love on turtle island

На протяжении всего длительного утра, волонтёры помечали пропущенные гнёзда черепах, посетивших пляж без ведома первых. Ребята излишне перепугались и переволновались, из-за чего проворонили несколько гнёзд, однако которые успешно пометили, измерили и установили стальные клетки для сохранности черепашьих яиц. Подсчитав количество яиц, а также измерив уровень светового загрязнения пляжа и высоты берега — утомленная группа не спешила добраться до теплых постелей своих бунгало, напротив, молодые люди спешно направились в лагерь целой гурьбой, дабы осведомиться о нынешнем положении травмированной мамы-черепахи. Минсу, завидев Чанёля и старшего брата ранним утром на обходе, горестно заревела и подбежала к старшим, крепко обняв вовремя успевших присесть на колени мужчин за шеи, которые жалостливо прижимали к себе переживавшую всю ночь девочку. У остальных девушек постарше тоже стояли одинаковые слёзы в глазах или застыло встревоженное выражение лица; Шелдон до сих пор неестественно трясся — каждый из них переживал всё произошедшее, принимая излишне близко к сердцу. По-другому в их работе было нельзя. Передав друзьям обо всей ситуации в мельчайших подробностях, волонтёры в очередной раз убедились в мастерстве Бён Бэкхёна, но и Чанёль не отделался от восторженных вздохов, как и взглядов в свой адрес. Ребята по-новому зауважали «нового члена семьи», как зачастую обращались в сторону Пака, а теперь мужчина устоявшийся участник их общего коллектива. От чего теперь станет достаточно трудно отказаться. Достигнув точки лагеря, молодые люди побросали рюкзаки у входа и наперебой забежали внутрь здания. Бэкхён сидел в холле и разговаривал с одним из лидеров другой группы их организации — Дэвидом, который руководил сменами на восточной части острова. Ни капельки не удивившись ворвавшимся, Бён угомонил своих подопечных и прояснил им нынешнюю ситуацию. — Прибывший врач провёл вторичную ампутацию, поэтому прошу вас быть тише. Во время реабилитации карете придется ещё вынашивать своё потомство, пока она не подготовится к откладыванию. Мы должны предоставить ей уход, а главное — покой. — А можно мы… — попытала удачу Данна, крепко держась за руку рядом стоящей Челси, однако Бён непреклонно покачал головой. — Отдыхайте. Через пару дней — минимальный срок для посещений, — сказал лидер Б, из-за чего ребята заметно расстроились, но не стали спорить. Пособирав свои вещи, волонтёры попрощались с обоими лидерами и направились восвояси. Ким и Пак собирались поступить также, вот только их остановил голос Бэкхёна. — А вы стойте. Вам можно. Минсу тоже остановилась и подошла к своим оппам, сонная, но и одновременно бодряще встревоженная. — Минсу-я, побудь здесь, — заметно смягченной интонацией попросил Бён. — Но Бэкхённи-оппа, пожалуйста! — запротестовала девочка, однако откуда ни возьмись появился второй лидер, который очаровательно улыбнулся и протянул девочке ладонь. — Пойдем со мной, Минсу. Посмотришь фотографии оливковой черепахи, которые наши удалые сделали этой ночью, — снисходительно предложил Дэвид. Школьница затаила дыхание и густо покраснела, тем не менее, согласно кивнула и взяла юношу за руку, позволив увести себя в зал, где обычно туристы просматривали учебное видео, когда таковых ещё было дозволено приглашать в волонтерские программы в качестве зрителей. После того, как голоса стихли, как и шаги молодых людей, Бэкхён повернулся к двоим оставшимся и взмахом руки повёл дальше по коридору, где находились камеры для будущих потомств после вылупления для их последующего изучения, выхождения, а затем уже отпущения в глубины морские, где тем и место. — Минсу-я без ума от Дэвида с первого дня прибытия на остров ещё три года назад. Только тш-ш, никому, — шепнул Ким разъяснение