samurai's love.

*･゜ﾟ･*:.｡..｡.:*･'(♡)'･*:.｡. .｡.:*･゜ﾟ･*

      Чувство слежки въелось в душу, как скраплет, который за каких-то пару минут мог обглодать тело трансформера, что также было и с тобой; оно не прекращалось, сжирало изнутри. И, казалось бы, причин на это не могло возникнуть, да и если честно рассудить — ничего подозрительного и мнительного не происходило. Но не с проста же зарождается подобное чувство?

***

      Каждый день, как день сурка, повторялся вновь и вновь: работа, дом и так по кругу. Деньги с неба не падали, а содержать себя и копить на будущую учебу было необходимым и первоочередным пунктом в списке под названием «жизнь». Жаловаться, наверное, было не слишком разумно, когда ты приезжала (после долгого и нудного трудового дня) на базу автоботов, точнее на свалку старых, гниющих машин. Иногда помогала Кейду и стояла на подхвате, а остальное время проводила с Изабеллой: болтала на разные темы, заплетала ей косы и пару раз привозила любимые книги из дома, чтобы как-то скрасить тоскливые дни девочки.       Сдружиться с пятиметровыми железными гигантами оказалось задачей не из лёгких, да и выбора особого не предоставлялось. Оптимус, как и полагалось, оставался самым адекватным и здравомыслящим лидером; с Бамблби никаких проблем не возникло, он просто гладил тебя по голове, взъерошив твои волосы и издавал смех, что-то наподобие жужжания; Хаунд иногда рассказывал интересные истории, но относился нейтрально в отличие от снайпера в зелёном плаще, который то и дело подвызикивал, аргументируя своё поведение тем, что на базе достаточно одной неугомонной девчонки. Дрифт, тот самый, которого ты сторонилась и обходила стороной, не потому что он показывал плохое отношение, а наоборот — вообще ничего не предпринимал. Он мало разговаривал (в особенности с тобой), ходил как тень, редко вступал в контакт. Для тебя автоботский самурай казался таинственной персоной, которого понять было не так просто.       Вскоре, всё пошло другим ходом. С едва видимой улыбкой на металлических губах мечник любезно предлагал подвозить до твоего дома. Ехали вы в мертвой тишине, и ты, пытаясь ним как-то заговорить, задавала вопросы и тут же слышала односложные ответы, хотя можно было заметить его старания и желание ответить не в двух словах, он словно опасался сказать лишнего. Его ты не винила, радуясь вашему даже короткому времяпровождению. И не возникало ни малейших подозрений, что это вовсе не конец…

***

      Отчуждением самурай всегда пугал автоботов, которые уже успели подумать, что перед ними стоит на вид дружелюбный мех, но в то же мгновение поражались, когда он подходил ближе. Аура. На первый взгляд спокойный, на второй — жуткий, а после — и вовсе таинственный, словно был загадкой, которую не каждому дано разгадать.       Увидев её, Дрифт затаился в тени, почти не показываясь, и отдал предпочтение наблюдению и сбору информации. Прежде его мало кто замечал, не представляя, насколько бывший десептикон умеет слиться с реальностью, показывая свою незаинтересованность ко всему, поэтому и девушка, не знавшая о нем ничего, с уверенностью думала, что её персона ему безразлична. Кроме самого самурая, никто не знал, что она глубоко ошибалась.       Следил и присматривал за ней одновременно, подмечая каждую деталь: когда она чувствует дискомфорт — подносит руку к левому запястью, где находились смарт-часы, которые тоже не остались без его пристального внимания, и слегка двигала их, будто натирали кожу; находилась в раздумьях — стучала по любой поверхности ногтем среднего пальца правой руки, всего несколько секунд, пока пыталась найти ответ; смущалась — отводила взгляд, заправляя пряди волос за левое ухо; и, наконец, когда чувствовала на себе взгляд — оборачивалась на каждый шорох и старалась стоять вплотную к стене.       Дрифт всё видел и всё замечал. Однажды, заподозрив что-то неладное в своем поведении, он прекратил это дело, понимая, что так поступать нельзя и каждому должно быть дано личное пространство. Но что-то шептало ему, откуда самурай надеялся больше никогда не услышать, что поступает правильно и эту девушку нужно защищать, оберегать… Противный голос, намертво цепляясь, пытался выбраться из той самой темной стороны личности, которую автоботский мечник отчаянно прятал, запирал внутри себя. Но из глубин шептали, дергая за нити разума, и предпринимали попытки подчинить себе… Дрифт не дал этому произойти. Ни навредить девушке, ни закопать себя. Возможно, бот желал общения, а она была так благосклонна и мила к тому, кого называли предателем двух сторон, чужаком и изгнанником. Может, он просто хотел уберечь эту солнечную девушку от грязных умыслов и противных лап бренного мира…

