нам лучше остановиться

Молчание длилось месяц, если не дольше: обе девушки жили своими жизнями, но кое-что все-таки изменилось. Одна боялась напомнить о ночи в клубе из-за поцелуя, а вторая из-за того, что рыдала у первой на руках. Но обе думали о том, почему нельзя все решить элементарным разговором, почему никто не решается на первый шаг, почему они вообще были в ту ночь вместе, когда, по сути, не знакомы. Но эти мысли ни к чему не приводили, ноги подкашивались, когда появлялось желание поговорить, а руки закрывали дверь комнаты вновь, не давая выйти наружу. Чеен не знает о том, что пережила Джису, не знает ее семью, даже вкусы в музыке; считает ее холод лишь образом, считает, что она популярна и счастлива, просто именно Пак ей не понравилась с самого начала, именно на ней поставлено клеймо, которое препятствует общению, чувствам и эмоциям. Старшая считает, что младшая еще не готова для дружбы с ней, будто бы девушка не учится на первом курсе университета, а только-только перешла в среднюю школу; будто бы ее родители — богачи, поддерживающие умницу-дочурку во всех начинаниях, она нравилась всем в своей школе, а экзамены сдала на сто баллов. И обе мыслят так примитивно и глупо, не углубляясь в реальную ситуацию, романтизируя и приукрашивая чужую жизнь. Ведь изящные руки Пак Чеен всегда были напряжены, нервничая, перебирали фантики, ткани и локоны волос, чтобы хозяйка окончательно не сошла с ума; ведь прекрасные тёмные волосы Ким Джису, которые так нежно блестели на солнце, были измученные окрашиваниями и стрижками, которые переживали в самые трудные моменты жизни (зачем обращаться к специалисту, если можно менять что-то в себе, верно? (лучше не стоит)) Учеба давила с новой силой, будто бы ощущая, что Пак и так плохо — почему бы не сделать жизнь еще тяжелее? Первый курс — большая ответственность, особенно если вспомнить про потраченные на обучение деньги. Девушка решила, что было бы неплохо устроиться на работу, когда давление ослабнет. Скоро этот момент настал, ведь некоторые учителя уже привыкли к активной отличнице на первых партах, которая никогда не пропускает пары. Выбирать было почти не из чего, поэтому такой вариант как официантка в каком-то ближайшем клубе-кафе смотрелся очень престижно на фоне доставки, раздачи листовок и еще парочки работёнок, которые не внушали большого доверия. Это был первый опыт Чеен на работе, раньше она посвящала себя лишь учебе. В принципе, работа официантом мало напрягала ее, девушка быстро и аккуратно разносила заказы и иногда помогала бармену, который, внезапно, спустя неделю уволился, оставив первокурсницу тянуть груз за двоих. Но вскоре ситуация изменилась в лучшую сторону.                      Юхен виделась с Джису почти каждый день, даже пыталась заставить придти к ним в общежитие, врала, что парни совсем обнаглели и зажимают каждую вторую. Конечно, старшая ей мало верила, но иногда сердце сжималось от беспокойства за маленьких первокурсниц, которых она могла бы спасти. Но девушка поклялась самой себе, что больше не будет думать о других. Лишь о себе. Но, возможно, еще о Пак Чеен, иногда вспоминая Бэ Джухен. Хен понимала, что подруга что-то скрывает (а именно, свое разбитое сердце), но не пыталась даже лезть в это. Понимала, что Джису не расскажет всю правду под давлением, нужно лишь ждать вечера откровения, которые были настолько редкими, что следующий мог произойти к выпуску младшей Ким из университета. Старшая показывала беспокойство