Воровка

От лица Софии Кинув напоследок непонимающий взгляд в сторону Капитана, ты молча развернулась и пошагала к выходу из леса. Сухие листья на пару с палками хрустели под ногами. В один миг тебе даже показалось, что ты увидела промелькнувшую высоко между деревьев фигуру. Видимо, остальные еще тренировались… Так почему же он отправил тебя? На то, что он помнил о том случае и понял, что ты не сможешь нормально тренироваться дальше, ты даже не надеялась. Так почему же? Может ты его взбесила тем, что не заканчивала последний маневр и он психанул? А может время тренировки вышло, а остальные просто решили задержаться? Ты не заметила как уже пару минут шагала по дороге в корпус, так и не сняв УПМ. Чуть вернувшись, ты сдала экипировку и снова погрузившись в мысли, пошла в сторону места своего проживания. И вообще, какого черта ты задумываешься об этом? Не придется позориться и мучаться от оставленной одним придурком старой раны и хорошо. А что там его сподвигло, тебя не волнует. Вбив себе в голову эту мысль, ты попыталась сконцентрироваться на анализе самой тренировки. Каким бы местами раздражающим Капитан ни был, ты готова была признать его неплохим инструктором. Тебе вообще крупно повезло, что он не начал возмущаться еще после десятой попытки довести маневр до максимально совершенного состояния. Если он так и не будет сильно беситься и бесить тебя на тренировках из этого даже может что-то выйти. К моменту когда ты словила себя на этой мысли, ты уже закрывала за собой дверь в комнату. Машинально посмотрев на часы, ты остолбенела. Он отпустил тебя почти на час раньше. В голову забрался новый вопрос. А что дальше-то с этим делать? Сказать ему о ране ты не можешь из своих личных убеждений. Можно было бы просто упереться и отказаться выполнять его прихоти по изменению маневра, но это в твоем понимании немного противоречило с данным себе обещанием постараться наладить командную работу. Единственным вариантом оставалось только терпеть и стараться приспособиться к боли… Остановившись на этом, ты открыла новую, честно выигранную коробку чая и заварила себе напиток. Ставя коробку на место, ты вспомнила при каких условиях ее получила и скривилась. Тебе до сих пор слабо верилось, что Его Чистейшество – это тот самый пацан, с которым ты цапалась в детстве. «Интересно, он стал лучше драться с того момента?» – вдруг промелькнула мысль у тебя в голове. Сев на постель и сделав небольшой глоток из чашки, ты провела взглядом вокруг. Ты чуть не пролила чай, когда прямо рядом с тобой по стене к потолку пополз паук. Встав и проследив за ним взглядом, ты ожидаемо увидела кучу паутины под потолком. После того, как ты внимательно пригляделась к обстановке вокруг, в глаза бросился и немаленькой слой пыли и уже который день забытая заправить постель. Ты вспомнила, что убирала у себя на половине последний раз после наказания Капитана. Даже по твоим скромным меркам в комнате стоило убраться. Собрав все силы в кулак ты окончательно решила чем займешься в ближайшее время, и, сделав еще глоток чая, пошла за тряпкой. Все-таки в свинарнике жить не очень приятно, как и в случае чего драить конюшни… От лица Леви Он еще несколько минут молча стоял прислонившись к дереву, пытаясь все-таки понять, что происходило. Скрипя зубами он все же решил отпустить Брауэр на целый час раньше. Оттолкнувшись от своей опоры, он быстро зашагал в сторону дома. По пути он перебирал в голове прошедшую тренировку. На деле все было не так уж и плохо. По крайней мере, лучше чем он ожидал. Хотя ей и требовалось чуть ли не несколько десятков попыток чтобы нормально понять механику маневра, зато после этого ее техника была вполне хорошей даже по его меркам. Сегодня Брауэр была на порядок спокойней и в начале он даже немного удивился, не услышав ее привычной язвительности. Погруженный в мысли, он не заметил как дошел до входной двери. Войдя он первым делом сложил УПМ и, сняв сапоги, уселся в большое кресло у окна. Теперь в голову все настойчивее лез вопрос. Какого черта случилось с Брауэр на тренировке? Первую ее половину она исправно тренировала перехват, но как только они поменялись местами – все пошло коту под хвост. Ни с того ни с сего вместо того, чтобы продолжать упражнение, она просто брала и останавливалась спускаясь на землю. Он попытался воссоздать в голове картину того, после чего это происходило. Не сказать что его сильно волновало причина ее такого поведения. Поводом для его размышлений было лишь то, что если так и будет продолжаться, то они лишь потратят время впустую. Все таки вспомнив примерные детали он еще раз прокрутил в голове ее первую попытку маневра. Все началось нормально, но после поворота она почему-то резко