нам лучше остановиться

— Чеен, мне нужно уехать, — Юхен сняла свою пижаму и надела удобное худи с джинсами. Время уже близиться к одиннадцати, — Но, если хочешь, можешь прокатиться со мной. Общежитие закрыто, да и время не прогулочное, как кажется соседке, так зачем ей понадобилось уехать? И на чем? — Что? — Пак повернулась к Хен и вопросительно взглянула. — В клуб. Ты же хотела увидеть Джису? Чеен никогда не была в ночных клубах, все, что она о них знает (или просто думает), что в них много пьют, курят всякую дрянь и много целуются. И не только. Но она даже представить себе не могла, чем занимались в этот момент Джису и Айрин. Это не вмещалось в ее уклад мозгов, к счастью. В конце концов, предложение съездить в клуб было принято. — Общежитие закрыто, как ты предлагаешь выйти? — Слишком наивная, Пак Чеен, — Ким вышла из комнаты, а за ней и соседка, — Есть тысяча и один способ выйти беспалевно. Например, окно в туалете первого этажа. Розэ впервые совершала побег, что очень сильно ее пугало. Казалось, что сейчас в общежитие приедут родители и начнут ее искать, а как же ей может достаться за то, что ослушалась. Но ее паника очень напрасна, родители ночуют у родственников в другом городе, ещё не уехав обратно в Австралию, и они точно не соберутся навестить дочь в Сеуле ровно к полуночи. «Ты слишком много думаешь, Пак Чеен» Спустя полчаса девушки уже ехали по направлению к довольно далекому от места жительства клубу. Пальцы первокурсницы перебирали мягкую ткань джинсовой куртки, это давно заметила Ким, но не была удивлена. Рядом, по сути, сидела маленькая девочка, которая все еще зависит от мнения родителей, хотя совсем скоро совершеннолетие. Авто сильно качало, дорога была плохой, видимо, клуб где-то в бедном районе, подумала Чеен. Огни светофоров и домов мелькали в глазах, звуки мчащихся машин, странная музыка в такси, все это сливалось в одну картину, которая беспокоила и зажигала одновременно. Поэтому Розэ было тяжко, живот тянуло от переживаний, а в голове она представляла себя, танцующую под «жесткое электро», Джису, которая наконец-то заговорила с младшей и Юхен, громко смеётся над ними, и они веселятся вместе. А Айрин? Ее и не было в мыслях светловолосой. Кто эта Айрин? Понимание придёт только в клубе. А стоит ли это того? Наверное, нет, но сердце сейчас быстро стучит, глаза бегают и руки не могут успокоиться. Приехали. Здание, перед которым оказались две молодые девушки, не внушало большого доверия. Серое, невысокое, неосвещенное вокруг. Пак уже хотела вызвать такси и уехать обратно, но старшая схватила ее за руку и настойчиво сказала о том, что в клубе сидит Джису, которая очень заинтересована Чеен и ждёт их встречи. Это была абсолютная ложь, ведь в тот момент Ким шла от Айрин, ее руки дрожали от возбуждения и удовольствия, а в мыслях и не было приезда подруги и ее соседки. Как только старшая присела за столик и отпила какого-то алкогольного коктейля, подошло знакомое лицо. — Джису-у, — протяжно крикнула Юхен, — Что пьёшь? — девушка бесцеремонно отпила глоток напитка, — Что-то ягодное, не так ли. «Клубника или малина, наверное» — думала Чеен. Ягоды были главной ассоциацией со старшей. — Вы откуда здесь? — Джи широко открыла глаза, посмотрев на Хен в кепке и с полузакрытым лицом. Здесь она увидела полные карманы и торчащий пакетик. Значит, Ким приехала продавать, — Ясно, можешь не объяснять. А зачем ты сюда Пак притащила? Думаешь у неё не может быть проблем из-за тебя? Она первокурсница, Хен, — сказала старшая, закатив глаза. — Чеен, присядь к Джису, расслабьтесь обе, а то испортите мне наживу, — Ким опустила кепку и ушла в