Я не сделаю больно... Никогда

Всю неделю Хенджин ходил в палату к Феликсу и малышу, не пропуская ни один день. К ним также заглядывал Сынмин, который пришел поздравить Феликса с рождением сына. — Дарова, крестник, — поздоровался тот с малышом, щелкая пальцем ему по носику, от чего Минхо мило скорчил личико. — Ты об какие углы побился, пока шел сюда? — с презрением посмотрел на него Ликс. — Когда ты его покрестить успел? Он только четыре дня назад на свет появился! — Ну и что? Пусть привыкает к крестному. Сынмин поглядел на младшенького, что как-то мирно лежал в кроватке, смотря на болтающих парней, будто вслушиваясь в их диалог. А Феликс тем временем ударил себя по лбу, понимая, какой его друг всё же придурошный. *** На следующую неделю Феликса с маленьким Минхо выписали из больницы. Хенджин забрал их на машине с кучей шариков, с цветами, весь светясь от счастья. Сразу видно – отец. Хёнджин был нереально счастлив. Он и представить не мог, что жизнь подготовила ему такой сюрприз! Сейчас у него есть любящий омега, с которым Хенджин создал семью, и теперь есть собственный сын, для которого он готов сделать всё самое лучшее. К самому альфе родители всегда относились холодно. Их взаимоотношения пусть и не доводились до того, что Хёнджин сбегал из дома, за это его били и полностью лишали свободной жизни. Наоборот, свобода в жизни Хенджина была ого-го какая. И это плохо. Хенджин чувствовал себя одиноким. Ему не хватало родительской любви, заботы, да даже простых разговоров по душам, потому что их вечно не было дома. Всем силами альфа старался обратить их внимание на себя: учился на отлично, участвовал во многих конкурсах и концертах, где получал первые места, ходил на олимпиады – и всё ради простого «молодец, сын». Поэтому, ещё с раннего возраста, Хенджин для себя решил — во взрослой жизни он обязательно создаст свою семью, и не просто семью, а по-настоящему счастливую, без фальшивых улыбок, где все будут друг друга любить, поддерживать и заботиться. И сейчас, едя вместе со своим омегой и сыном домой, Хенджин осознавал — его мечта детства сбылась. Он наконец обрёл то, о чем мечтал с самого детства. Феликс, сидевший сзади, игнорировал всё вокруг, отдавая всё своё внимание малышу. Тот выглядел настолько счастливым, что Хёнджин, глядя на эту картину через зеркало, сам не смог сдержать улыбку. Когда альфа покидал больницу, он твердо решил, что один ребенок — это слишком мало! Как минимум, он ещё хотел дочку. Да и к тому же, большая семья - это всегда круто! И сейчас это его желание увеличивалось всё сильнее. Это его семья, его счастье! *** — До-о-ом, милый дом, — радостно протянул Феликс, заходя за порог дома. — Как же я скучал! Альфа негромко усмехнулся. — Тебя всего-то неделю не было, — усмехнулся с улыбкой Хван, что не желала сходить с его лица. — Ну и что? Я всё равно скучал, — Феликс прошёл с сыном на руках в комнату, где они решили расположили детскую. — Хённи-и, — позвал он Хенджина, который шел за Феликсом, но куда-то свернул. — И когда это ты успел поставить в детской кроватку? Не помню, чтобы ты озадачивался этим вопросом, — прикрикивал Феликс, надеясь, что Хёнджин не упёрся в ванную, потому что иначе он бы его не слышал. Хенджин появился из-за угла, пока Феликс рассматривал комнату, где уже были сменены обои, поставлена кроватка, тумбочка для пеленания, комодик. — Ну, я же не сидел без дела в твое отсутствие, — обняв Феликса со спины, Хенджин поцеловал его в мягкую щёчку. — Как тебе комната? У меня получилось удивить тебя? — Ещё как! — повернув голову Феликс чмокнул Хенджина в губы. — Хо, а как тебе? Нравится? — младший