Let it be

– Я хочу латте, останови машину где-нибудь по пути, а? – Чимин уже весь изнылся от постоянной жажды и сухости во рту, доставая Чонгука, прекрасно зная, что ему за это ничего не будет. – Вон, смотри, – указывает куда-то вдаль омега, где висела вывеска с названием. – Хоть где-то ты можешь быть полезным, – усмехается альфа, перестраиваясь в соседнюю правую полосу. – Я как раз хотел сюда заехать. – Оо, вот и отлично! Стой, ты чувствуешь это? – принюхиваясь, Пак слегка сморщил нос. – Д-да, – Чон сжал руль сильнее, томно вздыхая. Сердце бешено заколотилось, по коже прошлась волна мурашек, будто тебя опустили в ванную с перьями, щекочущими твоё тело. Возбуждение накатывало с скоростью света, окрашивая зрачки в насыщенно красный цвет, символизирующий страсть и похоть. – Чонгук~а, ты чего такой заведенный? – испугавшись напряженного друга, шепчет Чимин, глядя то на альфу, то в сторону кофейни, от которой недалеко стоял, скрючившись от боли, худой омега. – Ээ, спокойно, без лишних телодвижений, – предполагая реакцию Чона, начинает паниковать Чимин. – Я не могу это контролировать, – ноет альфа, ведь сам не понимает, почему на него так действует этот дурманящий аромат того самого парня, которого он видел уже не раз. – Ему нужно помочь.. – Явно не твоим членом, дружище, – усмехается Пак. – Останови машину, отвезем его ко мне. Стоп, я где-то его уже видел, – щурится омега, пытаясь разглядеть черты лица. – Хей, бедолага, – зовёт Юнги Чим. – Залезай-ка в машину, поможем тебе, а то в твоем состоянии ты рискуешь попасть в неприятности.       Мин не знал, что ему делать, мешкаясь на месте. Но, учитывая, что ему сто процентов не добраться до дома в таком состоянии, особенно, когда твое внутренняя "Я" кричит о желании, он открывает заднюю дверь, падая на сиденье. Дверь закрылась, и авто рвануло в неизвестном направлении. Глаза закрываются, любой участок тела от прикосновений с одеждой, с обивкой салона и других жется, отчего приходиться царапать себя, переключаясь на другие неприятные ощущения. Внутри автомобиля невозможно дышать, яркий запах кофейных зёрен сводит с ума, вызывая рвоту, но только не у альфы, поглядывающего в зеркало заднего вида. – Чонгук, гони, я сейчас умру, – кричит Пак, открывая окно, высунув голову. – Заткнись, Чимин, я сам не в восторге, – выжимая газ во всю мощь, ускоряется водитель, стараясь не дышать. Ещё немного, и ему будет плевать. Он остановит машину, где угодно, и трахнет этого омегу, невзирая на то, против он или нет. – Тормози! Тормози! Мы приехали! – указывая на высокоэтажку со стеклянным покрытием, кричит Пак. – Помоги добраться до лифта, а там Вали, куда хочешь, и, желательно, подальше. – Я не могу! – Чонгук, блять, возьми себя в руки! – Забирай его шустрее и пиздуй! – как только Юнги вытащили из салона, авто Чона рвануло с места парковки, исчезая вдали. Хотелось вернуться назад, забрать парня и никого к нему не подпускать, но, если бы альфа это сделал, тот бы его не простил. Однозначно. – Да кто же ты такой, черт возьми!?

