Аквариумные улитки

Холодное утро в пустой комнате с матрасом всегда начиналось с противного треска будильника. Майки вставал легко, но с мыслью, что это точно последний раз и на следующее утро ему точно должно повезти. Место, что он так неохотно называл домом напоминано больничную палату. Стойкий запах лекарств пьянил голову, а пыль на белоснежной мебели оседала толстым слоем в слизистой. Если бы не присутствие единственного живого человека, сложно было бы представить, что кто-то и вправду здесь живёт. Всё шло по порядку: подъём, душ, завтрак. Ванная и кухня мало чем отличались от спальни, но от скуки Майки нравилось сидеть именно в одной из этих комнат. В тяжёлые моменты он выбирал холодный пол ванной и льющийся кипяток на ладони, а в дни подобные сегодняшнему, что полнились гадким чувством воодушевления, он смотрел новости сидя на кухне. В руках он держал вчерашнюю визитку. –Тачибана Наото, детектив отдела по борьбе с организованной преступностью Токио... –С искренним разочарованием проговаривал Майки и морщил переносицу. Каждый слог давался с трудом. Этот человек был его природным врагом. И точно не случайно оказался рядом с Майки вчера ночью. Всё было спланировано. По крайней мере первая догадка была именно такой. Самостоятельно связываться по телефону казалось очевидным шагом в расставленный капкан, но пальцы Майки двигались быстрее и через несколько секунд гудки наконец-то прервались. –Алло? –с другого конца трубки послышался знакомый голос. –Это я. –Ответил Майки. Его руки были слегка потные от волнения и даже слегка дрожали. По новостям говорили об обильном выпадении осадков в ближайшее несколько дней. Ведущий с большим воодушевлением рассказывал как рад спустя столько лет встретить снежное Рождество. Его соведущая, недавно ушедшая в отставку айдол Мадока, поддерживала его энтузиазм и поздравляла в своей яркой и чистой манере телезрителей с предстоящими праздниками. –Весьма информативно. – вслед за словами, сквозь звук телепрограммы, послышался усталый вздох. –Скажите ваше имя, пожалуйста. –Помогите мне. –тихо ответил Майки, не сводя глаз с айдола на экране. Он почти шептал и давился комом в горле. В трубке повисло молчание и казалось оно будет длиться вечно, как Наото наконец-то ответил: –Встретимся сегодня? Я могу заехать за вами. От слов Наото Майки, как и вчера, ощутил противное чувство стыда. К нему давно не обращались с такой обходительностью и трепетом. Да, это были простые слова, что не скрывали за собой чего-то особенного, Холодное утро в пустой комнате с матрасом всегда начиналось с противного треска будильника. Майки вставал легко, но с мыслью, что это точно последний раз и на следующее утро ему точно должно повезти. Место, что он так неохотно называл домом, напоминало больничную палату. Стойкий запах лекарств пьянил голову, а пыль на белоснежной мебели оседала толстым слоем на слизистой. Если бы не присутствие единственного живого человека, сложно было бы представить, что кто-то и вправду здесь живёт. Всё шло по порядку: подъём, душ, завтрак. Ванная и кухня мало чем отличались от спальни, но от скуки Майки нравилось сидеть именно в одной из этих комнат. В тяжёлые моменты он выбирал холодный пол ванной и льющийся кипяток на ладони, а в дни, подобные сегодняшнему, что полнились гадким чувством воодушевления, он смотрел новости, сидя на кухне. В руках он держал вчерашнюю визитку. – Тачибана Наото, детектив отдела по борьбе с организованной преступностью Токио... – с искренним разочарованием проговаривал Майки и морщил переносицу. Каждый слог давался с трудом. Этот человек был его природным врагом. И точно не случайно оказался рядом с Майки вчера ночью. Всё было спланировано. По крайней мере, первая догадка была именно такой. Самостоятельно связываться по телефону казалось очевидным шагом в расставленный капкан, но пальцы Майки двигались быстрее, и через несколько секунд гудки наконец-то прервались. – Алло? – с другого конца трубки послышался