остановилась и опускалась на землю… Вдруг в его голову врезалась деталь того, как она скривилась и держалась за бок, когда он подошел к ней после этого. Возможно, она остановилась из-за боли? Но что могло беспокоить настолько, чтобы она даже не могла преодолеть лишние метры до дерева? После вступления в разведку она ранена не была… Возможно что-то более старое? И тут пазл у него в голове неожиданно собрался воедино. – Черт возьми… — пробормотал он себе под нос, закрывая лицо рукой. Как он мог забыть про то, как лично тащил это тело в лазарет три года назад? Насколько он помнил, ранение тогда было на том же боку, за который как он помнил, она держалась сегодня. Допустим, причину он понял. Но что с этим делать дальше? Если продолжать заставлять делать все так же, она скорее всего просто не будет выполнять. Можно было бы делать все по обычному, без отражения маневра… но тогда будет неудобно уже ему. Его эффективность против ее вменяемого состояния… сложный выбор. От лица Софии – Я не сплю? – примерно через полчаса уборки услышала вдруг ты удивленный голос стоящей в дверях Петры. Она так смотрела на тебя, вытирающую пыль на тумбочке, будто увидела мертвеца не меньше. – Я редко убираюсь, но не настолько! – тут же возмутилась ты и сразу словила взгляд, закрывающей дверь соседки, который буквально говорил «да что ты, правда что ли?».Следом за ним последовал привычно теплый короткий смешок. —Кстати, почему ты уже тут? Я и так раньше пришла, а ты тут по-видимому не менее получаса, – вдруг подойдя к тебе, сказала Петра. Ты на секунду впала в ступор. А что ей ответить? Сказать, что тебя просто так отпустили? Она спросит почему, а на этот вопрос и ты ответа не знаешь. Хотя, в принципе если ты скажешь что тебя не знаю, но почему-то отпустили на час раньше, то это будет почти правдой. – Он меня раньше отпустил, – коротко ответила ты, давая понять, что не хочешь об этом говорить. Петра, видимо, поняла намек и дальше расспрашивать не стала и лишь пробормотала что-то похожее на «странно…». Следующий час Петра помогала с уборкой тебе и параллельно убирала свою половину. Увлеклись, вы благополучно опоздали на обед. Неожиданно когда вы с опозданием в двадцать минут пришли в столовую, оказалось, что весь отряд уже поел и разошелся. Немного поговорив, вы тоже быстро съели свои порции и пошли в комнату. Остаток вечера ты решила провести в давно не навещаемой тобой библиотеке. И так не стерильное место запылилось в виду твоего отсутствия еще больше, так что перед чтением и кресло пришлось хорошенько обтрусить. За так и недочитанной тобой книгой по истории ты не заметила как стемнело. Отбой уже прошёл, когда ты разминая затекшую спину, вышла из библиотеки и побрела мимо зданий в направлении солдатских домов. Через полминуты ходьбы ты вдруг заметила вдалеке какое-то движение, и встала за угол дома, чтобы тебя не было видно. От одной сплошной темноты впереди отделилась тень. Ты уже подумав, что это просто солдат, хотела выйти, но вдруг увидела в свете одной из уличных ламп короткие черные волосы и привычно серьезное лицо. Почему каждый раз, когда ты перемещаешься куда-то ночью, непременно встречаешь эту особу? Практически бесшумно ты пошла в обход и прошмыгнув мимо идущей теперь фигуры, вышла на дорогу. Обернувшись и увидев, что он все так же идет куда-то вдоль зданий, ты спокойно прошла дальше. К твоему приходу Петра еще не спала, а читала за столом какие-то бумаги. Спать и тебе не хотелось, так что ты молча сняв сапоги, легла читать имеющуюся у тебя книгу. Даже когда через час Петра устало зевнув, положила бумаги в стол и посоветовала тебе спать, ты лишь. пожелала ей спокойной ночи и продолжила чтение. Ты чувствовала, что пытаться заснуть сейчас бесполезно, так почему бы не потратить это время с большей пользой? Ты сама не заметила, как заснула с книгой в руках, но из сна тебя вырвал громкий восклик Петры о том, что ты опаздываешь. Ты попыталась вспомнить, когда ты последний раз вовремя ложилась и вставала, но у тебя не получилось. Собравшись со скоростью пули, ты вслед за Петрой выбежала из комнаты. К счастью, вам все же удалось прийти вовремя. Настраиваясь на спокойствие и невозмутимость, ты надела УПМ и как и вчера, проследовала за Капитаном вглубь леса. Пришли вы на то же место. – Начнем с того, чем закончили вчера. Технику ты должна помнить, только делаешь на правую руку. Если у тебя все же куриные мозги, могу повторить, – с раздражением, которое, видимо, является неотъемлемой его частью, остановившись, сказал тебе Капитан. Ты еле остановила себя от удивленного «чего?». Почему он резко решил отказаться от озвученной вчера прихоти? Не может быть такого, что он решил не усложнять тебе жизнь… ведь в