реакции своей сестры на симпатичного парня со светлыми волнистыми волосами и белозубой модельной улыбкой. В такого грех не влюбиться юной несовершеннолетней особе. Когда трое достигли двери, та осторожно приоткрылась, и вскоре в проёме оказались Сэм и Лили, по всей видимости, которые неотрывно следили за состоянием доставленной и во второй раз прооперированной кареты. Оказавшись полностью в коридоре, молодая пара улыбнулась знакомым лицам; Чанёль опустил взгляд ниже — бледная тонкая ладошка девушки спряталась в широкой ладони парня, который бросал на подругу многозначительные взгляды, даже не стыдясь этого. Мысленно порадовавшись за молодых, Пак тайно пожелал этим двоим счастья и намеревался пройти внутрь, как был остановлен за локоть — Сэм помялся всего мгновение, а затем посмотрел мужчине в глаза и твёрдо произнес. — Чанёль, прости за то, что я наговорил тебе тогда. Всплеск эмоций, паника и всё вместе взятое… в общем, я не хотел срываться на тебе. Пак мягко улыбнулся и потрепал студента по и без этого растрёпанной шевелюре. — Забыли. Но с тебя обед прилагается, — пошутил мужчина, переведя внимание на скромно стоявшую рядом с ними Лили. Та ответно улыбнулась, на что Пак подмигнул девушке, открыто намекая на завязавшиеся чувства между этими двумя. Девушка застенчиво покрылась краской, но уверенно кивнула и прижалась ближе к парню, который негромко, но с не меньшим энтузиазмом проговорил. — Да после всего этого я тебе такой праздник устрою! — заявил он. — Давайте повременим с этим. — Вмешался Бэкхён со скрещёнными на груди руками, внимательно следя за развернувшийся сценой; лидер облокотился возле двери камеры, призывая внутрь. — Вы двое, идите отдыхайте. Заслужили, — еле заметно улыбнулся Бён и первым скрылся в дверях. Сэм переглянулся с девушкой — не привиделось ли ему, или же лидер в хорошем расположении духа, в то время как Лили провожала махнувших им на прощание мужчин пытливым взором. Однозначно стоило узнать лидера поближе, чтобы понять, каковой он по-настоящему. И, кажется, Чанёлю скоро удастся это выяснить. Бесшумно пройдя внутрь, друзья склонились над одной из камер, в это время Бэкхён остался стоять у двери. Пак обменялся с Кимом практически идентичным взглядом, полным схожих эмоций; они озабоченно воззрились на преспокойно сопящую черепашку, которая за эту ночь пережила тонну событий, как и они все вместе из-за этой маленькой крохи. Которая, к тому же, вынашивает в себе около сотни яиц, которым ещё предстоит явиться на этот свет. При виде черепашки, мужчины почувствовали себя гораздо легче, словно камень с души. Ощущение можно было сравнить с распространением облегчающего бальзама по телу после бесконечных ушибов — немного побаливает, но смягчает напряжение. Чанёль поджал губу, дотрагиваясь до стекла, будто на самом деле гладит карету, вселяя успокоение и в неё саму, и в самого себя. Переведя взгляд на дверь, он вновь ловит неразборчивый взор со стороны Бёна, который однако практически сразу переключает его на что-то другое, делая вид, что так оно и было изначально. Пак тоже вернул внимание на спящее животное и спустя несколько изучающих минут поднялся на ноги. Чонин последовал примеру друга и направился за ним, бросая последний взволнованный взгляд на камеру. Покинув комнату, волонтёры направились обратно в главный холл, в то же время перекидываясь незначительными фразочками о дальнейшем развитии ситуации, возможных протезах, прогнозах реабилитации и так далее. В основном, интересовался Ким, хоть и Чанёль тоже участвовал, но в большинстве своём хранил раздумчивое молчание. В холле их уже ожидали Дэвид и Минсу, которые также обсуждали что-то весьма отвлеченное; девочка заметно спала, сонно моргая и изрядно утопая в усталых зевках. Лидер восточного