Раненый рыцарь / The Wounded Knight

https://i2.imageban.ru/out/2021/05/08/67d886b99ac459f247c950f33d7702b4.png Сэм нервно расхаживал около каталки, на которой спал Дин. Брат был укрыт одеялом по пояс, а выше его голую грудь закрывала паутина проводов, ведущая к кардиомонитору. На правой руке у Дина была манжета тонометра, на пальце — пульсоксиметр. Трубка подавала ему кислород, из капельниц текли кровь и лекарства. Укус закрывала свежая повязка, но и на ней уже проступала кровь. — Сэм, остановись, — голова Дина перекатилась на подушке — он проснулся. Вид у него по-прежнему был изможденным, но дышал он вроде бы легче, чем в мотеле. — Твоя беготня меня с ума сводит. — Ну, а вид тебя, лежащего тут и обвешанного этим медицинским дерьмом с головы до ног, не добавляет психического здоровья мне, — отрезал Сэм. Он перестал шагать и сжал пальцами переносицу. — Извини. Я просто… я волнуюсь. Ты как себя чувствуешь? — Пить хочу, — Дин облизнул губы. Сэм налил воду в пластиковый стаканчик и подал брату. — Я не видел твоего врача с того момента, как они тебя сюда увезли. Ты что-то знаешь уже? Дин глотнул воды и слабо улыбнулся. — Моя врач будет погорячее, чем твой дедушка доктор. — Дин… Тут занавеска отдернулась, и в бокс вошла Эмили О'Брайен, врач Дина. — Док, мой брат здесь уже четыре часа, но мне никто так ничего и не сказал, что с ним такое. Врач подошла к каталке и встала по другую ее сторону от Сэма. — Сейчас он стабилен. Но чтобы выявить причину, нам надо сделать больше анализов. — Потрясающе, — Дин прикрыл глаза. Сэм сглотнул. Опять посмотрел на медицинские приборы, контролирующие состояние брата. — Значит, это был сердечный приступ? Доктор О'Брайен проверила показания на мониторе. — Боль в груди и одышка были связаны с анемией. — С анемией? — Сэм стиснул поручень каталки до побелевших костяшек на пальцах. Доктор нахмурилась и посмотрела на Дина. — Вы ничего не рассказали брату? — Я собирался, — Дин покосился на Сэма, — но для начала попытался чуток разрядить обстановку. Вот только у Сэма с чувством юмора плоховато, — Дин подмигнул брату. — Я прав? Тот его проигнорировал. Доктор О'Брайен повернулась к Сэму. — У вашего брата было опасно низкое содержание эритроцитов в крови. Эритроциты переносят кислород, а при нехватке кислорода начинают отключаться жизненно важные органы, если не предпринять необходимых мер. Это может привести к инфаркту. Когда вы привезли брата сюда, у него было состояние, предшествующее сердечному приступу. Сэм побледнел. — А сейчас? Врач успокаивающе улыбнулась. — Сейчас он на кислороде, а переливание крови подняло число эритроцитов. Он стабилен, но мы его понаблюдаем, пока проводим анализы для точного установления причин анемии. — И какие у вас предположения? — Сэма слегка замутило. — Я не люблю озвучивать догадки, но мы кое-что обнаружили в образцах его крови. Сперва решили, что там может быть токсин — в связи с укусом змеи — но в лаборатории определили это как вирусное заражение. Сейчас они пытаются уточнить тип вируса. Сэм не сводил глаз с повязки на руке Дина. — Этот вирус… он мог попасть в кровь через укус? — Пока мы ничего не исключаем. Когда лаборатория установит, что это за вирус, будет понятно, как действовать дальше, — О'Брайен слегка сжала плечо Дина. — Мы переведем вас в кардиологию, в палату интенсивной терапии, там вам будет удобнее ожидать получения результатов анализов. А пока постарайтесь немного отдохнуть, — она перевела взгляд на Сэма. — Вас это тоже касается. Позаботьтесь о себе, для вас это лучший способ помочь брату, — она улыбнулась и вышла из бокса, задернув за собой занавеску. Сэм стиснул зубы. — Скажи мне честно, Дин, до укуса Пеучена ты уже чувствовал себя утомленным… истощенным… и все такое? — Нет вроде. Не больше обычного, — Дин провел рукой по лицу, сбив на сторону кислородную трубку. — Но как я мог подхватить от змеи вирус? — Хрен его знает, — быстро подойдя к каталке, Сэм поправил канюлю у носа брата и закрепил трубки, зацепив их Дину за уши. Сказал, понизив голос: — Пеучен питается кровью. И этот… вирус — он жрет твои эритроциты. Это никак не может быть просто совпадением. Дин помолчал несколько секунд, обдумывая это. — Ладно. Если причина сверхъестественная, и сделал это Пеучен, то никакая лаборатория не поймет по анализам, как меня лечить, — он потянулся, чтобы снова вынуть кислородную трубку. — Мы сами найдем средство. Давай вытаскивай меня отсюда. — Нет, — Сэм оттолкнул руку Дина от канюли. — Не трогай. Даже если тебя заразил Пеучен, то последствия все равно будут физиологическими. Врачи, по крайней мере, последят за тем, чтобы тебе не стало хуже, — потом голос Сэма смягчился, и он попросил: — Пожалуйста, пусть они делают, что могут, пока я буду искать. — Не хочу я здесь оставаться, Сэмми, — Дин старательно держал глаза распахнутыми, борясь с изнеможением, толкающим его на край обморока. — Я знаю, — Сэм вымученно улыбнулся. — Но пока мы будем вести исследование, здесь тебе будет безопаснее. — Паршивец ты… — веки Дина упали. — Не хочу… врачи тычут своими… ищут что-то… сами не знают… что…— голос его затих. Дин провалился в сон. Улыбка стерлась с лица Сэма, страх за брата проступил явственно на нем. Обоим регулярно доставалось на охоте, и каждый из них тратил больше времени на уход за раненым братом, чем хотелось бы. Лечение в номере мотеля зачастую было делом неприятным, но редко означало опасность для жизни. А вот попадание в больницу значило, что им требуется нечто вне рамок их навыков. Что им нужно врачебное вмешательство и помощь. И каждый такой раз Сэма пугал. Он вспомнил последнее попадание Дина в больницу — когда грузовик врезался в Импалу. Сэму, вырвавшемуся тогда из лап врачей и допущенному наконец в палату брата, стало просто физически плохо от своей беспомощности при виде Дина, лежащего в коме, подключенного к куче медицинской техники. И теперь его тоже подташнивало. А ведь если вирус — сверхъестественного происхождения, то врачи Дину не помогут. Они могут снять симптомы, но не излечить — в отличие от знахарства. Ему надо самому заняться поисками. Бобби и Айлен помогут, конечно, но это займет много времени, а Дин уже ноет насчет выписки из больницы. Сэм вытащил из кармана на спинке каталки медкарту Дина, прислушался, не идет ли сюда кто из медиков, и стал фотографировать страницы карты телефоном. Надо запастись капельницами, кровью для переливания и всем прочим, что врачи назначили Дину. Если брат настоит на выписке, то Сэм сможет продолжать симптоматическое лечение, пока не найдет способ все исправить. Положив карточку на место, Сэм сунул телефон в карман и подошел к Дину. Глядя на спящего брата, он ткнул кулаком в ограждение каталки. — Держись там, слышишь? Мы отыщем, так или иначе, способ это победить.

