Часть 1
22 августа 2021 г., 18:02
Она бежала без оглядки, перепрыгивая по нескольку ступеней сразу, вкладывая в каждый шаг все накопленные силы.
Она чувствовала, что сегодняшним вечером лучше остаться в прохладной квартире, но голодный желудок вытащил ее в кафе в нескольких кварталах от дома в сорокоградусную жару.
Она не помнила, как оказалась в этом торговом центре на другом конце города от своего жилого комплекса. Помнила только черный внедорожник, который, отставая на несколько десятков метров, преследовал ее с момента как она села в машину у своего подъезда.
Как этот внедорожник попал на территорию закрытого комплекса, который был охраняем всеми возможными способами, начиная от камер слежения и заканчивая круглосуточной постоянно сменяющейся охраной?
Помнила, как перебирала в голове десятки проклятий, которые сможет наслать на человека, убедившего ее сесть за руль такой приметной машины. Из-за яркого цвета которой, ей и пришлось так долго уходить от погони.
Все это крутилось в ее голове пока она парковала машину на подземной парковке торгового центра, который попался на глаза как раз в момент, когда поняла, что еще пару кварталов и бензин в баке будет на нуле.
Она не видела, увязались ли за ней преследователи, но точно видела, как их машина въехала на парковку, когда за ней с громким хлопком закрывалась дверь, ведущая на техническую лестницу для персонала.
Это было один из тех моментов, когда девушка жалела, что сбежала, а не осталась и не противостояла обидчикам. Момент, когда пожалела, что отказалась от волшебства, чтобы отпечаток ее магии не следовал за ней по пятам.
Она уже слегка запыхалась, преодолевая несколько этажей. Кудрявые локоны прилипают к вспотевшей спине и лбу, а остальные электризуются, на что их вынуждает, накопленная за годы, энергия.
Лестничный пролет, затем еще один; дверь и снова тяжелая металлическая дверь. Наконец, ярко освещенное помещение и три пары глаз, удивленно уставившихся на нее.
— О, Мерлин! — кажется, все же часть удачи осталась при ней. — Это ты!
Она позволила скатиться по щеке единственной слезинке, которая скопила в себе весь страх последнего получаса, и бросилась на шею молодому человеку.
Он аккуратно прижал ее к себе и, успокаивая, гладил по вьющимся каштановым волосам. На лице молодого человека плещется беспокойство, но он терпеливо ждет разъяснений, пока его бледные щеки покрываются едва заметным румянцем из-за позы, в которой они находятся.
— Драко, это они! — не давая себе долгой передышки, прошептала девушка.
Она выбралась из объятий и осознала, что сейчас находится в мужской примерочной, а рядом еще два парня, которые стоят в одних только брюках, встревоженно разглядывая ее, и смущенно отвела взгляд.
— Где ты была? Что произошло, Грейнджер?
Ей пришлось вновь пересказать все случившееся, но боялась потерять даже минуту так необходимого сейчас времени, которое пока было на ее стороне.
Малфой, внимательно выслушав детали, уже переглянулся с Блейзом и Тео, а после краткого кивка повел девушку в сторону торгового зала магазина, на ходу объясняя план действий.
— Грейнджер, слушай внимательно и постарайся запомнить. — остановившись начал он, положив руки на плечи девушке. — Сейчас ты заходишь во все магазины, которые встречаются тебе на пути и стараешься промелькнуть на каждой встречающейся камере, останься в памяти стольких людей скольких сможешь. Потом быстро спускайся к выходу и садись в такси до моего дома.
— Они найдут меня, они придут. — качая головой из стороны в сторону и отрицая все его просьбы, ответила Гермиона. — Я не могу, Драко.
— Послушай меня. — спокойно прошептал молодой человек. — Пусть приходят, мы дадим отпор. Тебе пора прекратить бегать, иначе он никогда не остановится.
Кажется это помогло и, после короткого кивка, она уже сделала несколько шагов в сторону толпы покупателей у кассы.
— Ты ведь помнишь код двери?! — еще один короткий кивок и уже тише: — За тобой пойдет Тео, он будет недалеко. — снова кивок и она ускоряет шаг.
С первого попавшегося стеллажа она берет пару мужских сорочек. На одной из них бирка с ценником в несколько сотен евро и на задворках сознания она думает о том, что сейчас это возможно сыграет ей на руку.
Она становится в очередь за несколькими людьми и оборачиваясь видит, как Нотт, уже полностью одетый, стоит в десяти метрах от нее.
Она выжидает около минуты, прежде чем картинно цокнуть и, сделав пару шагов ближе к кассе, произнести:
— Я не могу так долго ждать! Я бы хотела оставить это в резерве. — она буквально сует под нос девушке-консультанту выбранные товары с маской надменности на лице.
От непривычной резкости девушка морщит носик и обращает свое внимание на грубиянку:
— К сожалению, в нашем магазине резерв запрещен. — через учтивую улыбку проскальзывают искорки торжества.
Гермиона решает сменить тактику и елейным голосом продолжает настаивать:
— Мне так жаль. Я забыла свою сумочку в машине. — она как бы невзначай трясет ключами с логотипом Мерседес перед носом консультанта и обернувшись указывает на, попавшего на глаза, Малфоя: — Они для моего парня — подарок. Не хотела бы его расстраивать.
Она видит, как постепенно меняется лицо девушки напротив и перспектива выручки в несколько тысяч пересиливает ее желание проучить грубую покупательницу.
Наконец, Гермиона избавляется от сорочек и торопится на выход. Последнее, что она видит у дверей магазина, как Драко вновь исчезает в примерочных, а Тео кивает ей поторапливая.
Она проделывает то же самое еще в нескольких магазинах и спешит к стоянке такси. Ее голова занята волнением, когда она садится в машину и называет необходимый адрес.
До квартиры Малфоя не больше двадцати минут и она не торопит водителя, но периодически смотрит на сумеречную дорогу позади машины и не видит преследования.
Такси останавливается у высотки отделанной красным кирпичом и бежевым камнем, когда она в очередной раз корит себя за мягкотелость.
Снова охраняемая территория, куда Гермиона попадает, зная необходимые коды, и лифт на верхний этаж, где расположился пентхаус Драко Малфоя.
«1955»
С мягким щелчком массивная деревянная дверь впускает девушку в просторные апартаменты ее бывшего врага и также мягко ограждает ее от внешнего мира. Сердцебиение медленно затихает, оставаясь за пределами нормы, а мозг посылает картинки из прошлого.***
1998 год — Нет, Гарри, я в порядке! — голос срывается на крик. — Это ложь и ты прекрасно это знаешь. — спокойно продолжает настаивать на своем друг. — Возможно, никто из нас не в порядке. — Но это вовсе не значит, что вы должны контролировать меня! — и уже намного тише добавляет: — Гарри, разве ты не считаешь, что я права? Ты правда как и Рон думаешь, что нужно упечь его в Азкабан на всю жизнь?***
Это был первый звоночек, на который она закрыла глаза и сейчас жалела об этом. Кажется, вся семья ополчилась против нее, когда она рассказала о своем желании дать показания в защиту Драко Малфоя. Работа Министерства Магии оставляла желать лучшего и процессы над Пожирателями смерти проходили за закрытыми дверьми. Это объясняли необходимостью сдержать гнев и самосуд от простых волшебников, которые могли попасть в залы заседаний. Но уже после первых вердиктов стало понятно, что причина в другом. Когда же к поцелую дементора были приговорены Люциус и Нарцисса Малфой, кажется уже ни у кого не осталось сомнения, что новое министерство хочет убрать с дороги абсолютно всех причастных к власти Темного Лорда вне зависимости от того носят ли они метку и тяжести их преступлений. Гермиона проплакала все утро, когда Пророк принес новость о решении Визенгамота. В глазах ее лучшего друга она увидела лишь раскаяние, а на лице парня безразличие. Именно в тот день она решила, что обязана выступить в защиту своего бывшего школьного врага. Сейчас она вспоминала это с болью в сердце. Что не помогла полностью оправдать Драко, что не настояла на том, что его должны оставить в Британии и вернуть принадлежащую ему собственность. Шесть лет назад ей стоило бороться хотя бы за это, ведь в ее собственной жизни это ничего бы не изменило. К сожалению, она создала прецедент, из-за которого смягчение приговора получили не только невиновные, но и люди заслуживающие смерти. Ей не удалось защитить Малфоев, но многие из активных последователей Волдеморта получили лишь заключение в Азкабан. Снова тихий щелчок и дверь отворяется, впуская в квартиру трех парней. Она оглядывает каждого и различает следы борьбы. Рассеченная губа у Блейза, растрепанные волосы и надорванный рукав рубашки Драко. В ней поднимается гнев, который последний раз она чувствовала много лет назад. — Я убью его. — фраза поразившая всех вокруг. — Вот это боевой настрой, Грейнджер. Блейз и Тео сохраняют позитивное настроение, поэтому с широкими улыбками задирают большие пальцы вверх, заваливаясь на диван по обе стороны от Гермионы. — Мы надрали им задницы. — шепчет на ухо Тео, и на ее губах зарождается улыбка. Драко не разделяет всеобщего веселья и, возвращаясь из кухни, с громким звоном ставит на столик перед ними стаканы с огневиски, сохраняя хмурое выражение лица. Устало садится в кресло и подает Гермионе пакет, в котором оказывается одежда, купленная в том злополучном магазине. — Когда я стал твоим парнем, Грейнджер? — все же ухмыляясь спрашивает Малфой и она обнаруживает пару сорочек, которые выбрала на ходу. Парни рядом с ней разражаются смехом, а ее щеки вспыхивают румянцем от смущения: — Это было первое, что пришло в голову. — тихо говорит она. — Странно, что именно это стало первым. — закидывая ей руку на плечо, шепчет Нотт, озорно подмигивая парню в кресле. Девушка, не теряя секунд, скидывает его ладонь и тычет локтем в бок, а наблюдающий за ними блондин хмурит брови и недовольно возвращает свое внимание к стакану с алкоголем. Тео заливается несуществующими слезами и активно растирает ребра, которые Гермиона еле зацепила. Все это кажется для нее таким естественным и привычным, хотя еще пару месяцев назад во всем мире не было живой души, на которую можно было положиться.***