пляжа потрепал школьницу по волосам на прощание и торопливо поднялся — ему ещё следовало добраться назад, к своей группе. Пожав ладони всех троих мужчин, Дэвид спешно ретировался, а после здание покинули и Кай с еле стоящей на ногах Минсу. — Мне тут нужно… в уборную… я думаю. — Невпопад проговорил Пак, косо поглядывая на отошедшего Бёна. Проследив взглядом на лидера, Чонин понимающе усмехнулся и хлопнул друга по плечу. — Так вот, как решишься, приходи на парковку. Без тебя точно не уедем, — подмигнул Кай и повёл сестрёнку в сторону припаркованной тойоты на улицу. Чанёль с благодарной улыбкой проводил двух дорогих людей взглядом и подтянул рюкзак на плече. Он глубоко вдохнул и выдохнул, набираясь решимости, и подошёл к лидеру их волонтёрской группы, после чего незамедлительно поклонился старшему, выказывая своё почтение. — Было бы весьма глупо с моей стороны уехать, так и не отблагодарив тебя. Признаться честно, я восхищён тем, как ты взял ситуацию под контроль и внушил уверенность перепугавшимся студентам, ну, и взрослым мужчинам. Не потерять себя в ситуации такого рода — признак настоящего профессионализма. — Сказал Пак и выпрямился обратно. По виду Бэкхёна можно было утверждать, что старший явно опешил, непривыкший к столь радикальной похвале в свой адрес, как принято у них на Родине. В конце концов Бён вполголоса пробурчал. — Не стоило произносить такую речь — мы всё-таки не на корпоративе. Чего иного Чанёль мог ожидать? Тепло улыбнувшись обыкновенной ершистости всеми почитаемого лидера Б, Пак намеревался было развернуться, но всё же остановился вполоборота и вытянутой рукой коснулся мягких волос на макушке старшего, который нетипично застыл и в ожидании уставился на мужчину смешанным взором. Чанёль же в порыве легко провёл по гладким волосам ладонью, с наслаждением зарываясь пальцами в шелковистых прядях, однако в следующую же секунду отнял ладонь и помахал напоследок, после чего уже оказался в дверях при выходе из волонтёрского лагеря, преисполненный усталости, воодушевления и неспособности понять собственные бурлящие эмоции. — Чанёль, — остановил мужчину звонкий голос Бёна, который поспешно вышел за Паком, что прошёл уже пару метров от главного порога. Обернувшись на лидера, Чанёль вопросительно застыл и свёл брови вместе — мало ли, что-то не так. Тем временем, Бэкхён как-то порывисто дышал и явно набирался готовности для дальнейших слов — это напомнило Паку вчерашнюю сцену с намеревавшейся пригласить мужчину на свидание Лили, которая, увы, не увенчалась успехом. Но не могут же являться две эти ситуации идентичными друг другу? Верно? В конце концов Бён собрался с духом и постарался, дабы последующее предложение не звучало излишне пафосно или же имело хоть малую долю значимости. А потому произнёс достаточно фамильярным тоном, запрятав руки в карманах. — На выходных после обеда я собираюсь готовить Котту роти. У тебя вроде свободные дни по расписанию. Можешь составить мне компанию, если не занят. Вначале Чанёль не поверил своим ушам, но поражаться этому щедрому предложению не было времени, поэтому мужчина широко улыбнулся и с уверенностью кивнул головой, громко заверяя. — Я приду, однозначно. Махнув на прощание, Пак заспешил к ожидавшей его красной Toyota Corolla; он сел на переднее сидение, тогда как Минсу уже давно сопела на задней части автомобиля, подложив под голову собственный рюкзак, заботливо укрытая сверху массивной спортивкой Кима, обосновавшегося за водительским сидением. Поймав взгляд пристегнувшегося ремнем безопасности пассажира, Чонин обалдело протянул. — Что ты с ним сделал, Чанёль. Автомобиль выехал с парковки, уносясь вдаль по улице, скрываясь между густыми деревьями и фруктовыми кустарниками. Бэкхён провожал машину задумчивым взглядом, ещё