ничего не ответил, лишь моргая глазками. Старшие посмеялись. — Вот и прекрасно, что мои малыши остались довольны, — посмотрел он то на Феликса, то на младшенького. — Отпразднуем твое возвращение? — обратился тот к Феликсу. — Ух-ты, — удивился Ли. — А ты, я смотрю, подготовился? — Укладывай малого спать и проходи на кухню, — и больше ничего не сказав, Хван поцеловал Феликса в шею, удаляясь из детской комнаты. Феликс был в ступоре, но последовал его «инструкции», кормя Минхо и укладывая его спать. *** Уложив Хо, омега направился на кухню, из которой уже доносился приятный аромат чего-то вкусного. Зайдя на кухню, Феликс офигел от количества блюд на столе. С ахуем на лице он посмотрел на Джинни, что стоял у плиты в фартуке, что-то творя со сковородой... — Только не говори мне сейчас, что это ты приготовил сам! — предупредил его Ли, всё ещё стоя на кухонном пороге, осматривая то стол, то своего альфу, что повернулся на прозвучавший голос. — Хорошо, не буду, — усмехнулся тот, выключая газ и снимая с себя фартук. — Ты сейчас серьёзно? — всё ещё не веря произнес Феликс. — Ну да, — заулыбался тот во все свои 32 зуба. — Эти блюда уже успел попробовать Сынмин, и жалоб от него никаких не поступило, так что можешь садиться и самолично попробовать, — указал он тому на стол. Феликс, с презрением, но всё же прошел за стол, усевшись за него. Хенджин поджег свечи и открыл какой-то алкогольный напиток. Феликс, всё также недоверчиво, взял в руки палочки, решив всё же попробовать кухню Хван Хенджина. — Ну как? — аккуратно спросил Хенджин, разглядывая задумчивое лицо омеги. — Это действительно вкусно! — сменил он выражение лица на улыбку, во всю уминая мясо. Хенджин рассеялся. Он был больше, чем уверен, что его омеги понравится. Продолжив ужинать они решили вспомнить самые запоминающиеся моменты, что только были у них. Это было смешно, местами стыдно, но а в общем – очень весело. *** Лёжа в кровати Хенджин обнял Феликса, что лежал на нем, прижимая его к себе. — Если бы ты только знал, как сильно я тебе благодарен, — полушепотом произнёс Джинн, зарываясь носом в волосы младшего. — Спасибо тебе, милый, что появился и остался в моей жизни. Отстранившись и приподняв лицо Ликса, он вцепился в его теплые, пухлые губы, которые моментально ответили на поцелуй. ***

Три месяца спустя

— А я всегда думал, что быть родителями жуть как сложно, а оказалось, что это не так уж и утомляюще, — заявил альфа, заходя в их с Феликсом общую спальню, прикрывая за собой дверь. — Тебе легко говорить, не ты же сидишь с Минхо всё своё свободно время, — тихо возмутился Ликс. — Скажи спасибо, что он хотя бы по ночам более-менее спокойно спит. — Спасибо! — помолился Хван. Дайте ему Оскар. — Завтра у меня свободный день, так что у тебя будет отдых, — развалился тот на кровати, прикрыв глаза. — Подожди, это значит, я могу пойти встретиться с Сынмином? — Джинни угукнул. — Супер! — обрадовался младший. — Я доволен. С ребенком точно сам справишься? — А почему нет? Самое главное, чтобы ты отдохнул хорошенько! А за остальное отвечаю я, — с полной уверенностью сказал Хенджин, убеждая омегу. — А сейчас спать, — с этими словами свет в комнате вырубился, благодаря Хенджину, погружая парней в кромешную темноту. Уже лёжа в постели, Феликс удобно устроился на груди Хёнджина. — Хённи-и, — тихо позвал того омега. В ответ послышалось вопросительное мычание. — Трахнешь меня? От такого вопроса Хёнджин открыл глаза, офигевая от жизни. Сон моментально улетучился. — Что? — удивлённо спросил Хван. — Не заставляй меня повторять! — омега подняла с его груди, смущённо отводя