знакомый голос. – Это я, – ответил Майки. Его руки были слегка потные от волнения и даже слегка дрожали. По новостям говорили об обильном выпадении осадков в ближайшие несколько дней. Ведущий с большим воодушевлением рассказывал, как рад спустя столько лет встретить снежное Рождество. Его соведущая, недавно ушедшая в отставку айдол Мадока, поддерживала его энтузиазм и поздравляла в своей яркой и чистой манере телезрителей с предстоящими праздниками. – Весьма информативно, – вслед за словами, сквозь звук телепрограммы, послышался усталый вздох. – Скажите ваше имя, пожалуйста. – Помогите мне, – тихо ответил Майки, не сводя глаз с айдола на экране. Он почти шептал и давился комом в горле. В трубке повисло молчание, и, казалось, оно будет длиться вечно, пока Наото наконец-то не ответил: – Встретимся сегодня? Я могу заехать за вами. От слов Наото Майки, как и вчера, ощутил противное чувство стыда. К нему давно не обращались с такой обходительностью и трепетом. Да, это были простые слова, что не скрывали за собой чего-то особенного, вся их прелесть была в том, как именно они были произнесены. – Я пришлю адрес на этот номер, – произнёс Майки и положил трубку. После этого разговора он вернулся к просмотру телевизора, а через несколько минут, как по часам, пришёл Минато. В отличие от вчерашнего дня, он был уже одет гораздо теплее и убедился, что Майки сделает точно так же, прежде чем вместе выйти на улицу. Снаружи было ослепительно красиво. Ровный слой снега покрывал всё вокруг, заставляя глаза слезиться от лёгкого покалывания. – Сегодня в расписании встреча с главой «Исигаки групп», – поправляя очки, монотонно говорил Минато. По его чёрным, прилизанным гелем волосам снежинки скатывались, будто по пластиковому шлему. – У меня появились планы после обеда, – перебил его Майки. – Понял, я сообщу, что мы прибудем раньше, – не сомневаясь, ответил Минато и сделал быстрый звонок. Встреча была назначена на одиннадцать утра в баре в самом закутке соседнего района. Это было тёмное и неуютное место, наполненное запахом сырой плесени и мелкой живностью. К счастью, Майки не нужно было заходить ещё и в подвальное помещение, откуда даже на лестнице воняло гнилым мясом. Минато тоже был не в восторге от их сегодняшнего места переговоров, но осознавал, что, даже если оно и выглядит как самая настоящая помойка, сюда ни разу не наведывалась полиция и знали о нём единицы, что держали власть цепко и недвижимо, как и его «белый король». На входе их встретил пожилой мужчина в рубашке с пятнами и штанах недельной давности. От него воняло точно так же, если не хуже, как и от самого места. – Добро пожаловать, хозяин уже ждёт вас, – треморными руками мужчина поправил галстук и указал ладонью, в какую сторону нужно идти — за угол от условленного бара. Ни Майки, ни Минато не посчитали нужным отвечать на приветствие и сразу направились к месту назначения. Как и говорил старик, за углом, в дорогом костюме и в сопровождении охраны, сидел хозяин сего закутка, а точнее, всего района и соседних нескольких тоже. Его фирма владела большим количеством недвижимости и пользовалась протекцией группировки якудза на взаимовыгодных условиях. – Король! Доброе утро! – воскликнул мужчина и подскочил с места, чтобы протянуть ладонь для рукопожатия. – Доброе, – неохотно ответил Майки и пожал протянутую руку. Он знал этого человека по имени и роду деятельности, но встречался с ним впервые. Раньше всеми вопросами подобного характера занимался Минато и люди под его руководством, и этот раз не стал бы исключением, если бы не одна скверная деталь. – Прошу прощения, что заставил вас прийти в это богом забытое место, – начал хозяин закутка и жестом предложил сесть на рядом стоящий пластиковый стул с серым налётом. На этот жест Майки ответил ещё большим равнодушием, чем прежде, и не стал затягивать, а перешёл к делу. Его уже начинало тошнить от всего этого мусорного запаха вокруг них. – Да, работаешь себе в убыток, – он