некоторое время оставаясь на прохладе вступившего в свои права раннего утра с поющими вдалеке стаями птиц, с запахом сырой непрогретой земли и ощущением сильных пальцев в своих волосах. Он плавно наполняет легкие рассветным воздухом и глядит на бледно-голубое небо, вскоре после чего его фигура скрывается в автоматически сдвигающихся дверях одинокого лагеря. *** С чистой совестью отоспавшись почти до самого часа обеда выходного дня, Чанёль в полусонном состоянии и довольно растрепанном виде осел на постели, долгим взглядом уставившись перед собой. Мужчина лениво потянулся, но не стал более задерживаться в тёплой кровати, когда с общей кухни веяло аппетитным дуновением, возбуждающий рецепторы и накапливающий вязкую слюну во рту. После тщательных водных процедур, Пак всмотрелся в зеркало — синяки под глазами, уставший и заспанный вид. Ничего, чашечка свежего кофе, и он уже бодрячком. Растрепав и без того топорщащиеся волосы, Чанёль достиг поворота до кухни и застыл в дверях, в потугах притормозить свой смех при виде комичной картины: Ким занимался приготовлением неизведанного другу блюда в измятой пижаме; полосатые штаны свисали, держась на одних тазовых косточках (и божьей силы воли), да ещё и были развернуты в одном им известном направлении — уж хозяин об этом явно не заботился. Хлопковая рубашка наполовину расстёгнута, открывая вид на подтянутое смуглое тело; рукава массивно подвёрнуты до локтей, однако время от времени скатывались в сковородку, промышляя сварганить полу-завтрак, полу-обед похлеще самого Кима, который по-детски инертно хлопал глазами; причёска обрела вид геометрической звезды: отдельные пряди, словно антенны, независимо пытались связаться с космосом, отыскивая новую инопланетную форму жизни. Совладав с собой, Чанёль прошёл дальше по кафельному полу босиком и облокотился на отдельную столешницу посередине, где в это время вовсю жарилась яичница с помидорами и курицей, щедро усыпанная богатой зеленью в виде лука и укропа. — Готовишь с утра пораньше? — вместо приветствия бросил Пак, забирая одну сочную помидорку с влажной дощечки, на которой минутой ранее происходила мучительная казнь несчастных овощей, ставшими частью кулинарного изыска одного гения. Чонин повернулся к другу и сатирически хмыкнул; он нёс горящий кофе в белой пузатой чашке, однако при появлении второго на кухне, не раздумывая, пододвинул свой живительный напиток другу, который с благодарностью кивнул. Тем временем, Кай отвернулся заваривать ещё одно американо уже для себя любимого. — Скажешь тоже, раннее утро, — хриплым голосом проговорил Чонин, занятый очередными боями с вечно замыкающей кофеваркой. — Как приехали с утра после той злополучной ночи, да отнесли спящую Минсу в её комнату и вернулись к себе — без сил завалился спать. Вроде уже несколько деньков прошло, а до сих пор не отошел. Башка трещит не по-детски, — пожаловался Кай, одним глухим ударом по корпусу машинки, наконец, заставляя её работать, как следует. — Не говори. Надо будет потом наведаться в лагерь, чтобы… — Не трогай! — резко воскликнул Ким, взмахом одной руки вынуждая Пака остановить ещё одну помидорку на полпути к ротовой полости. Чанёль растерянно уставился, ожидая равноценного аргумента. — Забыл? Ты сегодня после обеда собрался к Бёну готовить Котту роти, — поиграл бровями Чонин, — советую отказаться от приёма пищи специально ради этого, а не то оскорбишь лидера своим полным желудком. И тогда точно придётся сортировать мешки с мусором по всему острову все оставшиеся недели. — Я помню. И что, это означает, что мне ещё несколько часов оставаться голодным? — нестерпимо заныл Пак неподходящим для этого басом и вполовину улёгся на столешнице, вот только горящая капля от жарящегося омлета попала мужчине на скулу, и тот