Семь смертей

Закончив с делами в отделе полиции и забрав интересующие бумаги из архива, я вышел во двор трехэтажного здания и обнаружил, что водитель, который довез меня до участка, бесследно пропал. Не пытаясь достать свой телефон, вспоминая, что я не соизволил попросить номер у моего разговорчивого шофера, а тот в свою очередь даже не предпринял попытку дать мне его, я пешком направился к дому, где мне предстояло проживать следующую неделю. Идя по дороге, к счастью, помня, как номер дома, так и название улицы, я то и дело обращался к местным, чтобы вызнать путь до моего временного жилища. Дорога со всеми остановками заняла у меня где-то пятьдесят минут. То и дело пробираясь через засохшую смесь грязи, глины и камней, называемых дорогой на улице Дикого, я всё же сумел добраться до дома номер двадцать три. С самого начала не надеясь увидеть в этой глухомани пентхаус, я был готов к любому зданию с крышей. Когда меня решили привлечь к делу, все квартиры и дома, принадлежавшие поселению, уже были заселены полицейскими, приехавшими из города, и тогда, чтобы не селить меня в каком-то из оставшихся в распоряжении местных властей аварийных домов, было решено принудить кого-то из местных с пустующим нежилым домом, сдать его мне на время. Пройдя по мосту – доске, проходящей через всю канаву к повисшей калитке, ведущей на участок, я прошел к довольно обычному ничем не примечательному старушечьему дому. Вежливо постучав в дверь, мне открыла девушка, лет двадцати пяти с красивым, не тронутым косметикой, лицом. Темно-русая, в голубом до колен платье, она смущенно хлопала по лицу ресницами, то и дело прищуривая изумрудного цвета глазки. — Здравствуйте. — робко поздоровалась со мной Ангелина, попытавшись скрыть смущенное лицо, отвернувшись, — Простите, вы, наверное, ожидали, что дом будет более пригоден для жизни. — Ну что вы, — произнёс я, поднимаясь по ступенькам веранды в дом, — у меня нет других альтернатив. Я был бы рад любой конуре, будь в ней крыша и лежанка, — весело произнес я, указывая через окно веранды на пастуший домик на лугу у оградки, — К тому же сейчас август, и мне вряд ли потребуются какие-то особые удобства. Разве что рабочая розетка, вода, стол, стул и кровать. — В доме проведено электричество. Этот дом достался мне по наследству, я тут не живу, но как узнала, что кто-то из полиции ищет жильё, я сообщила что у меня есть пустующий дом, а после связалась с электриками, — проговорила она быстро, всё еще отводя от меня глаза. После того как она, когда мы стояли на веранде, указала мне через окошко на колодец, где можно набрать воды, девушка предложила провести для меня небольшую экскурсию по дому её покойного дяди. Закончив с осмотром дома, она вручила мне ключ и замок от внешней двери и направилась к калитке. По пути она вежливо поздоровалась с моим первым гостем в новом временном доме. — Николай, а я уже испугался, что мы с вами больше не встретимся, — улыбнувшись, произнёс я, поднимающемуся по старым доскам ступенек, полицейскому. — Вы произвели на мое начальство впечатление… — начал он, сев за стол, стоявший на веранде у открытого настежь окна, — Поэтому принимайте в свои ряды помощника. От меня вы теперь вряд ли отделаетесь. — Вот как? Значит вас назначили мне в помощники. Неплохо, неплохо, — ответил я, сев на против него. — А что, вы привыкли работать один? — Знаете, мой опыт пока весьма ограничен, но мои методы… — Ах ваши методы, — произнес он, оборвав мою мысль, явно намекая на тот злополучный инцидент со шприцом-пистолетом. Не успев открыть рот, чтобы объясниться с коллегой, я услышал дикий скрип двери. Дуновения ветра в конце улицы, где окончание дороги упиралось лишь в луг, были настолько часты и сильны, что я ничуть не удивился резко распахнувшейся двери, безумно колотящей