***

https://i4.imageban.ru/out/2021/03/20/4d25d6886c0a71e83e3cd99e275c3de4.png — Ох, — Дин дернулся, резко проснувшись от острой боли в руке, — Что… — он потер глаза и прищурился на брата, сидящего рядом. — Сэм, какого черта? — В больнице ты оставаться не пожелал, потому больница поехала за тобой, — Сэм продолжал установку капельницы — закрепил только что поставленный катетер и подключил трубку от пакета с кровью, повешенного на стойке рядом с постелью Дина. Пока Сэм со всем этим возился, Дин огляделся вокруг. Они были все в том же номере мотеля в Пайксвилле, штат Мэриленд, куда заселились после отъезда из больницы в Покипси. Сэм отвез их подальше, за два штата, — на случай, если доктор О'Брайен все же выполнит свою угрозу насчет попечительства штата Нью-Йорк над Дином. Сейчас Дин лежал на кровати, подпертый таким количеством подушек, что вернее было бы сказать — сидел в кровати. Это облегчало дыхание. Дину смутно помнилось, как Сэм перетаскивал его в номер из машины, но как он оказался в постели и как долго тут лежал — он не вспомнил. На столе у окна стоял переносной красно-белый холодильник, на передней стенке у него виднелся красный крест в белом круге. — Сэм, ты что, грабишь больницы? — Только по необходимости, — Сэм залез в баул, стоящий у его ног, и вытащил оттуда баллон кислорода. Пристроил его на кровати и вложил прикрепленную к нему кислородную маску в руку Дину. — Используй при первой же надобности. — Сэм… — Дин выпустил маску, и та упала на кровать. — Зачем ты это делаешь? Это же ничего не изменит, только продлит… — Это даст нам необходимое время, чтобы найти способ вылечить тебя, — Сэм посмотрел на Дина. — И кое-что я уже нашел. — Что именно? — недоверчиво-изумленное выражение проступило на лице Дина. — Я нашел это, когда ты еще лежал в больнице, но надо было как следует покопаться, прежде чем рассказывать тебе. Убедиться в приемлемости этого способа, — Сэм протянул Дину бутылку с водой, показывая жестом — попей. — Предположим, что когда трансформированный Пеучен укусил тебя, последствия его укуса тоже трансформировались. Какая бы инфекция ни попала в твою кровь через рану, она приобрела свойства своего хозяина. Змея питалась кровью, поэтому вирус тоже стал сжирать твои эритроциты. Дин напился и закрыл бутылку. — Это объясняет, что за бардак приключился с моим организмом, но насчет лечения пока непонятно. Пусть во мне какой-то вирус-мутант, но как его уничтожить? — тут Сэм закусил нижнюю губу и потер ладонями по бедрам, это у брата всегда были четкие признаки нервозности. — Что именно ты нашел? Сэм медленно выдохнул. — Мы испробовали все методы знахарства, все отвары и настойки, изобретенные Айлен, все найденные Бобби заклинания, и… — Сэм, — дыхание у Дина было сиплым и затрудненным, — я в курсе тех мер, что мне не помогли, я там вообще-то присутствовал. Ты нашел что-то еще, и оно оказалось либо слишком мерзким, либо чересчур безумным. И поэтому ты никак не можешь закончить эти пляски вокруг да около и объяснить все толком. Что именно ты нашел? — Это… оно не мерзкое, — Сэм сглотнул. — Значит, слишком безумное? — Дин откручивал и закручивал крышку на бутылке с водой и старался выровнять дыхание. — И что же это? Танцы голышом? Закапывание меня в муравейник? Питье… — Это ведьма. — Ведь… — Дин уронил бутылку на кровать. — Ну уж нет, Сэм. Ни за что. Я… — Это добрая ведьма, колдунья. Дин фыркнул и сразу же закашлялся. — Если не ошибаюсь, такое называется оксюмороном. — Нет, — Сэм схватил кислородный баллон и открыл клапан. — Айлен, в сущности, тоже ведьма. И Миссури, если вдуматься, — он прижал маску к лицу Дина. — А та колдунья, говорят, помогает людям более двухсот лет. Помогает достойным людям. — Двухсот… — отобрав маску у Сэма, Дин сделал пару глубоких вдохов и снова уронил ее себе на колени. — Сэмми, дай мой пистолет и молись, чтобы я себя, а не тебя пристрелил первым. — Хватит ерничать. Знаешь… — Сэм длинно выдохнул. — Вот послушай меня. Звучит безумно, знаю, но, кроме прочих сведений, я нашел трех человек, которые клятвенно меня заверили, что она помогает на самом деле. Что она помогла им или членам их семей. И я обнаружил это всего за трое суток исследований. Еще я просмотрел архивы округа, там намеков побольше, хотя и менее ясных, конечно. Но они обнаруживаются там на протяжении десятилетий. Дин стукнул кулаком по кровати. Сэм умоляюще на него посмотрел. — Ладно. Говори. Хотя чувствую, что я об этом еще пожалею. Сэм с облегчением кивнул. — Когда я ничего не смог найти про способы лечения в легендах про Пеучена и в источниках по знахарству Мапучи тоже, то мне пришлось придумать нестандартный подход. Я стал изучать предания других народностей, заселявших этот регион США, пытаясь найти там нечто сходное. И вот в кельтских и шотландских преданиях… — Шотландских? — Дин откинул голову на подушки и слабо улыбнулся. — Скажи мне, что лечиться я буду скотчем. Сэм прожег его взглядом. — Нет, не скотчем. — Боже, только не той штукой из овечьего желудка, куда они пихают вся… — Да погоди ты, Дин! — Сэм пристально смотрел на брата, бурно дыша и стараясь обуздать свои эмоции, но глаза у него уже блестели. — Мы же оба понимаем, что бесконечно переливать тебе кровь не получится. Врачи тебе помочь не могут. Айлен, Бобби и я… мы тоже не смогли тебе помочь! А эта колдунья — может, как я думаю, — Сэм чуть пожал плечами, — да и чего тебе терять-то? — Мне? Мне терять нечего. Но в последний раз, когда ты вот так же вынул из шляпы чудо для моего излечения, там погиб невинный парнишка, — Дин потер грудь. Он сейчас чувствовал себя в точности как после удара током при охоте на ровхэда. Тогда Сэм привез его к Рою ЛеГранжу, совершенно с честными намерениями, но для спасения Диновой жизни жнец забрал другую, у Маршалла Холла. — Откуда нам знать, не действует ли эта колдунья подобным же образом? Меня спасут, а кто-то другой умрет. — Потому что я теперь ученый, — Сэм нервно постукивал ногой по полу. — Тогда я ничего не знал. Но теперь с этой белой ведьмой — тут дело не в душах и жнецах, просто у нее дар исцелять. Но вот так взять и поверить Дин не был способен. — Вот только тебе пришлось кучу исследований провести, чтобы все это узнать. А если она такая распрекрасная и на самом деле исцеляет, то отчего про нее не кричат во всех одиннадцатичасовых новостях? Где очередь длиной с квартал, чтобы ее увидеть? Чтобы попасть к Рою ЛеГранжу, люди тащились в инвалидных колясках по чертовой грязи через поле. — Потому что… — Сэм по-прежнему постукивал ногой. — Ее нелегко отыскать… и она довольно… разборчива, не всем помогает. Она… — Сэмми, ты меня уже притомил, — Дин потер рукой лицо. — В последний раз, когда ты себя вел вот так, тебе было семнадцать, и ты старался мне помягче сообщить, что ободрал Импалу о дерево. Давай-ка про ее «разборчивость» поподробнее. Сэм оттолкнулся от спинки кровати и принялся расхаживать по комнате. — С