с таким же басовитым вскриком отскочил от опасного поля действия. — Тем более, я не знаю, где он живёт. После того приглашения, он мне больше ни слова не сказал. Может, передумал? — задался вопросом погрустневший Чанёль, тотчас издав болезненное «ай!» из-за поварёшки, атаковавшей его несмышленую, однако всё ещё необходимую головушку. — За что? — рявкнул он. Чонин смерил друга оскорбленно-осужденным взглядом, будто был лично задет рассуждениями Пака. — Он не говорил тебе, куда нужно идти, потому что его дом находится в десятках метрах от наших бунгало, вундеркинд, — пояснил Ким, тыча мужчине в грудь злосчастной поварёхой. Чанёль несколько секунд сидел с не догоняющим выражением лица; Кай терпеливо ожидал, когда шестеренки в голове Пака приведут хозяина к аналогичным выводам. — Погоди. То есть ты хочешь сказать, что тот домик-шале неподалёку — это хоромы Бёна? — с очевидным недоверием в голосе проговорил Чанёль. Закатив глаза, Ким утвердительно кивнул. — Вообще-то, я ещё в самом начале твоего приезда ткнул в ту сторону и пошутил, чтобы ты туда не ногой, так как там обитает граф Дракула — забыл? — Эта шутка была настолько печальной, что я не обратил внимания, — признался раздумывающий теперь о другом Пак, снова держась за пострадавшую макушку. — Чёрт тебя, Ким! — Короче, да. Границы того домика — это территория лидера Б, его участок. Поэтому он даже не думал извещать тебя геолокацией, потому как все в округе это знают. В назначенное время просто пойди и постучись, Колумб. Ты станешь первым и единственным первооткрывателем берлоги истинного зверя, — издевательски оскалился Чонин. — Скажешь тоже. Нормальный парень, только со своими прибамбасами. Как и каждый из нас, — защитил честь старшего Чанёль, даже сам того не подозревая. Как-то само вырвалось. — Нет, серьёзно, — настойчиво продолжал Ким, попивая свой кофе, — вдруг он решил этим приглашением кокнуть тебя в подвале своего дома — всё равно туда не ступала нога человека, по крайней мере, никто об этом не знает. Оттуда ведь никто не возвращался, — пугающим тоном поведал он, издав замогильное «у-у-у». Чанёль сардонически посмотрел вверх, и Чонин глубокомысленно выдал. — Правда. Говорили, что у него прочные связи с местными правоохранительными органами. И взамен на молчание, Бён предоставляет им, сам знаешь, что, — низко наклонился к другу, дабы ни одна живая душа не расслышала. Мало ли — собственная жизнь ещё дорога. — Перестань, — открестился от него мужчина, хоть внутренне ощутимо напрягся. Чёртовы слухи и чёртов лидер, из-за которого поневоле веришь во всю эту дребедень. — Лучше посоветуй, чем мне занять свой желудок до послеобеденного времени, сказитель. — В следующий миг в животе протяжно заурчало, и Чанёль со страдальческим видом повалился на столешницу. — Ну, хочешь, я могу сварганить тебе смузи из того, что есть, — послышался приглушённый голос Кая, который верхней половиной тела скрылся в недрах небольшого холодильника, увешанного магнитами, фотографиями, марками, стикерами — чего только там не было. Одно из фото Пак узнал ещё в самом начале — такую же судьбоносную открытку прислал ему Ким на самое последнее Рождество. — Ага, чтобы потом меня вывернуло прямо при нём. Нет, спасибо. — Буркнул Чанёль, неизменно возвратившись на прежнее место — он подпёр подбородок рукой, ребячески нахмурившись. Тем временем, Ким сгрёб груду продуктов из домашнего ледника и свалил всё это добро прямо перед Паком, который вовремя помешал одному из откатившихся яблок слететь с деревянного края. — Обижаешь. Я состряпаю такое обалденное сочетание, что ты опупеешь. Клянусь своей тойотой, — с горящими глазами, пообещал Чонин, которому не терпелось поразить своего друга в собственном мастерстве. Чанёль с опаской оглядел несколько пакетов