толпу. — Привет. Такое тревожное и неуклюжее приветствие, что Розэ хотела повторить ещё раз, чтобы звучать чётче, но Су ее перебила. — Пак Чеен, верно? Тебе лучше… — Знаешь, для тебя я просто Ченг, хорошо? — очень смело перебила девушка старшую, — Извини. Так что мне лучше? — Ким замешкалась на секунду, но после все также холодно продолжила. — Съебать отсюда, — Джису хотела сказать «Уйти», вместо «Съебать», но тот факт, что ее перебили, заставил быть грубее. И вот эта минута молчания. Чеен убрала руки со стола, за который недавно присела, убрала прядь волос за ухо и незаметно для старшей смахнула накатившуюся слезу. Тут же девушка встала и ушла через толпу к бармену, что-то заказала и вернулась со стаканом виски. Она не знала, почему у неё даже не попросили паспорт ни у бара, ни на входе. Она не знает, что сейчас делает и почему выпивает алкоголь до дна. Зато сейчас она сможет узнать, с какой стопки ее раскачает. И первая порция легко проникла в клетки организма светловолосой. Настолько легко, что через пару минут она уже танцевала в толпе людей на танцполе. Трогала других девушек, заигрывала с ними и тайно поглядывала на одиночку, сидящую за столом. — Джису, тебе стоит быть нежнее со мной, ты так не думаешь? — уже после второго стакана сказала Пак. — Нежной с тобой? Окей, подсядь поближе, — Чеен взбодрилась и подсела ближе к старшей, наклонившись к ее губам, чтобы лучше слышать, выдохнула той в шею. По коже Ким пробежали мурашки от цитрусового запаха с волос светловолосой, — Пак, ты маленький ребёнок, который должен сидеть дома, — она подняла подбородок опьяневшей собеседницы. Ее волосы щекотали щеки блондинки, а тёмные глаза, бегая по каждому сантиметру лица Ченг, напоминали глаза котёнка. Она будто бы была самой нежной в мире. Но и самой «опасно-крутой» за этим столом, с алкогольным напитком и парой пакетиков препаратов в кормане. Пак этого не знала, но думала, что наверняка в этом клубе у Су есть определенный заработок. — Блять, ты такая красивая. Ким Джису действительно была очень красивой, будто бы девушка с модных обложек, до которой не дотянуться руками, которой нельзя так дышать в шею, в пьяном угаре признаваться в том, что Джи идеал. Любить ее тоже нельзя. Но к темноволосой так и тянет. Буквально тянет, блондинка подняла голову выше и прикоснулась к губам старшей. — Ты что делаешь… — растеряно сказала Ким, но, внезапно для самой себя, усилила поцелуй, продолжая его секунд пять. Она будто бы хотела успокоить бушующий пьяный огонь рядом. Чеен опустилась на ее плечо. Щеку старшей щекотали светлые волосы, пахло корицей и апельсином. Да и девушка будто была не против это контакта первые секунд пять. По неведомым причинам, она чувствовала от Пак огромную беспричинную симпатию, хоть они и общались всего два раза, да и то кратко, холодно, по крайней мере, со стороны Джису. — Пак, мне пора идти, — темноволосая увидела на горизонте подходившую Юхен, которая успела напиться за прошедшие минут сорок, как Джи и Розэ разбирались в друг друге. Соседка села справа от блондинки, провожая взглядом убегающую в тихое место Ким, будто от шторма, оглядываясь и ища кого-то. — Я только что поцеловалась с ней, — с закрытыми глазами и смешком сказала Чеен. — Молодец. Может со мной тоже поцелуешься? — Юхен подняла подбородок Пак почти также как и старшая Ким, но немного по-другому. Чеен молчала и не открывала глаза. Кажется, сейчас все, что ей нужно, это протрезветь и обдумать сделанное. Ведь на свежую голову младшая никогда бы не сказала, что ей нравится девушка, притом Ким Джису, которая лишь один раз посмотрела на неё мягко, и то с жалостью.