всем своим видом, от нового окрашивания — осветлённой челки, до решения устроиться на работу барменом, где-то недалеко от общежития. Это обрадовало Юхен, ведь они смогут чаще видеться друг с другом, если младшая договорится о торговле и там, почему бы девушкам не работать вместе? Почему-то светловолосая Ким никогда не пыталась работать на нормальных должностях, например, там, где третьекурсница. — Су, не поверишь, я уже почти двадцать тысяч накопила, — девушка усмехнулась и кинула кепку на столик бармена. — У меня зарплата в конце месяца, — не обратив внимания на подругу сказала Ким. Она молча протирала бокалы до безупречного блеска, — У меня сегодня первый день, а откуда ты вообще здесь взялась? — А это уже не так важно! Может ты вернешься? У тебя было так много клиентов в августе и сентябре, мы бы быстро накопили, а зимой скатались бы куда-нибудь, — девушка запрокинула голову, рассматривая потолок и вдыхая аромат кальяна поблизости. Джису неодобрительно посмотрела на младшую, покачала головой, — Как с тобой разговаривать. Может ты уже очнешься? Где моя Ким Джису, которая много пила и материлась? Быстро поцелуй меня, — Хен наклонилась щекой ближе к барменше, на что та долго сопротивлялась, но все-таки быстро чмокнула, отпрянув от подруги, недовольно скорчила лицо. — Юхен, я в тот раз вернулась из клуба с твоей Чеен, — собеседница Джису кивнула, сообщая, что уже знает об этом, — Перед тем как уехать, я видела Джухен в кабинке с твоей коллегой. Ну там полный набор: засосы, товар и полураздетые тела, — девушка опустила голову, все еще протирая бокал, который, кажется, вот-вот лопнет от трения и температуры. Младшая молчала. Она знала, что нужно сделать перерыв. Затем ласково погладила подругу по макушке, схватила кепку и спрыгнула со стула. — Сегодня мы с тобой погуляем. Надеюсь, хотя бы в этот раз ты не откажешь придти ко мне? — Джису кивнула, а Юхен вскоре убежала, игнорируя неуверенность во взгляде барменши во встрече с Чеен, которая, как думала старшая, решит разобраться во всем произошедшем. Ким сама вряд ли смогла бы успокоить ее интерес. «Все, что было тогда — ошибка, алкоголь и навалившиеся проблемы, начиная от поцелуя до ночевки в комнате старшей. Раз эта ночь была ошибкой, то стоит на ней поучиться и забыть, отпустить, расслабиться. Стоит забыть мягкие губы младшей, сладкий запах и пьяный голос, клянущийся в том, что Джису — идеал, что ее черты лица подходят под все стандарты красоты, под любой журнал, подходят самой Чеен, ее нетрезвому разуму. Подходит ли Пак для Ким? Старшая сразу же ответила бы, что, естественно, нет. Если бы мы жили в мире, где всех делили на «высший» и «низший» сорт (проигнорируем тот факт, что в некоторых местах нашей планеты эта система все ещё работает), то Чеен определено выходила бы в первый, в отличии от Джису. Да, их семьи были богатыми, но Ким не причисляла себя к своим собственным родственникам, стараясь забыть о них. А Пак наоборот, была зависима от своей семьи, как казалось с первого взгляда. Тогда как эти две девушки могут быть связаны? У них абсолютно разные представления о жизни: Джису видела, как люди корчатся от передозировки, а Розэ видела, как лицо отца краснело от новой «хорошо» вместо «отлично» в дневнике. Вернёмся в реальность. Ким почувствовала, что зря кивнула младшей на приглашение, но, возможно, именно этот вечер мог бы решить все недопонимания. В помещение быстро вошла запыхавшаяся девушка, что была слегка выше Джису, с