***

      Где-то внутри её самой пошёл отсчёт времени. Накатило знакомое чувство слежки, девушка ощутила чьё-то пристальное внимание. Её голова в тот же миг поднялась, оторвавшись от телефона, в который несколькими минутами ранее было смотреть интереснее, чем на базу. Внимательно оглядевшись вокруг себя на триста шестьдесят градусов, девушка не обнаружила пару глаз, съедавшие её взглядом, или что-то подозрительного. Ничего.       Ей снова не поверили, когда попыталась рассказать о неисчезаемом чувстве, которое гложет душу пару месяцев, два точно.       Оптимус предлагал оставаться на базе, но с работы никто не мог так просто и легко отпустить. Такой вариант был сразу отклонен. Тогда Прайм пожимал плечевыми сегментами и не понимал, чем это было вызвано. Что говорить про лидера, когда все члены, находящиеся на базе, качали головой и также пожимали плечами, не в силах помочь девушке.       Посчитав саму себя сумасшедшей, она пыталась забыть и отбросить все навязчивые мысли, чтобы не загоняться ещё больше. Ненормальная? Возможно. Параноик? Скорее всего. Обращаться за помощью к психологу — рискованно, не поймут. Оставалось лечиться и выкарабкаться самостоятельно, без чьей-либо поддержки.       Снова всё становилось страннее: тот самый молчаливый, таинственный самурай, который с недавних пор подвозил до дома, начал выслушивать её сомнения и, на удивление всем, поверил. Но в тот же момент успокоил, что он не даст в обиду и всё наладится. Почему мечник говорил такое маленькой сумасшедшей белковой? Хотел ли он помочь или за этим… скрывалась другая мнимая цель?