таком случае он оказался бы адекватным. – Нет, – лишь коротко ответила ты и мысленно отзеркаливая обратно на правую сторону маневр у себя в голове, пошла к месту откуда должна была начинать. Одно радовало. Теперь тебе не придется терпеть каждое повторение жгучую боль, ведь нагрузка будет на другую часть мышц. Первая попытка началась. Ты подлетела в условленную точку и крепкой хваткой зацепилась за бледное и на удивление худое предплечье. Резкий поворот и ты, расцепив пальцы, с облегчением не почувствовав никакой боли, закончила маневр и опустилась на землю. Капитан сказал, чтобы ты контролировала направление и за первой попыткой благополучно последовала вторая. А за ней и третья. После нее вы решили увеличить скорость до привычной для, как ты уже поняла, вас обоих. Еще несколько повторений и ты освоила маневр и в таком темпе. После очередного объяснения техники вы начали переходить от самой простой, до более усложненных версий перехвата. Хоть утром ты и чувствовала себя бодро, к середине тренировки ты уже откровенно зевала чем, видимо, бесила Капитана. – Я человек, и просто спать хочу! – неожиданно выпалила ты в ответ на очередную язвительную просьбу не тормозить. – Меньше нужно по корпусу ночью шариться, чтобы спать не хотелось, – вновь недовольно пройдя мимо тебя на исходную позицию, ответил он. Ты в ступоре обернулась и непонимающе посмотрела. – Если ты действительно думала, что я тебя не видел, я приму это за оскорбление. А теперь еще раз, – фыркнув, сказал он. Тебя так и тянуло спросить, с чего же это он по ночам гуляет, но остатки мозга тебя остановили, так что ты молча поклявшись больше никогда не гулять после отбоя чтобы избегать этого позора, поплелась на исходную. Тренировка продолжалась спокойно. Правда вот по ощущениям слишком долго… и вправду спросив о времени, ты узнала, что уже почти час как вы должны были закончить. После твоих недолгих пререканий и одного громкого «у тебя тренировка заканчивается тогда, когда говоря я» ты молча продолжила. Видимо это месть за вчерашнее раннее окончание тренировки… Когда ты все же доползла домой, от Петры ты узнала, что пробыла в лесу почти на два часа дольше положенного. Кое-как сходив на ужин, ты сразу же легла спать, так как ноги упорно отказывались тебя держать. Ты надеялась, что на следующий день все успокоится… но нет. Все так же ты измотанная вернулась с сильной задержкой, зато освоенной в совершенстве вариацией маневра. И снова после ужина ты попытавшись что-то сделать – сдалась и легла спать. Так продолжилось и на следующий день… И на следующий. Весь выходной ты успешно проспала или пролежала из-за изматывающих тренировок и неожиданно болящих мышц. Зато ты была благодарна такому графику за в кое-то веке стабильный сон и пусть иногда излишнее, но огромное количество практики. Шли дни. Продолжались тренировки. Вы с Капитаном все реже обменивались гневными взглядами, а в особо удачные дни даже нормально здоровались. Язвительные замечания и долгие задержки на тренировках стали сходить на нет. Только вот потом, когда ты ощутила что привычного всем времени тебе недостаточно, то вы стали задерживаться хоть с и упреками по типу «делать мне нечего, кроме как с тобой возиться», но по твоей инициативе. На ставших еще более редкими, вечерних чаепитиях через неделю все уже слушали редкие, но интересные рассказы и от Капитана и, неожиданно, от тебя. Спустя две недели ты начала замечать и более спокойный тон и отсутствие оскорбительных фраз или угроз. А еще через время ты словила себя на мысли, что тренироваться с хорошим бойцом не так уж и плохо. Казалось, вы просто смирились и частично свыклись с существования друг друга. Конечно, это не отменяло полностью попыток взбесить или ехидных замечаний, но откровенную неприязнь и ты, и Капитан, к твоему удивлению и неожиданно счастью Петры, перестали. Ты учила все больше командных маневров. В какой-то момент, когда все элементы по отдельности были изучены, ты начала пытаться подбирать их в связи ситуацией и вы могли по нескольку раз на бешеной скорости носиться по намеченному маршруту, чтобы отработать определенную связку. Сказал бы тебе кто-то , что такое будет, пару месяцев назад и ты смело бы отрезала язык этому человеку за наглую ложь. – Вставай давай, – послышался ставший привычным по утрам теплый голос Петры. Ты как всегда села в постели и что-то недовольно промычала. –Собирайся, сегодня будем замерять финальные результаты, – сказала серьезно она. Ты пару секунд переваривала ее слова, а потом раскрыла глаза от удивления. Финальные результаты, как говорил Капитан, будут замеряться за день до вылазки. Если это сегодня, то получается… Твоя первая экспедиция за стены состоится послезавтра