тобой насчет этого проблем не будет, тебе она точно поможет. Видишь ли, она… она благоволит рыцарям, спасает храбрецов, раненных в бою. — Рыцарям? — Дин нахмурился. — Ты сказал, что ей двести лет, — кстати, это как-то пока у меня голове не укладывается, — вот только рыцари, они как бы немного пораньше были? Сэм помотал головой. — Не совсем так. Двести лет назад она прибыла в нашу страну. Примерно в те времена, когда сюда хлынула вторая волна английских и шотландских иммигрантов, которые и поселились вокруг Чесапикского залива. А в самой Шотландии легенда эта известна со средневековья, уже сотни лет. Комната вдруг поплыла и закружилась, Дин зажмурился. Вдруг ощутив, как постель проваливается под весом севшего рядом с ним Сэма, он снова распахнул глаза. — Дыши глубже, — схватив кислородную маску, Сэм прижал ее к лицу Дина. Дин послушался, и вращение комнаты постепенно замедлилось, а потом остановилось совсем. Он кивнул Сэму и оттолкнул его руку, самостоятельно прижав маску к лицу. — Лучше стало? Дин опять кивнул. — Сэмми, — сказал он. — Я не рыцарь. Мы деремся со злодеями, да, но ты не хуже меня знаешь, что между черным и белым чертовски много серого. И большую часть жизни мы провели на темной стороне этого серого. Сэм уселся на кровати поудобнее. — Один из тех парней, с которыми я разговаривал… Его отец воевал — «Буря в пустыне» — и вернулся оттуда с чертовски съехавшей крышей. Он участвовал в провалившихся из-за неверных данных операциях, при которых погибли мирные жители и были убиты бойцы его подразделения… Колдунья помогла ему, поставила мозги на место, и он вернулся к нормальной жизни. А другой парень — он вырос в Лос-Анджелесе, связался там с бандой, стал наркоманом. Вернулся сюда к семье, на Восточное побережье, потому что хотел уйти от всего этого, завязать с наркотой. Колдунья тоже ему помогла, хоть и сказала, что это — только начало пути. Теперь он опять живет в Калифорнии и помогает выбираться со дна другим людям. Голос Сэма стал совсем тихим. — Дин, мы тоже помогаем другим. Ты — рыцарь в той же степени, что и они. Сколько раз ты рисковал, спасая мою задницу — или отцову, или Бобби? Или какого-то незнакомца? Когда-то ты сказал: «Нас никто не благодарит»… Но все же мы что-то изменяем. — Угу, — Дин усталым жестом потер глаза. — Мир благодаря нам стал чуточку менее дрянным. — Да ладно тебе, Дин. Мы… — Ты сказал, что ее нелегко найти, — Дин покосился на брата. — И где же она обитает? Коленка Сэма опять дернулась. — Округ Калверт, Мэриленд. Рядом с местом под названием Паркер-Крик. Дин фыркнул. — Дай угадаю — маленькая хижина в глухомани. — Не совсем, — Сэм кашлянул. — Она живет… в марше, в прибрежном солончаковом болоте. В воде. — Типа на барже? — свел брови Дин. — Нет, — Сэм сжал пальцами переносицу. — В самой воде. — В сам… она что — долбаная русалка? — глаза у Дина стали круглыми. — Не русалка, — Сэм встал и опять зашагал по комнате. — Слушай, я понимаю, что все это звучит безумно. Но девяносто девять процентов того, с чем мы имеем дело, — тоже безумно. Если бы мы стали рассказывать людям, что вендиго и демоны существуют в реальности, нас бы закатали в дурдом, и дня бы не прошло. — Я в курсе. Но… жить в воде? — Дин перекатил голову по подушке. — А как она выглядит? Сэм перестал расхаживать по комнате и, обнадеженный, пожал плечами. — В легендах говорится, что она… горячая штучка. Бровь Дина приподнялась. — Как Дэрил Ханна в «Горячих брызгах»? [Прим.пер. Молодежная кинокомедия 1988 г., с русалкой] — Дин, она не русалка! А в подробности там не вдавались, — Сэм сел на кровать. — Так ты попытаешься? Мы ее разыщем? Секунду Дин молча смотрел на Сэма, потом прикрыл глаза. — Черт с тобой. Давай отыщем твою русалку.

***

https://i4.imageban.ru/out/2021/03/20/4d25d6886c0a71e83e3cd99e275c3de4.png — Да где же оно? — Сэм рискнул быстро глянуть на одометр и сразу же стал опять всматриваться в полосу леса слева от себя. «Проехать семь миль по старой солончаковой дороге, отыскать боковой съезд, перекрытый воротами, и свернуть на него. Он и выведет на колдуньино болото». Семь миль Сэм уже проехал, — семь и две десятых мили, если уж быть совсем точным, — но ни ворот, ни съезда, да и вообще ничего не было. Тихий стон с пассажирского кресла отвлек его внимание. — Дин? Большую часть пути до Паркер-Крик брат провел во сне. Сэм приладил в машине стойку для капельницы, чтобы в дороге продолжать делать Дину переливания крови. Если они ввязались в это… если Дин решился, то надо как можно дольше помогать его телу бороться с анемией, с этим вирусом. — Ты проснулся? Дин кивнул и прищурился — солнце уже низко висело в небе. — Ага. Мы на месте? — Почти, — Сэм ткнул левой рукой: — Где-то здесь должна быть перекрытая боковая дорога. Дин зевнул и сел в кресле повыше. Указал вперед. — Типа той? Сэм глазам своим не поверил, увидев ее. Он мог бы поклясться, что пару минут назад там не было ничего. — Ага. Она самая. Наверное, чтобы ее увидеть, нужно быть тем, кто нуждается в помощи колдуньи, — он дернул плечом на недоуменное выражение Динова лица. — Ладно, въезд мы обнаружили, это хороший признак. Сэм притормозил и свернул налево, остановившись прямо перед широкими воротами. — Сейчас вернусь. Закрытыми ворота держала простая веревка, привязанная к перекладине створки и накинутая петлей на столб. Сэм снял петлю, открыл створку и быстро вернулся в машину. Пока он усаживался обратно за руль, Дин смотрел на бугры и ухабы дороги, лежащей перед ними, — если это вообще можно было называть дорогой. Путь проходил сквозь густые заросли кустов и вел вдоль текущего справа узкого ручья, затем дорожка весьма круто поднималась на холм, чья вершина терялась за кронами деревьев. — Если мы тут застрянем, сам будешь нас выталкивать, — Дина передернуло. — А потом, когда вернемся, ты отмоешь с моей Детки всю грязь до единого пятнышка. Впервые с начала болезни Дина Сэм улыбнулся. «Когда вернемся». Несмотря на все споры и нежелание верить в то, что колдунья его исцелит, — глубоко в душе Дин все же цеплялся за соломинку надежды. — Чего? — уловив Сэмову улыбку, насупился Дин. — Нет, ничего. Да, конечно, потом… когда мы разберемся со все этим, я вымою Импалу дочиста, и внутри и снаружи. И еще с меня ужин. Дин закатил глаза. — Был бы я девчонкой, решил бы, что ты разводишь меня на перепих. — Заткнись, — Сэм уже собирался тронуть машину с места, как вдруг заметил у ручья высокие желтые цветы, торчавшие из густых зарослей папоротника. — Погоди минутку, — он выбрался из машины, выломал несколько цветков и, забираясь обратно, бросил стебли на колени Дину. Пока Сэм вел машину по дороге. Дин, хмуря брови, разглядывал цветы. — Ах ты жлоб. Сорняки какие-то, тоже мне свидание у тебя… — Это золотарник, — Сэм прибавил обороты двигателя, разгоняясь, чтобы на скорости преодолеть крутой и ухабистый подъем, сохранив контроль над Шевроле. — Он нам понадобится. По