натянутой на голову кепкой, небрежно заплетенной светлой косой и объемной сумкой. Она направлялась прямо в служебное помещение, не заметив барменшу и других людей вокруг, а вот Ким очень даже заинтересовалась. Ей нужно было познакомиться с последним работником этого кафе — официантки «со светлыми волосами». Администратор в спешке знакомила старшую с местом работы, забыв сообщить имена, она срочно ускакала прочь. Девушка вышла в зал снова, отвернув лицо от Джису, будто бы специально не показывая себя, завязывала фартук за своей спиной и кому-то поклонилась, медленно подходя к стойке бармена. — Здравствуйте, я новый бармен, будем знако… — Голову повернули ровно в сторону Ким, карие глаза забегали по лицу и осознали, кто и зачем перед ней стоит. — Мы знакомы, кажется… — Чеен замешкалась. Девушки остановились, молча смотря друг на друга около десяти секунд. — Приятно познакомиться, продолжим работать, — протараторила Джису, последовательно улыбнувшись и нырнув под стойку, чтобы сделать вид занятости. На лице младшей застыло непонимание. Она заглянула во внутрь рабочего места бармена, расстроенно вздохнула и ушла в другой конец зала, чтобы быть ближе к мини-кухне, в которой уже были готовы заказы.                      Розэ опоздала случайно, когда автобус, на котором нужно было проехать всего лишь две остановки, долго стоял на месте: водитель ругался с кем-то на проезжей части, не желая остановить конфликт и довезти «дрова» за спиной до нужного места. Время уже подгоняло, ведь Пак изначально проспала, так теперь все действовало против неё. Ей нужно было занести справку администратору, познакомиться с барменом и отработать около двенадцати часов, занимая дополнительные 3 часа. И девушка, с надеждой на прощение, бежала с огромной скоростью, растрепав свою легкую косу.                      Изначально Чеен показалась более спокойной, чем ожидалась. Может быть, я единственная слишком много думала об этом? — думала Джису, поднимаясь с пола и возвращаясь к своим грязным бокалам. На самом деле же младшая просто не хотела решать все сейчас — когда она пришла на работу с опозданием в сорок минут с плюсом. Хотелось бы решить все в спокойной обстановке, но такая вряд ли представиться, как думала Пак, учитывая то, что старшая ее избегала. Если рассказать подробнее про последний месяц, то мы узнаем о том, что Чеен все-таки пыталась сделать первый шаг, но это было лишь единожды, когда девушка приготовила тот пирог в виде благодарности, но Ким не открыла дверь комнаты, хотя было слышно, как она разговаривала со своей соседкой. Они что-то бубнили, что, скорее всего, связано с младшей. И это правда: Джису убеждала свою соседку Наен в том, что Пак — надоедливая и зависимая от нее девочка, но первая не может ей ничем ответить, ведь верна своей Джухен. Больше Пак не пыталась. Стало страшно после услышанных за дверью обрывков слов «надоедливая», «когда отстанет» и «…ен» (первые буквы было не слышно, но сопоставить можно легко). Она начала также избегать старшую, иногда желая сделать попытку вновь, но девушка останавливала себя. Как люди к тебе, так и ты к ним! Сейчас Розэ ушла к администратору, которой, к счастью, не оказалось на месте. Возможно, у нее получится сделать вид, будто она опоздала не на сорок минут, а на несчастные минут пять. Так и получилось, чему младшая была безумно рада. Также она была рада, что ее поставили на замену в другой зал, не тот, где работала Ким Джису, к счастью для обеих.

