Арамис предпочитал спать без одежды

      При известии о двух комнатах д’Артаньян настоял на том, чтобы кидать жребий.       Атос бы его проигнорировал — ведь он по-прежнему был зол на него за утреннее происшествие, — но его идею поддержали остальные. Ни Портос, ни Арамис не были особо заинтересованы, с кем будут делить комнату, но им было жалко д’Артаньяна, чье предложение Атос попросту решил не слышать, хоть гасконец и повторил его несколько раз.       Итак, они взяли шляпу д’Артаньяна и, за неимением ничего лучшего, сняли со своих шляп по перу — благо они были разного цвета, но примерно единого размера.       — Я не буду класть перо — я буду тянуть, раз шляпа моя, — заявил д’Артаньян, внимательно разглядывая чёрно-белое перо, которое положил Арамис.       Арамис заметил его интерес и улыбнулся.       — Правда красивое? Я заказал шляпнику не двойное, а тройное перо, благодаря этому оно такое пышное» — и он даже покраснел от гордости.       — Замечательное перо, — улыбнулся ему гасконец, и отчего-то тоже покраснел. Ни с того, ни с сего Атос возмутился:       — Вы подсказываете ему, Арамис!       Это и правда походило на подсказку, понял Арамис, только какая, собственно, разница, кто и с кем будет в комнате? Хоть повторно попадать в утреннюю ситуацию ему особо не хотелось, мушкетер решил, что, окажись он вновь вместе с д’Артаньяном на одной кровати, он просто заранее позаботится о том, чтобы разграничить стороны, пусть даже подушками. Так что его не заботило, кто будет его соседом. С другой стороны, д’Артаньян ведь ещё и храпел…       Разумеется, Арамису не хотелось ломать свое прекрасное тройное перо только для того, чтобы кто-то вынул его как жребий, поэтому он решил тянуть жребий сам — соответственно, чёрно-белое перо вернулось обратно ему на широкие поля, прислонясь к тулье, а перо со шляпы д’Артаньяна легло в общую кучу. Арамис перемешал перья и, не глядя, запустил к ним руку. Как ни странно, он вынул простое белое перо, которым украшал свою шляпу д’Артаньян. Гасконец как-то по-особому улыбнулся Арамису, а после этого хитро подмигнул Атосу, который на этом моменте побледнел и выхватил шляпу из рук Арамиса. Д’Артаньян пытался помешать ему, но это у него не вышло — когда Атос был увлечен, ничто не могло сбить его с поставленной цели.       — Что это такое, д’Артаньян? Почему вы положили не одно, а три пера? — воскликнул он и, наклонив шляпу, продемонстрировал Портосу и Арамису то, что его возмутило — среди оставшихся красного и оранжевого перьев ярко белели ещё два белых. Портос посмеялся проделке гасконца, а Арамис рассудил, что, значит, результат жеребьевки не считается. Он хотел было предложить попробовать заново, но Атос был против:       — Все, хватит жеребьевок. Вы спите со мной, — заявил он Арамису, и тот с готовностью согласился, поскольку уже решил, что тихий сосед его устраивает все равно больше, чем тот, кто во сне распускает руки.       Атос слегка смутился и покраснел, когда понял, как прозвучала его реплика, но когда он увидел довольную улыбку на губах Арамиса, лицо Атоса озарилось радостью, которую мушкетёры редко у него наблюдали.       — Вы в порядке? — спросил Арамис, не понимая, собственно, такой радости.       — Да, — взял себя в руки Атос и нахмурился. Но рот его все равно улыбался, и от этих двух противоположных действий лицо его приняло такое пугающее выражение, что Арамис уже думал отказаться от счастья делить комнату с его тихим соседом, но решил, что, если что произойдет, он просто перейдет в соседнюю комнату к Портосу и д’Артаньяну и уляжется там на пол.