Научи меня, папочка.

Тёплые солнечные лучи мягко пробивались сквозь тонкие занавески, растекаясь по небольшому помещению, оставляя блики и вырисовывая тонкие узоры на лицах ребят. Даниэлла сидела в кругу ставших ей самыми близкими людьми друзей, заливаясь смехом от очередной кинутой невзначай шутки Томаса, пока Виктория рассказывала историю из детства, Итан дочитывал последнюю страницу книги, а Дамиано наблюдал за своей возлюбленной, вспоминая события предыдущего вечера. Она обессилено слезла со стола, ставя свои стройные ножки на пол и пошатываясь от усталости после безудержной страсти. И дерзкие, порой грубые, но такие приятные действия сменились на нежность в радужках голубых глаз, и Даниэлла ни на секунду не отпускала руку фронтмена, пока они вместе добирались до мягкой постели сквозь кромешную тьму небольшой квартиры. Дамиано останавливался на каждом углу, дабы в очередной за вечер раз коснуться губами ее шеи, провести ладонью по узкой талии, зарыться руками в мягкие пряди каштановых волос и оттянуть назад, срывая с девичьих уст глухой стон. А Даниэлла позволяла делать со своим телом и разумом все, что было угодно только ему одному. И ее острые ноготки щекотали мужскую кожу, очерчивая контур каждой татуировки, выведенной на крепком теле.

Каждый изгиб, каждая родинка, морщинка и пятнышко стали родными друг для друга.

Ребята сидели на кожаных диванах в квартире Вик, куда она вернулась пару часов назад с Томасом и Итаном. Пару бокалов безалкогольного мохито и легкий перекус в виде приготовленных Дамиано сэндвичей сделали очередное утро особенно прекрасным. Друзья бесконечно разговаривали, обсуждая предстоящие события в своей насыщенной жизни, пока Дамиано, изредка добавляя пару фраз, наблюдал за алым румянцем на щеках его возлюбленной, что сидела напротив него, постоянно кидая взгляд на небольшую кухню, видимо, вспоминая проведённую на шатком столе ночь. Вчера она заливалась краской не от смущения - вчера ее щеки горели ярким пламенем дикого возбуждения. - Если брать билеты на вечер, мы не успеем собраться, - произнесла гитаристка, смотря в экран лежащего перед ней ноутбука, - а если на утро, то потеряем целый день из-за перелёта. - Так в чем проблема, - пожал плечами Томас, - у нас есть шмотки там, собирать нечего. - А Даниэлле? - поинтересовался Итан. Четыре пары глаз уставились на сидящую девушку, что перебирала в пальцах край чужой футболки, внимательно вслушиваясь в разговор друзей. - Не проблема, - спокойно ответил Дамиано, - походит в моей одежде. - Ну уж нет! - невозмутимо воскликнула Виктория, цокая языком, - я уже подобрала пару классных вещей для нее! - Моя одежда ей идёт больше, чем даже мне! - фыркнул фронтмен, смотря в глаза светловолосой подруги. - Но мой купальник уж точно ей пойдёт больше, чем твои шорты! - продолжила гитаристка, выходя из себя. - Ребят… - скромно протянула Даниэлла, кладя ладошки на плечи ругающихся друзей, - я не живу на вокзале, и до дома мне ехать не три часа. У меня есть одежда, и я успею собрать ее, даже если вылетать надо будет через пару часов. Дамиано нежно взглянул на возлюбленную, что совершенно уверенно успокоила бушующих друзей, с невозмутимым видом уверяя их в своей готовности. А Виктория злобно посмотрела на друга, хитро улыбаясь в предвкушение своей победы, ведь она знала, что Даниэлла с радостью примет вежливый жест со стороны своей подруги. - Только есть одна проблема. - нервно начал Итан, привлекая внимание занятых разборками ребят, - сейчас уже 17:30, а самолёт в 20:05, мы можем не успеть, если не начнём собираться сейчас. Минутное молчание в попытках вспомнить математику и высчитать оставшееся на сборы время, и каждый подорвался со своего места, направляясь в сторону выхода из квартиры, шумно обсуждая место встречи в огромном аэропорту. И всю дорогу до квартиры Дамиано Даниэлла радовалась, как маленький ребёнок, предвкушая проведённое в компании близких ей людей время. Фронтмен без остановки рассказывал про каждую из предыдущих поездок в Милан, ещё сильнее загоняя возлюбленную в безудержное ожидание прибытия в большой дом. Одежда летала из одного угла комнаты в другой, приземляясь в раскрытый чемодан, пока Дамиано со смехом наблюдал за торопящийся девушкой, стоя в проходе своей собственной спальни. И он ждал этой поездки больше всего, ведь целая неделя, проведённая с возлюбленной в одном доме, обещала быть насыщенной и счастливой для них обоих. И конечно же, они опоздали на самолёт, ведь парень никак не мог упустить возможность принять душ с Даниэллой, которая, в свою очередь, была уверена, что стоять в узкой душевой кабине вдвоём займёт гораздо больше времени, нежели быстро привести себя в порядок одной, но отказать ласкающим шею губам для неё было невозможным. А ему было плевать на дожидающихся в аэропорту друзей, на пассажиров самолета, что с презрением в глазах провожали известную группу до их мест. В его зрачках плавали картинки прижатых маленьких ладошек к холодной плитке душевой кабины, изящный изгиб позвоночника, что выгибался ещё сильнее под влиянием крепких мужских рук и властных толчков внутри девичьего тельца. Глухие стоны эхом отражались в маленьком помещении, все ещё удерживаясь в извилинах мозга, отчего он закатывал глаза, ещё сильнее вгоняя себя в бесконечные воспоминания. Воспоминания счастливой жизни, что выражалась в невинном создании.