***

Пак валилась с ног, когда ее последний час наконец-то закончился, но зато ее ждали сверхурочные и долгожданный сон в общежитии. Она заметила, что Джису ушла сразу же, как стукнуло восемь вечера. Вот человек есть за стойкой, а в двадцать ноль-ноль его будто и не было. Ким спешила к Юхен, чтобы еще успеть поговорить с ней, пока Чеен отсутствует, хотя бы какие-то десять минут. Когда порог комнаты был позади, старшая молча закрыла дверь и оперлась на нее спиной. — Я работаю с Чеен. — С Пак? Серьезно? — непонимание на лице Юхен держалось недолго, оно вскоре сменилось на радость от случившегося совпадения, что заметила подруга. — Мне абсолютно плевать, что ты там себе напридумывала, но для меня все немного сложнее. — Ты опять все преувеличиваешь, я уверена — сказала Ким младшая, копаясь в своем шкафу, но сразу же поняла, что это было слишком эгоистично и грубо, — Ладно, я просто пытаюсь тебя понять, ты же ничего толком мне не рассказала. Вы просто приехали вместе, и? — Да, просто приехали вместе, — Джису прошла на кровать Пак, присев, поймала на себе вопросительный взгляд Юхен, — А перед этим она меня просто поцеловала, — младшая округлила глаза. Она не помнила о том, что Чеен ей это уже рассказывала в тот самый вечер, ведь тогда алкоголь перекрывал воздух и мысли, попутно смешиваясь с чем-то более незаконным, — Она была пьяна, понимаешь? Настолько пьяна, что клялась в несуществующей любви и в том, что я идеал! Мы были знакомы совсем ничего, о чем вообще речь? — А теперь ты решила, что совсем не хочешь давать ей узнать тебя? — Хен наконец-то вынырнула из шкафа, достав небольшую бутылку вина, которую заранее хорошенько спрятала, — Ты такая сложная, Ким Джису! Да вы обе! Одна постоянно в собственных мыслях о том, что она все делает не так; а другая считает себя неприкасаемой стеной. Хватит! — младшая Ким подошла к темноволосой, протянув ей только что открытую бутылку, — Пей. — Я не буду… Скоро придет Чеен, мне нужно вернуться к себе в общежитие, чтобы… — Во-первых, она работает почти до одиннадцати, а во-вторых, если ты уйдешь, то можешь больше не приходить к нам вообще. Будем видеться с тобой только на работе, верно? Я же всюду приношу с собой «ауру» Пак? Юхен повторила интонацию Джису, когда она сказала подобную фразу где-то неделю назад, когда младшая слишком много рассказывала о том, что Розэ слишком часто играет на гитаре, слишком много ноет и учится. Первый факт был удивителен для обеих, ведь Чеен только спустя порядка пяти недель в университете позволила себе взять в руку гитару, которую спрятала в своем шкафу. Ким выхватила бутылку и с вызовом сделала два глотка, после вернула алкоголь обратно в руки Хен. — Не удивляйся, если у тебя в комнате произойдет конфликт бухущей меня и какого-то ребенка по имени Пак Чеен.

***

Время стояло позднее, девушки лежали на двух разных кроватях, смотря на потолок и иногда тихо посмеиваясь. Они обсуждали что-то свое, личное, что могло смутить кого угодно, но не двух Ким. Юхен и Джису были знакомы не так давно, но последние два года, с момента поступления первой, были не разлучны, поэтому они знали каждую деталь и ниточки, за которые можно дергать, а которых нужно опасаться. Возможно, их взаимоотношения можно было бы назвать идеальными, если не одно «но» — Бэ Джухен, головная боль младшей и причина постоянно плохого морального состояния старшей. Хен знала почти все о них, ведь была единственной, кому Ким могла довериться. Поэтому она знала и о дозах, и об изменах, и о подарках Бэ, которыми она пыталась сгладить негативные эмоции Джису. Очень странно, но Джухен держалась за старшую Ким, хотя было видно, что эти отношения совсем не образумили ее. Она все также была «доступной» среди красивых и полезных девушек, ведь секс (по ее мнению) — самое приятное, что она может дать. Поэтому Юхен ненавидела ее. Она ненавидела то, что делает Бэ с Джису, то, что она считает себя выше всех остальных, но ничего не могла поделать. Подруга же была согласна почти во всем, но каждый раз, будто завороженная, бежала назад к