***

– Так, аккуратнее, вот мы и на месте, – открывает входную дверь Чимин и тащит омегу внутрь. – Я теперь весь в этой дряни, бесит, – осматривает себя Пак, утягивая Мина в ванную, держа его за руки, волочит по полу. – Напросился на помощь, называется.       Стянув всю одежду с парня, омега тянет его под душ, включая ледяную воду. "Сука, как холодно!" – эхом разносится по комнате, пока оба стоят под струей воды. Юнги потихоньку начал приходить в себя, но тело до сих пор трясет от безумной лихорадки. Закончив процедуры, парня унесли, ну как, вновь утащили, в гостиную на диван, накрыли теплым одеялом и рядом на столике оставили три бутылки воды, если будет необходимо, а нужда будет. Чимин никогда не видел, чтобы так страдали из-за течки, потому что, в принципе, у всех этот короткий период проходил более безболезненно, разве что температура была под сорок, но нужные препараты снимали и ее. А тут словно он подцепил какую-то инфекцию. Есть вероятность, но очень маленькая, что из-за эмоционального фона ощущения обострились и доводят омегу до бессознательного состояния.       На следующее утро, Чимина разбудила противная, но знакомая мелодия, трезвон стоял на всю квартиру, а проснулся почему-то только Пак. Медленно и сонно он поплелся в гостиную к источнику звука, где были сложены вещи вчерашнего гостя, достал мобильник, на котором высветился незнакомый номер, и ответил на звонок: – Уважаемый, вы не охренели звонить в такую рань? Время десять утра! – шёпотом кричит омега, чтобы не разбудить Юнги. – Вы кто? Откуда у вас этот телефон? – раздается тревожный голос в трубке. – А кто вы? – Ответьте мне на вопрос! – Послушай, парнишка, ты наглеешь. – Ты о чем? – А ты представь, тебе звонит неизвестный, устраивает допрос в спозаранку, а потом удивляется своей непричастности к нарушению личного пространства! Имей совесть, козлина. Ариведерчи! – Чимин сбрасывает звонок, победно ухмыльнувшись. Обернувшись в сторону Мина, он убедился, что тот ещё спит, проверил температуру, которая по-прежнему не спадала, и ушёл обратно в свою кровать, досматривать сны.