взгляд. — Ты же всё прекрасно слышал. Так действуй, — побудил Феликс альфу на действия. Всё ещё шокированный Хёнджин осторожно уложил младшего под себя и вцепился в его губы, кусая их. — С чего такое внезапное желание? — поинтересовался альфа, отстранившись от губ. — Я просто соскучился по тебе и…, — неловко запнулся тот, — …по твоему члену в себе, — добавил младший, явно смущаясь своему откровению. — Вот оно что.. — будто про себя проговорил Хенджин, вновь сцепляясь с губами омеги, начиная активнее вылизывать его рот. Не желая больше медлить, Джинни снял с Феликса его домашнюю футболку, открывая себе доступ на ключи и грудь омеги. Припав к шее альфа усыпал её множеством засов, но внезапно замер. — Хён? Ты чего? — задал вопрос Ликси. Он посмотрел на альфу, что смотрел прямиком на него, и всё не как не мог понять, почему Хенджин так резко остановился. — Ликс~и, — издал он наконец-то хоть какой-то знак жизни, приблизясь к уху омеги, — можно я поставлю тебе метку? — спросил он к того разрешение, облизывая ушную раковину, целуя куда-то за ушком. Феликс тем временем неподвижно лежал, пытаясь вернуться в реальность. Всё его тело покрылось мурашками от столь внезапного вопроса от альфы. — Да.., — тихо произнес в ответ Ли. Хенджин поднялся, смотря в его глаза. Его губы оказались возле губ младшего, который вновь замер в ожидании. — Ты уверен или тобой руководит похоть? — задал здравый вопрос Хенджин, целуя щеку, скулу Феликса, который прикрыл глаза. — Я уверен, можешь ставить, — уже увереннее ответил омега, открывая глаза. Хенджин усмехнулся, опускаясь обратно к шее. Выбрав место он поцеловал своими влажными губами область, а затем вцепился в нежную, молочную кожу своими клыками. На шее появился след от зубов и сам прокус. Альфа облизал место укуса, дабы извиняюсь за боль, а после поднялся к лицу омеги, что покорно лежал, не издавая ни звуков, ни действий. — Всё хорошо? — спросил альфа у Феликса, на что тот ничего не ответил, лишь ухватился за его шею, приближая лицо Хенджин ближе к себе, впиваясь в его губы своими, сплетаясь в откровенном поцелуе. Хенджин решил опуститься ниже. Добравшись до первого левого соска он вбрал его себе в рот, начиная посасывать. Второй, правый, сосок находился в пальцах альфы, что крутил его как только ему вздумается. Омега под ним слегка выгибался, издавая тяжёлые выдохи. Правый сосок тоже не оставался без внимания. Бусинки уже во всю набухали, становясь от возбуждения темнее. Самое время спускаться ещё ниже. — Хённи-и, ну не медли, — простонал Ли. — Хенджин, молю! — хныкал он. Томные, затуманенные глаза поднялись на лицо омеги, при этом не отрываясь от его живота, что покрывался поцелуями. — Никакого терпения! — возмутился альфа, начиная снимать с омеги штаны. Феликс приподнял бедра, помогая старшему стянуть с себя ненужный элемент одежды вместе с нижним бельем. Обнажив омегу, альфа и сам быстренько разделся. Достав лубрикант, альфа выдавил приличную порцию себе на пальцы, подставляя их к дырочке омеги, задрав его ноги. Первый и второй палец входили даже слишком легко, а вот остальные входили сложнее, но зато Хенджин нашел комочек нервов Феликса, начиная массировать его, от чего омега во всю извивался по кровати, издавая протяжные стоны. — Малыш, ты точно готов? — спросил Хенджин, чтобы убедиться, что Феликс действительно этого желает. Какое-то время Феликс молчал, лишь громко дыша. — Нет. Я передумал, — заявил омега, самостоятельно слазя с пальцев альфы. — Сильно устал, так что рука в помощь. Феликс успел найти свою ранее откинутую на пол домашнюю футболку, одевая её обратно на себя. Хенджин