На крыше мира

Тогда казалось — их с Леграном договорённость пойдёт обоим на пользу, но вскоре Ингварр понял, как жестоко ошибался. Когда отпуск подошёл к концу, Ингварр взял у француза телефон и уже через пару недель понял, что пропал. Помимо сладострастных воспоминаний, от которых все мысли мгновенно перетекали в штаны, Берг осознал, что скучает по лёгким шуточкам Жерома, его запаху и красивому акценту. А погрузившись в регулярную переписку с Леграном, Ингварр понял, что потерял голову окончательно. Первый совместный отпуск удалось спланировать только через год. Жером руководил крупной компанией во Франции и вырваться на неделю для него было роскошью. Хотя спустя полгода он смог выкроить целый уикенд и нагрянул к Ингварру в его берлогу, где тот отсыпался после дежурства. Потом было приглашение в Париж, и Ингварр позволил уговорить себя на посещение виноградника. Там-то он и узнал, что Жером наследник огромного винодельческого бизнеса и принадлежит ему очень и очень многое. Не то чтобы это стало для него неприятным сюрпризом, но он прекрасно отдавал себе отчёт в том, что они с Жеромом не одного поля ягоды. Сердце рвалось на части, когда он представлял Жерома с кем-то ещё, но заявлять права не спешил. Им хорошо вместе в постели, но они абсолютно разные по темпераменту. Он обычный работяга, хоть и живёт безбедно и скоро станет владельцем отеля, но до Жерома сможет дотянуться, только если выкупит нефтяную платформу. И то одной не хватит. Однако мсьё Легран оказался весьма прозорлив и как бы случайно обронил фразу, что полгода воздержания чуть не сделали из него извращенца: начал заглядываться на манекены в витринах. Ингварр был счастлив, о чём и поведал ночью в постели, сводя любовника с ума языком, руками, а потом и членом. Ни с кем ему не было настолько хорошо и свободно. Связь с Жеромом заставляла усерднее работать над собой, стараться за пятерых, и вскоре руководство сделало Ингварра начальником смены. Выросшая зарплата позволила ускорить темпы строительства отеля, летать во Францию раз в месяц и делать придирчивому французу сюрпризы, которые его удивляли. Но этого всё равно было мало: аппетит приходит во время еды, и Ингварр всерьёз задумывался о грандиозном старте собственного бизнеса. Полное понимание в постели — это прекрасно, но Легран стоил десятерых таких как Ингварр и нужно было тянуться к нему, словно к далёкой звезде. Месяцы сменялись годами и в один прекрасный день Берг понял, что уже три года влюблён и хранит верность одному мужчине. Не то чтобы он не влюблялся раньше и был кобелём, гуляющим направо и налево, но всё равно ситуация была более чем нестандартной. Он не знал, что делать. Точнее, он знал, что хочет жить с Жеромом и даже взять его в мужья, но согласится ли тот? Этот вопрос не давал ему покоя, ведь он знал, что Легран практически раб своей империи, работает на износ и только редкий секс с ним отвлекает его от работы. Но секс не любовь, это Берг понимал как никто другой. Решив, что два важных события в жизни стоит объединить в одно, Ингварр дождался открытия отеля и пригласил Жерома туда, как первого и дорогого гостя. Легран, словно чувствуя, приехал без возражений и не стал сетовать на занятость. — Ты правда хочешь сказать, что это твоё? Ничего себе размах! Жером присвистнул, оглядывая вид с крыши и скосил взгляд на бассейн. — Думал обо мне, когда проектировал его? Берг усмехнулся. — Ещё как, поэтому бассейн для гостей на уровень ниже, тоже с видом, а этот только наш. Жером замер, переваривая информацию. И Берг внимательно на него смотрел, стараясь не упустить ничего важного. — Не слишком широкий жест для любовника на