Мартовский прохладный вечер Гермиона решила провести на побережье. Всего месяц назад она приехала в этот городок на Сицилии в надежде, что ее не будут искать хотя бы какое-то время, а может и совсем остановят погоню. Она в бегах уже пять лет от психа, который раньше был ее парнем. Она смогла почти год скрываться в Шотландии, пока в ее дом не нагрянули авроры. Тогда она и узнала, что ее во всеуслышание объявили свихнувшейся. Посттравматический синдром — так было написано в Пророке, который Гермиона смогла купить в деревушке недалеко от ее старого дома. В тот вечер ее спасли только сигнальные и охранные чары, которые были наложены на территорию вокруг жилища. Поэтому, когда авроры, наконец, добрались до дома, они обнаружили лишь пустую постель. Гермионе удалось исчезнуть. Власть ее бывших друзей заканчивалась на территории Великобритании, но Грейнджер была не так глупа, чтобы полагаться только на это. Два года ей удавалось спокойно жить без магии в маленьком городке на юге Франции, где она выделялась только небольшим английским акцентом. На этот раз это были магловские частные детективы, которые пытались выяснить как можно больше информации о ней. И снова побег. Возможно, она бы осталась и сражалась, но она осталась одна против силы слова двух героев войны в магической Британии. Катания. Чудесный городок у моря. Быть может она смогла бы остаться в солнечной Италии. Состариться здесь, больше не вспоминая войну, а главное забыть предательство двух самых родных, как она думала, людей. — Грейнджер? «О, Мерлин! Почему так быстро? Почему именно сейчас?» — она не поворачиваясь ускоряет шаг, но чьи-то теплые пальцы уже ловят ее запястье. Она останавливается и удивленно переводит взгляд на свою руку, а затем на человека, который так мягко за нее ухватился. Почти на две головы выше, светлые жемчужные волосы и пронзительные свинцовые глаза. Она не видела его почти пять лет. Последний раз на экзаменах в Хогвартсе, который ему милосердно позволили закончить судьи Визенгамота. — Малфой? — удивление перемешано с облегчением и сомнением. На задворках сознания продолжает пульсировать мысль об опасности, но разум отметает ее простым аргументом: «Он точно не станет помогать им». — Как ты здесь оказалась? Я думал ты в Англии. — отпустив ее руку, задает он первый из десятков последующих вопросов. Они сели за плетеный столик на террасе ближайшего кафе, и Гермиона ответила на каждый из них. — Я не была в Лондоне уже очень давно. — Я был уверен, что ты стала миссис Уизли сразу после выпуска. — ухмыляясь заявляет он, но когда видит чистейший ужас на лице девушки, задает вопрос: — Что он сделал? — Ты не видел новостей? — До этого момента мне не приходилось сомневаться, что это очередные бредни Скитер и ее воспаленного сознания. Смотря сейчас на него, своего школьного недруга, она понимала, что никому кроме него открыться не сможет. Только этот слизеринец и заклятый враг Гарри Поттера сможет поверить ей. — Они посчитали, что у меня послевоенная травма и я просто не могу быть в здравом уме раз становлюсь против нового режима власти. Это случилось после… — она запнулась на половине фразы, потому что не была уверенна как он отреагирует на ее окончание. — После суда над родителями. — это было больше похоже на шипение змеи, чем на связную речь. Его кулаки сжались, и костяшки побелели от напряжения. — Поттер даже не посчитал нужным явиться в зал суда. — руки расслабились и он закрыл ими лицо, борясь с дурными мыслями. — Так сказали охранники в камерах Министерства. — Мне жаль, я так… — Ты не виновата, Грейнджер. Не будь дурой. Кто виноват так это Визенгамот и Поттер. Она спасла его шкуру и вот чем он ей отплатил. — Это не отменяет того факта, что я была слепа. — она зеркально повторяет его позу, когда он откидывается на спинку стула, и опускает руки на колени, перебирая между пальцами салфетку. — Возможно я могла бы добиться оправдательного приговора для тебя. — Ты спасла мне жизнь, хотя я был тем еще мерзавцем. Сохранила мою магию, хотя я издевался над тобой все школьные годы. Кажется этого достаточно для одного человека. — Когда я дала показания в твою пользу, разразился скандал. Рон обвинил меня в предательстве наших принципов, а Молли решила, что возможно между мной и тобой что-то… — сейчас она даже смутилась от глупости этого заявления. — что-то есть. Малфой разразился смехом. Не мерзким хихиканьем, которое она так часто слышала в школе, а настоящим громким и таким заразительным весельем. Она улыбнулась, покачивая головой из стороны в сторону. Сейчас это ее смущало и веселило, но шесть лет назад она была шокирована и напугана. Она только потеряла надежду вернуть память родителям и вновь ощутить родительскую заботу, когда ее мир начал трещать по швам. — Тогда это вселяло ужас. Я боялась потерять еще кого-то и они этим воспользовались. — глаза заволокло печальными воспоминаниями и с лица пропала последняя тень улыбки. — Была назначена дата свадьбы и мне дали возможность лишь окончить школу. — Но теперь ты здесь? Все еще не Уизли и с твоей психикой, кажется, все в порядке? — он сосредоточенно вглядывался в лицо, ожидая ответа. — Их не было в Хогвартсе. Ни Гарри, ни Рона. Только Джинни и… Она помогла. — Гермиона сморгнула непрошенные слезы, когда воспоминания о подруге всплыли в голове. — Она помогла сбежать и теперь я здесь. — Но почему не вернуться в Британию? Думаю тебя ждало великое будущее. — он продолжал задавать вопросы, понимая что это далеко не все причины почему Грейнджер сейчас в Италии. — Они продолжали настаивать на свадьбе, но я уже пришла в себя и понимала, что мне это не нужно. И тогда… — она запнулась. Это она просто не могла ему рассказать. Ни ему, ни кому-либо еще. — Тогда Джин помогла мне уехать, а Рональд продолжает меня искать. Сначала своими силами, потом Аврорат и пресса, а теперь магловские частные детективы идут по моим следам. — Он тратит тысячи галлеонов, чтобы найти тебя? Даже спустя пять лет? Этот вопрос остался без ответа. Драко понимал есть что-то, что возможно ему не узнать никогда. Наблюдая за этой опечаленной девушкой, которая сейчас была похожа скорее на свою тень, он решил, что для него это шанс вернуть долг за спасенную жизнь. — Поместье Забини находится в нескольких километрах от Катании. Есть буквально несколько человек, которые думают, что компания Пожирателя не так уж плоха и он один из них. — он немного поразмыслил и продолжил. — Мне доступен весь мир кроме родного Мэнора, так я оказался здесь. — Я. — застенчиво опустив глаза, произнесла Гермиона. — Я думаю, что компания неудавшегося Пожирателя не так уж плоха. Мне есть с чем сравнить. Ответом послужило молчание и такая же застенчивая улыбка, но она была благодарна за эту тишину. В его глазах стояло жгучее любопытство и молодой человек медленно переводил взгляд по ее лицу. Это внимание посылало по спине Гермионы рой мурашек, а щеки загорелись алыми всполохами. Она и сама не могла отвести взгляд от его заостренного подбородка, спадающих на лоб светлых волос и загорающихся искорок в глазах. Девушка прикусила нижнюю губу и ущипнула себя за тонкую кожу на кисти, стараясь привести мысли в порядок. — Мы можем посетить поместье. Забини не так плох, как ты думаешь. — все же нарушая тишину, спустя пару минут говорит Малфой, разрывая их игру глазами. — Я могу помочь остаться здесь. На размышления она тратит всего несколько секунд. В её положении помощь не будет лишней. — Альянс врагов? — с улыбкой отвечает она. — Думаю звучит неплохо. — Мы все ещё враги? — копируя её улыбку, задаёт, кажется, риторический вопрос молодой человек. Спустя еще полчаса пустой болтовни об окрестностях и съеденной пасты, Гермиона соглашается встретиться с Блейзом. Она готовилась к аппарации, когда они зашли в пустой переулок возле кафе, но Малфой указал на ярко-желтый автомобиль и брови девушки непроизвольно поползли вверх. — Да, расцветка немного необычная, но мне нравится. — заметив ее реакцию, произнес молодой человек. — Расцветка? — теперь она была не только удивлена, но еще и смеялась из-за происходящего. — Ты чистокровный волшебник, а это машина. Магловская машина. — и тут же продолжает, поднимая руки в знак капитуляции. — Ладно, это желтая магловская машина. — уже откровенно подшучивая над ним закончила девушка. — Я ассимилировался. Никакой магии. — в подтверждение своих слов он достал из кармана брюк мобильный телефон и потряс им перед Гермионой с гордым видом. И только в этот момент девушка заметила, что и одет он был совсем по-магловски: черные джинсы, белая футболка и такие же кеды. Она видела несколько раз Люциуса Малфоя, который всегда был одет, как на торжественный прием. Даже матч по квиддичу между Болгарией и Ирландией не был исключением. Его сын старался не отставать от отца — форма всегда была аккуратно выглажена и выглядела опрятно. Гермиона никогда в этом не признается, но зачастую хотела поставить в пример Гарри и Рону их общего врага, у которого за красивой оболочкой скрывался еще и блестящий ум. Поэтому сейчас, внешне Драко совсем был не похож на своего отца или хотя бы представителя английской аристократии. Но воспитание всегда останется при нем, и он галантно открывает дверцу машины перед своей спутницей.***