***

      Вечер выходного дня предвещает ничего плохого. Можно предаться долгожданному расслаблению за всю рабочую неделю, нежась на любимом диванчике, изрядно потрепавшимся, но что, наверное, делает его только роднее. Мягкий плед, согревающий босые ноги, телевизор с каналом, который, как удачно, показывает интересный фильм. К сожалению, всё когда-то заканчивается: уже и кино подходит к концу, где главные герои наконец-то признаются в любви и скрепляют свои чувства друг к другу долгим поцелуем, от которого слегка морщишься и немного краснеешь.       В холодильнике можно мыши повеситься, да и даже она выберет местечко получше. Пустой, и намёка на наличие еды в нём попросту нет, что нехарактерно для тебя, человека, который всегда приготовит, бывает и сразу на пару дней наперёд, когда работы слишком много. С течением времени всё начинает меняться, и ты — не исключение. Может, тревога за свою безопасность и съедающее чувство слежки правда оказывают своё окончательно добивающее действие. С этими мыслями собираешься в магазин, находящийся совсем неподалеку, буквально через пару переулков.       Солнце давно село, из-за чего было уже не так жарко и тепло, как днём. Прохладный ночной ветерок скользил по открытым плечам, на которые сразу ты накинула серую кофту на молнии. Спокойствие и тишина. Иногда проезжали машины, мелькая светом ночных фар, и тут же исчезали. Ты подняла запястье левой руки и посмотрела время на своих смарт-часах, беспокоясь о скором закрытии магазина, но ты, впрочем, как раз успевала. Девайс, подаренный покойным дядей на твоё совершеннолетние несколько лет назад, до сих пор работает и радует, и это, наверное, самое дорогое, что у тебя есть, в моральном плане. Только в часах около двух месяцев назад произошёл сбой, чего не было на твоей памяти за все годы использования. Нет, обычные сбои происходили, а именно такой — никогда. Но устройство спустя около полудня пришло в норму, и странная ситуация забылась в твоей памяти.       Набрав продуктов в небольшой пакет и расплатившись, ты благополучно пошла домой. Снова тишина, что было вполне обычно для небольшого городка, и тем более для не центрального района. Уже порядком стемнело, благо всегда есть уличные фонари, которые освещают улицы и идти по тротуару мимо жилых домов не так страшно. Решив сократить путь, чтобы попасть домой быстрее, ты пошла немного другим путем, огибая узкие переулки, где обычно жили люди без места жительства или брошенные собаки и кошки.       Дул ночной ветер, потрепав твои распущенные волосы, и рука сразу их поправила, пригладив, пока спокойным шагом проходила мимо тупика, мельком заглянув в него, осматриваясь. Пройдя первый, за вторым тупиком, который находился справа от тебя, послышались мужские голоса. Нервно сглотнув, ты, подняв левое запястье с умными часами, посмотрела время и, слегка ускорившись, поспешила вперёд, но, не успев оставить их позади себя, как раздался голос.       — Девушка, куда спешите ночью и совсем одна? — с усмешкой спросил представитель мужского пола, подходя ближе.       — Домой. Простите, мне нужно идти, — тихо, но вполне твердым голосом ответила ты, подавая вид, что действительно спешишь и знакомиться не намерена, но уже внутри медленно разливался страх перед началом чего-то большего.       — Уже поздно, красавица, давай лучше к нам, — подняв указательный палец левой руки и поманив им, мужчина некрасиво улыбнулся, от чего в горле встал ком.       — Нет, нет, я пойду, — закачала головой и успела сделать только один шаг назад, как спина врезалась в грудь человека. Обернувшись, сердце забилось чаще, чем прежде, стоило увидеть перед собой другого стоящего мужчину, который, похоже, незаметно подобрался к тебе в ходе разговора.       — Не сопротивляйся, мы нежно, — и схватил за руку, затаскивая в тупик против твоей же воли. Быстро сообразив, ты затормозила ногами, но мужику всё равно каким-то образом удалось швырнуть тебя к стене. Слева стена, сзади, спереди. И только с оставшейся стороны единственный путь спасения. Но и его не оказывается, когда два придурка вплотную прижимают твое слабое по сравнению с их телом так, что ты почувствовала жёсткие кирпичи каждым позвонком.       Подступила тошнота, а на глаза навернулись слёзы. Всё происходило слишком быстро, что мозг едва мог улавливать происходящее вокруг, когда ты инстинктивно начала кричать и колотить их руками и ногами, пытаясь вырваться любым, даже самым предсказуемым способом. Страх моментально поселился в голове, образовавшийся ком в горле прерывал твои громкие крики — твой единственный способ позвать на помощь. Похоже, кричала настолько громко, что сухость, хуже сахарской пустыни, образовалась в горле, и грязная мерзкая рука закрыла твой рот.       Мерзко. Страшно. Больно. Слезы непроизвольно рекой текли по щекам, заливая кофту на замке, который через мгновение резко стянули вниз, похоже, даже повредив его. Голые плечи окатило холодным воздухом, настолько, что ты съежилась и неприятное чувство поползло от живота к горлу.       Это было ненормально, мерзко, ужасно. Никто не должен так поступать. А если и поступили — серьёзно наказывать всех, без исключения. Сейчас они воспользуются телом и безнаказанно скроются, зная, что им ничего не будет. Тебе больно, ты за все время не переставала предпринимать попытки ударить их или вывернуть хотя бы руку из мертвой хватки.       Удар. Снова больно, но уже не психологически, а физически. Щека, наверное, очень покраснела после сильной пощёчины. Похоже, этим ублюдкам не нравилось, что жертва слишком сопротивляется. Тебя, к их сожалению, это не остановило, хотя другая часть тебя просила перестать и надеяться на лучшее. Но лучшего попросту не будет, когда ты кормишься пустыми надеждами, спасать себя нужно самой, потому что никто не придет.       Смарт-часы уже несколько минут издавали вибрирование, предупреждая о резком поднявшемуся пульсе и уровне стресса, на что ты не обратила внимания, занятая спасением собственной жизни.       Оглушительный рёв двигателя раздался где-то справа, от чего уши заложило, а ты всё списала на глупое воображение, которое мозг решил воспроизвести. Свет фар ослепил полные слёз глаза, зрение замылилось ещё хуже, чем прежде. Ты слышала чей-то голос, чьи-то разговоры, но сознание ничего не воспринимало. Почувствовав невесомость и облегчение, ты пошатнулась на ватных ногах, увидев только сверкающие пятки насильников. Не зная, кто тебя спас, ты обесиленно дошла до черного капота машины и упала, провалившись в черную пустоту.