тем временем сидел на кровати, прибывая в полнейшем ахуе от происходящего. Феликс открыл дверь, собираясь выйти из комнаты, как вдруг почувствовал на своей талии руки, удерживающие его на месте. — Вот так значит решил поиграть? — шепнул старший на ухо омеге. — Что? — повернулся к альфе Феликс. — Не понимаю, о чём ты, — произнес невинно хлопал глазками. — Ты издеваешься надо мной? — спросил Хван. Феликс делал из себя саму невинность, при этом глядя на альфу с холодом в глазах. Дверь сзади хлопнула. — Эх... — театрально вздохнул Феликс.— Ты меня раскусил. Ты такой жестокий, — омега продолжал изображать грусть, состроив бровки домиком, а губки - бантиком, дабы дуясь. — Наказать бы тебя за это… — на последних словах в глаза омеги моментально вернулась и страсть, и похоть, и игривость. — Что тебе мешает сделать это, милый? — хриплым голосом произнёс старший, всё больше возбуждаясь от такого омеги. Переместившись на кровать, Ликс оседлал старшего, начав разукрашивать его шею пятнами, слегка покусывая. Член альфы упёрся ко входу омеги, при этом под его контролем. Феликс склонился над головой Хвана, говоря на ушко: — Малыш, ты точно готов? Альфа усмехнулся. Его фразу использовали против него же. Ответом последовали лишь руки, что легли на ягодицы омеги, раздвигая их. Феликс принял это за согласие, аккуратно вводя член в себя, привыкая к размерам. По всей комнате раздался нарастающий стон, а голова Феликса откинулась назад, вместе с глазами, что закатились от удовольствия. Привыкнув, омега начал двигаться, переходя на быстрый темп. По комнате раздавались хлюпающие звуки, стоны омеги, и рычание альфы. Вскоре инициатива передалась старшему, и теперь Феликс лежал на его груди, пока тот вбился в него по самое основание. На висках альфы выделилась испарина, в тот момент как он перевернул омегу, ложа его под себя. Ноги Ликса оказались на мускулистых плечах Хенджина. Тот схватился за его бедра, начиная резкими толчками входить в омегу, моментами выходя, чтобы тут же зайти обратно. После этого всегда следовал сладкий стон омеги, который во всю наслаждался. Надолго поза не затянулась, и, выйдя из омеги, Хенджин поставил его раком. Спина была прогнута, и сверху была лишь сладкая попка Ли, который так развратно ей велял. Хенджин не стал сразу же вставлять член в него, решив для начала хорошенько вылезать. И потому, удобно расположившись сзади, его язык прошёлся по колечку мышц. Феликс вздрогнул. По всему его телу прошёлся табун мурашек. В этот же момент теплый, мокрый язык Хенджин вошёл внутрь, лаская бархатные стенки омеги, что во всю скулил, прикусывая одеяло под собой. — Неужели тебе так нравится мой язык внутри себя? — решил поинтересоваться Хенджин, слегка отменившись от дырочки, но лишь за тем, чтобы взять яички в рот. — Заткнись и продолжай! Ах~х, — скомандовал Ликс. Хенджин обсосал каждое яичко, играясь с каждым. А затем снова вернулся к красному входу, подставляя набухшую головку. — Войди в меня! Прошу, войди! — начал умолять его Ликси, уже самостоятельно начиная своими ягодицами двигаться назад, насаживаясь на член. — Ты сегодня такой нетерпеливый! — с этими словами по комнате раздался громкий шлепок по правой ягодице, следом за которым последовал вскрик Ли. И, пока Феликс не успел опомнится, Хенджин тут же вставил свой член за один рывок до самых яиц, сам издав рык, тут же начиная набирать темп. Звуки шлепков тел друг об друга запомнятся им навсегда. Особенно когда после быстрого темпа, альфа делал его медленным, от чего омега готов был реветь. — Хён....