легенде, его надо бросить в воду, вызывая колдунью. Дин посмотрел на Сэма скептически и фыркнул. — Мне надо бросить свой золотой стебель в ее воды? Фрейдизмом попахивает. — Я эту фигню не выдумываю вообще-то, — Сэм сильнее стиснул рулевое колесо. — Я просто делаю все, чтобы… чтобы она тебе помогла, — при въезде на холм двигатель Импалы взревел. Сэм вдавил педаль акселератора и быстро покрутил колесами вправо-влево, чтобы не потерять сцепление с дорогой при подъеме. Лишь минут через десять дорога стала пологой, проходя между холмов, возвышающихся с обеих сторон. Впереди сияло закатное солнце, и казалось, что путь вел прямо к нему. — Держись давай за что-нибудь, — Сэм быстро перехватил руль, потому что грунтовка резко нырнула вниз и запетляла между деревьями. — Не учи ученого, — Дин уже ухватился за ручку двери, а другой рукой уперся в приборную панель, готовясь удерживать себя, когда на ухабах их начнет швырять по салону. Дорога свернула налево, потом направо. Лес вокруг стал гуще, деревья по обочинам — выше. Ветви их сплелись над дорогой в живой навес, сквозь который просачивался, переходя из золотого в красный, свет закатного солнца. Минут через двадцать такого петляния меж стволами дорога стала шире, а затем резко оборвалась. Машина выскочила из-под лесного полога на берег марша. Сэм остановил Импалу, выключил двигатель и огляделся. Приливной солончак представлял собой извилистую водную ленту, простирающуюся впереди, он образовывал длинный залив между холмами, что вздымались по обе стороны и позади них. Высокая жесткая трава окаймляла его берега на всем протяжении, до самого Атлантического океана, который лежал за самым дальним извивом болота. Даже признака цивилизации не было здесь. — А теперь что? — Дин тоже осматривал окрестности. Сэм чуть пожал плечами. — Будем ждать захода солнца. А пока немного отдохнем. — Да, точно, она же только ночью выходит, — Дин вздрогнул, сползая по сиденью вниз и укладывая голову на спинку кресла. — Только бы она не оказалась из тех уродин, которых лучше не видеть при свете дня. Сэм завозился на сиденье, поворачиваясь лицом к Дину. — Она должна быть горячей штучкой, разве не помнишь? — Многие в темноте горячи, — ответил Дин, — а вот если включить свет… — он содрогнулся. — Дин… — Да пофиг. Напомни мне еще разок, как там все должно происходить? Сэм посмотрел через ветровое стекло на крутой песчаный берег, спускавшийся от конца дороги к обрезу воды. — Когда взойдет луна, тебе надо будет спуститься к воде и бросить в нее золотарник. И ждать. Если колдунья решит тебе помочь, то покажется. Если она не появится до восхода, то… — То она решила, что я недостоин ее помощи, — Дин обвел взглядом Сэма. — Так вот, если она не появится… — Она появится. — Но если нет… тогда, значит, все. Больше ничего делать не будем. — Но… — Ничего не будем. Я ведь говорил тебе в больнице, помнишь? На этом я закончу, — Дин посмотрел на марш. — Мне вообще не верится, что я дал себя на такое уговорить. Ты и раньше, конечно, придумывал всякое безумное, но вот это… — Все сработает, — Сэм потянулся к опустевшему пакету крови на капельнице. — И у нас есть время на еще одно переливание. — Нет. Больше не надо. — Да ладно, Дин, — Сэм ухватил брата за руку, заставляя повернуться к себе лицом. — В легендах сказано, что ты должен вызвать ее сам. Я не смогу тебе помочь. Поэтому надо, чтобы у тебя было как можно больше сил. Давай же… — Нет, — Дин вытащил руку из хватки Сэма и стал, несмотря на протесты брата, снимать пластырь, удерживающий иглу капельницы. — Я же сказал, нет. Сэм стиснул зубы. — Послушай, до темноты еще часа три. Ты что, уже не помнишь, как еле дополз от номера до машины? Если бы я тебя не поддерживал, ты бы даже не смог… — Сэм, я тут не марафон бегаю, а просто сижу, — Дин вздрогнул, вытаскивая иглу из вены. — Все будет нормально, я смогу, — он посмотрел в окно на круто опускающийся к воде берег. — Вдобавок тут уклон. Даже если упаду, то просто скачусь прямо туда, куда мне и надо. — Не смешно, — Сэм забрал у Дина иглу, свернул трубку капельницы и бросил на заднее сиденье. — Послушай… — Дин повернулся к Сэму и посмотрел на брата серьезно. — Все просто, как «Отче наш». Если сработает — аминь. Если нет… ну что ж, ты сделал все, что мог. Так что не смей хандрить и заламывать руки. — Заткнись, Дин, — сказал Сэм, вытягивая с заднего сиденья одеяло и накидывая его на брата. — Поспи давай немного. Я разбужу, когда придет время. Дин оттолкнул Сэмову руку, одеяло свалилось ему на колени. — Хватит тут бабулю изображать. Сэм поднял руки жестом капитуляции и откинулся на спинку сиденья, наблюдая, как быстро отключается Дин. Когда глаза у брата закрылись, Сэмова уверенность дала трещину. Правильно ли они поступают? Мысленно он перебрал все свои изыскания, чтобы убедиться, что ничего не упустил. Нет, все им прочитанное наводило на мысль о том, что колдунья — не фикция. И люди, с которыми он разговаривал, подтверждали сведения из письменных источников. Те, кому она помогала, были теперь в полном порядке — никаких сделок с демонами, ничего такого он не нашел. Никаких клятв о принесении в жертву первенца — ни в прямом, ни в переносном смысле. Сэм понимал Динов скептицизм. Какого черта, если бы он поменялся с братом местами, то брюзжал бы так же, если еще не громче. Но у них ведь не было больше ничего! Сэм смотрел на спящего брата и размышлял о Диновых сомнениях насчет того, будет ли колдунья его спасать. Почему Дину так сложно увидеть то, что видят в нем другие? Брат слишком вжился в эту свою роль головореза — так, что стал путать ее с тем собою, каким он был внутри своей эмоциональной брони. Сэм давным-давно научился видеть своего брата таким, каким тот был под всей своей защитой. Дин голодал, чтобы Сэму было что поесть, отклоняя протесты брата кратким: «Я не голоден» или «Я такое дерьмо не ем». Когда Сэма пугал или тревожил очередной переезд, очередная новая школа, Дин рассказывал ему истории, в которых добро неизбежно побеждало зло — пусть даже это было, насколько помнилось, просто чтение вслух Диновых комиксов. Сэм просыпался в холодном поту после кошмара про Джесс — и Дин, уже на ногах, притаскивал ему из холодильника бутылку воды и протягивал с ворчливым: «Тоже уснуть не могу. Киношку не хочешь посмотреть? Или сыграем в покер?» Он позволял Сэму самому решать, рассказывать ли свой кошмар. Он отвлекал брата, если тот не хотел говорить, и выслушивал — когда Сэм хотел. Бобби, Эллен… все они никогда не велись на показную Динову грубость. И люди, которым Сэм и Дин помогали — особенно дети — тоже запросто раскусывали притворство брата. Лукас, спасенный Дином от мстительного духа в озере Маниток, или Сари, дочка Дженни, живущей в Лоуренсе, в старом их доме, — они тянулись к Дину, видя в нем того человека, которого Дин так усердно пытался скрыть. Сэм улыбнулся. Того человека, которому колдунья не сможет не помочь.