раз? — Что ты имеешь в виду? — тут же напрягся Ингварр. — Не бери в голову, — отмахнулся Жером, беря себя в руки и улыбаясь, но совершенно иначе. — Что происходит? — Ничего, прости. Наверное, не привык к знакам внимания и подаркам. А тут целый бассейн в мою честь. — Жером, — начал было Берг, но осёкся. — Ты ведь прилетел не просто порадоваться за меня? — Ты очень прозорлив, — убрал фальшивую улыбку с лица Жером. — Думаю, мы оба понимаем, что всё это не может так больше продолжаться. Секс был отличным, но теперь у тебя своя гостиница, здесь придётся работать ежедневно, это огромная ответственность. Я знаю, я ведь тоже управляю компанией. Мотаться ради секса в другую страну совсем не с руки, нужно развивать свой бизнес, в который ты уже так много вложил. — Долго тренировал речь? — холодно поинтересовался Берг, сжимая в кармане пошлую коробку с кольцом, которое должно было стать предложением к объединению их жизней. Однако у Жерома на всё и всегда был чёткий план. И он решил за него. — Это экспромт. Мы взрослые люди, ни к чему драмы. Если хочешь — я не против прощального секса, но на этом закончим. Ингварр сжал пальцы сильнее, коробочка жалобно хрустнула, ломаясь, а Берг, как ни странно, в этот момент обрёл спокойствие. Хорошо, что всё случилось сейчас, а не после того как он сделал предложение. Хотя бы не чувствует себя идиотом настолько, насколько мог. — Пожалуй, обойдёмся без прощального секса. Можешь наслаждаться видами и бассейном, всё для тебя. А я займусь делом, ты совершенно верно подметил — работы полно. Это было горько. Настолько, что хотелось перебить эту горечь алкоголем, но Берг сдержался. Он никогда не решал проблемы этим путём и разбитое сердце — не повод рушить принципы. Работа валилась из рук, ведь он не видел ни цифры, ни слова на документах. Ему хотелось завыть раненым зверем и набить французу рожу за то, что влюбил в себя и растоптал эту любовь. Только через три часа он узнал, что мсьё Легран уехал. Кольцо обжигало пальцы, когда он рассматривал его перед броском. Больше оно ему не пригодится. Он справится, взрослый же мальчик, но сможет ли полюбить ещё раз, не знал. Да и не хотел знать. Сердце невыносимо болело в груди.

***

Откинувшись на удобном сиденье в бизнес-классе, Жером смаковал на языке горький привкус шампанского. Дерьмового, надо сказать, шампанского. Он всё сделал правильно, и проклятое сердце, ноющее так, словно ему уже за шестьдесят, должно было рано или поздно успокоиться. Ингварр был прекрасным сном, но пора проснуться и жить дальше. У Леграна слишком много обязанностей, а Берг теперь найдёт себе парня там, где решил осесть. В конечном итоге всё их трёхлетнее приключение было не больше, чем взаимовыручкой двух мужчин. Одного, погрязшего в работе, и второго, оторванного от внешнего мира на нефтяной платформе. Легран не привык получать отставку и решил действовать на опережение, чтобы не было больно. Впрочем, больно всё равно было, но эту боль всегда можно утопить в шампанском. Даже в преотвратном. Ингварр был слишком хорош с самого начала. Великолепный образчик брутального скандинава. Легран обожал такой типаж. Спокойный, нордически красивый и крепкий. Добиваться его было интересно, он поспорил сам с собой, что мужчина — гей и ляжет к нему в постель. Спор он выиграл и бонусом получил невероятного любовника, который словно знал тело Жерома лучше его самого. Похвалив себя за удачный выбор, он и предположить не мог, что всё зайдёт так далеко. Но зашло. Берг легко согласился на секс время от времени, и это было прекрасно, ибо искать постоянно партнёра для Леграна было чревато очередным разводом. На деньги велись