Джинн.. Я... — с паузами говорил Ликс, пока альфа выбивал из него, казалось, всю душеньку. — Больше... Не могу-у-у! — вместе с этими словами Феликс выпрыснул пару струек своей спермы прямо на кровать, при этом даже не прикасаюсь к себе. Хенджин тем временем сам находился на пике, во всю выбиваясь в Феликса. И, быстро выйдя, альфа додрочил себе, выпрыснув всё на ягодицы и поясницу Феликса. Второй лег в сторону, тяжело дыша. Хенджин подполз к нему, чмокая его в пухлые, покусанные губы. — Ликс~и, ты невероятный! — высказал ему Хенджин, на что Феликс посмеялся. — И этот фантастический омега теперь целиком и полностью мой, — шепотом проговорил альфа, ещё раз целуя омегу в губы, но уже настолько трепетно и аккуратно, словно боясь нарушить эту идиллию. *** — Я дома! — прокричал на весь дом Ли, но ответного приветствия не послышалось, хотя из кухни доносились детские звуки. Феликс заинтересовался. Сняв обувь он прошел в дом. Пройдя аккуратненько на кухню он увидел идеальную картину: Хенджин пытается накормить Хо едой, пока тот, во всю играя с салфетками, суёт их ему в рот. — Это у вас такой обед или ужин? — во всю смеясь спросил Феликс, обращая на себя внимание. — Ликс~и! — радостно вскликнул тот, подбежав к омеге. Его нос припал его шее, яростно вдыхая запах винограда, после чего целуя Ликса в губы. — Как погуляли с Сынмином? — поинтересовался альфа, параллельно наблюдая за тем, как маленький Хо достает все салфетки из коробки. — За-ме-чательно, — по слогам проговорил Ликс, всё ещё наблюдая за малышом. — А у вас тут что? — А у нас... — подбирая слова, замолчал он, — ..а у нас сплошное веселье! — уверенно заявил Хван. Феликс прыснул. — Да я вижу, — смеясь ответил Ли. Омега подошёл к малышу, отбирая у него салфетки, которые и так вот уже все на полу. — Ты зачем ему вообще эти салфетки дал? — решил поинтересоваться он у Хвана. — Да он сам их откуда-то взял, я не при чем! — оправдывался Джинни. — Ну и ну.. А говорил, что справишься с ребенком, — закатив глаза, он сел кормить Хо, что внимательно за ними наблюдал. — Я не справился? — нотки грусти прозвучали в его голосе. — Справился, справился, — усмехнулся омега. — Только в следующий раз не давай ему никаких салфеток! — Так точно, капитан! — Дурачок. Феликс чмокнул подошедшего ближе Хенджина в щёчку, да так, что по всей кухни раздался громкий звук. Оба посмеялись. Даже маленький Хо заулыбался, шевеля маленькими ручками. *** — Я не уверен, что Хо в надежных руках, — с выраженным сомнением на лице, Хенджин смотрел как Ким играет с ребенком, поднимая его то вверх, то вниз. — Эй, — обратил он на него внимание. — Ты только что обидел моего внутреннего омегу! — возмущаясь. — Прости-прости, — Джинни поднял руки вверх, признавая мир. — Но ты точно справишься? — Я сейчас откажусь от нянчиства и пойду домой, а вам придется устраивать свиданку дома! — негодовал тот, гремя погремушкой над маленьким Хо. — Если что, то сразу звони! Понял? — уже откуда-то с прихожей кричал альфа, обуваясь. — Ага-а, — прокричал тому в ответ. Дверь хлопнула и Хенджин направился к машине, где уже сидел омега. Хёнджин надеялся, что всё пройдёт хорошо. *** Сегодня очень важный день. Сегодня свидание Хенджина с Феликсом. И нет, не простое свидание. Хёнджин долго думал, долго обдумывал, долго готовился, и в итоге этот день настал. Тот самый день, когда Хенджин сделает Ликсу предложение. Он не спал всю ночь, представляя по кругу момент, как он встанет перед омегой на одно колено и скажет заветные слова; он представлял это во всех ситуациях, ракурсах, со всеми ответами омеги. Он безмерно волновался. Вдруг Феликс откажет? Вдруг он не хочет сейчас выходить замуж? Вдруг что-то пойдет не по плану? Вдруг Сынмин не справится с Минхо и всё сорвётся? Вдруг что-то случиться? А вдруг...