***

https://i4.imageban.ru/out/2021/03/20/4d25d6886c0a71e83e3cd99e275c3de4.png — Дин, пора. От легкого толчка в плечо Дин проснулся, хотя выныривать из сна ему ужасно не хотелось. Но тут он вспомнил, что часы его тикают, потянулся и сел, протирая глаза. — Наверное, у меня хватит времени, чтобы отоспаться, если это не сработает, — сказал он. — Сработает, — пассажирская дверь Импалы была открыта, Сэм присел на корточки рядом, стягивая через проем одеяло с колен Дина. — Ну да, — порыв ветра просквозил машину, и Дин вздрогнул. Он выглянул наружу, посмотрев на марш. Небо было чернильного цвета, в серых перьях облаков. Бледная полная луна висела над головой, ее четкое отражение в воде лишь иногда прерывалось случайной рябью. Лунный свет был достаточно ярок, чтобы тень от фигуры Сэма легла на каменистую землю. — Время, да? — Угу. Дин нахмурился, разглядывая обеспокоенную Сэмову физиономию. — Не передумал? — Нет. Но… — Сэм открыл бардачок и вынул оттуда толстую ветку длиной примерно с фут. — Вот, возьми это. — Что за фигня? — угрюмо спросил Дин. — Волшебная палочка? — Это рябина, — Сэм помахал веткой. — Пока ты держишь ее в руке, колдунья не может тебе навредить. — А я полагал, что она мне должна помочь, — с подозрением сказал Дин. — Она… должна, да, — Сэм поднял взгляд, глаза его стеклянно блеснули. — Я все проверил и перепроверил, Дин, и не один раз. Насколько я смог разыскать, тут нет никаких тайных условий, не должно быть никаких неприятных сюрпризов. Но… Дин помахал палочкой. — Ну, и зачем тогда мне этот гаррипоттеровский реквизит? — Я не хочу, чтобы… чтобы случился еще один Рой ЛеГранж, — Сэм закусил губу. — Ты сам решишь, можно ли ей доверять. Если… когда она появится, — и если что-то тебе покажется подозрительным, то… Просто не выпускай ветку из рук и позови меня. И мы немедленно уберемся отсюда ко всем чертям. Дин посмотрел сквозь лобовое стекло на воду. — Сэмми, я терпеть не могу говорить очевидные вещи, но если мы отсюда слиняем, то всё. С меня хватит. Я выхожу из игры, что бы ты там ни предпринимал для спасения моей задницы. — Знаю, — Сэм выглядел так, словно его мутило. — Но если колдунья будет не такой, как я себе представлял… Ну, тогда я куплю пива, найду тебе в сети «Бутча и Санденса» и… — Сэм, — Дин подождал, пока их с Сэмом взгляды не пересекутся. — Если бы я сам не захотел, ты меня не заставил бы сделать это. Плевать, насколько хреново я себя чувствую, все равно я в состоянии разобраться с твоей жалкой задницей, — с усталой улыбкой он похлопал Сэма по плечу. — А теперь выпусти-ка меня, и давай уже начнем шоу. Посмотрим, что выйдет. Сэм поднялся с корточек, потом наклонился, чтобы помочь Дину вылезти из машины. Тот слабо его оттолкнул. — Я ведь должен все сделать сам, так? — Ну, помочь тебе выбраться из чертовой машины я имею право, — и, прежде чем Дин успел снова запротестовать, Сэм ухватил его под мышки и поставил на ноги. Если бы Сэм его не держал, Дин упал бы, хотя признаваться в этом он не хотел даже самому себе. Не противясь уже поддержке брата, Дин прикрыл глаза, пережидая головокружение. Дождавшись, когда ноги перестали подкашиваться, он медленно открыл глаза, улыбнулся Сэму и похлопал его по руке. — Все, можешь меня отпускать. — Точно? — Нет, — фыркнул Дин. — Но все равно отпускай, — Сэм отнял руки, Дин качнулся, но устоял. Сжав крепко выданную Сэмом ветку, Дин кивнул. — Со мной все нормально. — Погоди, — Сэм нырнул обратно в машину, вытащил оттуда стебель золотарника и протянул брату. — Вот это не забудь. Дин потянулся за цветком, и его снова шатнуло. — Хорошо бы ты насчет него не ошибся. На любом из моих свиданий, явись я на порог с таким вот сорняком, девушка просто из себя бы вышла! — И когда же ты в последний раз приносил цветы на свидания? — ухмыльнулся Сэм. — Сучка ты, — Дин неуклюже повернулся к воде. — Ладно, давай займемся делом, — спотыкаясь, он добрел до конца дороги и стал медленно, боком, сползать вниз по откосу. Голос Сэма у него за спиной сообщил: — Я прикрою тебя, Дин. Буду тут. Дин хотел было ему ответить, но рыхлый песок и камни осыпались из-под ног, и, чтобы просто удерживать себя в вертикальном положении, ему требовалось сосредоточиться полностью. Идти предстояло недалеко, футов тридцать, наверное, и большей частью под горку. Но ему казалось, что впереди тридцать миль. Сделав следующий шаг, он вдруг потерял равновесие, когда песок под ногой поехал быстрей ожидаемого, и рухнул на бок. — Дин? — Я норм… — Дин замер на некоторое время, переводя дыхание. Потом поднялся на ноги и продолжил свое спотыкающееся продвижение к урезу воды. Дойдя наконец до мелководья, он рухнул на колени. Джинсы немедленно промокли в холодной воде, но ему было не до того — устал он просто смертельно. Тяжело дыша, он на миг задержал взгляд на желтом цветке в своей руке, потом сглотнул. — Ну, была не была, — слабым движением он кинул цветок в воду и снова осел на пятки. Посмотрел, как золотарник плывет по воде — а потом в глазах у него все помутилось, и голова упала, ткнувшись подбородком в грудь. Вот же хрень. Ненавидел он быть таким изможденным, таким слабым. О смерти Дин думал не раз. Когда его ударило током при охоте на ровхеда, он почти ни о чем другом и не думал в те три дня, проведенные на больничной койке. И когда папа был одержим Желтоглазым, и тот принялся перекручивать Диновы внутренности, он тоже подумал, что ему пришел конец — еще до того, как грузовик с демоном, оседлавшим водителя, врезался в Импалу. Никто не был удивлен больше Дина в тот момент, когда он очнулся в больнице, давясь дыхательной