все, на внешность — тоже. Он был словно магнит для похотливых альфонсов, желающих оттяпать у него пару миллионов. Но разве Берг был такой? Внутренний голос заставил поморщиться. Был или нет, это уже неважно. Рано или поздно ему надоест секс раз в полгода и он найдёт себе кого-нибудь рядом, это неизбежно. А подозревать и уличать в измене Жером не любил. Тем более Ингварр ему ничего не должен. А раз за три года не попробовал предложить что-то большее — значит, и не нужно ему это было. В общем, взрослые люди хорошо потрахались и прекрасно разошлись без скандалов. Так что полный порядок. Сердце с доводами разума согласно не было, но даже в этом случае прекрасно помогал алкоголь. Так что к окончанию полёта Жером чувствовал невообразимую лёгкость бытия и прилагал определённые усилия, чтобы не пошатываться на ходу. Жизнь должна была войти в нормальное русло. Легран бросал на это все свои силы, но сам за собой замечал, что сдувается. Работа, которую он обожал с детства, валилась из рук. Любовники были пресными и вызывали только глухое раздражение. Он отчаянно пытался выбросить Берга из головы. Но постоянно вспоминал, сравнивал, думал. Даже хотел забронировать номер, посмотреть, как идут у Ингварра дела, но уличил себя в подростковой истерии и не стал. Очередные полгода дались ему очень тяжело. Всё его тело требовало внимания. Не того, что давали безликие парни в количестве двух штук, ибо на большее он не сподобился. Ему был нужен Ингварр, но он сам разорвал их связь, сам. Идиотское желание во всем оставаться первым. Что ему мешало просто оставить Ингварра хотя бы любовником? Да, пусть он нашёл бы себе постоянного партнёра, но может быть не сразу, а может быть и не послал бы Жерома после этого. Гордости все эти мысли не добавляли, но было уже почти всё равно. Легран несколько раз покупал билет на самолёт и сдавал его, а после привычно уходил с головой в работу. Пытался. Он даже лично решил посещать все запланированные мероприятия, лишь бы выбить из головы лишние мысли. Пауль, менеджер по организации поездок сомелье, выглядел уставшим, но довольным. Его Жером увидел первым, стоило выйти из машины. — Точность — вежливость королей, — воскликнул Пауль, приветствуя Леграна минуту спустя. — Это хозяин виноградника и винодельни мсье Жером Легран. Он любезно согласился провести для нас экскурсию, что делает весьма редко. Однако Жером не слышал, что говорит организатор, ибо во все глаза таращился на Берга. Тот тоже смотрел на него не отрываясь, и кажется, и без того жаркий воздух стал ещё суше. Стряхнув наваждение, Легран поздоровался с гостями виноградника, подав каждому руку. Прикосновение к Ингварру обожгло, но Жером старался держать лицо. Он был уверен — Берг приехал именно к нему, но показывать как-то свою радость не решался. Тем более что Ингварр держался по-деловому и довольно отстранённо. Дегустация проходила в непривычном для Жерома напряжении, и чтобы снизить внутри градус напряжения и повысить у Ингварра, он отпустил себя и принялся привычно флиртовать с гостями, держась доброжелательно и открыто. Взгляд норвежца прожигал спину, но Жером стряхивал это наваждение. А потом заметил, что Берг не один. Он общался с каким-то блёклым пареньком, держась обособленно от остальных. Пауль называл парня Агнаром, когда обращался. Вот как. Нашёл себе парня и решил приехать похвастаться? Как низко. Внутри вскипело лютое негодование, но Жером взял себя в руки. Он не даст бывшему, пусть и идеальному любовнику втоптать его в грязь и утереть нос. Они спустились в подвалы, и он рассказывал про бочки, которые остались ещё от отца и деда. Народ внимал ему, и только