А если... Все эти вопросы не давали альфе спокойно поспать. Он надеялся. Надеялся, что всё пройдёт как запланировано. *** Пара, нагулявшись в центре, находившись по различным паркам, фоткая друг друга, веселясь, пришла на набережную. Сегодня был безумно красивый закат. Мост загорелся яркими цветами. Вокруг ходили влюбленные, мимо проезжали велосипедисты, все фоткали то закат, то друг друга на фоне заката. На самом мосте было множество лавочек, качелек, на которую Феликс моментально побежал, увидев, что он свободная. Волны реки слегка было слышно сквозь галдеж людей. Феликс и Хенджин решит пройтись дальше, вдоль моста, подальше от остальных людей, выходя к самой реке. — Феликс, — Хенджин взял осматривающегося Феликса за руку, переводя его внимание на себя. — Ты, наверное, удивишься, узнав, как долго я хотел тебе это сказать, — выдержал паузу альфа. — Я уже говорил тебе это, но скажу ещё раз. Когда я впервые тебя встретил – ты мне безумно понравился! Ликси, твоя внешностью словно ангельская! — вторая рука легка на усыпанную веснушками щеку, гладя её. — Со временем мне также начал нравится твой характер, то как мило ты ешь, как прелестно ты причмокиваешь своими губками во время сна, как смешно и одновременно мило ты возмущаешься и стесняешься, — наклонившись к уху омеге, Хенджин прошептал: — как прекрасно ты сосешь, и как сладко стонешь, — отстранился тот, наблюдая, как щёчки Феликса становились слегка розоватыми, — Ты вскружил мне голову, Ликси. Мне казалось, что без тебя и твоего запаха меня и самого не существует. Ты полностью перевернул мою жизнь, заполняя её собой полностью. И я желаю.. — опустив руку омеги, Хенджин встал на одно колено перед ним, доставая из своего моднявого пиджачка заветную коробочку, вознося её перед Ликсом, что замер, как статуя, не произнося ничего, и лишь на его лице читалось удивление вместе со смущением, — чтобы ты был в ней уже ни как мой сожитель, ни как мой парень, а как мой любящий муж и папа семейства, — коробочка открылась в руках стоящего на одном колене Хенджина, в которой находилось то самое кольцо, что с особым вниманием, тщательно выбирал Хенджин, — Согласен ли ты любить меня в печали и радости, в богатстве и в бедности? — омега усмехнулся, после закрыл руками глаза, кивая, — Ли Феликс, согласны ли вы стать моим мужем? — Согласен. Феликс опустился на колени рядом с альфой, крепко обнимая его. Хенджин, не ожидавший такой реакции, не сразу, но обнял Феликса в ответ. Поднявшись Хенджин аккуратно надел на безымянный палец Феликса кольцо, что было сделано из золота, а внутри была гравировка «Я не сделаю тебе больно... Никогда». После чего Хенджин вовлек Феликса в трепетный поцелуй, пытаясь через него передать все масштабы своих чувств к нему. *** — Джинни, мне как-то страшно, — высказался Феликс альфе, когда они подъехали к частному дому. — Не переживай, — Хенджин взял того за руку, большим пальцем гладя тыльную сторону ладони. — Ты понравишься моим родителям! Всё будет хорошо! — пытался успокоить альфа омегу, который и вправду нервничает, хотя всю дорогу был спокойнее некуда. Феликс ничего не ответил, лишь посмотрел на Хенджин, и, отведя взгляд, сделал вдох и выдох. — Пошли? — спросил он у Хенджина, переводя на него обратно взгляд. Тот кивнул ему, выходя из машины. Сам дом был большим и больше напоминал на замок, либо древнюю постройку, чем на дом. Хенджин рассказывал Ликсу, что его отец фанат истории, и к тому же он являлся архитектором, так что удивляться дому в виде замка не