Парни продолжают смеяться над Тео, который все еще потирает ребра, когда Гермиона проходит на кухню. Квартира Малфоя выглядит абсолютно магловской, но за это время она уже привыкла к этому. Принадлежность к древнему магическому роду выдает лишь камин с пиалой летучего пороха на полке, который соединен только с поместьем Забини и квартирой Нотта в Кардиффе. Мощные защитные чары охраняют покой хозяина этих апартаментов, а после долгих уговоров на квартиру Гермионы были наложены такие же заклинания. — Сильно испугалась? — вопрос вырывает ее из раздумий, когда она включает кофемашину, и на ее плечи ложится рука друга. — Я не успела отвыкнуть от этого, Блейз. — тихо отвечает она. — Мне давно стоило перестать бежать от проблем. — гневно продолжает девушка, а ее глаза сверкают недобрым огоньком. — Ну теперь ты с нами, разъяренный гриффиндорский лев. — парень треплет ее по волосам и отходит на пару шагов в сторону, опираясь о столешницу. Ему открывается обзор на друзей в гостиной и он спокойно продолжает: — Ты не все рассказала нам в первую нашу встречу, ведь так? Есть причина, по которой он гонится за тобой, а ты бежишь. — Он не в себе, и я не знаю насколько сильно. — коротко отвечает она, не желая вспоминать ужас, который переживала в течении пары недель до побега. — Обещай, что расскажешь хотя бы ему, — указывает он в сторону Драко. — Когда будешь готова к этому. Она еле заметно кивает и быстрым движением берет чашку с уже готовым эспрессо, направляясь обратно к дивану. Наверное, было трудно не заметить, как Драко и Гермиона стали близки. Она доверяла, потому что молодой человек стал одним из немногих, кто не предаст ее. А на него больше не давила необходимость быть послушным чистокровным отпрыском своей семьи. Ведь семьи не осталось. Поэтому он знал больше остальных, но все же не всю историю. — Нам нужно, что-то вроде плана. — произнес Тео, когда она, наконец, заняла свое место. — Ведь так? — Пока нам остается только ждать и до блеска натереть волшебные палочки. — с усмешкой ответил хозяин квартиры. — Я разделяю твое веселье, но нам действительно нужно быть готовыми. Я не хочу, чтобы кто-то из вас пострадал из-за меня. — О, Мерлиновы панталоны, Грейнджер. В этой комнате лишь одна безрассудная гриффиндорка. — парни смеются из-за ругательства, которое подобрал Блейз, а он продолжает: — Самосохранение наш главный приоритет. Через пару минут все же серьезность возвращается к молодым людям и они обговаривают план действий: — Мы не знаем, когда ему доложат о том, что нашли тебя. Также не знаем когда и с кем он явится сюда. — Но они будут знать, что я не одна. — с беспокойством ответила девушка. — Блейз позаботился об этом и теперь те ищейки думают, что просто упустили тебя. — успокоил ее Драко. — Устроим неожиданную встречу выпускников. — хитро произнес Забини и в его слизеринской голове кажется зрел план. — Тебе стоит посетить еще несколько мест, чтобы быть на виду и у них не было сомнений, что ты останешься в этом городе. — задумчиво продолжил Малфой. — Тогда он точно явится, а до этого момента тебе будет лучше остаться жить в этой квартире — Но нас всего четверо и я давно не практиковалась… — О, не беспокойся, Грейнджер. — с лица Забини не сходила коварная улыбка и ни у кого не осталось сомнений, что он что-то задумал. — Блейз? — И ты, Малфой, будь спокоен. Пусть будет сюрприз. Обсуждение деталей их начального плана заняло не больше часа, а после Теодор и Блейз отправляются к камину. — Ты в надежных руках, маленький львенок. — шепчет Блейз и парни многозначительно смотрят на Драко, который кажется готов пустить Аваду в их лбы, если они сейчас же не исчезнут. — Что это значит, Малфой? — задает вопрос Гермиона, как только тухнет зеленое пламя камина. — Значит, что я смогу позаботиться о твоей безопасности, Грейнджер. — отвечает парень, когда уже преодолевает расстояние до лестницы, ведущей на второй этаж пентхауса. — Мне нужно забрать палочку из дома и кое-какие вещи! — кричит она ему вдогонку. — Завтра, все завтра. — произносит он. — Чувствуй себя, как дома. — и скрывается за дверью своей спальни. Не поддаваясь размышлениям, девушка садится в теплое кресло, которое хранит в себе приятный запах его одеколона и щелкает пару кнопок на пульте, а на стене загорается экран телевизора. — «Я смогу позаботиться о твоей безопасности». Что вообще это значит? — спустя пару минут бормочет она, перед тем как ее глаза окончательно закрываются и она засыпает, оставляя этот насыщенный день позади. Она крепко спит в коконе из мягкого пледа и его аромата, не зная что пара глаз свинцового цвета непрерывно следит за ней, охраняя покой.***
Она забилась в углу комнаты, погруженной в кромешную тьму. Ей не удавалось разглядеть даже своих рук, не говоря об окружающей обстановке. Она не могла вспомнить, как оказалась в этом помещении. В голове путаница мыслей и абсолютная неразбериха в сознании. Попытка встать не увенчалась успехом, все мышцы затекли и конечности отказались слушаться. Она попыталась размять ступни, но не почувствовала собственных прикосновений. Вокруг пахло затхлой землей и сыростью. Рот наполнился слюной с кисловатым вкусом и она поняла, что нос не чувствует других запахов, помимо стоящей вокруг гнили. Паника и обреченность медленно накрывали её сознание, когда очередная попытка привести ноги в движение ничего не дала, а ощущение дежавю не покидало её спутанных мыслей. Она попыталась встать на четвереньки или хотя бы проползти пару метров, но в этот момент поняла, что она не чувствовала даже собственных прикосновений, потому что не двигалась. Это было похоже на мощный Петрификус, который парализовал все кроме её пугающих мыслей. Спустя пару тщетных попыток, комната наполнилась запахом пергамента, который она так любила с детства, и с дальней от неё стороны отворилась дверь. Свет залил небольшую комнатку, и немного прищурившись, в дверном проёме она увидела человека. Ей не удалось разглядеть черт его лица, но она отчётливо увидела чашку с дымящимся напитком. — Чаю? — произнёс смутно знакомый голос, а звук отразился от стен помещения. Её глаза расширились от ужаса и она истошно закричала. Она вопила, что есть сил, даже когда почувствовала на своих плечах чьи-то теплые руки и такое далекое «Гермиона…». — Грейнджер, очнись же! — она, наконец, распахнула глаза, из которых крупными градинами капали слезы, и крик превратился в рыдания. Она забралась на колени к ее спасителю от ночного кошмара, продолжая мучительно всхлипывать. Было ощущение, что она побывала в аду и возвращаться ей туда не хотелось. Драко терпеливо ждал, поглаживая ее спину, когда она придет в себя. Он боялся себе представить какой из закрытых на замок тайников, в памяти Гермионы, открыл сегодняшний день. Он переживал за нее, больше чем она могла подумать. Их давно нельзя было назвать врагами. Возможно с момента, когда он принял метку, как плату за ошибки отца, и понял, что бороться за тьму не его выбор. Или может с момента, когда он пытался сделать хоть что-то и не отдал их в лапы Темного Лорда, но она угодила прямиком к самой безумной его приспешнице. Прошло шесть лет, но ее крик на полу его гостиной снится ему все чаще и он просыпается в холодном поту ото сна, в котором его безумная тетка вновь тянет свои руки с гнилыми когтями к шее бывшей однокурсницы. Постепенно всхлипывания сходят на нет, и руки девушки, сидящей на его коленях, ослабляют хватку на его талии. Она, наконец, может трезво мыслить и начинает понимать, что это был всего лишь сон, которому нет места быть в ее реальности. — Это был сон, Грейнджер. Просто сон. — он продолжает нашептывать ей на ухо успокаивающие слова и целует спутанные кудри на ее макушке. Он позволяет себе эту слабость, потому что уверен — завтра она ничего не вспомнит. — Я заварю тебе ромашковый чай. — чуть слышно шепчет парень, когда она перебирается обратно в кресло в свой кокон из теплого пледа. Спустя пару минут слышится свист чайника и звон фарфоровых чашек. Драко мастерски орудует на собственной кухне и точно знает, где находятся цветки ромашки, которые помогут успокоиться и вновь заснуть. Он ставит перед Гермионой чашку с дымящимся успокаивающим отваром, а ее глаза до этого как будто стеклянные вдруг распахиваются в ужасе и она плотнее укутывается в плед. Не проходит и мгновения, а Малфой не успевает среагировать, как она расслабляется и бормоча что-то себе под нос тянется к чаю. «Он не поступит с тобой так же.» — набатом стучит мысль в ее голове. — Вкусный. — делая несколько глотков, блаженно шепчет девушка. — Это от миссис Забини? — Да, она настоящая «волшебница». — у Драко удивленно распахиваются глаза, и по квартире разливается смех, когда они понимают какую глупость он произнес. — Теперь это