ручкой по стенке дома. Закрыв жутко кричащую дверь на крючок, я вернулся на место. — Однажды, — начал я свой короткий рассказ, - мне пришлось работать с одним ученым-исследователем в области химии. Он блестящий мастер пробирок и зельевар. Кажется, недели две назад, когда я был с ним в одном городе, он мне показал интереснейший препарат, работу которого я надеюсь ощутить на себе в следующие шесть дней. — Это какой-то стимулятор? Что-то вроде допинга для детектива? — Вы верно мыслите, это так. Стимулятор повышения мозговой активности, ничего более. Вы не представляете какие возможности, по словам моего друга ученого, может открыть этот препарат для меня и моих коллег. — А как же угроза смерти? — посмотрев на меня сердитым взглядом, произнёс Николай. — Это всего лишь экспериментальный образец, я вызвался в качестве подопытного. Нужно же кому-то способствовать развитию науки… По задумке антидоты, которые я буду вкалывать эти шесть дней, должны будут самостоятельно вывести из моего тела препарат. А если уж они не помогут, то в дело вступит отданный вам на хранение главный антидот. Договорив, я достал из саквояжа семь папок с делами, точными копиями тех, что были у Романа Александровича в кабинете, и бережно разложил их на старушечьей скатерти. Николай, не очень удовлетворенный моим ответом, был в явной растерянности. Его глаза опустились, и он сел в старое порванное кресло поудобнее, опрокинувшись на его спинку. Пока я разглядывал доверенные мне секретные дела, он молча смотрел на домашнего паучка, мирно спускающегося по своей паутинке куда-то по своим делам. Видимо не из большой любви к букашкам, он одним взмахом руки отправил паука в полет на другой конец веранды. — Послушайте, а вы правда тот самый Нэт Уивер? — неожиданно произнес он, направив на мена свой оценивающий взгляд. — Ну разумеется. — сказал я, отпрянув от пачки с делами, — Я вижу в ваших глазах недоверие, Николай. Что ж, я не любитель выпендриваться перед другими, показывая свои особые умения, для меня важно хранить информацию, нежели отдавать её. Несмотря на сравнительно небольшой опыт работы, я всю свою жизнь, начиная со студенческой скамьи, оттачивал способность думать и мыслить логически. — То есть дедуктивный метод? — Нет, нет, именно способность думать. Это самое главное в моей работе. Очень часто люди видят что-то, они имеют всю информацию на руках, но не способны включить логику чтобы найти истину! Они просто сдаются! — тут я вновь посмотрел в глаза моему новому знакомому, однако не увидел в них ожидаемой искры, — Представим ситуацию – зимний вечер, на место преступления прибыла полиция. Пожилая старушка в стариковских обносках была найдена мертвой во дворе рядом с упавшим деревом, придавившем кота, причем умерла от сердечного приступа. На лавочке рядом обнаружены два свидетеля – один мужчина с ножом и бандитской физиономией, а второй уродливый пьяный старикан. Вопрос – кто убийца. Николай явно был озадачен, не ожидая, что я, не спросив его разрешения, предложу ему пораскинуть мозгами. Недолго подумав, он дал ответ на вопрос. — Умерла она от испуга… Вы специально подобрали все так, чтобы она могла умереть и от падающего дерева, и от испуга перед гопника, и конечно от уродца, скажем, неожиданно вышедшего из-за кустов. — Но ответ заметьте только один, - сказал я чуть ухмыльнувшись. — Склоняюсь к первому. — Не верно, — ответил я, совершенно не скрывая улыбки. — Второе? — Тоже мимо. — Все же уродец? — В точку. Итак, в чем же дело. Ну начнем с того что я сказал свидетели, а не подозреваемые, что говорит о том, что, возможно, они сами вызвали полицию и дождались их приезда. Следующее – старушка была женщиной в годах и одевалась в старые обноски. Что собственно красть тому бандиту у несчастной женщины? Продолжим – почему не