трубкой и слыша голос Сэма, зовущего на помощь. А потом еще был одержимый Сэм, который выстрелил в него, и Дин упал с Миннесотского дока. Он толком не помнил, как выбрался тогда из воды на лодочный причал. Шок, холод и кровопотеря украли у него это воспоминание. Но Дин ясно помнил, что чертовски удивился, очнувшись от того, как неистово трясла его Джо, стоя рядом с ним на коленях. Если речь шла о смерти, то Дин вычеркивал из списка возможных ее причин только старость. Когда его час настанет, то — если бы его спросили — ему хотелось бы лишь, чтобы все случилось быстро. И еще — чтобы Сэма не было рядом. Но сейчас… это было полной противоположностью того, что он желал: мучительно медленное истязание, когда он истекал кровью до смерти, а Сэм наблюдал все с первого ряда. Впрочем, если быть предельно честным, на самом-то деле умирать он не хотел. Не хотел оставлять Сэма в одиночестве разбираться с мучившими брата бредовыми видениями. Не хотел оставлять невыполненным свое обещание мести за смерть папы и за убийство мамы. Он еще не закончил. И потому он, если понадобится, всю ночь будет стоять на коленях на этом берегу, чтобы увидеть, правдива ли безумная легенда, выкопанная Сэмом. Чтобы увидеть, появится ли колдунья. Чтобы увидеть — стоит ли он спасения. А если нет? Если она его не спасет? Что ж, если так — он перейдет по этому мосту, когда наступит время. Каждая слабая волна, набегавшая на берег, омывала его колени. Воздух, напоенный солью, был тяжел, тишина на марше нарушалась лишь жужжанием насекомых, шелестом высокой травы на ветру и его собственным хриплым дыханием. Возможно, он стал задремывать, мозг заполнили воспоминания о прежних случаях, когда он был на волосок от смерти, но тут громкое уханье совы разнеслось над водой, и он очнулся, вздрогнув. Он поднял взгляд, морщась от тяжести в груди, и застыл при виде зрелища прямо перед собою. Цветок, который он бросил в воду, унесло невидимым течением на середину марша, прямо туда, где отражалась луна. Золотарник лениво крутился на этом месте, а потом на глазах у Дина вода вокруг него вдруг стала словно бы вскипать. На поверхность вырывались пузырьки, быстро превращая синеву воды в серебро. В считанные секунды спокойная озерная гладь яростно взбурлила — но лишь в том месте, где отражалась луна. А потом в бурлящей воде на поверхность вынырнула голова. Женская. Это была колдунья. https://i2.imageban.ru/out/2021/03/31/504ea00ba4cc82e6cf2691d799d1b257.png Сердце в груди его заколотилось. Он смотрел, как женщина поднимается из воды — высокая, стройная, нагая, как в миг рождения. У нее были длинные темные волосы, бледная кожа и пышная упругая грудь. Она продолжала подниматься с распростертыми руками, пока вся не оказалась над поверхностью воды, и тут глаза у Дина расширились. Дыхание у него перехватило. Когда колдунья шагнула в его сторону, он поклялся бы — на миг — что ниже пояса она была… была лошадью. Дин зажмурился, сглотнул и посмотрел еще раз. Нет. Почудилось. Она шла к нему, все еще частично в воде, обнаженная — и женщина. Пока она шла, воды марша вздымались и закручивались вокруг нее, превращаясь из темно-синей воды в темно-голубую ткань, приобретавшую очертания длинного платья. А созданные завихрением воды пузырьки пены, обернулись звеньями серебряной цепи, опоясавшей талию. Она остановилась перед Дином и посмотрела на него — сверху вниз. Вода позади нее успокаивалась, вернулась зеркальная, ровная поверхность озера. Дин захотел подняться, чтобы встретить колдунью и — или — свою судьбу стоя, но ноги его не послушались. Тогда он просто улыбнулся. — Привет. Ее глаза были того же темно-синего цвета, что и гладь озера, губы были полными, а кожа — безупречной. По крайней мере, в этой части легенда не лгала, колдунья отнюдь не была уродливой. — Это ты — мой раненый рыцарь? — улыбнулась она ему в ответ. От ее голоса у Дина волоски на руках встали дыбом. — Я не ранен, я отравлен. И я охотник, а не рыцарь, — он подмигнул ей. — Надеюсь, ты не слишком придираешься к мелочам. Колдунья встала на колени рядом с ним. Подол ее платья расстелился, колеблемый у лодыжек слабыми волнами. — Если бы я не хотела тебе помочь, меня бы тут не было. — О, — Дин сглотнул. — Вот как. Это хорошо. Послышался громкий шелчок предохранителя пистолета. Дин с колдуньей повернулись на звук — футах в десяти от Дина стоял Сэм, и пистолет его был направлен на ведьму. — Сэмми? — Дин нахмурился. — Я думал, что мне надо сделать это самому. Сем продолжал целиться, не сводя с ведьмы взгляда. — Нет. По легенде, ты должен самостоятельно вызвать колдунью. Но там ничего не говорится о том, что твою спину никто не должен прикрывать, когда колдунья будет делать то, что тебе поможет. Дин повернулся к женщине. — Это мой брат. Он собирался стать юристом. И уж он-то определенно придирчив к мелочам. Но колдунью, судя по всему, направленный на нее пистолет не беспокоил. — Чтобы я могла тебе помочь, ты должен сложить свой рябиновый щит и отозвать своего защитника. Пока это не сделано, ты для меня недоступен. Сэм перехватил пистолет поудобнее. — Что скажешь, Дин? Дин пристально посмотрел на колдунью. Он считал, что хорошо разбирается в людских характерах — но черт его знает, как разобраться в характере ведьмы, обитающей в озере. Кроме интуиции у него ничего не было. Некоторое время он рассматривал ее, изучая. А она разглядывала его в ответ. Он не почувствовал в ней ничего темного, никакого зла. — Опусти оружие, Сэмми. — Ты уверен? Дин повернулся к брату. В пистолете Сэма пули были из серебра — оно подействовало бы на колдунью так же, как