своей любимой, спотыкаясь о пощечины, других девушек и ссоры. Хен слишком хорошо знает Ким, поэтому перестала давить на нее в разговорах о возлюбленной. А тут девушка сообщает, что все кончено! Неужели, превеликий ее услышал? Неужели, ее мольбы были не напрасны? — Как же мне похуй на то, что делает Джухен сейчас. — Если бы тебе было похуй, — Хен приподнялась с кровати и посмотрела в полутьму, где лежала вторая, — то ты бы сейчас о ней и не вспомнила, — она усмехнулась и легла обратно. — Нет, я действительно… свободна, что ли, — девушки замолчали, слушая шаги за дверью, чтобы быть готовым к приходу Пак Чеен, но, кажется они затихли, — Я даже прям сейчас могу спокойно разговаривать с Пак и… Дверь открылась. Кто-то очень тихий зашел в темноту и закрыл комнату, потянулся к выключателю. — Юхен, ты здесь не одна? — спросила младшая с опаской. Не дай бог она побеспокоила соседку со своей девушкой или парнем, это будет слишком неловко, щеки Чеен не выдержат столько алой краски. Она включила свет. — Я с Джису и мы в двух метрах друг от друга, — сказала Хен с нежностью и добавила, — не волнуйся, мы слишком далеко, чтобы целоваться. Неловкой сцены не будет. Старшая Ким встала с кровати, когда в комнату зашла хозяйка. Она лишь молилась о том, что Пак не слышала их разговора, когда долго стояла у двери, что можно было понять по звукам шагов, на которые девушки лишь в последний раз не обратили внимания. — Я бы тебя в жизни не поцеловала, если бы выпила всего лишь три бокала. Для тебя надо половину бутылки. — Не неси чушь, а помнишь как мы у твоей знакомой Лисы… — Ой, да заткнись! — Джису засмеялась и обратно села на кровать Чеен. — Я вам помешала, наверное, — сказала младшая, опустив взгляд и неловко переступая с ноги на ногу, — Но мне идти некуда, простите. Ким вспомнила о том, как сегодня проигнорировала девушку. Ее лицо загорело от стыда, алкоголь начал действовать еще активнее. Здесь девушка спохватилась — Ой, прости… — она встала и отошла от кровати ближе к Юхен, села рядом и смотрела за тем, как перемещается Пак. — Чеен, ты не против, если Джису переночует у нас? — Чего? — старшая толкнула подругу локтем в живот. Младшая, снимая ботинки, замедлилась, обрабатывая информацию. То есть сегодня, когда она просто подошла к Ким на работе дабы поздороваться, та спряталась, не желая даже смотреть на девушку. А сейчас Юхен заставляет ее ночевать в одной комнате с Чеен? Не слишком ли это мучительно для старшей? — спрашивает Пак у самой себя, но после поднимает голову и одобрительно кивает, стараясь не обращать внимания на пристальный взгляд Джису. — Спасибо, — тихо говорит младшая Ким. — Джи, я постелю тебе на полу между нами. Потерпишь. — Хен, встав с кровати, добралась до раскладушки за шкафом, а после и за постельным бельем. Что у нее за навязчивая идея? — Ким молчала, но в голове куча мыслей менялись друг за другом, не понимая, что подруга хочет от них двоих. Но сейчас мозг и так был затуманен, хотелось лишь лечь на постель, которую уже организовала Юхен, и не вставать несколько суток. Спустя пять минут место для ночлега было организовано. Чеен долго сидела у себя на кровати, рассматривая уже расслабленную Джису, что застилала свою новую постель. Конечно, это решение было опасным, если бы хоть кто-то проверял комнаты на наличие студентов. Но это общежитие — огромное здание, которое неподвластно какой-либо проверке целиком. Даже это не успокаивало младшую. Она думала о том, что сейчас зайдёт комендантша и подумает, что алкоголь двух Ким принадлежит и ей. Все дойдёт до родителей, а что дальше будет — неизвестно. В этот момент она заметила как Джису тянется за недопитым бокалом. — Может не стоит это пить? — А может не стоит указывать старшим? — сказала Джису, усмехнувшись, потянула бокал ближе к губам. — Су, хватит, — Чеен грубо остановила руку Ким и потянулась за напитком, чтобы отобрать его, — Давайте ляжем спать без этой алкогольной вечеринки, — и уже младшая в двадцати сантиметрах от старшей, которая тихонько хихикала, смотря опьяневшими глазами на Пак.