История бога Магии

Локи никогда бы не подумал, что получит пощечину от смертной девушки. Это было даже некрасиво. Такая смелая и сильная, когда взади нее стоит Тор, глазами полный любви и обожания. Ну как же? Она имеет право бить заключенного мага, ведь он разрушил ее дом. Странное понятие справедливости… Что она вообще смыслит в ситуации и какое имеет право наказывать? Сама что-ли не безгрешная. Локи в ходе разговора узнал, что Фригга погибла, защищая смертную девчонку. Так что руки Джейн уже в крови. Если бы не ее беспечность и глупость — она бы никогда не вляпалась в эфир. Что уж говорить, никогда бы не подставила царицу. Лафейсон точно знал, что та могла бы хотя бы попытаться сбегать за помощью, пока Фригга отбивалась от врагов. Но партнерша брата, кажется, в тот момент наделала в штаны и стояла, спрятавшись за занавеску. А теперь! Посмотрите, храбрее всех храбрых, бьет самого бога Обмана! Ну и что, что тот связан и не может ответить. Кому это интересно? Однако Локи решил не подавать вида, как сильно взбесила его вся эта ситуация. Именно поэтому он всего лишь сказал ей очередную глупость, улыбаясь. Смех всегда был его защитной реакции. Тор, к слову, этого не оценил. А вот Сиф… Сиф никогда не была простушкой. Тем более, она давно знала Локи, а потому тоже осуждающе посмотрела на смертную. Но так, конечно же, не заметила этого, гордо шествуя рядом с Тором. Выглядела вся эта картина довольно комично. Кажется, будто Тор завел себе собачку. Валькирия сразу смекнула настроение Локи, и они тревожно переглянулись. — Предашь его! И я тебя убью! — грозно рыкнула Сиф, доставая свое оружие и приставляя его к горлу преступника. Лафейсон еще больше убедился, какие же они все-таки дети. Троица воинов, Тор, леди Сиф так и не познали тех пыток. Они не представляют, что в жизни есть такие вещи, после которых душа навсегда останется искалеченной. Когда смерть уже перестает быть страшной, тогда реальность действительно пугает. Однако рассказывать ей об этом было как-то некстати — сзади уже маячили фигуры асов. Следующим другом, кто опять приставил острый предмет к многострадальному горлу мага был Вольштагг. Ну кто бы сомневался? Ну разве могло быть иначе? Но тут и у него не было времени на долгие дискуссии. Надо было действовать оперативнее. Тор как всегда все просчитал, поэтому они попали под обстрел собственных же подчиненных. Кто вообще им дал указание направлять оружие на принцев? Неужели Всеотцу перестал быть нужен наследник? Или он действовал также как Тор — сначала отрежь, потом думай. Однако, что бы там ни было, свою часть работы колдун успешно сделал — в Ванальхейм они попали. А там…там действовали согласно обговоренному ранее сценарию Играть на публику было просто. Как всегда все складывается как нельзя кстати пока не начинается план Тора. Безусловно, он… не сработал. Эфир нельзя было уничтожить молнией. Именно в этот момент Локи понял, что он, с вероятностью 90%, не вернется в Асгард. Самого сложного воина громовержец взял на себя, пока Лафейсон раскидывал его приспешников. Тем не менее, Малекит смог выйти из игры с кучей бонусов. Сила камня осталась в нем. А опять же почему? Потому что Джейн надо было спасать. Только вот Тор уже обменял жизнь своей смертной жизнью матери, а сейчас еще обменяет и своей, если Локи не поторопиться. В какой-то момент Лафейсон даже захотел тихо уйти. Магия осталась при нем, эльфов он раскидал, часть своей сделки сделал. Но вот Тор…он точно погибнет в этой битве. Тот монстр, что он видел в темнице, явно сидит на каких-то стероидах. Он добьет брата. «Фригга этого бы не хотела, » — первая мысль, что пришла в голову Локи, заметив распластанного на земле Тора. А потом пришла и еще более веская причина. «Я тоже этого не хочу, » — именно с такой мыслью Локи насадил на копье того переростка. Тот, потерянно осмотрясь, схватил колдуна и прижал к себе. Как же хорошо, что Локи знакомо понятие «перестраховка». Не зря он активировал еще и бомбу, та ускорила процесс умертвления монстра. Почувствовав неимоверную боль в груди, Локи лишь откинул голову. Держать шею в напряженном состоянии было выше его сил. Кажется будто все силы опять ушли на врачевание раненного места. Только вот зачем? Даже если рана и зарастется, то он быстрее истечет кровью. Одинсон все же подошел к брату и нашептал ему всякие предсмертные утешения. Но винить в этом брата было бы уж слишком. Локи сам хорош, тоже поддался каким-то светлым чувствам и даже простил его за все перед смертью, погружаясь в темноту. Вот только маг не ожидал, что еще откроет глаза и увидит это серое небо Свартальфхейма.