кажется таким далеким, ведь так? — спустя пару минут спрашивает Гермиона. — Магия… Если бы не Тео и семья Забини, я бы подумала, что это все было сном. — Я почти не скучаю. Только иногда. — задумчиво говорит парень. — В особенности по полетам. — с улыбкой продолжает он. — Почему ты отказался от нее? От магии… Проходит еще несколько мгновений, пока Драко раздумывает. Она уже не в первый раз задает этот вопрос и он не был готов дать ей правдивый ответ. Всегда получалось, что-то вроде «Так было правильно». — Я не хотел стать злом воплоти. — на его лице отразилась печаль. — В тот день, когда Визенгамот вынес вердикт, один из судей сказал: «Тьмы в этом мальчишке больше, чем вы думаете. Вы совершите глупость, если прислушаетесь к показаниям всего одного свидетеля». Тогда я понял, что в этот раз не могу подставить Грейнджер. — он улыбнулся своим мыслям, как будто вспомнил что-то дорогое сердцу, а Гермиона продолжала трепетно ловить его слова. — Ну же, Грейнджер, пора спать. — после нескольких минут приятной тишины, произнес Драко, поднимаясь с дивана, на котором удобно расположился. Он направляется вверх по ступеням, а она маленькими шагами семенит за ним, закутываясь в приятно пахнущий плед. Кажется теперь это будет ее любимая вещь в его доме. На вершине лестницы, он указывает на комнату с закрытой деревянной дверью. Она уже знает эту спальню. Светлая, с большой кроватью и окнами, открывающими вид на впечатляющую гору Этна. Гермиона уже пару раз оставалась в его квартире, когда посиделки с новоприобретенными друзьями затягивались и время уходило далеко за полночь. Тогда парни занимали свободные спальные места на диванах перед телевизором, который до сих пор для них, чистокровных магов, был настоящим чудом, а ей уступали спальню по соседству с хозяином квартиры. — Ты… — она запинается и смущается от еще незаданного вопроса. — Ты не мог бы сегодня лечь со мной? — он изумленно смотрит на нее не больше секунды: — Не могу сегодня остаться одна. Малфой молча делает несколько шагов и распахивает дверь в ее комнату. Она проходит внутрь и, останавливаясь у подножия кровати, скидывает обувь с ног. Гермиона не поднимает головы, зная, что вероятнее всего даже в ночной тьме он сможет разглядеть румянец, который заливает ее щеки. А Драко в это время копирует ее действия с другой стороны кровати и располагается на мягких подушках у изголовья. Постель довольно широкая для двоих, но он все равно придвигается к краю, давая ей возможность удобно свернуться в клубок практически посередине кровати, и засыпает сразу после того, как слышит мерное дыхание девушки спящей рядом. Ей кажется, что какой-то неприятный человек светит лампой прямо в ее закрытые глаза и разочарованно стонет, когда остатки сна покидают ее. Она распахивает глаза и лежа на спине хлопает раскрытой ладонью по кровати рядом с собой, но ощущает лишь пустоту. Неясные образы прошлой ночи витают в ее мыслях, но единственное, что она точно помнит, как засыпала под боком у Малфоя. Расстроенная своим утренним одиночеством Гермиона садится на кровати и понимает, что в окно светят лучи яркого солнца, которое разбудило ее. Она спускается по лестнице, когда приводит себя в порядок, укрощая непослушные волосы, и прислушивается к песне, которая разливается из колонок музыкального центра на первом этаже. «Maroon 5 — She Will Be Loved» …В душе нет места другой. Мои двери открыты для тебя одной. Я готов под твоим лишь окном Весь день стоять под проливным дождем, Искать улыбки твоей печаль И умолять не уезжать Разреши любить… Это была одна из новых песен ее любимой группы, с которой она совсем недавно познакомила Драко, когда принесла в его квартиру диск. Ей вдруг стало безумно грустно. Она буквально пропустила пять лет своей жизни, не подпуская к себе новых людей. Парни из серебряного квартета Хогвартса стали для нее глотком воды после долгой засухи. Необходимыми ей людьми, для которых можно быть просто другом, не взваливая на себя дополнительные обязанности, и ее это устраивало, пока она не замечала внимательного взгляда глаз свинцового цвета. Возможно, с ним ей хотелось чего-то большего, но эти мысли она закапывала глубоко в своем сердце, когда он с воодушевлением рассказывал об успехах Пэнси. Паркинсон уже пару месяцев жила в магическом Париже, где представляла свою новую коллекцию ароматов для мужчин. Грейнджер хотела бы познакомиться с ней поближе, откинув все старые обиды и ярлыки. В душе она испытывала к ней небольшую зависть. За то что слизеринка получила шанс жить, шанс быть рядом с ним. Но также она была рада, когда видела в его глазах искорки счастья за Пэнси. В задумчивости и с печальной улыбкой, от безысходности своей глупой влюблённости, она проходит на кухню, где видит как Тео творит у плиты и готовит сегодняшний завтрак, а Драко и Блейз обращают на нее свое внимание. — Доброе утро! — как можно веселее произносит она, когда Нотт подает ей утренний стакан прохладной воды, а Забини, подперев подбородок руками, задаёт, видимо уже не первую минуту интересующий его, вопрос: — Так вы значит сегодня спали… — Блейз. — предупреждающе гремит голос Малфоя. — …вместе? От того, чтобы не уронить стакан из рук ее спасает Тео, а от того чтобы не расплескать единственный глоток воды, который она сделала — собственная рука. Она кашляет поперхнувшись, пока блондин продолжает посылать молнии из глаз в сторону мулата. — Ничего такого! Мы просто спали в одной комнате. — оправдывается она. — В одной кровати. — заканчивает Блейз и она покрывается румянцем от стыда, как нашкодивший ребенок, а Драко, смиряясь с ситуацией, потирает лицо ладонями. — Мне приснился кошмар и было страшно снова остаться одной. — неуверенно лепечет она. Кажется, уже никому нет дела до ее оправданий. Блейз и Тео, поигрывая бровями, ведут только им одним понятный немой диалог. — Мне нужно забрать палочку, чтобы немного попрактиковаться. — произносит Гермиона, когда утренние сэндвичи съедены. — Грейнджер, ты себя недооцениваешь. Даже если ты не будешь использовать магию все оставшуюся жизнь — останешься могущественнее многих из нас, и уж точно Уизел не сравнится с тобой. — приободряет ее Тео. — К сожалению, я знаю на что он способен. — задумчиво произносит девушка. — Ему диагностировали синдром Адели, который пару лет назад перешел на последнюю стадию. — Это и было то о чем ты не рассказала нам? — Как ты узнала об этом? — Вы же не думали, что я просто сбежала? Мне нужна была безопасность и гарантии, что он неожиданно не доберется до меня. — ухмыльнувшись, она продолжает: — Я оставила шпиона. — Но это все еще не объясняет, почему стоит его опасаться. — продолжает настаивать Драко. — Это все еще не полная картина происходящего, ведь так? Мы должны помочь и хотим этого! — кажется, он действительно был зол сейчас. Малфою была необходима вся информация, не обладая ей он может совершить ошибку. Только Гермиона знала, что правда, которую она скрывает, останется с ней. Она постарается хранить ее достаточно долго, чтобы больше никому не навредить. — Я съезжу домой и быстро вернусь. — произнесла девушка и Драко понял, что не получит ответа на свой вопрос, но ее идея разозлила его еще больше. — Ты всерьез думаешь, что я… что мы отпустим тебя одну? — он с громким стуком опускает кулаки на стол. — Ты даже не говоришь чего нам стоит опасаться. — Он псих с деньгами на счету в Гринготтсе! — громко, в тон блондину, отвечает Гермиона. — Три года он использовал деньги Гарри на мои поиски и заручался помощью Аврората. Но теперь — он псих, который тратит на поиски бывшей подружки сотни галлеонов из премии к Ордену Мерлина. — она перевела дыхание после длинной речи. — Никто не знает, на что он способен. Этого стоит опасаться. Драко вскидывает руки в знак капитуляции перед ее настырностью и нежеланием все рассказать им. Он не сдержался, хотя еще сегодня ночью обещал себе больше не затрагивать эту тему с ней. — Кто твой информатор? — задает свой вопрос Теодор. — Я не могу ее дискредитировать. — она понимает что сказала и медленно закрывает глаза. Теперь из нее вытрясут душу за «ее» имя. — Ее? — в один голос спрашивают парни, а Малфой с немного мстительной улыбкой, вероятнее всего понимая о ком идет речь, ожидает допроса от друзей. — Вы можете решить, кто поедет со мной, а мне нужно… — она не смогла придумать что-то конкретное, поэтому просто стремительно вышла из кухни и поднялась на второй этаж. Спустя почти час, Драко ждал ее у выхода из квартиры, а парни уже покинули дом, так и не получив ответа от подруги. — Нам нужно забрать машину из торгового центра. — задалась темой для рассуждения девушка. — Сейчас лучше поехать на такси? — она продолжала бормотать вопросы, пока они покидали апартаменты. Неожиданно она слышит давно знакомое «Коллопортус» и поворачивается к Драко как раз в момент, когда он приобнимает ее за талию, прижимая к себе, и аппарирует. Ее живот скручивает, от давно забытого чувства перемещения в пространстве, и она теснее жмется к телу молодого человека, хватаясь за его торс. Через мгновение они оказываются перед дверью в квартиру Гермионы, и она отшатывается в сторону, пытаясь отдышаться. — Ты!.. Должен был предупредить меня!.. Я была не готова. — все еще тяжело дыша, она тыкнула в него пальцем. — И когда ты снова начал использовать палочку? — Ты сказала, что стоит попрактиковаться. Я позвал парней. — он пожал плечами и, отвернувшись к двери, прошептал отпирающее заклинание. — Можно использовать ключи. — сердито прошептала Гермиона. — Что если нас заметят маглы? — Во-первых, это как первый полет на метле. Давно забытое ощущение — не хочется останавливаться. Ты скоро сама все поймешь. — ответил Малфой. — А во-вторых на твоей квартире уже сутки маглоотталкивающие чары в исполнении Блейза. Драко проходит внутрь квартиры. Он был здесь всего раз, когда помогал ей сюда переехать. Чаще их компания собиралась в его апартаментах или особняке Забини, где его мать всегда с удовольствием принимала девушку. Летиция Забини, подруга его матери, помогла оправиться от потери родителей, а теперь, невзирая на былые предрассудки, была рада видеть у себя в гостях и Грейнджер. Гермиона, не теряя времени направляется в свою спальню, где в большом дубовом гардеробном шкафу хранится ее палочка. Она открывает резные дверцы с большим зеркалом и пару минут достает вещи с нижней полки. Волшебная палочка лежит в коробке в самом углу, за корзинкой со старыми семейными фото. Ее руки начинают немного дрожать, когда она замечает колдографию, про которую давно забыла, не заглядывая в фотоархив. Это единственное волшебное фото, которое она хранит, как память о беззаботном детстве. 