Семёрка

Юнги подходит к Хоби. Улыбается. Младший в ответ растягивает свои губы, а после Мин вдруг произносит: — Ты ведь в курсе, что у Чимина скоро течка? Чон хмыкает, кивая, а после отвечает: — Благодаря Джин-хёну об этом теперь все знают. — Что будешь делать? — Ничего. Он ещё слишком... — Мелкий? — хмыкает Юнги. — Подросток. — Если есть чувства, то совершенно не важно, когда. Мини тоже было семнадцать, когда мы впервые... — Мин больно сглатывает, продолжая. — Просто сделай это. Ты ведь альфа, ещё и старший. К тому же, опыт у тебя тоже имеется. Юнги не так часто рассказывает про истинного. Хосок это знает и ценит его каждое предложение. Честно говоря, сам он себе представить не может, что пережил Мин. Не может, да и не хочет, ведь зачем лишний раз страдать, если и так не весело? Альфа думает о просьбе старшего. Помочь Чимину и стать первым мужчиной в его жизни. Готов ли парень взять на себя такую ответственность? Ведь раньше для него это был "просто секс". Люди меняются, однако. И он тому не исключение. Сейчас Хосок стал заботливым, слово "эгоизм" стало для него чем-то забытым. Хоби смотрит на друга, тихо произнося: — Спасибо. — За что? — За то, что поделился самым сокровенным. Это для тебя важно, но ты рассказал мне. — Ты мой друг, — Юнги улыбается. — И за это спасибо. Я помогу ему. — А я уведу всех остальных. — Хорошо. Я попрошу Чимина, чтобы он сказал мне сразу, если почувствует что-то новое. — Ясно, так и сделай. Хоби действительно спрашивает младшего, в силе ли его предложение провести с ним течку. Хосок рад, что Пак доверяет ему. Тот сказал, что будет держать альфу в курсе. Запах Чимина ещё не появился, но скоро это изменится. Чону интересно, каким он будет. Для всех этот омега пока что является таким же бетой, потому что никто его не чувствует. Это нормально. Иногда Хосоку грустно оттого, что ни он, ни Чимин так и не встретят истинных. Сейчас они вместе. Но вдруг это происходит лишь потому, что выбора особо нет? Слишком сложный вопрос. Он так сильно давит, но потом подходит Юнги и снова рассказывает: — Истинность - это круто, конечно. Но некоторые люди помешались на этом. Хоби смотрит на старшего с интересом, слушая внимательно. — Конечно, я люблю своего омегу. Но я уверен, что влюбился бы в него в любом случае, даже если бы мы не были истинными, — произносит Мин. — Хён... — парень улыбается. — Ты такой сентиметальный. Никто бы мне не поверил, если бы я рассказал. — Только попробуй! — фыркает старший, ударяя Хоби. Хосок хихикает так громко. Ребята сидят в бункере, пока остальные возятся с обедом на улице. Вдруг из туалета выходит Тэхён. Сначала Юнги хочет отругать его, за то что подслушивал слишком личное, а после все мысли в его голове испаряются. Младший выглядит таким бледным и измученным, оттенок его кожи напоминает зелёный. Сам он чуть пошатывается. — Эй, с тобой всё в порядке? — спрашивает старший альфа. Омега пытается улыбнуться, напрягая щёки, но уголки его губ подрагивают. Глаза красные. — Эй? Чего случилось, рассказывай? — произносит Хоби, хлопая по месту рядом с собой. Тэхён подходит к нему и садится, прикрывая глаза. — Позвать Джина? — спрашивает Юнги. — Не надо Джина... — умоляет омега. — Ты выглядишь таким бледным. Выпей водички, — Хосок приносит младшему немного попить. Тэхён долго смотрит на бутылку, словно решая, стоит ли делать это, а потом всё же открывает её, присасываясь к горлышку. — Спасибо... — шепчет омега, снова прикрывая глаза. Юнги жмёт плечами, не сводя с него глаз. Что-то странное происходит. Ким пьёт ещё, но медленным глотками, словно боится чего-то. Когда Джин зовёт есть, то все трое выходят из бункера, решая поговорить об этом позже. На улице пахнет замечательно. Старший решил побаловать своих детёнышей и сделал им пасту. Спагетти с кетчупом дымятся на холодном воздухе. Чонгук выглядит восторженным, получив свою тарелку с порцией. Они с Чимином болтают о чём-то одушевлённо. Юнги подходит к Намджуну, который думает о чем-то. — Привет, ты