***

«Где ты, Рин?» Джису ушла искать свою девушку, задерживающуюся уже почти час. Ее смогли отвлечь, но теперь она сильно волнуется, как бы никто не сделал что-нибудь ещё с Джухен. Конечно, та была старше и хитрее Ким, и вряд ли бы попалась на уловки первого встречного. Она зашла в женский туалет. Музыка была приглушенной и распространялась на все помещение уборной. — Ты лучшая… — послышалось из дальнего угла. А нотки голоса так знакомы, так нежны к собеседнику, что ты сам задумываешься, когда тебе говорил кто-то подобное таким же голосом. Но следом послышался протяжный стон, а после звуки поцелуя, чмоканья и стука о стенки кабинки. — Сегодня без этого, мне нужен только товар, — сказала девушка и открыла дверку. — Рин-Рин, ты здесь? — сказала, Джису, желавшая потревожить неизвестную парочку. Чувствуя опасность и тревогу, она перешагивала с ноги на ногу и не знала, идти ли ей ближе к кабинке. — Ким, это ты? Сердце пропустило удар. Знакомый голос нервно крикнул в сторону темноволосой и за дверью показалось выточенное и расслабленное лицо Джухен. На подбородке красовалось красное пятно помады, а в руках она держала подозрительный мешочек. Руки младшей задрожали, она знала, что в нем, знала возможные последствия, их и боялась. В этот момент из той же кабинки выглянула светловолосая незнакомка и спряталась обратно. — Только попробуй сказать, что опять принимаешь. Ещё и с какой-то сукой зажимаешься в кабинке туалета? За моей спиной? Ты запрещаешь мне даже общаться с девушками, но как тебе облизываться с наркодилершей, так это норма… — Заткнись, ради бога. Джису грубо перебили, ком подступил к горлу, но слезы не текли, внешне эмоции вновь перекрыло. Бэ шла по направлению к «возлюбленной» медленным шагом. Положила подозрительный мешочек за лифчик, застёгивая пуговицы на платье, остановилась, чтобы поправить чулки и подошла к зеркалу, ахнув от количества следов помады. — Айрин, знаешь что, — Ким не выдержала напряжения и подошла к старшей. — Я тебя ненавижу. Не смей приходить ко мне больше, — прошептала на ухо и громко стуча каблуками по кафелю вышла. Сердце беспокойно стучало, в ушах звенело от громкой музыки, а в голове творился полный бардак. Не было мыслей ни о Пак, ни о Ким, сидевших где-то в толпе за столиком, были мысли только о большом желании уехать к себе домой, переместиться на лет восемь назад, когда отец был жив, а мать не сходила с ума в огромном доме, где все было лишь о муже. Чтобы не было шрамов на ногах от порезов, чтобы ее мечты все также оставались детскими, и Джису не знала о наркотиках, алкоголе и насилии. Она уехала из дома ещё в восемнадцать лет и больше туда не возвращалась. Заработала себе на учебу, работая в этом клубе сначала танцовщицей, после барменшей и параллельно продавала товар в свободные смены. Она училась прилежно, чтобы оправдать свои старания заработать, быстро забросила употреблять после первых двух попыток начать, но не смогла спасти от этого Юхен и Айрин. Один раз она была свидетелем передозировки, Джухен чуть не умерла, но ее вовремя спасла приехавшая скорая. После этого она поклялась Джису, что бросит, но тайно продолжала курить. Сердце младшей точно не пережило бы ещё одной передозировки Бэ, но сейчас, когда она узнала, что ее обманывали все это время, беспокойство ушло. Так необыкновенно резко, что самой Ким стало страшно за себя. Она плакала тихо, но сильно, почти заливаясь, вышла на улицу и громко взвыла, выдохнув плотный воздух заполненного толпой помещения. Клуб сейчас совсем неподходящее место для слез, нужно уезжать. Но горло резало сухостью, голова болела от звонкой трезвости, а глаза девушка так сильно терла, что казалось, будто они вот-вот загорятся. Отыскав в кармане препараты, Ким разорвала оба пакетика и высыпала на асфальт. Они были дорогими, но сейчас, когда голова пульсирует от боли, а перед глазами ничего не видно из-за слез и слабого дождя, на деньги абсолютно плевать. — Джису? — послышался тихий голос, словно котёнок позвал свою маму. Из-за двери вышла Чеен. — Блять, Пак, да что тебе от меня нужно-то? — Я… хотела извиниться перед тобой за этот цирк. Я правда зря полезла в твое личное пространство, — Ким прослушала все слова младшей, лишь удивилась тому, сколько времени она прорыдала на улице, что та даже успела протрезветь. Повернувшись к блондинке, Джису посмотрела ей в глаза и увидела блеск беспокойства, — Что произошло? Тебя кто-то обидел? Ничего не болит? Это из-за меня? И здесь сердце вздрогнуло. Почему эта девушка так волнуется за старшую, которая буквально говорит ей уйти, материться на неё, грубит и посылает? Но эти мысли отошли на задний план, когда к темноволосой подошли и мягко обняли, уткнули носом в тёплую и мягкую кофту Пак и гладили по голове. Младшая сама не