала дыхание, тщетно пытаясь угомонить колотящийся в ушах пульс. А после протяжно выдохнула в холодный воздух. Нужно действовать. Гию покосилась в сторону окна, оценивая расстояние от перил и до него. Оказалось далековато… Однако под окном на расстоянии чуть меньше человеческого роста имелся выступ. Да ладно… Девушка даже посмеялась с самой себя и очевидной иронии. Если кто-то застанет её здесь — это конец! Гию заранее было стыдно за то, что она ещё не совершала, но, похоже, у неё всё-таки нет иного варианта. Сделав пару глубоких вздохов, девушка расстегнула, сняла с себя пальто и оставила его в стороне висеть на перилах. Сама же неожиданно резво схватилась за металлическую перекладину и перекинула через неё одну ногу. Найдя опору, Гию перекинула и вторую. Теперь носки её полусапог опирались о поверхность платформы и только руки удерживали от падения вниз. Здесь было на так высоко, чтобы сильно травмироваться, да и Гию этот трюк уже совершала, тем не менее повторять его ей совсем не хотелось. Девушка приблизилась к фасадной стене как можно ближе и переступила одной ногой на тот самый выступ. Несколько раз она нажала на него ступнёй, проверяя на прочность, и лишь только после этого рискнула дотянуться до металлического внешнего подоконника, постепенно перенося свой вес на новую опору. И вот спустя пару каких-то минут и немного усилий, Гию уже стояла сбоку окна, лицом к стене, словно персонаж рисунков из древних египетских пирамид. Переведя дыхание, девушка сдвинулась ещё ближе к заветному окну и-и… наконец-то заглянула в него из-за угла. Она тешила себя надеждой, что её не будет видно, ведь внутри светло, а за окном намного темнее. По всем законам даже посмотрев на стекло, находящиеся внутри люди будут видеть прежде всего лишь своё отражение. По ту сторону до подоконника свисала полупрозрачная штора, состоящая из множества нитей. Это мешало обзору, однако не настолько, чтобы Гию не сумела рассмотреть Сунён, сидящую на диване с раскрасневшимся от слёз лицом, и Юнги, стоящего рядом и слушающего девушку. Гию замерла, наблюдая немую картину. Её муж периодически что-то говорил, а Сунён кивала или отрицательно мотала головой. В любом случае, вид у девушки был измотанный. Гию знала её приветливой и улыбчивой администраторшей. В углу комнаты стоял дорожный чемодан и спортивная сумка, явно битком набитые наспех собранными вещами девушки. Сунён отпила из стакана, который она держала в руке, и вдруг снова скривилась, ударяясь в слёзы. Гию показалось, что она даже услышала шумный вздох господина Мина. Плечи его опустились. На лице лёгкая растерянность и беспомощность, ведь всё, что мог, мужчина уже сказал. Утешать девушек сложно, ведь зачастую они впадали в хандру надолго. Им просто нужно было выплакаться и пожалеть себя, а Юнги не мог взять и уйти, видя всё это. Да и быть рядом, что обычно он делал с Гию, тоже не мог себе позволить. Наконец, вытянув руку, мужчина сочувствующе похлопал по плечу Сунён и сел рядом, вновь ударяясь в какие-то утешительные речи и мягкие жестикуляции. Однако звонивший вдруг телефон заставил его отвлечься. Гию поджала губы, осознавая свою глупость. Однако от увиденного на душе стало так легко и спокойно, что девушка решила больше себя не ругать. Осталось лишь слезть отсюда и поскорее вернуться к машине… — Что? — мимика