с брокколи, яблоками, шпинатом, нарезанным ананасом, бананами и замороженным йогуртом. Он смерил друга взглядом, а-ля, ты серьезно или даже не скрываешь, что пытаешься меня открыто грохнуть? — Ты же вроде обмолвился, что собираешься продавать свою тойоту… — упомянул Пак, откопав где-то на задворках сознания данный диалог с Кимом, произошедший всего пару дней тому назад. В это самое время, Чонин уже был занят нарезкой фруктов и овощей; его уже было не остановить никому — весь вид Кая напоминал типичное состояние безумного ученого во время заранее неудавшегося, но не менее безрассудного эксперимента. Чанёль только желал, чтобы с ним пронесло. — Вот и молись, чтобы с ней всё было хорошо, иначе не продам, — хищно оскалившись, Чонин проворно выбил замороженный йогурт из упаковки в специальный ручной миксер, который теперь дербанил в руках, размахивая им из стороны в сторону. — Я тебе не говорил, что два года брал уроки у одного профессионального бармена? Он умел всё — поил посетителей от идеально заготовленных порций питательных смузи до головокружительных коктейлей под градусом каждую ночь… вот это мастер своего дела. — Мечтательно протянул Ким, всё сильнее молотя несчастный йогурт в закрытом цилиндре, создавая громовой треск и шум на всё бунгало, наверняка доносящееся до женской части. Или до одинокого домика-шале. — Не упоминал, — кривившись от неприязненного звука, ответил Пак, всё ещё под сомнением осматривая размораживающиеся продукты перед собой. На что он подписался? А про трещащую сковороду каждый из них забыл и подавно. — Так вот, однажды я устроился работать официантом в одном придорожном пабе около коралловых рифов близ города… — Чонин! Яйца горят! *** В очередной момент проверив, ничего ли он не забыл, мужчина ещё раз похлопал себя по карманам и убедился, что всё в порядке, после чего покинул общую спальню и направился прямиком ко входной двери. Миновав проём, ведущий в гостиную комнату, он бросил напоследок. — Всё, я ушёл. — Стой, — донеслось торопливое, и следом в коридор вышел сам Ким, облаченный в темно-синий махровый халат; он как горделивая матушка облокотился о дверной косяк и прижал руку к груди, имитируя восхищенные вздохи, глядя на зашнуровывающего кеды друга сверху вниз. — Ох, они так быстро растут. Не успеешь и глазом моргнуть, как они покидают отчий дом. Удачно повеселиться на свидании, Чанёлли. — Это не свидание, — возразил Пак, умело разбираясь со вторым узлом. Он поднялся на ноги и уверенно заявил, непоколебимо глядя Киму в лицо. — Мы лишь пообедаем, да поболтаем. Вот и всё. — Ага, на свиданиях ведь обычно шьют парашют и играют в шашки. Как я мог забыть, — закатил глаза Чонин. — В общем, тогда просто повеселитесь. Мужчина собрался ответить, как его перебил глухой шум, донесшийся со стороны задних дверей — в бунгало ворвались два урагана в лице Сэма и Шела, которые громко смеялись над каким-то очередным мемом в интернете. — О, капитан Черепашье сердце, куда путь держим? — заприметил застывших у входной двери Сэм, сократив расстояние меж ними, он поравнялся с Кимом. — Да вот, у Чанёля намечается НЕ свидание с Бёном, где они точно будут обедать, банально поболтают и все дела. Но так как на свиданиях подобной фигнёй не занимаются, то у них точно НЕ свидание, — понятливо разъяснил Чонин, скрестив руки на груди и проговаривая всё сказанное с напускным выражением лица. Словно объяснять ребёнку, что дважды два — пять, а не четыре. Получается полнейший бред. — Я ничего не понял, кроме того, что у Чанёля свидание с лидером Б, — произнёс Сэм, а Шел ошарашенно и одновременно восторженно округлил глаза. — Правда? У тебя свидание с Большим Б? — во всеуслышание повторил Шелдон и издал нечто схожее с криком моржа. Чанёль уже открыто фейс-палмил, в то время