стоит. Позвонив в дом, дверцы тут же отворились, пропуская пару в дом. Внутри было всё в кофейном цвете. Массивный стол, что стоял в зале, куда провела их домработница, был темного цвета, сделанный из какого-то дерева, также как и стулья. — Сынок! — послышалось слева от дверей. На пороге стоял мужчина средних лет. Черный волосы были идеально, волосок к волоску, уложены. Сам он был одет в черные брюки и белую рубашку, а сверху был накинут серый жилет. Хенджин взял букет цветов, что взял с собой, и подбежал к мужчине, даря ему их. — Пап, познакомься, — указал он на Феликса. — Это Ли Феликс, мой омега, который скоро станет моим мужем! — сообщил альфа. Феликс тем временем привстал, кланяясь. Мужчина подошёл к нему. — Здравствуй, меня зовут Хван Мичджун, — протянул он тому руку для рукопожатия. — Здравствуйте, — омега протянул руку в ответ, — я – Ли Феликс. — Рад знакомству, — мягко улыбнулся мужчина, убирая руки за спину. — А где отец? — задал вопрос Хенджин. — Сейчас подойдет, — улыбнувшись, ответил старший. — Он на втором этаже прихорашивается во всю. — Не правда! — встрял в разговор подошедший глава семейства. — Я выбирал какую рубашку мне одеть. Извините за ожидание. Взгляд отца пал на Феликса, что стоял чуть в стороне. — Я жду когда ты познакомишь нас со столь интересной личностью, — обратился старший к своему сыну, переводя взор на Феликса. — Отец, это Ли Феликс - мой омега, который скоро станет моим мужем. Феликс также с уважение поклонился перед старшим. — Ликс~и, это мой отец и глава семейства - Хван Сан-Хун. Старший кивнул головой. — Рад нашему знакомству, мистер Ли, — проговорил старший. — Предлагаю нам всем пройти во второй зал к столу, — указал папа-омега на большую дверь справа. — Планировка дома выполнена со вкусом и, видно, с душой, — произнес Феликс, войдя в зал. — Очень приятно слышать ваши наблюдения, — ответил ему глава семейства. — Думаю, Хенджин уже рассказал, что я интересуюсь историей, а в особенности архитектурой того времени. — Да, Хенджин успел мне об этом рассказать. Думаю, это действительно очень интересно. *** Разговоры перетекали из одной темы в другую. Официальность, что была в начале знакомства, пропала. Феликс стал более открыто общаться со старшими, рассказывая очередную историю из их с Хенджином совместной жизни. Стол постепенно начал наполняться различной едой, а затем и алкоголем. — Ну что ж, — старший Хван приподнялся со своего места, — предлагаю выпить за то, чтобы вы, — посмотрел он то на Хенджина, то на Феликса, — жили мирно и складно, в любви и счастье; поддерживали друг друга в трудную минуту, проживая каждый день с одним ритмом на двоих, — бокал поднялся вверх, — будьте счастливы! По всему залу раздались цоканье бокалов и громкие крики радости. — Интересная у вас история любви вышла, — изложил папа-омега. — Так и не подумаешь, что такое может случиться. Видимо, судьба. — У каждой любви своя история, с не менее интересным началом, да, дорогой? — намекнул альфа, на что папа-омега посмеялся. Атмосфера этим вечером стала особенной. Казалось, что Феликс находится там, где ему положено находиться. Здесь он чувствовала себя уютно, в тепле и заботе. Именно этого Феликсу не хватало всё эти годы. *** Вокруг стояла суета. Народа в зале становилось всё больше и больше. По сторонам стояли столы со множеством закусок и выпивки. Всё было сделано в светло-бежевых тонах. — Святые буддята! — высказался Сынмин, зайдя в комнату к Феликсу, что весь прихорашивался к торжеству. — Что? Что-то не так? — обеспокоено начал расспрашивать Феликс Кима, повернувшись к нему. — Нет, но.. Феликс.. — Ким подошёл