***

      Звук систем и разгоняющегося двигателя автомобиля, рассекающего ночную трассу, вывел тебя изо сна. С трудом разлепив глаза, ты узнала знакомый салон, даже в глубокой ночи очертания казались самой узнаваемой вещью. Заметив, что ты проснулась, Дрифт сбавил скорость и сделал поворот, уезжая в противоположном направлении.       — Как ты? — тихий, механический голос за короткое время стал роднее, чем любой другой. Ремень безопасности прижал тело чуть сильнее к кожаному водительскому сиденью.       — Я… нормально, — немного приврала ты, чувствуя себя ужасно и мерзко, но не стала лишний раз отягощать автобота, который и так спас тебя. — Куда мы едем?       — В твой дом. Пока ты была без сознания, я не знал, как незаметно занести тебя, не трансформируясь, — пока рассказ самурая продолжался размеренным, спокойным тоном показался въезд в родной город. — Решил скоротать время поездкой.       Отозвавшись лёгким кивком на его слова, ты удобнее устроилась на сиденье, откинув голову. Однако, ты не помнила, что звонила или посылала СМС мечнику, поэтому вопрос засел в голову и копошился внутри, зарываясь змеёй. Но спросить самого Дрифта у тебя не хватило смелости, посчитав, что то будет слишком грубым. Вместо необоснованных подозрений стоило его поблагодарить за спасение твоей моральной и психологической жизни, и не только.       — Дрифт… спасибо тебе, — негромкий шепот нарушил тишину, господствующую в салоне чёрно-синего авто.       — Обещай быть осторожнее. И не ходить ночью по опасным переулкам, — было слышно, как автобот ненадолго заурчал системами на твою благодарность. Его слегка резкий тон с ноткой упрека оставил на сердце неглубокий порез. Да, она отправилась в темное время суток в магазин через переулки. Но разве она виновата в том, что кто-то не умеет держать своё достоинство при себе? Не имеют никаких моральных принципов, абсолютно ничего, только гнилую душу и темные мерзкие помыслы, с которыми накинулись на беззащитную девушку?       Чёрт, а ещё, как оказалось, эти чёртовы ублюдки успели прихватить твой кошелек с дисконтными карточками и разными чеками с визитками. Благо, денег там осталось не так много, но потеря оставила неприятный осадок, что не утаилось от внимания Дрифта, когда ты разочарованно вздохнула, порывшись в сумке.       Однако, просьба самурая была услышана, но согласна ли с этим ты — он не знал и не узнает, хотя, учитывая проницательность синего бота, он мог догадаться. Оставшуюся дорогу до твоего дома вы ехали молча, не смея нарушать воцарившуюся тишину.       Поблагодарив автобота за всё, ты вышла из машины, хлопнув водительской дверью, и вскоре скрылась в маленьком, небольшом одноэтажном домике за серыми воротами, оставив самурая в одиночестве стоять ещё около получаса с заглушенным двигателем, пока тот не решил уехать, скрывшись в тёмной ночи.