была уверена в своих действиях, но, не почувствовав сопротивления, продолжила держать девушку в объятиях. Они ничего не говорили. Ким лишь всхлипывала и прижималась ещё сильнее к телу второй. — Поедем в общежитие? — Да, пожалуйста, — промямлила Джису. Она не чувствовала стыда за свои слёзы перед Чеен. Она не чувствовала себя жалкой и слабой, сама не понимала почему. Ведь обычно все усмехались с ее рыданий. Она устала от этого, сейчас хотелось выплакать все, что осталось в груди и согреться. Приехало такси, которое вызывала Пак и они расселись на разные концы заднего ряда сидений. Джису опрокинула отлову на спинку и закрыла глаза. Чеен всю дорогу смотрела в окно, в котором были все те же огни светофоров, но живот не тянуло, а в груди не было того страха и ожидания, что она чувствовала до клуба. Сегодня она почувствовала себя нужной, а не зависимой от кого-то. Сегодня она почувствовала, что смогла помочь кому-то. Даже если этот человек завтра будет ее избегать, сегодня его сердце спокойно. Возможно, ненадолго, но это уже результат. Младшая повернула голову в сторону Джису. Во сне старшей было что-то страшное и пугающее. Она часто жмурила глаза, на лбу появлялись морщинки, а внутренние уголки бровей поднимались вверх. Руки хватались за сидение и ткань одежды, расслаблялись и снова напрягались. Но на одной из кочек девушка проснулась. По лицу текли капельки холодного пота, глаза бегали по салону. В мыслях Пак было лишь то, что она должна спасти старшую от плохих мыслей. Она думала, что та сможет сделать что-то с собой, но не знала, что Джису никогда бы не посмела наложить на себя руки. Она боялась смерти. Спустя пару минут машина остановилась. — Приехали. — Спасибо, хорошего дня. Даже сейчас, когда им обеим плохо, Розэ оставалась мила с окружающими. Она обошла машину и открыла дверь для Ким, подхватила и пошла к зданию, обходя углы и направляясь к окну комнаты темноволосой. Время было около трёх ночи, в общежитие их явно не пустят через главный вход. — А ты знаток, — промямлила Джису и повернулась лицом к Чеен, когда они уже подошли к назначенному месту. В глазах младшей была легкая тревога, но покусанные розовые губы сложились в мягкую и настраивающую улыбку. Она обманчива, но все равно согревала. — Ты уверена, что сможешь спокойно пройти в общежитие через этажи? — Наверное, да, — Пак знала, что скорее всего испугается и уйдёт пережидать ночь на улице или в каком-нибудь магазине, но не могла признаться в этом. — Ладно, залезай ко мне. У меня уехала соседка, — сказала Ким, когда уже перелезла через окно в комнату с помощью маленькой железной лестницы, которую Юхен и Джису всегда прячут под деревом. Чеен залезла к старшей и осталась у неё ночевать. У них не было ни сил, ни желания говорить о том, что случилось в клубе; почему Розэ поцеловала Джису; почему старшая плакала на улице; почему Хен осталась в клубе? Они просто уснули, мучаясь от тревожных снов.

***

— «Пак Чеен, ебаный в рот, ты где?» — звучало около десятка таких сообщений во всех социальных сетях в телефоне Чеен. Кажется, Юхен жива, здорова, вернулась в общежитие и искала свою соседку и подругу, которые пропали по абсолютно непонятным ей причинам. Она надеялась на то, что они настолько вскружили головы друг другу после вчерашнего поцелуя, что просто решили посвятить время лишь им двоим. Но это была версия человека, который беспощадно пытался свести их. На деле все было куда сложнее и хуже. Стук в дверь. Чеен пошла открывать, забыв о том, что ночевала не у себя. За дверью стояла Юхен, которую каким-то чудом пустили в общежитие старших. Она широко открыла глаза, увидев размазанную помаду Пак (видимо, во сне она много ворочалась), взъерошенные волосы и помятую одежду. А на второй кровати лежала спящая Джису, которая успела ночью смыть косметику и переодеться. Все-таки, комната была ее. — Что вчера произошло? — прошептала Ким, пока младшая выгоняла ее в коридор и закрывала дверь комнаты снаружи, чтобы не разбудить старшую. — Ничего, — Чеен пожала плечами, — Ей было очень плохо, а я ее довезла. Она была заплаканная и не могла толком говорить, поэтому мы просто договорились уехать на такси сюда, — она опустила глаза и посмотрела на свою руку, на которой красовалась неглубокая, но довольно широкая царапина. Видимо, это произошло тогда, когда она забиралась к Джису через окно. — Айрин с ней не было? — Нет. Повисла тишина. Юхен что-то долго обдумывала, сначала ухмылялась, а после взволнованно подняла глаза на Пак. — Ты не видела у Джи каких-нибудь ран? Пощечины? Она не била ее? — Ким затараторила, но младшая ее остановила, сказав, что ничего не видела. — Нам нужно уйти к себе в общежитие, пусть она спит. Ей было действительно тяжело переживать вчерашний вечер. Хен одобрительно кивнула.