1994 год. Четвертый курс. Гарри, я и Рон. На колдографии ребята у стен Хогвартса. Кажется, это было после первого этапа Турнира Трех Волшебников. На фото Гермиона улыбается самой лучезарной улыбкой, а через мгновение на лицах ребят появляется такая же. Уже через пару недель после этого снимка их отношения изменились. На бал ее пригласил Виктор, и она видела в глазах Рона обиду, на которую он не имел права. Ее влюбленность была огромной ошибкой, которая спустя десять лет привела ее в Италию. Она слышит шаги в коридоре и старается сделать более-менее нормальное выражение лица, но ей не удается. Девушка понимает это, когда видит Драко, с застывшим на лице вопросом. Ей приходится быстро убрать плетеную корзинку и она тянется к длинной коробке, в которой много лет назад мистер Олливандер продал ей ее первую волшебную палочку. Крышка обтянутая черной бумагой и бархатная ткань внутри. Она берет в правую руку палочку из виноградной лозы, и по телу разливается забытое тепло, а в венах бурлит кровь наполненная магией. Ее уже посещали такие ощущения шесть лет назад, когда ей удалось отыскать утерянную боевую помощницу, но даже те ощущения не сравнятся с сегодняшними. Она счастливо улыбается и оборачивается к Малфою, на лице которого начинает играть мягкая ухмылка, и она понимает, что он имел в виду перед входом в ее квартиру. Она пробует одно из простых заклинаний, и на ее палочке загорается яркий огонек «Люмоса», а ее улыбка становится шире. «Давно забытое ощущение» Она складывает в сумку несколько вещей из шкафа и находит старую кожаную кобуру на пояс, переодевается в удобную спортивную форму и кроссовки для тренировки. Гермиона оглядывает спальню еще раз, прежде чем выйти в гостиную. Им незачем больше здесь оставаться, поэтому они уже собираются уходить, когда в кармане ее брюк раздается звонок мобильного телефона. — Кто это? — удивленно задает вопрос молодой человек, замечая незнакомый сотовый в ее руках. На ее лице замешательство и она показывает экран, где светятся цифры лишь ей знакомого номера. Не дожидаясь реакции Драко, она прикладывает телефон к уху. — Гермиона, он сбежал. — произносит голос в трубке. — Магловский самолет. Будь осторожна. В трубке слышатся гудки и она понимает, что звонивший не обладает какой-то еще информацией. — Он едет. — тихо и нервно шепчет Грейнджер. — Сбежал и доберется сюда на самолете. — Что значит сбежал? — Он на домашнем лечении уже несколько лет. Маниакальный и посттравматический психоз, синдром Адели и сталкинг… Неожиданно для нее в комнате начинают мерцать до этого выключенные лампы. Она с беспокойством смотрит на Малфоя, когда плафоны на потолочных светильниках рассыпаются в стеклянную крошку и оставляют несколько порезов на ее запястьях, которыми она прикрывает голову. — Сколько еще мне предстоит узнать? — гремит голос парня, после выброса стихийной магии. — Сколько еще ты скрыла от меня? Ее злит этот вопрос, но она не позволяет своей магии искриться на пальцах, а сдерживает ее внутри. — Я не думала, что останусь здесь — ясно? — кричит она. — Не думала, что привяжусь к тебе… — делает паузу, раздумывая. — …К вам настолько, что смогу здесь остаться. — и уже практически шепотом добавляет. — Не думала, что наш «Альянс врагов» зайдет дальше, чем разговоры за огневиски. — в ее голове всплывает воспоминание о первой итальянской встрече с ним и каждой последующей за эти последние месяцы. Он смотрит на нее со смесью удивления и восхищения, но она не может расшифровать значение этих эмоций. Его руки непроизвольно опустились из волос, которые растрепал минутой ранее, и он делает несколько шагов, подходя к девушке. — Я поранил тебя. — в его голосе слышна вина и он ловкими движениями залечивает ранки на ее руках. В неловком молчании они покидают ее квартиру и уже перед аппарацией она произносит: — Вы знаете достаточно, чтобы не наделать глупостей. Его рука на ее талии напрягается, но он не говорит ни слова и они аппарируют к большим кованым воротам, которые ведут к дому Блейза. Их встречает молодая голубоглазая эльфийка Тинки: — Мастер Драко! — вскрикивает домовик, когда видит светловолосого волшебника и ее уши забавно хлопают, когда она подпрыгивает от радости. — Мисс Гермиона! Тинки стала одной из эльфов, которых Нарциссе удалось освободить перед тем, как Волдеморт обосновался в Мэноре. Все они отправились в Хогвартс, где как им казалось нужна их помощь, а Тинки осталась рядом с Драко, которого растила с младенчества. — Мастера Драко не было несколько дней. — продолжает говорить эльфийка, перебирая складки на своем небесно-голубом платьице. — Мистер Забини и мистер Нотт говорят странные вещи — Тинки переживает. — Все в порядке, тебе не о чем переживать. — успокаивает ее молодой человек, присаживаясь на одно колено. Впервые увидев подобную сцену, Грейнджер изумилась. Этот жест сильно отличался от историй Добби о жизни в Малфой-Мэноре. От покойного домовика она не слышала, как к ним относился Малфой младший, но предвзято подозревала, что не лучше своего отца. Сейчас, разглядывая новый наряд эльфийки, которыми она баловала себя на жалование, выплачиваемое в особняке, Гермиона поняла, что ей придется вычеркнуть еще много пунктов из школьного списка «Почему я ненавижу Драко Малфоя». Молодой человек не хотел, чтобы Тинки работала в его пентхаусе, поэтому ей удавалось только иногда уговаривать его, чтобы она приготовила для него обед или убрала квартиру. Из-за редких встреч она и радовалась ему, как сейчас. Эльфийка, под тихие причитания, проводит их по дорожке, залитой полуденным солнцем. Преодолев несколько коридоров, они оказываются в большой гостиной, где на диванах обосновались Блейз и Тео, о чем-то рассуждая. Эта гостиная напоминала скорее зал для торжеств из-за своего размера. Светлые стены проглядывались между большими окнами, которые разделяли колонны песочного цвета. Эта комната не сильно выделялась убранством среди остальных в особняке. Все они подходили под описание итальянской архитектуры и соответствовали экстерьеру: два наземных этажа отделанных бежевой штукатуркой, окна из Каталокса на первом этаже занимали все пространство от пола до потолка, а красная черепичная крыша ярким пятном выделялась на территории, утопающей в зелени пальм и лиственных деревьев. — Так почему мы сегодня здесь? — наконец, задала интересующий вопрос девушка, после короткого приветствия. — Ты говорила о тренировке и здесь это будет сделать намного удобнее, чем в ваших крохотных квартирках. — самодовольно произнес Блейз, на что Драко со вздохом закатил глаза. — У нас новости. — продолжил разговор Малфой. — Уизел сбежал и направляется в Италию на самолете. — Что значит сбежал? — Он оказался еще большим психом, чем мы думали, ведь так, Грейнджер? — снова недовольно произнес блондин, и парни обратили свое внимание на Гермиону. — Два года назад целители в Мунго поставили ему несколько диагнозов: посттравматический синдром, как следствие войны и потери родных, маниакальный синдром, который развился в какую-то обостренную форму сталкинга и синдром Адели, про который я говорила утром. Последний неизлечим в его случае и привел к деградации личности. — она перевела дыхание. — В больнице посчитали, что будет достаточно запереть его дома под охранными чарами. — Но как он искал тебя? — подал голос Тео. — Как я и говорила, деньги на счету в банке могут решить многие проблемы… — она поникла, закончив рассказ. — Это все или есть еще что-то? — уточнил Блейз. — Он человек, психоз которого заставляет воспринимать меня, как что-то вроде добычи. — ответила Гермиона. — Я даже не представляю, на что еще он способен. Это все, что вам стоит знать. — Мы уже слышали это пару часов назад, Гермиона. — всплеснув руками, произнес Тео. — И что черт возьми значит «еще», что он сделал? — Это все, что я готова рассказать, простите. — в голову снова прокрались воспоминания. Она постаралась отогнать темные мысли в сторону, но уже почувствовала, как закружилась голова и сдавило грудь. Стало трудно дышать, и девушка под удивленные