ближе к Ли, обходя его по кругу. — Ты выглядишь великолепно! На Феликса был белый укороченный пиджак, с черной рубашкой под ним; белые брюки идеально облегали талию и бедра омеги, подчёркивая его фигуру; светлые блондинистые волосы были уложены; на нем был лёгкий макияж, в нежных тонах; лакированные черные туфли, что во всю блестели от чистоты, добавляли образу изюминку; на шее у омеги была золотая цепочка, что стильно подходила к образу. Свадьба вот-вот начнется, и омега находился в полном предвкушении. Волнению тоже есть место быть, хотя альфа сказал ему расслабить булки и не переживать за проведение торжества — альфа взял всё на себя. Но тем не менее Феликс всё равно нервничал. Тем временем в другой комнате, в которой находился альфа, брюнет одевал свой черный пиджак; под ним находилась белая рубашка, на которой была черная бабочка; чёрные брюки со стрелками добавляли образу официальность; также на брюках был ремень с золотым креплением, что идеально вписывался в образ, как и черные туфли. Альфа тоже проходил некий тест на стрессоустойчивость. Крутясь перед зеркалом, он всё обдумывал, как всё пройдёт. До выхода оставалось пару минут, и потому он старался взять себя в руки. *** Хенджин и Феликс одновременно входят в зал, проходя словно две модели по подиуму к алтарю, около которого стояла женщина — свадебный регистратор. Все в зале замерли. Звучала торжественная музыка, и на весь зал прозвучал женский голос: — Уважаемые Ли Феликс и Хван Хенджин, согласны ли вы в этот прекрасный день создать свою семью, свою идиллию, проживая каждый день в понимании и доверии? — Согласны, — одновременно прозвучал краткий ответ от двух парней, что смотрели друг на друга. — Итак. Мистер Ли Феликс, согласны ли Вы, взять в мужья мистера Хван Хенджина и жить с ним радостную жизнь в темпе на двоих? — Согласен, — серьёзно ответил омега, улыбаясь, откровенно смотря прямиком в глаза напротив стоящего альфы. — Мистер Хван Хенджин, согласны ли Вы взять в свои мужья мистера Ли Феликса и проживать каждый момент жизни вместе? — Согласен, — ответил альфа. Его глаза блестели. Счастье? Так оно выглядит? — Прошу обменяться кольцами. Тонкие пальчики омеги взяли кольцо с подушечки, что держал сам Ким Сынмин, во всю улыбаясь, пусть ему и сказали стоять с серьезным лицом, – он не мог скрывать радости за своего друга. Омега надел кольцо на безымянный палец альфы. Хенджин проделал то же самое с безымянным пальчиком омеги, после чего, под звуки аплодисментов, эти двоя слились в нежном поцелуе. — Объявляю вас мужьями! — громко и четко проговорила женщина, пока пара женатиков во всю улыбались друг другу поцелуй. Их любовь скреплена крепким замком, ключа от которого не существует. *** — Боже, солнце, ты безумно красивый, — в полумраке комнаты эти слова звучали настолько сокровенно, интимно, что только будоражило сознание. После праздника, приехав домой, не разрывая поцелуя пара прошла в свою спальню. Их малыша не было дома, находясь в родительском доме с няней. Хенджин откинул Феликса на кровать сзади него, размещаясь сверху. Мягкие губы омеги были уже во всю искусаны, и не понятно, то ли от предвкушения, то ли Хенджин хорошо постарался. Альфа тем временем расцеловывал каждый сантиметр лица омеги, покрывая мокрыми поцелуями. В скоре в сторону начали отлетать вещи омеги, а на его шее появляться отметки. Хенджин прикусил свою метку, ответом омеги последовал сладкий, звонкий стон. Хенджин не остановился, продолжая спускаться всё ниже, ниже и ниже. Думаю, нам следует оставить этих двоих наедине. Они нашли своё счастье в лице друг друга. Не будем им мешать.