Ингварр с молью постоянно шептались. Или это он видел только их? — А теперь, друзья, гордость этого урожая, Божоле Нуво. Скоро вся партия поступит на праздники Божоле в лучшие рестораны Европы и Америки. Спрос огромен, ибо год удался. Ингварр со своим любовником зашептался активнее, а после этот блёклый подошёл к Паулю и присел ему на уши. Жером только надеялся, что по делу, а не в поисках приключений на задницу. Ситуация выводила из себя, и Жером действовал наверняка. Выбрав из группы самого симпатичного после Ингварра мужчину, он с улыбкой предложил ему индивидуальную экскурсию по винограднику после просмотра. Тот был владельцем сети магазинов, их сотрудничество могло и правда стать выгодным. Но главное — радовал взбешённый взгляд Берга. Градус ситуации вырос, когда мистер Флетчер сделал Леграну предложение иного толка. — Обсудим это за бокалом вина или за завтраком в постели? — томно произнёс мужчина. И тут рядом рыкнул Берг. У Жерома по телу мурашки пробежали, особенно от осознания близости бывшего любовника. Тот испепелил Флетчера взглядом и мужчина испарился. — Ты разрушаешь мой бизнес и заодно личную жизнь, Берг, — произнёс Легран, изогнув левую бровь. — Держи себя в руках. — А ты держи себя в штанах. Или тебе доставляет удовольствие бесить меня своими шлюховатыми манерами? — Следи за языком, Берг! — Жером сжал кулаки и посмотрел через плечо Ингварра. За ними наблюдали все, застыв кучкой удивленных и испуганных зайцев. — Выйдем? Вряд ли кому-то интересен спектакль. — Мне уж точно не интересен, Берг. Но из уважения к своим гостям я не стану разбираться с тобой при них. Оставив посетителей на Пауля, Жером резко развернулся и поднялся наверх, тут же почувствовав бросившийся в лицо жар. Конечно же от перепада температур, а не от близости Ингварра. Они вышли в зал, в котором проводились презентации, и Берг выглядел уже не таким воинственным. — За что ты так со мной? — В его глазах плескалось не что иное, чем гнев. — О чём ты? — Сначала бросил, словно я надоевший и опостылевший любовник. Хотя, наверное, так оно и было. Теперь ведёшь себя так… — Как? — с вызовом уточнил Легран. — Это ты притащил с собой любовника, чтобы утереть мне нос. — Что? Агнар? Это сомелье в моём отеле. Он организовал поездку и попросил поехать с ним, чтобы сразу заключить договор с винным домом. Я понятия не имел, что мы приедем к тебе. Узнал место уже, когда сюда подъезжали. Жером неверяще уставился на Ингварра и осторожно, будто кидаясь в ледяную воду, уточнил: — То есть ты сейчас один и ещё не нашёл себе постоянного партнёра в своём уютном отеле? Берг поморщился, как от зубной боли, но всё же решил ответить: — Я пока не готов к новым отношениям, хватило одного сволочного француза, который послал меня. Не хочу больше кольца выбрасывать. — Коль… Что? — Жером не верил своим ушам. — Скажи, что ты пошутил, что это сарказм такой, чтобы позлить меня. Но Берг смотрел так спокойно и так серьёзно. Жером прекрасно знал этот взгляд, как и то, что глупые розыгрыши были не в почёте у норвежца. — Я идиот? — Ты мне скажи, — пожал плечами Ингварр. — Я идиот! — Жером хлопнул себя по лбу и провёл рукой по лицу, желая, чтобы всё это исчезло. — Сработал на опережение? Решил бросить меня, думая, что я пригласил тебя, чтобы самому разорвать отношения? Так ты обо мне думал, да? Легран до боли прикусил губу, но всё же кивнул. А что ещё оставалось? Если уж признаваться, то во всём. На лице Ингварра мелькнуло странное выражение, никак не удавалось его считать. Он постоял ещё с минуту, а после сделал шаг назад. — Не вышло, так не о чем жалеть. Жером хотел возразить, но слов не нашлось, а норвежец