на Пеучена. Но убийство ведьмы Дина бы не излечило. Слишком далеко он уже забрался, почему бы не дойти до конца? — Опусти. Сэм медленно кивнул, потом вернул предохранитель на место и наклонился, чтобы положить пистолет на землю. Рядом с оружием он положил вытащенный из кармана кусок рябиновой ветви. Потом Сэм распрямился, подняв и разведя руки, — демонстрировал, что теперь безоружен. Дин посмотрел на рябиновую ветку, которую до сих пор держал в руке. Покатал ее между пальцами, а потом положил рядом с собою, на каменистый берег. Когда он поднял взгляд на колдунью, та улыбнулась. — Благодарю тебя за доверие, — и вдруг она махнула рукой в сторону Сэма. Глаза его закатились, он рухнул на колени, а потом завалился вперед, упав на живот. — Сэмми! — подпитанный гневом, Дин попытался встать на ноги. Он бросил на колдунью взгляд, полный ярости. — Какого черта… — Твой брат цел и невредим, — колдунья обвила пальцами руку Дина, удерживая его на месте. — Но исцелять тебя — это только между мной и тобой. Дин не сводил глаз с брата. Сэм не шевелился. — Какого черта ты просто не сказала ему уйти? Он мог… — Не бойся, — колдунья повернула голову Дина лицом к себе, — твой брат проснется с восходом солнца, как и ты, если боги снизойдут, — она посмотрела на повязку, закрывающую укус Пеучена на руке Дина. Аккуратно ее разбинтовав, провела пальцами по месту укуса. — Сюда попал яд. Яд, что крадет твою силу… а скоро заберет и саму жизнь твою. От ее прикосновения Дин вздрогнул — пальцы, притронувшись к коже, словно послали легкий электрический укол. — Насчет последнего — у нас была надежда, что ты сможешь что-нибудь сделать с этим. Колдунья погладила пальцами его лицо, потом повернулась и положила ладонь на поверхность воды. Стебель золотарника, брошенный Дином в озеро, поплыл от того места, где отражалась луна, прямо к этой ладони, словно его за невидимую нить потянули. Ведьма ждала, разглядывая Сэма и Импалу. — Как многое поменялось с тех пор, когда первые из рыцарей обращались за помощью ко мне. Их скакуны тогда не имели четырех колес, а для защиты у них были гончие, да ястребы, а не великан-оруженосец. — Оруженосец? — Дин указал на Сэма. — Ты про него? Не знаю, что такое оруженосец, но он — мой младший брат, — золотарник подплыл прямо к руке колдуньи, Дин подождал, пока та его возьмет, и поднял глаза на брата. — И если ты ему причинила вред… — Вижу, что я ошибалась, — улыбнулась колдунья.— Это рыцарь защищает своего великана. Дин выдержал ее прямой взгляд. — Я всегда присматриваю за Сэмми. Но сейчас… он также присматривает за мной. Ну… ты же видела, какой он здоровенный, да? — Дин пожал плечами. — Нашей компании выгодно иметь такого сасквача в тылах. Колдунья нахмурилась. — Язык тоже весьма сильно изменился, — взяв стебель золотарника, она обвила им руку Дина поверх раны. — Но кое для чего по-прежнему нет лучше старинных обычаев, — положив ладонь поверх следа укуса, она тихо заговорила на языке, неизвестном Дину. Внезапно налетевшее головокружение заставило Дина упасть боком прямо в раскрытые, чтобы поймать его, руки колдуньи. Его лицо уткнулось в плечо колдуньи, щека касалась ее прохладной нежной кожи. Он повернул голову, чтобы взглянуть на нее, и в тот же миг она наклонилась и поцеловала его, неторопливо и глубоко. При этом через него прошла волна электричества — как от прикосновения ее пальцев, но сильнее раз в десять. Когда она прервала поцелуй, Дин ошеломленно моргнул. — Ого. Не ожидал. Она улыбнулась, а потом, склонив голову, поцеловала его снова — и Дин ничего не смог поделать с собою: он поцеловал ее в ответ. И снова почувствовал электрический ток, хлынувший сквозь тело. Лежать в руках колдуньи было странно — больше всего это походило на погружение в воду. Двинуться особо Дин не мог, не мог вырваться из ее объятий, но чувствовал он себя при этом намного лучше прежнего. Больным он себя сейчас не чувствовал. Когда колдунья прервала поцелуй, Дин приподнял бровь. — Это… к чему-то нас приведет? — А ты бы хотел? — она провела тыльной стороной ладони по его подбородку. Дин сглотнул, глядя на ее безупречное лицо. — Знаешь… ты намного горячее, чем я ожидал… учитывая твой возраст и… ну, проживание под водой в элитном болотце. Ну, а насчет поцелуев… это просто приз по сравнению с некоторыми лекарствами, которыми мне приходилось давиться. Но… — он посмотрел туда, где без чувств лежал его брат, потом протянул руку, ухватил колдунью за запястье и стиснул пальцы. — Неважно, что ты делаешь для меня или что ты делаешь со мной… Но если утром с Сэмом что-то будет не так, то тебя не спасет никакая магия — ни древняя, ни новая. Я тебя пристрелю, утоплю или голову отрублю — что там из этого сработает — даже если мне для этого придется призраком возвращаться. Так все ясно? Колдунья тихо рассмеялась. — Внутри охотника бьется сердце рыцаря. Мой выбор был верен, — она разжала пальцы Дина на своем запястье с удивительной силой, а потом развернула стебель золотарника, намотанный вокруг укуса. Размяв желтые лепестки пальцами, она смазала ими рану. — Теперь тебе следует отдохнуть. Наклонившись, она поцеловала Дина в третий раз. Голова его от этого поцелуя закружилась сильнее, еще более мощная волна тока прокатилась сквозь тело. Но на сей раз волна эта лишь усугубила усталость, Дин не мог с ней справиться. Он изо всех сил старался держать глаза открытыми, глядя на колдунью, но та расплывалась, растворялась в темноте ночного неба. Дин стал отключаться, и последнее, что он услышал, были слова колдуньи: — Спи спокойно, добрый рыцарь. Ничто тебе вреда теперь не причинит.