и определённое движение губ Юнги ярко дали понять Гию, что именно он сказал и в какой интонации. Не про неё ли ему доложили?.. Гию занервничала и тут же будто назло чуть ли не оступилась, удержав себя несколькими пальцами, сжимающими подоконник. В следующий момент, когда девушка заглянула в окно, Юнги внутри уже не было. — Чёрт!.. — шикнула она, начиная суетливо, пятиться назад. — Споко-ойно… Сантиметр за сантиметром, и подушечки пальцев Гию уже дотронулись до перил. — Господи… Тарталетка!.. — вдруг донёсся откуда-то голос господина Мина. Он не хотел кричать, чтобы не испугать Гию, но, увидев её на высоте, протянувшей одну ногу и руку над высотой второго этажа, испугался сам, потому не смог сдержать восклицания. — Ты… что там делаешь? — Госпожа Мин!.. — следом прозвучал голос охранника. Девушка вздрогнула всем телом, из-за чего её нога всё же сорвалась с выступа, а рука на скользкой от подтаявшего снега перекладине не удержала весь вес. Она сорвалась вниз, но ловко ухватилась за нижнюю металлическую платформу, коротко вскрикнув и так же резко замолчав. Юнги сам себе не мог поверить. Он ожидал увидеть тут кого угодно, но точно не Гию. Мужчина специально вышел через парадную дверь на улицу, чтобы не дать ускользнуть нарушителю покоя, и остолбенел, стоило узнать в нём Тарталетку. Когда девушка едва не упала, он рванул вперёд и остановился снизу, продолжая держать руки приподнятыми, готовясь в любой момент поймать. Охранник последовал его примеру. — Не нужно, я сам справлюсь, — бросил ему Юнги. — Отойдите, я спрыгну на землю, — сдавленно проговорила Гию, глядя через плечо на обоих. — Я подстрахую. Отпускай руки. — Отойди! — Отпускай! — Юнги! — взвизгнула Гию, чувствуя, что пальцы соскальзывали. — Лов… — не успел договорить Юнги, как девушка полетела прямо на него. Из опасений ударить его ногами, Гию увела их вперёд, тем самым подставляя себя под удар. Но удара на произошло, только столкновение двух тел, в результате которого Юнги крепко обхватил девушку и не удержавшись повалился на спину вместе с ней. — Всё в порядке? — уточнил охранник, склонив голову на бок. На какой-то момент упавшие просто застыли лёжа на земле. Юнги продолжал крепко держать Гию, хотя её волосы рассыпались прямо по его лицу. Сердце девушки колотилось где-то рядом с его ладонью, пока до мужчины потихоньку доходила причина, по которой Гию отважилась на этот поступок. Наконец его тело начало трястись сперва от беззвучного смеха. Но чем дольше он думал о произошедшем, тем громче становился его смех. Громкий, звучный, заразительный! — Не смейся надо мной! Гию же пыхтела и вертелась, хватаясь за его пальцы и пытаясь перекатиться в сторону, чтобы встать. Было стыдно до невозможности, но девушка уходила в самозащиту, преображая стыд в обиду. Хотелось провалиться сквозь землю и заплакать после стольких сильных эмоций и переживаний! Наконец, Юнги уступил. Отпустил Гию и вслед за ней тоже принялся подниматься. Однако стоило девушке встать, как она тут же сошла с места и направилась в сторону, вглубь переулка. — Гию, подожди, — всё ещё борясь со смехом, отозвался мужчина и, прежде чем пойти за ней, попросил охранника забрать пальто с перил и отнести его внутрь. Слегка подскользнувшись, Юнги удержался на месте и поторопился в сторону, где исчезла девушка. Её