***

      Новый день, точнее, он наступил ещё тогда, когда ты лишённая сил и эмоций зашла в дом и, успев кинуть ключи вместе с телефоном куда-то, где стоял стол, упала на кровать, сразу же провалившись сон. А теперь утро, ничем не отличавшееся от ночи, — такое же ужасное и унылое. Мельком взглянув на настенные часы, ты с удивлением поняла, что обед давно прошел, указывая на то, что сон затянулся намного дольше, чем предполагалось.       Стараясь не вспоминать события прошлой ночи, ты налила себе крепкий кофе, чтобы наконец привести себя в чувства и взбодриться, и лениво добралась до кухонного стола, сев на стул с бежевой обшивкой. По привычке стуча пальцем по стеклянной поверхности стола, пока другая рука, прожимая кнопку пульта, пролистывала телевизионные каналы в поиске чего-то интересного, с целью отвлечься от нагнетающих мыслей, ты остановилась на новостях своего города.       Только пригубив кружку кофе из пакетиков натощак, за что себя всегда ругала, ты наслаждалась напитком, пробуждая разум. В телевизоре мелькали скучные новостные сводки о недавнем пожаре в соседней стране, о наводнении в другой, о резком повышении температуры в собственной, после чего новости плавно перешли от мировых до городских.       «Страшное убийство прогремело на весь город. Сегодня утром в центре города были найдены тела двух мужчин. Полученные множественные ранения оказались несовместимые с жизнью. Удалось установить личности погибших…»       Кружка выпала из рук, вылив остатки остывшего кофе на стол, с которого капли напитка быстро стекали на домашние штаны и пол. Не сдвинув голову ни на миллиметр, ты уставилась на два изображения, выскочившие на экране телевизора. Шум в ушах, что говорила дальше корреспондент ты уже не слышала, впав в глубокий шок. Это они. Те самые мужчины, которые пытались изнасиловать тебя прошлой ночью. Образовавшийся в горле ком удалось не сразу проглотить, ужас захлестнул с головой, словно большая волна океана, и ты — совсем не умевшая плавать — сразу же захлебнулась с головой в непонятном страхе.       Было ли это сожаление? Сложно сказать. Но какая-то сторона гуманности всё же проявлялась в тебе даже в такой момент. Они не должны были быть так жестоко убиты, что от них единственное, что осталось — это лица. Чистые, совершенно не тронутые лица. Словно маньяк хотел, чтобы все без проблем смогли установить их личности. А тела… Нельзя кровавую массу из выпущенных кишков и вырванных конечностей, превращенных в мясо с передробленными косточками, назвать «телом». Конечно, по телевизору не показали всей жестокости двойного убийства, потому телефон с открытыми источниками информации, где отчётливо выставлены кровавые изуродованные убитые, был отличной заменой безобидных новостей по телевизионному ящику.       Не обратив внимания на штаны с каплями кофе, на ватных ногах с подступившим приступом тошноты, ты, пошатнувшись в сторону, позвонила Дрифту со словами, что тебе хочется на базу, не подавая подозрительных признаков волнения или шока, застав автобота внезапным звонком. Смарт-часы снова оповестили о высоком пульсе. Ты смахнула уведомление вверх.