тем временем развернулся и пошёл вниз, оставив Леграна в смятении. Весь оставшийся день Жером разглядывал Ингварра, размышляя, как подойти к нему и спросить, согласен ли он попытаться снова? Но всякий раз, когда уже, казалось, придумывал, не решался. Гости уехали на микроавтобусе, сумбурно попрощавшись с хозяином, который больше не лучился радушием и преподносил информацию по-деловому прохладно. Ингварр кивнул на прощание, но очень сдержанно и прохладно. Жером долго смотрел, как оседает пыль на дороге, как исчезает за горизонтом микроавтобус, и не понимал, почему не едет в нём же или Ингварр не стоит рядом. Всё ведь было реально, он мог потрогать его рукой, ощутить запах, а он всё испортил. Сам своими руками уничтожил шанс быть с тем, к кому рвалось сердце. — Идиот, — резюмировал он и подошёл к своей машине. Он мог бы позвонить Паулю, узнать, где остановилась группа, куда поедут дальше, но не стал этого делать. Он забронировал номер в гостинице и купил билет в один конец. Его империя не рухнет, если он сделает хотя бы один шаг к своему счастью. Жером забронировал номер на чужое имя, чтобы Ингварр не придумал себе заранее несусветной чуши, такой, которая обычно лезла в голову Леграну. Прибыв поздним вечером и приведя себя в порядок в лучшем номере, а заодно оценив прекрасный вкус дизайнера, а значит, и владельца гостиницы, Жером отправился на поиски. Персонал напрягся, когда богатый клиент стал настойчиво интересоваться, как найти хозяина гостиницы, но после нескольких просьб и отличных чаевых сообщили, что Ингварр Берг живёт на последнем этаже и, скорее всего, вернётся через пару дней, так как уехал во Францию. Легран постарался не кипятиться, ведь сам виноват, что приехал вот так, без разведки. Однако это давало ему шанс успокоиться и привести голову в порядок. Он покатался на лыжах, чтобы развеяться. Поднялся на самую высокую точку, полюбовался на горы. Вечером оценил ресторан, в котором подавали неплохое вино, уступающее его собственному конечно, но всё же не тот шлак, что встречался повсеместно. Уровень ресторана реально был на высоте. Как и сам отель. За полгода Берг смог поднять всё на такой уровень, что народа было полно. И это заставляло гордиться им. Второй день прошёл в удаленной работе, пришлось решать проблемы, которые возникли в связи с его незапланированным отъездом. И он чуть было не плюнул на свою уже сомнительную идею, но сдержался. К вечеру он настолько устал, что решил расслабиться в бассейне, который показал ему Ингварр в тот единственный раз. Персонал старался не докучать ему, поэтому проникнуть на крышу оказалось проще, чем он предполагал. Вид был потрясающий. От воды шёл пар, ярко светила луна и мерцали далёкие звёзды. В груди защемило сердце. Ведь они могли любоваться этим видом вместе. И тут он осознал, что всё это было сделано специально для него. Бассейн на крыше явно не вписывался в общую концепцию отеля, но Берг сделал его. Жером скинул халат на шезлонг и спустился по ступенькам. Холод обжигал, а вода приняла его в свои заботливые объятия как родного. Откинувшись на бортик, Жером прикрыл глаза и погрузился в воспоминания об их первой встрече. Ингварр понравился ему с первого взгляда и Легран донимал его не просто так, а с совершенно конкретными намерениями. И добился своего, а потом так бездарно просрал не просто хорошего любовника, а что-то гораздо большее. Голос за спиной заставил вздрогнуть: — Мсьё Легран, вы снова заняли бассейн, который предназначен для меня. Сердце заполошно забилось, и он поднял глаза на мило улыбающегося Берга. — Ты сказал, что он наш, — ответил он и сложил руки на бортике. — Только наш.