***

https://i4.imageban.ru/out/2021/03/20/4d25d6886c0a71e83e3cd99e275c3de4.png Дин проснулся внезапно и заморгал от яркого солнечного света, отражающегося на глади болотной воды перед ним. Бывшая в лунном свете темно-синей, сейчас вода эта имела мягкий серовато-зеленый цвет. Он со стоном перевернулся на спину и зажмурился — свет высоко стоящего солнце ударил его прямо в лицо. — Черт… — он медленно сел. Провел по лицу ладонью и открыл глаза. Поморгал, фокусируя взгляд — и взгляд его замер на брате, все еще лежавшем на камнях слева. Сэм не шевелился. — Сэм! — Дин вскочил на ноги и мигом оказался рядом с братом, и лишь тут до него дошло, что он смог встать и быстро двигаться. — Сэмми? — перед мысленным взором его всплыла картина: Сэм падает после того, что ведьма его… что-то там с ним сделала. С того момента Сэм даже не сдвинулся. Дин огляделся. Колдуньи не было видно. Он понятия не имел, как долго уже ее нет, но солнце стояло почти прямо над головой, а это означало близость полудня. Сэм был в отключке больше двенадцати часов — почти как и Дин. — Да что за хрень она с тобой сотворила? — Дин прижал пальцы к шее брата и облегченно выдохнул, почувствовав ровный пульс. — Сэм? Очнись. Хватит дрыхнуть. Он осторожно перевернул брата на спину. Сэм застонал. — Ну вот. Давай, потихоньку. Сэм опять застонал и медленно открыл глаза. — Дин? — А кто же еще? Ты как? — Словно опять нажрался самогоном Бобби. — Сэм прикрыл глаза рукой. — Тем, из первой партии, которая оказалось не слишком-то хорошей. Дин сжал зубы. — Эта сучка сказала, что с тобой все будет нормально. Вот же она… — Дин! — Сэм резко распахнул глаза. Его сознание прояснилось, и он ухватил Дина за рубашку. — Колдунья… тебя… она… — Я в норме, Сэм. И она сказала, что ты тоже будешь в порядке, она говорила, что… — Она не соврала, — Сэм уселся, держась за рубашку брата, чтобы не упасть. И улыбнулся. — Сейчас голове уже лучше, и… я в норме. А ты? С тобой правда все хорошо? — Кажется, да, — сейчас, когда Сэм очнулся и стал двигаться, Дин чуть расслабился. Он вздохнул поглубже — в груди не давило, голова не кружилась — и хлопнул Сэма по руке, усаживаясь рядом с ним. — Я себя отлично чувствую. Сэм сглотнул. — Не врешь? — Не вру. Похоже, она меня починила, — Дин скривился, принюхавшись к своей футболке. — Душ бы не помешал и кофе галлон. А в остальном… — Дин, твой укус… — Сэм ухватил брата за руку и повернул ее. Ранки словно и не было, кожа на месте укуса Пеучена была совершенно гладкой. Сэм посмотрел на брата. — А что она с тобой делала? Дин провел пальцами по месту, где раньше был след змеиных клыков. — Она использовала тот золотарник как мазь, а еще было какое-то заклинание, и… — он посмотрел на Сэма и ухмыльнулся, — и она меня целовала. — Три раза, да? — ответно улыбнулся Сэм. — Ты знал? — Дин перестал улыбаться. Сэм пожал плечами. — Это было в легенде. Но ты же сам говорил, легенды и предания — они как испорченный телефон. Я не был уверен, так ли все будет на самом деле, — он спрятал ухмылку, — и не хотел, чтобы ты разочаровался, если бы легенды в этой части наврали. Дин фыркнул. — Ну, все именно так и было, и уж поверь мне, леди целоваться умеет. Она… — Дин кинул взгляд на озеро, на то место, где возникла колдунья. — Ты ведь еще стоял, когда она только появилась? Что ты тогда видел? Сэм подтянул к себе колени и обнял их. — Хочешь спросить — не была ли она наполовину… лошадью? — Про это ты тоже знал? — Дин впился взглядом в лицо брата. — Черт, Сэм. И сколько еще такой хрени ты мне забыл рассказать? Сэм фыркнул. — Ты возражал, уже когда я рассказывал тебе про колдунью, живущую под водой. Полагаешь, если бы я тебе сообщил, что иногда она наполовину лошадь, это придало бы веса моим аргументам? — Нет, конечно, — Дин поморщился, — но теперь я как-то немного нервно вспоминаю те поцелуи. Сэм рассмеялся и хлопнул Дина по спине. — Чувак, я видел вышедшую из воды женщину — и чертовски горячую притом. — И голую, — взгляд Дина опять переместился на озеро. — Голую, не забывай. — Точно, — голос Сэма смягчился. — Послушай, она колдунья, и очень древняя. Кто знает, как много обликов она способна принимать. Легенда гласит, что когда она наполовину женщина, наполовину лошадь, то эта форма символизирует союз между мужчиной и природой. Чтобы тебя излечить, она использовала силу природы, тот золотарник. Возможно, эту силу она извлекает из… той, второй половины своей сущности. — Половины ее сущности? — Дин хмыкнул. — Пожалуй, я буду придерживаться другой половины, той, в которой горячая цыпочка — очень горячая и голая цыпочка — трижды ко мне прикладывалась, — Он нахмурился, глядя на Сэма. — Сэмми, приятель, а ведь тебе в этом деле вообще не слишком-то свезло. Доктора в больнице были — у меня Кадди, а у тебя тот дедуля. А вылечили нас чем? Тебя — той гадостью, что намешала Айлен, а меня — охрененными поцелуями. — Ну и пускай, Дин, — улыбнулся Сэм. — Главное, мы оба в полном порядке. Дин ухмыльнулся в ответ. — Ну я-то в порядочке, а вот у тебя сейчас на голове полный ералаш. Сэм изо всех сил пытался сдержать эмоции, так что даже улыбка стерлась. — Я же говорил, что она сочтет тебя достойным. — Ну… — Дин пожал плечами. — Думаю, мне просто повезло — ее требования оказались невысокими. — Дин… А, ладно, неважно, — Сэм качнул головой и встал. — Пошли, надо ехать, — он протянул Дину руку, помогая подняться. — Кстати, у тебя теперь должна быть защита от всего. — От чего всего? — Дин ухватился за Сэмову ладонь и поднялся, ощущая, что ноги его держат вполне твердо. — От… ну, всего, — Сэм пожал плечами. — В легенде говорится: «Ничто не способно причинить вред рыцарю, что возлег с Колдуньей Вестморленда». — Возлег? — Дин фыркнул. — Я дальше первой базы не прошел, так что вряд ли это предсказание можно применять ко мне. Но в следующий раз, когда какая-нибудь тварь опять меня отколошматит, я тебе припомню это обстоятельство, — он глубоко вдохнул, а на выдохе расплылся в улыбке. — Но черт, как же приятно снова чувствовать себя в полном порядке. Сэм нагнулся, взял свой пистолет и заткнул его сзади за пояс джинсов. Он тоже улыбнулся, хоть ничего и не сказал. Развернулся в сторону Импалы, но тут Дин задержал его, ухватив за руку. — Ты, э-э-э… совершенно безумную хрень нашел для этого, но… — Дин, щурясь от яркого солнечного света, глянул на озеро, а потом повернулся к Сэму и сказал: — Спасибо тебе, — и лицо его разгладилось. Сэм кивнул, улыбнулся и пошел к машине. Пока они поднимались по откосу, Дин шел позади брата, но, когда они выбрались наверх, он выжидательно протянул к Сэму ладонь. — Чего? — насупился Сэм. — Ключи, Сэмми. Не думай, что я позволю тебе вести на обратной дороге. После того, каким пыткам ты подверг ее по пути сюда, — ни за что. — Да ладно, — Сэм бросил на брата быстрый взгляд. — На ней ведь ни царапинки. Ну, грязная немного, но… — Вот именно. И не думай, что я забыл про твой должок — помыть машину, — Сэм вытащил ключи из кармана, и Дин немедля их схватил. Он распахнул дверь, радуясь знакомому скрипу петель, и скользнул на водительское место. — Привет, Детка. Все вернулось на законные места — сегодня уж точно. — Ну и пожалуйста, — Сэм открыл пассажирскую дверь и наклонился, ухмыляясь брату. — Только сиденье вперед подвинуть не забудь. — Сучка, — Дин повернул ключ в замке зажигания, Импала ожила, и улыбка вернулась на лицо Дина. — Поехали. Поищем, где взять блинчиков, я жрать хочу. Сэм забрался на свое место, улыбаться он перестал. — Я бы предпочел, чтобы сначала мы заехали в клинику, пусть возьмут у тебя анализы крови. Чтобы убедиться в… — Нет, — но Дин тут же смягчил тон, уловив беспокойство на его лице. — Сэмми, я помню, как чувствовал себя тогда, и я знаю, что чувствую сейчас. Я в полном порядке, — он кивнул и переключил передачу. — Сделаю анализ крови позже. Сперва — еда, — он быстро развернул Импалу на узком пятачке земли. — А ты что будешь? Давай отпразднуем, закажи себе все, что хочешь. Сэм поднял брови. — Все, что хочу? — Ага, — Дин ухмыльнулся. — Платишь-то ведь ты. Finis