дерево? Все просто им был придавлен кот. Скажите, как часто деревья у нас падают на котов? Исключительный случай говорит нам о том, что кот старый, а то что он найден во дворе, делает возможным то, что его хозяйкой была именно пожилая женщина. Продолжим. Мы точно не знаем до или после падения дерева она умерла, но имеем на руках факт того, что деревья во дворе падают только когда им надо, а почему это надо наступило именно тогда, когда старая мадам, решила посмотреть на своего полудохлого кота, учитывая то, что рядом есть прекрасная скамейка. Она хотела его снять? А может он и вовсе не залезал на дерево, а лежал под ним, а она подошла погладить старого пушистика? А теперь вспомним, что это был вечер, а так как действо происходит зимой, то кромешная тьма наступает горазда раньше положенного. Но зачем ей, старухе, гладить кота? Может она решила взять его и поковылять в сторону дома, мол нагулялся. Но тогда, если бы этот вариант был истинным, её бы зашибло деревом вместе с котом, или по крайней мере отдавило руки… — Может быть она заметила, как дерево падает, бросила кота и отошла, — видимо дождавшись момента вставить своё слово, произнес Николай, которого, как было видно, распирало от нетерпения разрушить проговариваемую мной теорию каким-нибудь «но». — Тогда бы это была очень энергичная бабушка с отличной реакцией и здоровым сердцем. А мы с вами, как доктора-любители, заключили, что смерть произошла от сердечного приступа, а причина - испуг. — надеясь, что он захочет возразить, я сделал небольшую паузу, однако возражения не последовало, — Допустим, что дерево упало до смерти старушки, а значит, она лицезрела всю эту ужасную картину смерти кота, будь он её, будь не её. После чего медленно подошла, увидев в близи труп бедного животного и кровавыми пятна на снегу. И тут, перелезая через упавшее дерево, к её ногам сваливается пьянчуга и косится на неё своим заплывшим уродливым лицом. Это двойной удар для неё и она, не выдержав череды событий, умирает от испуга. Конечно он резко трезвеет от увиденного, подзывая первого попавшегося на глаза человека, нашего второго свидетеля, того что с ножом. Вместе они вызывают полицию и устремляются на лавочку ожидая бравых полицейских. — Как все складно, а я был почти прав, — сказал Николай, улыбнувшись, — может вы даже знаете зачем тому уголовнику нож? — Ну, конечно, все дело привычки. Возможно, он носил его в кармане, опасаясь за жизнь, ведь его лицо мы в самом начале записали к уголовному миру, а значит он мог чего-то бояться, а может и правда вышел на охоту, но тут мы можем лишь догадываться. Николай явно был в восторге от моих рассуждений, однако тщательно скрывал это, то и дело нахмуривая брови и отрывая от меня взгляд, устремляя его через открытое окно на запущенный садовый участок. — Мне кажется ваше рассуждение притянуто за уши. — заключил Николай, смотря чрез оконную раму, — Эти двое же могли сговориться и убить старушку из мести, собственноручно повалив дерево. — Я вижу вы совсем меня не слушали, Николай! — воскликнул я, чуть привстав, — С вашего позволения, я раскрою аспекты выдвинутой вами версии, и она лопнет как мыльный пузырь. Сообщники – урод и уголовник, решают по неизвестному нам мотиву убить пожилую женщину, делая это невероятно коварным способом, разрабатывая план, по которому первый напивается, а второй прячется в кустах дабы повалить дерево. Причем так совпало, что дерево это гнилое и повалить его не составило бы труда, ну а ещё более невероятное совпадение – кот, который будто по велению самой смерти, решил прилечь под тем злополучным деревом. Повалив дерево, причем именно в тот момент, когда наша несчастная решила пройтись, уголовник как-то колдует над деревом и оно падает на кота, ну а рядом с ним в мгновение ока оказывается лежать