***

      Через меньше, чем полчаса, черный Бугатти с синими окантовками стоял возле её дома, терпеливо ожидая.       — Что-то случилось? Выглядишь взволнованной и напуганной, — самурай старался придать своему механическому голосу тон непринужденности и беспокойства, словно он действительно был заинтересован в том, что с ней произошло.       Девушка, собираясь с мыслями, думала, сказать действительно правду или же соврать.       — Те мужчины, которые… пытались изнасиловать меня… сегодня утром их нашли убитыми, — сквозь снова нарастающую тошноту, вспомнив кадры с места событий, она выдавила из себя слова.       — Оу, — самурай издал удивлённым голосом с как будто промелькнувшим сожалением и помедлил с дальнейшим ответом. — Это действительно ужасно. Но разве это не хорошо? Они причинили тебе боль.       — Ч-что… — подняв взгляд со своих колен, девушка ошеломленно посмотрела в зеркало заднего вида, пытаясь найти с ним контакт. — Нет, Дрифт. Они… ведь не заслуживали смерти, особенно такой ужасной и мучительной. Будто сам дьявол постарался.       Мысленно самурай одновременно усмехнулся и нахмурился с её слов. «Сам дьявол». А ведь девчонка была совсем близка к разгадке. Что ж, понятие «дьявол» неприлично похоже на «десептикон». Но ещё хуже, похоже, был «бывший десептикон»…        Раздался щелчок. Открылся бардачок автомобиля перед соседнем переднем сиденьем. Будучи растерянной, девушка с недоумением посмотрела туда, приглядываясь, и спустя пару секунд опешила, увидев кошелек. Свой кошелек. Ремни безопасности достаточно освободились, чтобы позволить пассажиру на водительском месте дотянуться до бардачка и взять вещь.       Сглотнув ком в горле, девушка покрутила в руках кошелёк, чувствуя, как страх в ней возрастал до необратимой точки, и внимательно осматривая вещь со всех сторон, будто видела впервые в жизни. Сердце пропустило удар, когда на боковой стороне обнаружилась капля крови. Застывшая.       Осознание окатило ведром холодной воды. Это он. Дрифт убил тех двух мужчин, которые пытались изнасиловать её прошлой ночью. Стоило догадаться намного раньше, ведь только самурай, наверняка, один из последних, кто видел этих людей. Последний. И жестоко расправился с ними. Не понимая одного, девушка погрузилась в транс, рассматривая варианты мотивов ужасного поступка автобота: ревность, месть? Зачем? Почему?       — Деньги на месте, — сухо отчеканил Дрифт, будто ничего плохого не произошло. Будто он никого не убивал половиной суток ранее.       — Э-это ты… — прошептала недоверчиво девушка, не желая верить в то, что совершил этот добрый и миролюбивый автобот, который всегда относился к ней с уважением и лаской. —…убил их. Ты! Убийца!       Сорвавшись на крик, девушка указательным пальцем тыкнула в руль, прямо в автоботский значок; будь трансформер в истинной форме, она бы показательно направила палец прямо в его лицо. Дрифту ее высказывание явно не понравилось, о чем свидетельствовала стрелка на спидометре, быстро превышая одну отметку за другой. Сто пять километров в час, и девушка уже вжималась в водительское место, пытаясь слиться с черной обивкой кресла, и резко замолчала, то ли от страха, то ли явного предупреждения от мечника, разогнавшегося на трассе.       — Они посмели посягнуть на твою честь, чистоту и невиновность. А я наказал их.       — Ты убил! Можно было пойти в полицию, но не давить их, как жалких мух, — девушка сама не верила в абсурдность собственных слов, но любым способом пыталась достучаться до разума самурая. — Дрифт, э-это неправильно… как ты не понимаешь?       — Как ты, моя нежная сакура, не можешь понять, что я сделал это ради тебя, — голос синего мечника резко сменился с ласково-доброго на холодный, заметно выделив последнее слово, что она не могла пропустить мимо ушей, как бы не старалась.       — Ты бы никогда на такое не пошёл! Дрифт, которого я знаю, не убил бы двух человек! — снова позволив себе повысить голос, возразила девушка, окончательно теряя контроль в пучине эмоций, которые быстро окунули её с головой в неизвестную бездну.       