***

Запах свежеприготовленного кофе плавно проникал в сознание, впитываясь приятными ощущениями в каждую клеточку тела. Солнечные лучи щекотали нежную кожу лица, заставляя реснички прикрывать бездонные радужки голубых глаз. И плавная мелодия, выливающаяся из-под тонкого смычка, медленно заполняла каждый сантиметр атмосферы своей чувствительной красотой завораживающих звуков. Даниэлла сидела на широком подоконнике, крепко удерживая в ручках любимый музыкальный инструмент. Полностью обнаженное невинное тельце вздрагивало на лёгком ветру, проникающем сквозь приоткрытое окно, и только белоснежная рубашка, накинутая на плечи, едва заметно прикрывала багровые пятна на нежной коже. И кристальные капельки воды, непросохшие после утреннего купания в бассейне и безудержной страсти в постели, быстро стекали по каждому изгибу тела, привлекая внимание янтарного взгляда. Дамиано сидел на кровати, прикрываясь темно-серым пододеяльником, и с прикрытыми от наслаждения глазами вслушивался в каждую ноту, проникающую в расслабленный мозг. Он выучил каждое ее лёгкое движение, каждое невесомое прикосновение маленьких ладошек к своему телу, каждый поцелуй, что усыпал его кожу влажными пятнами. И сейчас только он заливался алой краской при одном только виде открывающейся перед ним картины. Он научил ее быть собой, жить ради тех, кто заслуживает ее внимания. Он научил ее идти против правил, прикладывая к ее пухлым губам очередную тонкую сигарету. Он научил ее по-настоящему любить, отдаваться целиком и полностью, дарить своё тепло. Он стал заменой строгому отцу, шансом найти настоящую себя. Он стал ее папочкой. - Ну как тебе? - нежный голосок скромно проплел вопрос, вырывая парня из приятного транса. Дамиано медленно поднял голову, смахивая пальцами выпавшие пряди влажных волос, и посмотрел на девушку исподлобья. - Как мне?.. - улыбнулся он, опуская ноги на деревянный пол. Даниэлла поежилась на месте, откладывая скрипку в сторону и прикрывая обнаженное тело распахнутой рубашкой, что впитала в себя запахи двух влюблённых людей. - Это более, чем шикарно… - медленно протянул фронтмен, маленькими шагами подходя к возлюбленной. Нежная девичья кожа покрывалась сотнями мелких мурашек, пока расстояние между двумя телами уменьшалось, позволяя чувствовать чужое тепло. - Ты смущаешь меня… - скромно произнесла Даниэлла, прикрывая пылающее румянцем личико мокрыми прядями волос. Парень ухмыльнулся, останавливаясь на месте и мучительно приятно ведя горящим взглядом по женскому телу, что вздрагивало от каждой его задержке на определенном изгибе кожи. - Скажи это той Даниэлле… - хитро начал он, - что была со мной ночью на кухне… Девушка отрывисто выдохнула, когда мужские ладони легли на бёдра, плавно ведя вверх, затрагивая впалый животик и, будто специально, раздвигая края помятой ткани. - И все же, мне удалось лишить тебя невинности… - горячее дыхание обожгло нежную кожу, и невесомый поцелуй оставил влажный след на девичьей скуле. - Но я все также продолжаю заливаться смущением рядом с тобой… - продолжила девушка, прижимаясь обнаженной грудью к горячему торсу парня. Дамиано хитро улыбнулся, приподнимая идеальные брови, и один ловким движением развёл стройные ножки в стороны, устраиваясь меж женских бёдер и ещё сильнее притягивая хрупкое тельце к себе. - И что же мне делать?.. - огорчённо спросил он, сталкиваясь взглядом янтарных глаз с голубыми радужками. Даниэлла уместила маленькие ладошки на мужском лице, осторожно поглаживая острые скулы подушечками больших пальцев, пока грудь вздымалась от глубокого дыхания, ещё сильнее заводя парня желанными прикосновениями. - Помочь мне избавиться от этой привычки… - протянула Дана, проводя язычком по мужской шее. Зрачки вспыхнули ярким пламенем, сердце бешено забилось, глухо ударяя по грудной клетке, и фронтмен слегка отстранился, рассматривая приоткрытые губы девушки, искусанные им же. - А волшебное слово?.. - хитро улыбнулся Дамиано, стягивая девичье тельце с широкого подоконника. - Научи меня, папочка . - нежно протянула Даниэлла, послушно идя за мужским телом.