на снегу бездыханное тело старушки с перекошенным от испуга лицом. — Да, да. А тот уродец напился, чтобы избавить себя от подозрений и ещё не исключено то, что именно он, а вовсе не гопник, сидел в кустах, роняя дерево. От того то оно и не попало в цель – у него дрожали руки! А возможно также и то, что он передумал убивать ту женщину и направил падающий ствол дерева чуть в другую сторону, случайно придавив кота. Было видно, что мой собеседник был увлечен предложенной ему загадкой, при чём на столько, что пустился сочинять свой детектив с изобретательными Раскольниковыми и невероятной концовкой. — По мне вы уже пустились в область фантазий. Завязывали бы вы с сериалами о детективах. Реальность куда проще. Согласитесь, что психотипы любого уголовника и пьяницы ну никак не вяжутся с вашей версией, где вы представили их в образе гениев-изобретателей. Мое утверждение явно зашило рот моему гостю, было видно, что продолжать дальше обсуждать предложенную ему загадку, он не намерен. — Но это же дедукция! — вскрикнул он резко и неожиданно, — от общего к частному! — Ну что ж, вы можете называть это как угодно, я же останусь при том что сказал ранее. — с явным не желанием уступать, возразил я. Воспользовавшись неловким молчанием, я открыл каждое из семи дел и разложил их одно на другое так, чтобы было видно время и причина смерти каждого. — Прошу вас, Николай, подойдите и зачитайте время и причину смерти нашей семерки. Николай, будучи весьма податливым человеком, встал с кресла, подошел к середине стола и начал медленным монотонным голосом читать данные из отчетов. «22:15, Вероника Евгеньевна Святая умерла от перелома шеи при повешении; 22:45, Антон Никифорович Воров умер от вдыхания смертельного пара кальяна; 23:00, Мария Павловна Злобина умерла от выстрела стрелой из арбалета в спину; 23:30, Александр Федорович Нелюдимов умер от введения в сердце укола с ядом; 00:00, София Михайловна Верная умерла от утопления в ванной; 00:30, Артур Львович Миров умер от выстрела из пистолета, пробившего легкое; 01:00, Максим Даниилович Паров умер от перелома шеи в результате падения с лестницы» — Не замечаете ли вы некоторую странность? — произнес я, вглядываясь в глаза моего напарника на следующую неделю. — Все умерли словно по расписанию, — ответил Николай, — хотя медики могли что-то напутать, скажем, неверно определить время смерти. — Вы знаете, я склонен доверять современной судмедэкспертизе. Предугадывая его следующую версию, я дополнил: — А также я предпочитаю быть реалистом, исключая возможность чудесной череды совпадений. Ну а что вы можете сказать на счет способов убийств? Николай ещё раз просмотрел дела, после чего перевел глаза на меня и с невозмутимым видом ответил: — Я бы сказал, что наши сельские террористы очень изобретательны. Разве что шестое убийство выбивается из колеи. — А почему бы нам не обратиться к делу номеру шесть? — произнес я, быстро выдернув нужное дело из-под остальных на столе, — Так… Миров был убит из своего же пистолета. Как часто бывшие зеки, хранят свой пистолет там, где его может найти недруг и пристрелить его? И почему убийца выбрал орудием именно его пистолет? — Вы правы, дело сложнее чем кажется. Услышав гудение подъезжающего автомобиля, я встал, быстро подойдя к окну прихожей, открывающему вид на дорогу. — Не беспокойтесь, мы разберёмся с каждым из них, и потратим на это отведенный мне срок, — после этих слов Николай посмотрел на меня состроив сердитое выражение лица. Не обратив внимание на моего напарника, вновь вспомнившего про инцидент в участке, я весело продолжил: - По такой дороге могут ездить машины? Ага! Это привезли мои вещи. Николай, раз уж вы тут, не могли бы вы помочь мне с разгрузкой? Николай кивнул и вместе со мной пошел волочить мои чемоданы и сумки в дом.