как Шел дёрнул Сэма за рукав и воодушевленно провозгласил, — мы обязаны рассказать остальным! — Нет! — мигом запротестовал мужчина; он грозно надвинулся на близнецов и навис над ними сверху, беспрекословно требуя. — Вы никому не расскажете о нашем совместном обеде, усекли? Ни единой душе. Обещайте! — потребовал Пак, не сводя с малых пристального выжидательного взгляда. — Но… — попытался возразить Шел, однако рядом стоящий Сэм невозмутимо выпрямил спину и с решительным настроем дал своё слово. — Можешь не париться, братан. Мы — могила, клянусь своим будущим дипломом, — поднял вверх два пальца, с твердостью заглядывая старшему в самые зрачки. Чанёль облегчённо выдохнул и кинул напоследок «смотрите у меня», затем посмотрел на наручные часы и стремительно ретировался из бунгало, махнув друзьям на прощание. Как-никак, рисковать и опаздывать у мужчины не было никакого желания. Проводив удаляющуюся фигуру Пака пытливым взором, ребята отлипли от окна и одарили друг друга многозначительными ехидными ухмылками. — Да уж, — изрёк Ким, пряча руки в широких карманах халата и пораженно выдавая, — кто бы знал, что эти двое так живо споются. Судьба, не иначе. — Угу. Кажется, нас ожидает памятная гулянка на чьей-то свадьбе, с бухлом и горячими цыпочками, — протянул довольный Сэм, предвкушающе двигая тазом полукруговыми движениями, почему-то имитируя гавайские танцы. Почему именно их — оставалось загадкой. — Тебе лишь побухать, — осёк малого Чонин, слегка пнув того в голень. — Тем более, у тебя уже есть Лили. Забыл? — напомнил другу Шелдон, следом оставив на нерадивой головушке весьма ощутимый подзатыльник. Взявшийся за больную ногу и голову в один момент, подпрыгивая на одной ноге в нелепой позе, заскуливший Сэм чуть не свалился на твердые полы бунгало. Он удачно удержался и с нескрываемым возмущением оглядел своих друзей. — Да помню я! И не обязательно было меня дубасить, куда не попадя! — воскликнул он, потирая ноющий затылок. — Обязательно, — ухмыльнулся Кай, откровенно насмехаясь. — Это тебе за то, что ты дал Чанёлю обещание не рассказывать о его мутках с лидером Б. Вот зачем было так делать? — проворчал разочарованный Шел, оставшийся недовольным сей расположением дел. Сэм с напускным вздохом посмотрел вверх, мол, друг, не будь столь несообразительным, и принялся разъяснять свой поступок. — Ты совсем под солнцем изжарился или да? Смотри, я клялся нашими дипломами, верно? — Шел непонимающе изогнул брови, особо не догоняя, к чему ведёт второй, потому Сэм осветил парня с досадливым стоном. — Да не будет у нас никаких дипломов! Нам же сегодня пришла повестка, что нас выперли, сечёшь? Смекнувший Шелдон протянул глубокомысленное «а-а-а» и заговорщицки ухмыльнулся. Сэм ответил другу той же ухмылкой, задиристо играя бровями. Однако в тот же момент парней накрыла широкая тень, грозно нависшая сверху, словно одна большая грозовая туча над целым островом. — О чём вам там пришла какая повестка? Выкладывайте, — сердито рявкнул на мальцов-сорванцов разгневанный Ким, который давно успел породниться с двумя безбашенными близнецами и потому принимал тех за своих младших братиков. Поэтому новость о том, что ребят турнули из учебного заведения, прозвучала словно громкое мяуканье для сторожевой овчарки — не дюжий триггер. — Но Нини! Ты ведь тоже забросил свой универ, — попытался спасти их совместные молодые жизни побледневший Саймон, который на пару с Шелом уже сделал несколько шагов назад, однако это стало спусковым крючком для рассерженного Кима, который издал нечто похожее на злостный рык зверя, сорвавшегося с поводка, и накинулся на ребят с кулаками. Последние немужественно завопили и бросились врассыпную по всему бунгало, с целью сохранить свои не до конца прожитые жизни от жестокой расправы.