под черным небом.

《8 сентября 2017 года》. —...После окончания пары каждый из вас обязан разбиться на небольшие группы из двух-трёх человек, для выполнения совместного проекта. — Пожилая, худенькая женщина, чуть выше полтора метра ростом, не старалась надрываться и кричать на всю аудиторию и говорила размеренно, нарочито тихо, дабы в помещении продолжала царить гробовая тишина. — Можете быть свободными. — Она поправила очки указательным пальцем и опустила глаза на стопку из бумажной волокиты, принимаясь работать. — Ты занят?— Чья-то рука с характерным хлопком опустилась на парту, от чего Аккерман мелко вздрогнул, сильнее сжимая лямку от рюкзака в ладонях. — Что прости?— Он поднял голову выше, а затем еще выше, и еще...черт возьми, этот парень что, два метра ростом? Леви чуть сузил глаза, от чего и без того "кошачий" разрез глаз стал выдавать эмоцию презрительности в несколько раз сильнее. Чернявые пряди ниспадали на лоб и лезли в глаза, но даже это не особо мешало ему продолжать пялиться на только что подошедшего парня. — Ну, нам нужно сдать групповую работу, поэтому повторяю - ты занят?– Его волосы были настолько яркими и светлыми, что создавалось ложное впечатление, будто он - само солнце, а голубые глаза смотрели с неподдельным интересом и пытливостью без какого-либо стеснения. Громкий голос неприятно резал слух...или это из-за молчаливости Аккермана? Леви глубоко вздохнул, натягивая края свитера на бедра. — Да ладно?! Тут что, других ребят не нашлось?— Темноволосый раздражённо выдохнул, когда оглядываясь по сторонам, заметил лишь удаляющиеся спины двух девушек, что вышли самыми последними из класса. Они остались одни. Раздраженный Леви и этот громила, который, в общем-то, своей физиономией чем-то походил на лабрадора. Аккерман свёл тонкие, черные брови у переносицы и фыркнул от столь нелепого сравнения, прикрывая рот ладонью, а блондин поджал губы, пытливо выжидая от парня хоть какого-то ответа. — Ладно уже, идем, собачонка. — Криво улыбается, закидывает увесистый рюкзак себе на плечо и на мгновение теряет равновесие от переоценки своих сил, которыми, к слову, он и так не блещет. В мгновение тяжесть словно испаряется, а Леви непонимающе глазеет сначала перед собой, а затем оборачивается в сторону нового знакомого, который глупо улыбался и удерживал сумку Аккермана в одной руке, словно она ничего не весила. Ну конечно, с такими "банками" вместо рук и сам бы Леви штук сто таких сумок поднял. — Ты вообще хоть кушаешь? Щупленький, тело как у двенадцатилетнего ребёнка. — Беззлобно смеется блондин, а Аккерман фыркает, выпутываясь из лямок и толкает сумку прямо навстречу парню, от чего тот обхватывает ее двумя руками, прижимая к груди. — Раз умный такой, неси тогда сам. — Ворчит, а в душе радуется словно мышь, тому факту, что сплавил тяжёлую сумку в надёжные руки. И правда собачонка. — Мне 21, кстати. — Правда? А так и не скажешь, что ты старше меня. — парень не рассчитав силу взмаха, шлепает крупной ладонью по спине Аккермана и второй резко выгибается в спине, навстречу ладони, выпучивая глаза не то от удивления, не то от жгучей боли в районе лопаток. Левый глаз нервно дёргается, а сам он даже не решается повернуться лицом к этой "ходячей катастрофе", ведь понимает, что не удержится от того, чтобы в кровь расцарапать ему лицо. — Иди молча, лабрик, мешаешь думать. — Темноволосый небрежно взмахивает худощавой рукой и вновь сует руки в карманы, чуть понурив плечи и нащупывает в джинсах долгожданную сигарету. Облегчённо прикрывает веки, чуть стискивая ее в ладони и предвкушает прекрасное времяпровождение в окружении дыма и лёгкого помутнения в голове. — Меня зовут Эрвин Смит, а тебя Ривай же, верно? — Спустя какие-то жалкие минут молчания выдаёт Эрвин, а Леви с силой стискивает сигарету меж двумя рядами ровных зубов от непреодолимого чувства злости и паники. — Кто тебе такое сказал?— Разворачивается тот на пятках и не обращает внимание на выпавшую сигарету, лишь нижняя губа мелко подрагивала и попробуй догадайся, произошло это от страха или неконтролируемой агрессии. — Я не расслышал точно, но мне послышалось... — Никогда не называй меня так. Я Леви, Леви, ясно?— Повышает голос он, одним резким движением забирая сумку у того из под носа и быстрым шагом удалялся прочь, закусывая щеку изнутри. В голове продолжал крутиться женский, ласковый голос, что звал его по ненавистной (самому парню) вариации имени. — Я не Ривай, тебе ясно, шлюшье отродье? — Неожиданно даже для самого себя, он звонко шлепнул по щекам, зажимая лицо меж двух ладоней. Резкое покалывание на ладонях и жар, что нещадно обдавал щеки хоть и приводили Аккермана в чувства, но до конца это страшное, ноющее ощущение в груди не убрали. Эрвин поднял сигарету с пола и проведя пару раз кончиками пальцев по самой длине, оттряхивая от слабого слоя пыли, прочитал: — Embassy с ментолом.