чего такой отстраненный? — спрашивает Мин. Джун переводит взгляд на старшего, отвечая: — Еда заканчивается. Что делать - без понятия. Юнги прикрывает глаза, медленно выдыхая, а потом предлагает: — Экономить? — Уже. — Хм, тогда ещё больше экономить. Ким ухмыляется: — Есть раз в день? — Ну... При желании... — Это слишком мало. Пока есть консервы, мы справляемся. Что будет дальше? — голос младшего звучит таким безнадежным. — Мы придумаем что-то. Дай нам время. Намджун приподнимает уголки губ и поджимает их, а после кивает. Юнги улыбается ему. Всё будет хорошо, по-другому быть не может. Сокджин накладывает Тэхёну еду, младший поджимает губы, облизываясь. Есть не хочется, но надо, чтобы не вызывать подозрений омега подносит тарелку к себе. Он долго разглядывает то, что ему дали. Аромат такой навязчивый, от него начинает тошнить. Парень выдыхает, беря в руки палочки и все же подцепляя себе немного. Кладёт в рот. Разжевывает. Проглатывает. Оказалось не так сложно. Тэхён делает это снова. У него получается и это радует. Главное, что никто ничего не заметил. Парень подходит к костру, садясь рядом с Чонгуком. Они договорились вести себя как обычно. Это их помешательство, конечно, они не забудут, но лучше делать вид, что так оно и есть. Ким кладёт голову альфе на плечо, чувствуя, как тот двигается под ним. Тэхён пытается глубоко дышать, но навязчивый запах еды так и остаётся в носу. Парень сглатывает, старается успокоиться, потому что организм начинает реагировать весьма своеобразно. Он понимает, что есть было плохой идеей, когда еда поднимается высоко к горлу. Омега едва успевает встать, закрыть рот рукой и добежать до туалета, слыша свое имя многократно. Парень сгибается над унитазом, кашляет громко и плачет. Всё выходит из желудка так быстро. Он смывает всё, подходит к раковине, смотрит на себя в зеркало. Выглядит омега не самым лучшим образом, видно, что ему хреново. Прополоща рот и обрызгав водой лицо, парень возвращается в место их обитания. Ложится на свой матрас, укрывается с головой одеялом. Его всего трясёт, а неконтролируемые слёзы не перестают литься. Пропажу замечают сразу. Ребята возвращаются в бункер, видя состояние омеги. Тэхён не маленький и он всё сам понимает, держась за живот и боясь даже дышать в присутствии остальных. — Ты чего? — спрашивает Сокджин, садясь рядом и гладя по голове через покрывало. — Съел что-то не то, — отвечает младший хрипловато. — Но все едят одно и то же. — Значит, я более к этому чувствителен. — Тэхён, ты ничего не хочешь мне сказать? — у Джина такой ледяной голос, младший сглатывает, а после быстро мотает головой. Старший вздыхает, говоря, что они ещё вернутся к этому разговору. Тэхён боится, что так оно и будет. Что ему скажут? Прибьют? Назовут кем-то плохим? Выгонят одного на мороз? Что случится, если все узнают? Пока даже Чонгуку говорить не хочется. Вообще ему никогда не хочется это рассказывать. Обычно омега сам справлялся со своими проблемами, а сейчас? Тэхён старательно прячет метку под пластырем, говоря, что порезался. Когда его спрашивают, как именно это произошло, он просто молчит. Наверное, взрослые сами догадались. Уже ночью к Тэхёну подходит Чимин. Тот, убедившись, что все спят, будит друга. Парень шепчет тихонечко: — Что происходит? Ким нервно облизывается, отвечая, что всё хорошо, а потом Чимин даёт ему кое-что. Тест на беременность. Использованный. Они были в магазине, Тэхён был этому очень удивлён, но посчитал, что ему невероятно повезло. Парень последовал инструкции и у него оказались две полоски. ДВЕ ПОЛОСКИ. Ему всего семнадцать, отцу ребёнка вообще шестнадцать, и что с этим делать - парень не представляет. — Это Джин-хёна, — шепчет Тэхён. — Может, тогда я у него самого и спрошу? — Нет! — Сознавайся! — просит Пак. — Я ничего не скажу остальным. Тэ, ты беременный? Ким тяжело выдыхает, а после шепчет немного трясущимся голосом: — Да... — Что будем делать? — Рожать, — вдруг говорит Чонгук совсем рядом и оба омеги вздрагивают.