взгляды друзей выбежала из комнаты. Сердце пыталось вырваться из груди, а в голове набатом стучала мысль: «Он доберется до меня и в этот раз просто убьет». В присутствии парней у нее еще не случалось панических атак, но они, как и кошмары, стали практически ее повседневностью. Ее затуманенное сознание услышало короткий стук в дверь, после которого в комнату вошел Драко. Растерянность на лице молодого человека, за которой последовал вопрос: — Чем я могу помочь? — Поговори со мной. — еле слышным шепотом ответила Гермиона, делая очередной глубокий вдох, чтобы разум не потерял связь с реальностью. — Расскажи про Пэнси. — кажется, ее ответ поставил его в тупик, но он постарался не подать вида. — Пэнс в Париже — это ты знаешь. — раздумывая над тем, что именно стоит рассказать, начал Малфой. — Ее ароматы стали довольно успешны во Франции, и она надеется выйти на международный рынок. Она пишет почти каждый день, — с улыбкой на лице продолжил парень. — Ее совы пугают кажется всех моих соседей, но она не слушает. Ей пришло в голову уже несколько идей для новой линейки, и она хочет быстрее вернуться сюда, чтобы приступить к работе. — Ты сильно любишь ее, верно? — наконец, придя в себя, спрашивает девушка. — Верно, Пэнс особенная. — задумчиво ответил он. — Тебе лучше? — Да, спасибо. — на ее губах сдержанная улыбка, но в глазах глубокая печаль, которую он воспринимает, как следствие произошедшего. — Давно у тебя панические атаки? — она смотрит на него удивленно, и он объясняет: — У Нарциссы случалось такое. В последний год перед… — слова давались ему трудно, и так бывало каждый раз, когда он вспоминал о родителях. — Почти четыре года. Когда в мой дом нагрянули авроры, я поняла, что он не остановится, и появились кошмары и бесконтрольные волны паники. Ей стало лучше, сердцебиение пришло в норму и получалось легче дышать, поэтому они вернулись в гостиную, где их ждали взволнованные друзья. Они не стали задавать вопросов и пока не настаивали на продолжении больной для девушки темы. Каждый из них боялся узнать, что кроется в прошлом, которое Гермионе пришлось пережить, а она надеялась, что для этого никогда не представится случая. Четверка молодых людей отправилась в тренировочный зал, который находился на подземном этаже поместья и был приспособлен для ведения учебного боя. — С чего ты хочешь начать? — уточнил Драко. — Посмотреть на вашу дуэль. — с ухмылкой ответила девушка, обращаясь к блондину и брюнету. За время близкого общения со слизеринской троицей она слышала множество рассказов об их мастерстве и успехах в дуэльном клубе, поэтому сейчас не упускала возможности проверить это. Малфой становится в пару с Ноттом и они начинают поединок с простых заклинаний, которые каждый из них легко блокирует, но когда Блейз занимает место рядом с девушкой на длинной лавке у стены, начинается более ожесточенный невербальный бой. Она видит знакомые лучи красного, фиолетового, голубого цвета и расслабляется, когда мулат заводит разговор: — Ты уже подумала куда отправишься, когда надерешь зад бывшему пареньку? — она фыркает на его попытку разрядить обстановку и расплывается в улыбке, прежде чем задуматься над вопросом. Девушка переводит затуманенный взор на блондина, который сейчас шел в атаку, и от его движений одежда натягивалась на мышцах рук и бедер, а на щеках девушки загорелся румянец. — Возможно, смогу вернуться в Лондон, поступить в университет. — отвечает, наконец, она, обращая внимание на соседа по скамье. — Никогда не хотела остаться здесь? — Это будет не просто. — отвечает она, но разговор обрывается, когда она видит полупрозрачный луч знакомого заклинания. «Сектумсемпра». Гермионе не раз приходилось видеть действие этого проклятия на поле боя, поэтому сейчас она нервно встает на ноги, когда оно летит прямо в Драко, и глубоко дышит, стараясь сохранить спокойствие. Малфой вовремя уклоняется от ранящего заклинания, и девушка хватается за грудь, продолжая глубоко дышать. — Возможно, это будет довольно просто. — произносит мулат, наблюдая за развернувшейся картиной. Он встает со своего места, когда Грейнджер переводит на него ничего не понимающий взгляд, и направляется в сторону дуэлянтов, ругая их на ходу. — Тео, ты рехнулся? Решил покалечить его? — ответом ему служат лишь веселые ухмылки парней. — Что за идиоты! Вы хоть представляете на сколько это опасно? — ворчит подошедшая девушка. — О, не волнуйся, Грейнджер, кое-кто из нас даже прочувствовал это на своей шкуре. — и замечая грозный взгляд блондина, Блейз и Тео заходятся смехом. — Вы как дети. — продолжает недовольно бурчать Гермиона и руками проталкивает парней к скамье, становясь в пару с Драко: — Я не поддамся. — с ухмылкой говорит Малфой, наблюдая за ее действиями, на что она, в совершенно не свойственно ей манере, показывает ему язык. — Да уж, очень по-взрослому. — смеется он. Петрификус, за которым следует сразу несколько Ступефай и попытки пробить его щит. Ей и не нужно, чтобы он бился вполсилы. Она слишком давно не держала палочку в руках, и та хоть и слушалась ее беспрекословно, но в движениях чувствовалась скованность. Он начинает их дуэль с таких же простых заклинаний, но от него исходит легкость. Гермиона думает о том, что на это повлияла его утренняя тренировка или бой с Тео. Или этот чистокровный засранец настолько одарен, что прошедшие пять лет без магии на нем не сказались. Эти мысли отвлекают ее и она почти пропускает луч фиалкового цвета, который проносится в нескольких сантиметрах от ее волос, разумно вплетенных в тугую косу перед дуэлью, и ударяется о стену позади нее. Грейнджер хорошо помнит это заклинание, и это отрезвляет ее голову, а глаза загораются недобрым блеском. «Дантиссимо» На его лице она видит знакомую ухмылку и понимает, что это был план — привести ее в чувства. Что ж она готова к настоящему бою. Она посылает в него череду заклинаний, которые он успешно отбивает, и продолжает наступление, делая несколько шагов вперед и в сторону, смещая молодого человека в угол тренировочного зала. Экспеллиармус, Инкарцеро, Мортис — все лучи поглощает мощный щит Драко, и он смелеет, начиная наступление, а девушке приходится сделать несколько шагов назад, защищаясь от встречных — обезоруживающего и связывающего заклинаний. Гермиона вновь нападает, отвлекая его внимание лучами безобидных заклинаний, и посылает в его сторону новое связывающее заклинание, которое он умело отбивает. Малфой отвечает ей жалящим заклинанием, от которого она уворачивается, присаживаясь с упором на правую руку. Она не тратит магическую силу на защиту, и перекладывает палочку в левую руку, посылая в него новый «Ступефай». — Неплохо. — удивленно выкрикивает парень, когда замечает ее трюк. Она научилась использовать левую руку, когда они с Гарри дни напролет проводили в холодной палатке, во время поисков крестражей. Вот только другу так и не удалось в полной мере освоить этот навык. Девушка встает с колен и они начинают своеобразный танец, кружась вокруг друг друга. Она выискивает его слабые места, а он как ни странно не предпринимает никаких действий. Наконец, она делает ложный выпад и он тратит время на выставление защитного щита, а когда тот спадает, Гермиона посылает в него мощное оглушающее заклинание. Драко отлетает на пару метров назад и падает на пол, а девушка, не тратя времени, начинает ближний бой. Она нависает над ним, пока он приходит в себя. Одним коленом опирается на паркет у его бедра, а второй ногой, в удобных кроссовках, фиксирует его правую руку с палочкой. Проходит пару секунд, прежде чем Малфой полностью осознает происходящее и в уголках его глаз залегают мелкие морщинки от улыбки. Она не может оторвать глаз от довольного лица парня и медленно наклоняется к уху, щекоча его шею выбившимися из прически прядями. — А говорил, что не поддашься. — шепчет она и сама не понимает откуда в ней взялось это безумство. Возможно, его искрящиеся глаза или довольная улыбка, а может ощущение победы над школьным принцем, отключили ее мозг, и она как сумасбродная девчонка, позволяет себе что-то шептать ему. Она решила, что все же последнее. Весь запал спадает, а щеки заливаются алым румянцем, и девушка не вовремя расслабляется. Драко использует эту заминку и меняет их положение. Он переворачивает ее и довольно мягко опускает на пол, нависая сверху. Его колено упирается в ее бок, путая мысли, когда он наклоняется к ней: — Это только в первый раз. — и резким движением подымается на ноги, протягивая ей раскрытую ладонь. Наконец, ее разум проясняется и она слышит аплодисменты со стороны, наблюдающих за развернувшейся дуэлью, друзей. Руки Тео подхватывают ее и она слышит похвалы и поздравления парней с победой. Она смеется, когда слышит бурчание Драко о несправедливости и о том, что он таких поздравлений не получал. — Завидует. — шепчет ей Тео, перед тем как опустить ее на пол. Они продолжают тренировку еще несколько часов, пока каждый из них не измотан физически, а у дверей не появляется Тинки с приглашением на ужин от хозяйки дома. За столом миссис Забини ведет разговор о предстоящем приеме в честь ее дня рождения, на который ребята получают приглашения. Как только это позволяет вежливость, друзья удаляются из столовой и располагаются в той же большой гостиной. Уже за полночь, когда план действий четко оговорен, Драко и Гермиона покидают