without me you're just "aweso"

внезапное осознание приходит к куроо прямо во время матча — и это еще хвала богам, что бокуто додумался провернуть всё во время финального рукопожатия, а не во время приветствия. сначала команды жмут друг другу руки — начинают с капитанов, разумеется — они глупо проходят прямо под сеткой, а не с церемониалом за пределами поля, ближе к трибунам; как в средней школе, ну правда, даже тогда куроо постоянно задевал затылком её край, потому что уже тогда был шпалой (спасибо богам #2 за то что великий хромосомный рандом наградил его не только ростом, но и достаточно широкими плечами, чтобы можно было пихаться с бо) — но вместо того, чтобы просто обняться, бокуто еще ерошит тетсуро волосы, проводит широкой тяжелой ладонью ему по затылку, и, банально, но: мир вдруг из черно-белого окрашивается во все цвета. не ограниченный фильтр в инсте, а в настоящую палитру в 169 цветов. или больше. 169, умноженные на сотню. команды меняются местами, куроо стоит на чужой половине площадки — той, с которой на него точно также смотрел бокуто всего этот матч назад, а вместе с ним и все остальные ребята из фукуродани, — некома выиграла, наконец-то, и он ошалело глядит вперёд, но впервые, наверное, вместо того, чтобы думать и анализировать, просто чувствует. и от осознания того, что именно куроо чувствует — хочется бежать. стометровку, ага. умноженную на сто. хорошо, что после игры в этот раз они с бокуто не договаривались вместе зависнуть — еще один первый раз, но куроо еле выдерживает тащиться в метро до нужной станции (три перехода, слишком долго, мозг почти выкипел, вагон всегда так трясет?), еле терпит ужин с кенмой, еле может жевать, говорить, делать вид, что ничего не произошло. — что-то произошло? спрашивает кенма, как чувствует; нет, всё по-прежнему. за исключением того, что он час назад словил самый жесточайший краш в истории человечества, у куроо всё хорошо. боже, он ведь его лучший друг. они же друзья. интересно, это помешает бокуто двинуть ему в скулу, когда он узнает, что у куроо поехала крыша? ну, не так, как обычно, а в смысле совсем. в смысле из-за бокуто. господи, он ведь видел его голым. сто раз видел. он видел его голым, злым, глупым, смущенным — куроо видел, как бокуто умеет плакать, в конце-то концов! не как эмо. по-настоящему. куроо помнит (хочет забыть), как тот потом с утра подорвался делать им завтрак (потому что конечно куроо в ту ночь оставил его у себя; и бокуто утром конечно решил делать вид, что его сердце не разбито и вскочил как ни в чем не бывало). куроо помнит, что выдало бокуто: куриные яйца. когда делал яичницу, бокуто слишком сжал скорлупу, и пока не до конца проснувшийся куроо у дверного проема смотрел на становящиеся желтыми от потекшего желтка пальцы, до него дошло, что бокуто не привиделся ему вчера вечером, и что у бокуто действительно случилось дерьмо (как бы тот ни старался сделать вид, что нет). бокуто плюнул на ячницу и подорвался в супермаркет, а куроо не сумел его остановить. он вернулся с апельсиновым соком, молоком и чупа-чупсами. странный выбор. но это бокуто. куроо нарезал молочный хлеб, они сидели за столом, и так было всегда — с бокуто было странно и супер-правильно. всегда, сколько бы куроо себя ни помнил. куроо проснулся в то утро, потому что что-то было не так (бокуто не пускал слюни лежа на полу на соседнем матрасе, и не мял угол его одеяла, стащенного неизвестно когда), и сейчас он тоже как бы проснулся, но разница в том, что сейчас всё так. всё так. банально #2: паззл сложился. куроо подрывается, как бокуто тогда. но не может далеко уехать (от самого себя). интересно, это помешает бокуто его найти? можно не беспокоиться, что бокуто что-то поймет. если небеса не сломаются с грохотом у него надо лбом, он даже не догадается о куроо. о влюбленности. о куроо-влюбленности. самое обидное в том, что бокуто ведь делал это сто раз! они обнимались, носили толстовки друг друга, прикрывали друг другу спину (честно: задницы) на самых стремных свиданиях, ночевали на общем футоне, ели одними палочками — и уж точно бокуто и раньше шутливо гладил его по шее. куроо никогда не думал о чем-то таком раньше. о чем-то = о бокуто вот так. в этом смысле. в том самом. сегодня его рука была нереально горячая. и грубая. неостуженный кипяток. хотя бы только от этого уже можно сойти с ума. черт! куроо не лезет себе в штаны, нет, не лезет, не лезет, он определенно точно не будет этого делать (но он делает). утром он берет билет на электричку. нужно подумать, нужно скачать новый сезон аниме, нужно нажраться лапши — так, чтобы тошнило, и обязательно добавить мисо и газировки. он так и делает. и диван кажется чужим, ведь они обычно делают это вместо с бокуто. кино-марафон. марафон эсэмэсок от бокуто затапливает его телефон: «?» «?» «???» «????» «?????» такое чувство, что их тоже сто. куроо удерживает себя от желания по-детски отправить «!» в ответ. и зовет бокуто к себе. взрослые проблемы надо решать по-взрослому. конечно, он ему ничего не говорит. их дружба к этому не готова, куроо не готов, бокуто еще точнее не готов. бокуто приносит пиццу. а на середине аниме кладёт голову куроо себе на колени и начинает медленно царапать кожу его головы, потому что знает, что куроо так нравится, и потому что знает, что куроо так всегда легче думается. и оттого, как мало в этом жесте двойного дна и как много в нем самого бокуто, куроо, пока смотрит в потолок, больше слышит, чем понимает, как разрывается у него самого в груди сердце. но бокуто не догадается.