Le Monde entier

Невыносимо видеть слёзы в твоих глазах, Рено. В твоей травме нет моей вины, но почему-то я чувствую толику стыда, когда радуюсь в моменты твоей боли. Ты не будешь меня осуждать за счастье – ты мой главный болельщик с 13 лет. Ты первый меня поздравил. Подошёл, еле заметно прихрамывая, и обнял крепко. Прошептал: «ты весь мир, Мондо. Люблю тебя». Почему-то ты любишь мне повторять, что я твой мир. Невыносимо видеть тебя сломленным, Рено. Ты пытался скрыть тоску во взгляде, улыбаясь гордо – я не сомневаюсь, что ты гордишься мною. Как можно скрыть что-то от любимого, скажи мне. Ты как будто прощался, сказав журналистом в микст-зоне, что заканчиваешь карьеру, поглядев мне прямо в глаза после этого. Ты ушёл раньше меня, а я ещё долго общался с прессой, отсвечивая потяжелевшим золотом на шее. Невыносимо видеть, как ты врёшь мне, Рено. Ты не ответил на звонок, сославшись на усталость. Ты снова поздравил меня в сообщении, на прямой вопрос сказав, что всё в порядке. Я знаю тебя слишком хорошо, ты не готов был плакать при мне, считая, что должен быть более сильным. Оберегая меня и не смея нарушать моё празднование. Ты забыл только одно: без тебя не было бы этой победы. Невыносимо не видеть тебя рядом после победы, Рено. Я вспоминаю какое-то очередное зимнее соревнование, когда ты лежал после финала в моём номере уютно-домашний. Ты тогда впервые за пять лет прыгнул выше шести метров. Ты улыбался и верил, что сможешь побороться за медаль на олимпиаде – а я был уверен в этом. Я любовался тобой, не скрываясь. Снял даже какую-то сториз, а ты со смехом отбирал у меня телефон, говоря, что это небезопасно. Все же знают, что мы друзья, что тут может быть опасного? Невыносимо так и не увидеть тебя до отъезда, Рено. Ограничения из-за пандемии не позволяли свободно перемещаться по олимпийской деревне, и я не знал, когда мы увидимся в следующий раз. Я прислал тебе забавное селфи из аэропорта, в ответ получив короткое "люблю, уже скучаю". Почему-то тогда я подумал, что это конец. Почему ты не мог это сказать мне в лицо? Невыносимо не видеть тебя во время слов прощания, Рено. Ты позвонил мне и сказал, что нам нужно расстаться. Твой голос не подвёл тебя, ты сказал сухо и сдержанно. Ты говорил о недопустимости обмана жены и о моём блестящем будущем в спорте и личной жизни. Без тебя. После конца разговора я не мог сдержать слёз. Я не мог представить будущего без тебя. Я не мог понять, почему ты не захотел ничего объяснить. Я не мог понять, когда ты начал врать мне. Почему ты решил всё за меня, Рено?