тёмный, из-за отсутствия освещения в переулке, силуэт почти сразу появился перед ним. — Время идёт, Тарталетка, а ты по-прежнему подглядываешь за людьми в окна. Кажется, это зависимость, — Юнги продолжал подшучивать над Гию, ускоряясь. — Да подожди! — заметив, что девушка перешла чуть ли не на бег, окликнул он её. — Не заставляй старика бегать по гололёду! — Так не бегай! Я тебя не заставляю! — послышалось в ответ, прежде чем Гию юркнула за поворот. — Гию! — его голос посерьёзнел. Насмешливость ушла, однако мужчина не смог скрыть довольные бархатные нотки. Сердце его ускорило темп, а в груди появилось зудящее нежное чувство. Ему невыносимо захотелось скорее обнять Гию. Закусив губу, чтобы подавить довольную улыбку, мужчина решил предупредить дальнейший ход девушки. Примерно предположив, в каком направлении она побежала, Юнги пошёл ей наперерез и совсем скоро и правда услышал громкое дыхание Гию и тихие шаги за поворотом. Не преследуя цели напугать её, мужчина вышел заранее. Заметив его, девушка остановилась, но убегать больше не стала. Смотрела на него затравленно, исподлобья, но одновременно с этим виновато и так по детски. Как тогда давно… когда до крови счесала руки, подглядывая с друзьями в одно из окон сауны. Юнги молчаливо приблизился к ней, протягивая ладони к её лицу и тут же склоняясь, чтобы напомнить, как сильно любит. Чтобы она знала — бояться нечего, чтобы поняла — он не смеялся над её чувствами. Его губы нежно и одновременно настойчиво захватили губы Гию. Одна рука Юнги легла ей на спину, прижимая, вторая же ласково сгребла её волосы у затылка. Сделав пару неуклюжих шагов, он прижал Гию к стене одного из сарайчиков и углубил поцелуй, поступательно лаская языком её рот. После пробежки дыхание обоих по-прежнему было сбивчивым и шумным. Они делали паузы, отрываясь друг от друга со сладким причмоком, чтобы вдохнуть больше воздуха, но заканчивать этот поцелуй совсем не хотели. Гию приподнялась на носочки и обняла Юнги за шею, неумолимо утопая в страстных прикосновениях его губ и языка. Вокруг них всё ещё было тихо и темно. Фонари горели около главной дороги, освещая ровную завесу снега, падающего на землю и скрывающего целующуюся пару от посторонних глаз редких прохожих. — Нужно чаще давать тебе повод для ревности, — пошутил господин Мин, наконец оторвавшись от губ Гию. Он нежно проводил кончиком своего носа по кончику носа девушки, щекоча её раскрасневшиеся губы дыханием. Гию отрицательно помотала головой, давая свой ответ на его слова, после чего спрятала лицо у шеи Юнги и сильнее прижалась. Раз уж они оба оказались здесь, то решили, что будет правильным забрать господина Ши вместе с собой на фестиваль. Отец Гию как раз собирался ужинать. На всю квартиру разносились аппетитные дразнящие запахи. Однако мужчина без раздумий бросил ужин нетронутым и поспешил одеться, предвкушая свидание с внучкой и драгоценное время с дочкой. Стоило в жизни господина Ши появиться Бэджу, как мужчина перестал так яростно искать себе пару. Шутил, что стал слишком стар для отношений, однако в тот же период волшебным образом познакомился с замечательной женщиной, не похожей на всех тех, что бывали у него раньше. Статус их отношений был до сих пор не подтверждён, но эти двое частенько вместе гуляли и ходили друг к другу в гости, словно друзья.