Дрифт, не ответивший на пылкие слова, продолжал молчать, в то время как ей было что сказать, но, погрязнув в странном чувстве страха и паники, изо рта вырвались лишь тихие всхлипывания. Сбросив белые потрёпанные кроссовки, девушка поджала под себя ноги в попытке привести себя в норму и обхватила подрагивающими руками холодные колени. Даже если светило яркое солнце и стоял теплый день, тело все равно ощущало холод, покрываясь мурашками вдоль спины.       Сообщение с привычным звуком на смарт-часах уведомило о сердцебиение, внезапно поднявшемся до 135 ударов в минуту. Через пару секунд послышалось снова уведомление и, начав раздражаться, владелица часов с удивлением обнаружила, что тот же самый писк исходил не от её часов, а от… приборной панели автомобиля. Медленно подняв глаза, в которых читался шок, девушка, на удивление соображая и решив проверить теорию, быстро расстегнула ремешок, давая упасть часам на колени. Раздался снова звук, но уже другой. Автобот следил за девушкой, взломав её часы? Осталось непонятным одно: специально ли Дрифт позволил узнать правду или сам того не ожидал?       — К-как ты… — начала девушка, почти прошипев и сжав руки в кулаки. Страх сменился возмущением, даже некоторым гневом. Одновременно с этим возрастала паника.       — Не думал, что ты догадаешься, — прервал самурай бесстрастным тоном.       — Нет-нет-нет… Не может быть… Всё время это был ты, ты, ты следил за мной, — не переставая, шептала она, начиная задыхаться от приступа паники, преследовавший её долгие несколько месяцев. Всё постепенно становилось на свои места.       Но самурай по-прежнему продолжал лететь на трассе, обгоняя иногда возникавшие легковые автомобили, и сохранял молчание, ожидая момента, когда она успокоится. Автобот не мог поверить, что она с такой ненавистью в голосе, хоть и старалась скрыть это, обвиняла его во всех людских грехах. Между прочим, если та вдруг забылась, Дрифт спас ее жизнь. Он, и никто другой, оберегал, защищал.       Только синий мечник не учёл одного пункта: девушка не просила его об этом. Не просила о постоянной слежке, из-за которой у нее началась паранойя, не просила взламывать её часы, чтобы он всегда знал ее пульс, количество шагов и сколько часов она спит.       — Пожалуйста, отвези меня обратно домой. Пожалуйста.       Автомобиль продолжал рассекать дневную трассу, сохранив скорость на отметке в сто десять километров в час. Просьба девушки исчезла в тишине, которую так и не выполнил автобот, проигнорировав.       Дрифт не мог позволить себе отпустить её, только не тогда, когда милая, солнечная девушка сидела в его салоне, и находилась так близко к нему. Только пойми она, ради какой цели самурай делает всё это.       — Дрифт так бы не поступил, — с нажимом сказала она и спустя несколько секунд решительно добавила, ещё не зная, как сильно пожалеет об этом потом: — Дэдлок.       — Хочешь узнать, как бы поступил Дэдлок, моя ненаглядная?       В салоне воцарилась мертвая тишина, которую прерывал только шум разгоняющегося инопланетного двигателя. Команда главному процессору на снижение чувствительности, игнорируя протоколы безопасности, когда стрелка спидометра поползла вверх. Опустив ноги на пол, ощутив стопами холодный полик, девушка мёртвой хваткой вцепилась в кожаный руль, слегка наклонившись, чтобы с ужасом увидеть, как скорость стремительно растет, и сменила свой гнев страхом. Впереди по трассе ехали огромные фуры и, будь их кабины красно-синего цвета, в панике она бы могла принять за лидера автоботов. Большие, точнее, огромные грузовики везли разные материалы, таща за собой длинные прицепы.       Предчувствие чего-то неладного, сердце забилось чаще, намереваясь выпрыгнуть из груди. Невольно плотно прижавшись к кожаному креслу, пока Дрифт с отключенными протоколами разгонялся дальше, игнорируя дрожащее тело на водительском сиденье. Фуры закончились, оставаясь далеко позади по направлению в город, получилось издать только облегченный вздох.       Вдруг Дрифт свернул на встречную полосу, не намереваясь возвращаться обратно.       Стрелка на спидометре достигла ста тридцати.             Вдали показался грузовик.