Не про отношения

— У меня онлайн-собеседование через сорок три минуты, — бормочет Лукас, растёкшись на диване и млея от шебуршения в волосах. — Вушпеешь, — отвечает стоящий за спинкой Донхёк с цветастыми резинками в зубах. Он на парикмахера не обучался вообще-то, но сделать кучу хвостиков с отросшими волосами своего бро — священная миссия, которой удостаиваются лишь избранные. А Донхёк избраннее многих, между прочим. — Марки мне написал, с доброутром поздравил, — улыбка широкая, во внутреннем Лукасовом мире разноцветная пони скачет и смеётся — ржёт. — Джон — жадина, хочет его только себе оставить, но у него есть девушка, а у меня только ты. Этого мало, я хочу себе Марки… — Вэто вюбовь, бво, — со знанием дела отвечает Донхёк. Из спальни слышится протяжный стон, но обоим как-то плевать. Они сами благословили младшенького на потерю девственности с его новым бойфрендом — китайским мальчиком, которого тот привёл не так давно. Единственное условие — после себя убрать, постирать и погладить. А так уже пивасик готов и какие-то снеки, чтобы отметить. — Думаешь, это… Ай! — когда Хёк особенно сильно дёргает прядь. — А то. Вя мафтер вэтом. Ты вюбвён. Купи вему фкуфное и фводи ф кино. Мавьчик вафтает. — Джон меня убьёт. Сказал, если я руки распущу и подойду ближе километра, он откусит мне голову, — в блаженстве закрыв глаза. — Подавифся. — Я буду его изнутри кусать и проем себе путь наружу. Скрипит дверь. Лукас слышит чужие шлёпающие шаги, но ему лень смотреть. Это либо малыш Джисони, либо его бойфренд Лэлэ. Ну, либо Тэн придумал, как создавать порталы, и припёрся побухать и накуриться вхлам. — Мофно пофдвавить? — Ммм, — по голосу понимает, что это малыш Джисони окуклился. Шлёп исчезает в кухне. Открывается кран, плещется вода. Потом кран закрывается, там дальше холодильник… — Эй, алё! Лу вздрагивает, подрывается с места, а Донхёк ржёт, зараза такая: — Придремал, ага? Иди, у тебя там собес через семь минут! — А эти как? — кидает взгляд на дверь спальни. — Наши мальчики теперь мужчины, — гордо оповещает бро Донхёк. — После твоего собеса праздновать будем.

***

— Хо-я, а ты чего не на работе? — Поменяться попросили, завтра иду, — отвечает Джон, помешивая рис в сковороде. Такой домашний и уютный-уютный, что Юта даже не удерживает себя, цепляясь сзади и обнимая за поясницу. Кладёт голову на плечо и следит за руками, которые в готовке достигли восемьдесят плюс левл — ещё не сто, но это поправимо. Юте бы спать: только-только с ночной, голова тяжёлая, но когда они ещё пересекутся вот так? Если только в субботу, а до неё ещё пару дней. А Хо-я сейчас здесь, готовит, и кушать тоже хочется, так что Юта терпит. — Лу на субботу кинул клич, — мурчит он, потираясь щекой о плечо. — Пойдём? — Пойдём, — решительно отвечает Джон. Ещё недавно Марк решительно высказал Джону, при этом жутко покраснев и отведя взгляд, что Лукас — парень хороший, и Марк очень хочет с ним общаться. Джон стойко выслушал и так же стойко ответил, что Марк в жизни ничего не понимает, но если хочет в авантюру — пускай. Только без алкоголя и прочей запрещённой фигни, а ещё никакого секса — на этом моменте чистый непорочный мальчик чуть сознание от смущения не потерял. Юта не понимает, зачем Лу и Марка разгонять, они вроде хорошо так сконнектились. Понятное дело, что Вон — то ещё сокровище с пометкой «будьте бдительны, оно дышит и слышит и использует вас против вас», но в целом он прикольный и добродушный. И даже плакал с Джоном при просмотре «Короля Льва», а это что-то да значит. Да и невинному цветочку пора бы в реальный мир вписываться, где пороки и негуманная хрень творится. — Садись, сейчас завтракать будем. Юта кивает, чмокает любимого Хо-я в щёку и отгребает за стол. Кладёт голову на скрещенные руки и наблюдает за ним, стараясь при этом не вырубиться. А хочется... — Как смена? Перед Ютой ставят тарелку, и ноздри щекочет божественный аромат. Он тянется за палочками — стакан в центре стола, и там целых пять пар разных. Какие выловишь — твои, никто не брезгует, им нормально. Главное — помыть за собой. — Неплохо, но один придурок всё никак уходить не хотел и требовал вернуть его жену: он как будто видел, что она к нам в дверь ломанулась. А к нам за последний час только бабулька пришла, она каждое утро к нам ходит. Но она через ту же дверь выходила. Хорошо, Чону очень быстро пришёл и пригрозил полицией. Я так не смогу… Этот мужик такой большой был, как ты, я и Чону — все вместе. И я подумал: а если я ему надерзю, вдруг ты без такого классного меня здесь останешься? И будешь скучать? Юта вздыхает, мотает головой, пытаясь прогнать сонное марево, и тепло смотрит на Джона, медленно кушающего и смотрящего в ответ. — Доедай и ложись спать. Юта угукает. — Без тебя было бы скучно, — добавляет Джон. — Я бы скучал. И становится очень и очень тепло. Юта не прячет улыбку. Уверенность, что постепенно холодное сердце растает под его неторопливым напором, становится крепче.