поместье. Теперь аппарация не занимает много времени, поэтому через пару мгновений они оказываются в холле пентхауса. — Я пойду отдыхать. — быстро произносит девушка, когда Малфой уже собирается задать свой вопрос и его слова остаются непроизнесенными. Она поднимается по лестнице, а ее сердце продолжает гулко стучать. Этот вечер стал одним из самых неловких. После их дуэли и пары шуток от Тео, она начала чувствовать себя почти некомфортно в присутствии Драко. За время тренировки она больше не становилась с ним в пару, а когда приходилось делить с ним скамейку между ними повисало молчание, которого раньше не было. Грейнджер чувствовала себя слишком виноватой за произошедшее. Она перешла границу, которая была запрещена. Ее чувства не должны помешать их, только завязавшейся, дружбе. Он занят и ей стоит усвоить это. Девушка размышляет только об этом, когда ловит на себе его задумчивые взгляды во время их с Забини разговора. «Скорее всего Блейз отчитывает его за неуместное поведение.» — мысль, которая заставляет температуру тела подняться, наверное, на целый градус и почувствовать настоящий стыд, пока парни о чем-то долго говорят. Она хлопает себя по щекам, вкладывая в это почти всю свою силу, когда закрывает деревянную дверь своей комнаты, но это только еще больше злит. — Он скорее всего думает, что у меня помутнение рассудка из-за стресса и надвигающейся опасности. — бормочет она, пока скидывает с себя одежду и отправляется в душ. Уже лежа под теплым одеялом, она, наконец, позволяет себе быть слабой. По щеке скатывается слеза, когда она вспоминает ответ Драко на вопрос о чувствах к Паркинсон. Одна, а затем вторая и через пару мгновений она беззвучно плачет, разрушая тишину спальни лишь редкими всхлипами. Ей больно, но кажется, что она не имеет права на эту боль. Гермиона пытается убедить себя в этом, пока утирает слезы тыльной стороной ладони. Она знала, что в будущем еще будет чувствовать, что-то подобное. Знала, что когда-то сможет по-настоящему полюбить. Возможно, если бы она любила Рона все было бы проще, и он не превратился в одержимого психа. Но эта вероятность была настолько мала, что каждый раз девушка убивала ее в зачатке круговорота мыслей. Она все это знала, но никогда не думала, что влюбится абсолютно безрассудно, как одна из ее соседок по комнате в общежитии Хогвартса. Да еще и в кого? В бывшего врага. «Альянс врагов» — с этого разговора все и пошло по наклонной в ее, и без того раздробленной, душе. Из-за постоянно сменяющихся мыслей и бесконечного чувства вины перед Драко и Пэнси, Гермионе удается заснуть, только когда первые лучи солнца начинают пробираться к ее кровати, а уже через пару часов ее будит вибрация волшебной палочки, на которую был установлен будильник. Грейнджер ощущает себя еще более разбитой, чем до сна, но их план заключается в том, чтобы не пропадать из виду и не прятаться в защищенной квартире. Она спускается на кухню в надежде позавтракать в одиночестве, но натыкается на, практически такие же уставшие, серые глаза. Драко уже приготовил для них небольшой завтрак и в ожидании девушки перебирал какие-то рабочие бумаги. Он пару раз рассказывал Гермионе о своей фирме, поэтому сейчас девушка не удивилась высокой стопке листов. Она села на высокий барный стул и придвинула ближе к себе тарелку. По ее содержимому она поняла, что вероятнее всего готовкой Малфой занимался сам: поджаренные яйца, бекон, колбаски, фасоль и свежие овощи — это был поистине британский завтрак, который практически невозможно встретить в разнообразных кафе Италии. Драко отложил свои документы и сел напротив гостьи, принимаясь за еду. Тишина была удручающей, но никто из них не решался нарушить ее, а когда, наконец, на кухне стало абсолютно неуютно Гермиона подала голос: — Куда мы отправимся? — взгляд молодого человека, который он обратил на нее, казался виноватым и это сбивало столку, но спрятав свои эмоции на глубину сознания, парень все же ответил: — Мне нужно заехать в компанию, а потом можем прогуляться и зайти на обед. — задумчиво произнес Малфой. — Этого будет вполне достаточно для одного дня. Гермиона лишь согласно кивнула и, допив свою чашку английского чая, отправилась в комнату, чтобы подготовиться в этому дню. Переживала ли она? Несомненно. Они могут встретить Рональда в любом месте и глупо думать, что он придет один. Когда она видела его в последний раз, его состояние было не в порядке. Теперь он стал настоящим психом, жизненной целью которого был абсолютный контроль над девушкой, и он воспользуется любой помощью. Ей было жаль его. Она понимала, что если бы обстоятельства сложились по-другому и мальчишка по имени Том Реддл не вздумал подчинить себе мир, их жизнь вероятнее всего была другой. Война не сломала бы Рона и почти всю семью Уизли, не оставила Гарри осиротевшим множество раз, и не заставила Гермиону собственноручно остаться без родителей, а потом и вовсе бежать из страны. Кто помогает ему сейчас было не ясно и вызывало ее главное опасение. Помощь Аврората прекратилась несколько лет назад, когда мистер Поттер, его глава, смог увидеть полную картину происходящего. Рон долго убеждал всех, что проблемы с психикой именно у Гермионы, а он лишь хочет ей помочь и девушка одумается, когда окажется рядом с ним. Только летом 2002 года, после трагических событий, стало ясно кому нужна помощь, но оказалось слишком поздно. В Мунго диагнозы Рональда считались магловскими и не требующими контроля в стационаре. Возможно, на это повлиял его статус Героя войны и объемная ячейка в банке или же убитая горем Молли, которая не хотела терять еще одного ребенка, даже совершившего непростительные деяния. Спустя полчаса, она уже спускалась по лестнице в легком сарафане на запах с мелкой желто-молочной клеткой, который отлично подходил для жаркого дня в Катании. Укротить кудри с помощью магии не составило труда и она поставила еще один пункт в список «Почему я больше никогда не откажусь от магии». Драко уже ждал ее у подножия лестницы в стильном черном костюме, который стал для него неофициальным рабочим дресс-кодом. Его сорочка и галстук в тон пиджаку напомнили ей о вечере в торговом центре. Гермиона знала, что раньше он предпочитал рубашки, расстегнутые на пару пуговиц, а сорочки, которые она в спешке схватила в том бутике, вероятнее всего были первыми в его гардеробе. Стараясь скрыть ликующую улыбку, она снова напомнила себе, что «ОН не ее» и никогда не станет таковым. Фирма Малфоя была абсолютно магловской и им пришлось спуститься на подземный паркинг, где их уже ждал черный автомобиль с водителем, который завел мотор и быстро, не нарушая правил, начал свой путь по, плавящемуся от жары, асфальту. За эти несколько месяцев Грейнджер только слышала о «Малфой Холдинг Групп», но никогда не была даже рядом с их зданием. Они подъехали к многоэтажке в современном стиле, и она сразу поняла, что на месте. Около десяти этажей с серебряно-зеркальным остеклением, вывеска на фасаде здания выполненная в изумрудном цвете с буквой «М», которая повторяла семейный герб руководителя компании. Его холдинг занимался маркетингом, торговлей, консалтингом и благотворительностью. Обширное количество дочерних компаний, которые процветали и приносили постоянный доход их акционерам. Впервые услышав об успехах бывшего недруга, она поняла, что за оболочной надменного противного мальчишки из прошлого находится экстраординарный ум и отличная бизнес-хватка, которая вероятнее всего передалась ему от Люциуса. — Тебе стоит пойти со мной. — произнес Драко хриплым от долгого молчания голосом. На каждом шагу: ресепшен, пост охраны, лифт — она слышала учтивое «мистер Малфой» и взгляды, которые буквально хотели залезть под кожу, чтобы узнать кто она. Лифт был достаточно большим, чтобы стоять рука об руку, но все же Драко встал на шаг впереди, заметив заинтересованных подчиненных, которые моментально увлеклись полом, потолком и документами в руках под грозным взглядом руководителя. Административный этаж с кабинетом генерального директора был последним, поэтому вскоре они остались наедине в преследовавшей их неуютной тишине. — Послушай, насчет вчерашнего… — тихо начала девушка, когда звук собственного сердца в ушах, который был всем что она слышала с самого утра, стал невыносим. — Мне не стоило переходить границ. — твердо прервал ее парень и вышел, в открывшиеся двери лифта, оставив удивленную девушку отставать от него на несколько шагов. Его работа затянулась на большую часть дня вместо нескольких часов, а все что ей оставалось это бродить по этажу в поисках занятия для себя. Возможно, когда-то и ей удастся работать в такой компании, принося пользу и реализуя свои мечты. Она потеряла эти пять лет: как девушка, как подруга, но не пропустила их, как человек желающий изучать новое. В каждом городе первым делом она посещала библиотеки и книжные магазины, заполняя полки в своих съемных квартирах. Практически не составило труда изучить магловские сферы рекламы, торговли и законодательство сразу нескольких стран. Поэтому, когда она наконец сможет спокойно вздохнуть полной грудью, первым станет поступление в университет. Это была ее мечта. Вновь иметь возможность учиться чему-то новому с людьми, а не на кресле в своей гостиной или перед ноутбуком. Гермиона вышла в коридор из кабинета Драко, который уже несколько