***

Гию неторопливо вела машину, периодически поглядывая на Бэджу, пристёгнутую к детскому креслу на заднем сидении. Она тихо и заботливо ворковала о чём-то с плюшевым зайцем, указывая ему за окно. Автомобиль уже подъезжал к сауне, в которой Гию теперь была частым гостем. Ввиду недавних обстоятельств, Юнги настоял на том, чтобы она стала его главной помощницей в этом деле и девушка не стала отказываться. Изменения даже вышли ей по вкусу. В сауне они чувствовали себя как дома. Там было и место для отдыха, и кухня. У Юнги — кабинет, в котором для Бэджу быстро обустроили место для игр, ведь она была девочкой не шумной и самостоятельной, не требующей постоянного внимания родителей. А когда господин Ши возвращался домой, то забирал внучку к себе, что совершенно его не напрягало. Пока Сунён занималась обустройством в новой квартире, Гию брала её обязанности на себя. Стоило машине занять место на парковке, как парадная дверь сауны открылась, выпуская господина Мина наружу в одном лёгком свитере и брюках. Первым делом он открыл дверь для Бэджу, отстегнул её и помог выбраться из салона, после чего поцеловал Гию, подставившую для этого губы. Войдя внутрь, они первым делом направились в кабинет Юнги. Гию сняла пальто и повесила его в шкаф, пока Бэджу деловито рассказывала что-то папе, разрешая в этот раз помочь ей переодеться. — У меня для тебя будет очень серьёзная просьба, булочка, — обратился к девочке Юнги. — Это задание только для самых ответственных девочек, что скажешь? — А какая… какая задание? — нетерпеливо поинтересовалась Бэджу торопливо, испытывая нечто сродни волнению, ведь папа был слишком серьёзен, да и задание предполагало высшую степень ответственности. — Я тебе расскажу как только ты хорошенько вымоешь руки. Бэджу с готовностью покивала и, уже забыв о своём зайце, понеслась в уборную. — Что ты задумал? — заинтересовано спросила Гию, стоило девочке выйти из кабинета. — Подходи, будешь свидетелем, — позвал её Юнги, протянув руку и, когда она приблизилась, обнял девушку за спину. Второй рукой он подвинул документ к ней поближе, на край стола и после вручил ручку. — Вот тут поставь свою подпись… Гию взяла лист обеими руками и поднесла ближе к лицу, читая: «Я, Мин Бэджу, находясь в трезвом уме и памяти, даю нерушимое обещание при свидетелях не влюбляться ни в какого другого мужчину, кроме своего папы, до своего совершеннолетия…» Гию рассмеялась и покосилась на Юнги, наблюдавшего за ней во время ознакомления с документом. В уголках его глаз затаилась довольная улыбка. — Я это не подпишу, — с улыбкой отозвалась Гию. — Я готова, — серьёзно произнесла Бэджу, прикрывая дверь и закатывая рукава своего пушистого свитера. — Вот и отлично, — промурчал Юнги и выдвинул стул, чтобы девочка заняла место за столом. — Ты должна придумать подпись и оставить её во-от здесь. — Что такое подпись?.. — поинтересовалась Бэджу. — Это может быть какой-нибудь маленький узор, который никто другой повторить не сможет. — А можно нарисовать сердечко? — Конечно, только это должно быть необычное сердечко — Розовым цветом?.. — Можно взять несколько цветов, — согласился Юнги серьёзно. — А с блёстками? — Всё, что захочешь, булочка, — разрешил он. — Не смей обманывать ребёнка, — протянула Гию. — Она же ничего не понимает. — Я и не обманываю, — отозвался мужчина и наклонился к дочери. — Бэджу, тут написано, что ты должна любить только папу до тех пор, пока тебе не исполнится двадцать лет. — А как же мама? — Маму тоже. Но здесь сказано только о мужчинах, — коротко объяснил он. — Так что? Ты готова? Бэджу покивала, широко улыбнувшись и показав маленькие зубки. — Тогда я принесу твой набор, — сказал Юнги и отошёл, чтобы взять его. Гию неодобрительно покачала головой, но не категорично. Это всё-таки безумно мило и серьёзно лишь на половину. — Ну, а ты почему против? — приглушённо спросил Юнги, приблизившись к Гию, пока Бэджу скептично выбирала цвета фломастеров. Он зашёл ей за спину и приобнял. — Я уже говорила. Она ещё ничего не понимает. — А когда поймёт, то этот документ перестанет быть чем-то значимым. Поэтому просто расслабься и подпиши. — Нет, — Гию снова засмеялась, повернув к нему голову, чтобы получить очередной поцелуй. — Ну и ладно, — быстро сдался он. — Господин Ши точно подпишет. Они оба посмеялись, глядя на то, как Бэджу старательно выводила свою подпись на бумаге, а затем долго украшала документ печатками с сердечками и мишками.