достал платок и приложил к носу. – Итак, кто крыса? Да, целью встречи была передача информации о предателе. Некоторые из поставок наркотиков и оружия стали исчезать по пути к получателям, и, хотя объёмы были небольшими, поступая так с якудза, этот горе-предприниматель рыл себе могилу, сам того не осознавая. — Я понимаю ваше негодование, король, — мужчина закурил тонкую сигарету и отослал охрану. — Пострадала не только ваша репутация, но и общее состояние внутри «компании». Это самое прискорбное, по моему мнению. Но даже так я, как информатор, рискую жизнью, появляясь здесь с вами. — Оставь смол-ток для других клиентов. — Майки наконец присел на стул и наклонился к информатору с горящими бледным огнём усталыми глазами. — Имя, Шизука, мне нужно только имя этого обмудка. Информатор почувствовал, как страх собирается в горле, и нехотя сглотнул, так что его Адамово яблоко показалось из-за воротника бугром. — Точного имени я не знаю, но могу подсказать, что он явно работает не один. Подобное трудно провернуть, веря лишь в свои силы и волю. — Шизука выдохнул клуб дыма в небо и запрокинул голову назад. — Один полицейский поделился со мной, что в последнее время в районе портов, в Кото, участились стычки между мелкими бандами, и задержанные чаще всего не в себе либо в полном ауте, если понимаешь, о чём я. Во время рассказа Майки всё время пялился в снег, падающий на его лакированные туфли, и лишь небольшая часть из того, что сказал собеседник, дошла до него. В подобном он чаще полагался на педантичность Минато. — Получается, всё одно и то же, что и везде, — прошептал Майки, всё так же пялясь на туфли. То, что рассказал информатор, не было чем-то новым, скорее дополняло уже имеющиеся данные. — Минато, я всё. Вечером заеду в офис, до этого не ищи. И в тот же момент, после этих слов, Майки грузно поднялся с хлипкого стула и пошёл в направлении вонючего бара. Подчинённый и информатор могли лишь смотреть ему вслед, а затем, после короткого прощания, так же разошлись. То, что казалось лёгкой нервозностью от неспособности решить вопрос с предателем, через пару минут прогулки набрало вес, и уже около проезжей части Майки кипел от злости. Всё это продолжалось уже несколько месяцев, но ни о каком прогрессе и речи не шло. Беспомощность, что была ему чужда ещё со времён распада «Свастонов», теперь настигала вновь. Может, он просто слишком остро воспринимал ответственность на своих плечах или давился властью, насильно запихнутой в рот, — точно никто не знал. По большей части никому не было до этого и дела. — Эй, парнишка! — внезапно прозвучал трескучий голос. Он принадлежал тому самому пожилому мужчине около бара. — Чего? — Майки сверкнул глазами и отшатнулся. Вместо воздуха в легкие толкнулся густой, сладковатый запах гниения и сырой земли. — Иди куда шёл... В ответ мужчина подошёл ближе и по-дружески похлопал Майки по плечу всё той же липкой и трясущейся рукой. — Сидишь здесь один, в этой куртёнке, замерзнешь же! От прикосновения к себе Майки вздрогнул и скривил губы с бровями. — Старик, свали! — Почти до хрипоты воскликнул Майки и смахнул жилистую руку с плеча. Ощущалось, будто сердце готово разорваться с каждым новым стуком, а мерцание в глазах мешало обзору. От всего этого рука Майки невольно потянулась в карман к холодному, приятному на ощупь металлу. — Тише, милок, тише… — старик беззубо улыбнулся, пытаясь успокоить парня. Но попытка отступления была безуспешной и уже через секунду ледяное дуло пистолета было направлено промеж глаз мужчины. Хлесткий, оглушительный выстрел разорвал тишину запуска. Тело старика рухнуло в грязь, как мешок с костями. Снег под его головой стремительно чернел, впитывая густую жижу. Майки смотрел на пульсирующую лужу, и внутри него что-то окончательно лопнуло. Затем из груди вырвался сухой, лающий клекот, переросший в тихий, судорожный смех. — Бля, как же бесит... –прошептал напоследок он, прежде чем лицо свела неприятная судорога безумства.