часов находился на совещании, когда натолкнулась на, спешащую в ее сторону, брюнетку. — Добрый день, мисс Грейнджер. — произнесла на чистом английском девушка в паре шагов от нее, чем очень удивила. — Мистер Малфой попросил сопроводить вас в кафетерий компании, где вы могли бы пообедать. Он задержится на неопределенное время. — Оу… Спасибо. — в желудке жалобно урчало последние пол часа, и она бы с радостью перекусила. Находится на виду у сотрудников не хотелось, но напрягать девушку, которую отправил Драко, казалось неправильным, поэтому все что ей оставалось это смиренно шагать за ней. Столовая для сотрудников находилась несколькими этажами ниже и занимала практически все пространство. Это скорее походило на ресторан со шведским столом, чем на кафетерий для персонала. — Вы пообедаете со мной? — Кьяра. Можете звать меня просто Кьяра. — ответила брюнетка. — Я Гермиона. — с выдохом облегчения произнесла девушка. — Без мисс. — Хорошо, Гермиона. — улыбнулась Кьяра. — Я могу пообедать с вами. Грейнджер расслабилась и подошла к предложенным блюдам, которые постоянно пополнялись поварами. Здесь пестрило разнообразие: итальянская фриттата, немецкие клопсы, французский буйабес. Девушки выбрали простые сэндвичи и направились к свободному столику в углу зала. — Вы давно живете в Италии? — задала вопрос Гермиона, желая поддержать беседу за обедом. — Я живу здесь всю свою жизнь. — ответила Кьяра и продолжила, когда увидела удивленный взгляд собеседницы. — Моя мама из Уэльса, поэтому мой английский также хорош, как и итальянский. — Это просто невероятно. — на пару минут тишина за их столиком нарушалась лишь звоном столовых приборов, которые использовала брюнетка. — Не сочтите за грубость, — начала итальянка. — Вы давно знакомы с мистером Малфоем? Это просто женское любопытство. — расплывшись в мягкой улыбке, продолжила она. — До вас сюда приезжала лишь мисс Паркинсон… — она тут же поняла, что могла сболтнуть лишнего, когда увидела погрустневшие глаза Грейнджер. Волшебница задумалась в этот момент, как бы ей хотелось быть просто любопытной девушкой вроде Лаванды, Парвати или, например, Кьяры. Не обременять сейчас себя мыслями о том, что ее появление здесь навело столько шума лишь потому, что все знакомы с девушкой их генерального директора. Не влюбляться в Драко Малфоя. — Мы учились вместе с мистером Малфоем и мисс Паркинсон в школе. — наконец, ответила девушка. — Так что знакомы уже почти тринадцать лет. Скоро вероятнее всего я вернусь на родину. Взгляд Кьяры метнулся чуть выше ее головы, и Гермиона почувствовала мгновенное напряжение: — Мистер Малфой! — в голосе брюнетки слышались нервные нотки, скорее всего связанные с переживаниями о том, не пересекла ли она черту дозволенного. Грейнджер повернула голову в сторону Драко и заметила его усталый вид: поникшие плечи, растрепанные волосы, в которые он запускал свои пальцы на собрании, и печальные глаза, превратившиеся из свинцовых практически в бесцветные. — Мисс Марино, спасибо за помощь. — произнес он, когда наконец оторвал свой взгляд от Гермионы и она задумалась слышал ли он их разговор. — Документы на подпись мистеру Бруно на моем столе. — Кьяра кивнула, принимая указания, и удалилась, не дожидаясь, когда ее об этом попросят. — Мы можем идти. — наконец, обращаясь к Грейнджер, пробормотал он. Путь до ожидавшей их машины пролегал по тому же маршруту: холл, лифт, холл и пристальные взгляды подчиненных. Уже на выходе из здания, Драко оставил девушку недалеко от автомобиля и дал указания водителю, которых она не слышала. — Можем прогуляться. — вернувшись объяснил он, когда Гермиона удивленно заметила, как их машина уезжает со стоянки. — Ресторан, в который мы пойдем всего в паре кварталов отсюда. — Мы могли бы просто вернуться домой. — ответила она, когда парень в очередной раз потер уставшие глаза, на что он лишь отрицательно махнул головой и галантно подал ей руку. Она часто задавалась вопросом, как получилось так, что ее угораздило влюбиться в него. А потом смотрела в сияющие глаза и по-детски счастливую улыбку. Вспоминала его утренний сонный вид, после первых посиделок с ночевкой. И это было только вершиной айсберга, который уже проделал дыру в ее окаменевшем сердце и по венам неслись чувства. Потому что дальше следовали его задумчивость и сопереживание, внимательность и отменное воспитание, блестящий ум в купе с хитростью и находчивостью. Он был истинным сыном своего факультета: амбициозным, продуманным и бескомпромиссным, когда дело касалось защиты чего-то дорогого. Гермиона точно знала, что стала ему подругой, поэтому он готов рискнуть, возможно, собственной жизнью ради нее. Других причин она не видела. Или просто не замечала, как сияние в его глазах и мягкая улыбка обращены к ней одной. Она запретила себе даже думать о таком, когда он первый раз упомянул Пэнси. Драко был прав, когда говорил, что до ресторана всего пара кварталов. Они преодолели это расстояние довольно быстро с одинаковой мыслью, что гнетущее молчание между ними стоит прекратить. Поэтому когда хостес проводил их по светлому дорого украшенному залу к забронированному столику, девушка сразу же начала задавать разнообразные вопросы. Постепенно беседа стала естественной и ей не приходилось выдумывать темы для заполнения тишины. — Тебе стоит учиться на управленца. — смеясь убеждал он ее, когда разговор зашел о Хогвартсе и о том, как ей приходилось контролировать практически весь факультет на последнем курсе, чтобы Гриффиндор заработал хоть немного баллов. — Это вовсе не смешно! Быть старостой школы невероятно трудно. Особенно, когда раньше все было намного проще. — О, да! Сто баллов Святому Поттеру за то, что сегодня явился на уроки. — продолжал издеваться он, на что она лишь хмурилась. Их разговоры о школе могли быть нескончаемо интересными и бесконечно насмешливыми. За восемь школьных лет они не перекинулись даже парой слов, которые бы не переходили во взаимные пререкания. Сейчас же уровень их доверия позволял делиться друг с другом даже постыдными историями. — Гарри был уверен, что это ты! — смеялась она. — Мне пришлось стащить ингредиенты у Снейпа. — Это просто невозможно. Жаль, что нет фото! — он смеялся в голос, когда она рассказывала о кошачьих ушах, хвосте, и шоке мадам Помфри, когда мальчики привели Гермиону в больничное крыло. — Мне было тринадцать, и я была безумно напугана. Думала, что Поппи пойдет к Макгонагалл и меня тут же исключат. Они болтали о школьных временах несколько часов, пока на улице не начало темнеть и на город не опустились сумерки. Им стоило вернуться домой раньше, так она подумала пару минут спустя. Драко оплатил их счет, как обычно отказываясь его разделить, и они вышли из ресторана на свежий воздух, распространяющий вечернюю прохладу по городу. Им нужно было пройти всего несколько десятков метров, до точки аппарации, но не успели сделать и пары шагов, когда почти у самого входа в заведение она услышала: — Герми! — она остановилась как вкопанная, боясь повернуться, а Драко не сразу понял, что произошло и вопросительно уставился на девушку. Тогда это повторилось вновь. — Герми, посмотри на меня. Она вышла из ступора и в груди поднялся гнев. Она ненавидела, когда сокращают ее имя, особенно не любила, когда это делал он. Как будто был не в состоянии запомнить и произнести ее имя целиком. Девушка резко разворачивается, и представшая картина вызывает у нее волну отвращения. Рон выглядит просто отвратительно, если это вообще можно было так описать. Давно поношенная рубашка с парой заплаток, грязные джинсы и старые ботинки с налипшими на них комьями земли. Одежда была не самым ужасным в его внешнем виде. Лицо покрытое морщинами не по возрасту, мешки и синяки под глазами, потрескавшиеся губы с подтеками крови. Завершали эту омерзительную картину сальные волосы, жирными сосульками свисающие до самых плеч. Он стоял всего в паре метров от них и безумно улыбался, глядя на нее. Затем перевел взгляд на Малфоя и его лицо исказилось сначала болью, а потом презрением, когда Драко сделал шаг вперед, прикрывая ее собой. — Ты должна пойти со мной, Герми. — умоляюще бормотал Рон. — Дома ты будешь в порядке. — Я в порядке здесь, Рональд. — зло ответила она, выглядывая из-за плеча блондина. — Тебе стоит обратиться за помощью. — Я здоров! — гневно выкрикнул Уизли. — Не слушай чушь, которую они говорят. Тебе стоит вернуться домой и все будет как раньше. Мы будем счастливы как раньше. — это бормотание больше смахивало на бред сумасшедшего, чем связную речь. — Ты не можешь находиться рядом с вонючим Пожирателем! — Мы не были счастливы. — она старалась успокоить гнев растущий в ней, боясь, что скажет лишнего. — Ты любила меня! — уже не сдерживаясь кричал рыжий. — Мы должны были пожениться, если бы моя мерзкая сестра не помешала нам! — Джинни спасла меня! — выкрикнула она и злость в ней победила. — Ты опоил меня чертовой Амортенцией! Рон продолжал что-то говорить о недоразумении, когда до Драко дошли ее слова. Она пожалела о том, что не сдержалась. Он медленно развернулся к ней, его плечи были напряжены, а кулаки сжаты. Зрачки заполнили радужку, и глаза казались устрашающе черными. — Он что…? — договорить она не дала и, крепко ухватившись за напряженные предплечья, аппарировала их прочь от дверей ресторана, не заботясь о маглах, которые могли их заметить.