***

– Не мог же я номером ошибиться, – теребит свои волосы Тэхен, находясь в замешательстве. – Да, вроде, нет, – проверяет. – Черт, наверное, это тот странный тип, забравший Юнги вчера. Тэхен, ты идиот! Позволил увести друга непонятно куда, а теперь переживаешь, что с ним и как?! Раньше думать надо было.. – Вы разговариваете сам с собой? – за спиной слышен голос посетителя. – Извините, что я могу вам предложить? – смущается Ким. – Ответ на простой вопрос. – Простите? – Прощаю, а теперь к делу. У вас тут работает необычный парень, низкий такой и худой. Как его зовут? – Мы не разглашаем данные о своих сотрудниках. – Сделай исключение. – Для вас ни за что, – ловит на себе серьезный взгляд незнакомца альфа, настороженно осматривая его с головы до ног. Он где-то видел уже его, но не может вспомнить, где именно. – Если тебе нужны деньги так и скажи. Строить из себя защитника не стоит. – Уходите, иначе я вызову охрану. – Невидимую стражу? Ваше заведение не обладает такой властью и силой, чтобы позволить себе больше, чем два сотрудника. Так что не будь дураком и говори. – Нет, – этот наглый альфа явно оборзел или понтуется перед Кимом, что вызывает лишь раздражение. – Я понял. Ещё увидимся, – мужчина покинул кофейню, оставляя бариста в полном шоке от произошедшего. – Сегодня день тупых шуток или люди решили сойти с ума всем стадом? – задаёт сам себе вопрос Тэ, продолжая размышлять о Юнги и делать свою работу.       Омега в это время как раз разлепил глаза, подпрыгивая с дивана в удивлении, но вновь садится обратно, так как голова закружилась, а в глазах вместо картинки появились тёмные пятна с мнимым блеском. Вопрос "где я?" тревожит сердце, а тело продолжает гореть жгучим пламенем, но не так сильно, как вчера в эпический момент потери разума. Комната отличалась от его минималистичного декора, стены были окрашены в темно-серый цвет, лишь зона за этажеркой и телевизором была отделана каменной плиткой с эффектом кирпичной кладки зеленовато-серого цвета. Сам стеллаж был сделан из древесины, покрытой светло-бежевым лаком. На полках были расставлены различные книги, комиксы, журналы, ненужный хлам и фотографии. Диван, на котором спал омега, был чересчур мягким и обтянут таким же светлым, чуть ли не белым велюром с крохотными черными ножками. Полы застелены белым паркетом с практически невидимым сероватыми узорами. Рядом с диваном лежал белоснежный ковёр, а на нем стоял стеклянный стол, на котором разместились небольшая ваза с искусственным бамбуком, бутылки с водой и прозрачный гладкий стакан. Вся комната пестрила дорогими вещами и изумительным вкусом у хозяина этих хором. Если повернуть голову в обратную сторону, на противоположной стене можно увидеть, как расположилась небольшая кухня с барной стойкой, за которой, вероятно, и едят в этом доме. Не слишком броский гарнитур, индукционная плита и абсолютный минимализм добавляли утонченности интерьеру. Уютно. Не то, что у Юнги в квартире. Мин также отметил и огромные окна во всю стену, завешанные слегка прозрачными белыми шторами. Скорее всего, здесь живет омега, причем достаточно из приличной семьи, только вот фото, которые решил посмотреть парень, говорили об обратном.       На них была изображены забавные кадры (например, как кто-то может залезть в камин, игра в тетрис, улыбающиеся люди вокруг праздничного стола, а где-то и вовсе корчили смешные рожицы) с абсолютно незнакомыми Мину людьми. Но вот на верхней полке стояли немного другие снимки. На одном из них были два взрослых человека, вероятно родители, а рядом несколько рамок с одним и тем же человеком, отчего в сердце неприятно закололо. И не от ревности, а от страха. Юнги узнал одного человека, о ком были его мысли в последние дни. Тот самый альфа, повстречавшийся омеге так внезапно, как и пропал. А теперь он у него дома, и как это произошло, объяснение не поддается.       Не желая больше оставаться в этих стенах, Мин быстро начал собираться, чтобы свалить отсюда, но со стороны коридора послышался тихий шорох. – Ой, блять, кол мне в зад, ты чего так пугаешь? – в крикнул Чимин, как только завернул в сторону кухни и заметил замершего от испуга Юнги. – Я чуть в штаны не наложил. – В-вы к-кто? –заикаясь, спросил омега. – А, да, точно. Я - Чимин, мы тут спасли тебя, а я потом приютил. Так что не парься, я не убийца, и точно не извращенец, как ты, возможно, успел подумать, – объясняет Пак, наливая себе стакан воды, выпивая его залпом. – С-спасибо, но м-мне нуж-жно идт-ти, – быстрее начинает одеваться Юн. – Ты бесстрашный что ли? Или сумасшедший? Ты свое состояние видишь? Из твоего зада смазки льётся столько, словно вода из шланга. Я бы не рисковал, а отлежался ещё пару дней. Лихорадит? – Немного, – вновь тихо говорит Мин, останавливаясь. – Ну вот и все. Омег я не трогаю, да и ты не в моем вкусе, так что располагался. – Я буду что-то должен вам? – Нет, я хоть благотворительностью не занимаюсь, но помочь могу. И хватит выкать, я явно одного с тобой возраста, если не младше, – сарказм и шутки Чимина - его конёк, так что без них наш омега был бы не самим собой. – Хорошо… – Так, эм.. Спишь здесь, еда тут, – указывает на встроенный в нижнюю тумбу холодильник. – Ванная там, эм. Ну и все. Я буду ездить по делам, а ты тусуйся тут. Ключи я заберу, чтобы не сбежал. – Не убегу. – Кто тебя знает. Все, я ушел. Чао, красавчик, – накинув джинсовку, новый знакомый Юнги скрылся за дверью, закрывая парня на замок. Что теперь делать, он не знает. Живот снова скручивает от жуткой боли, и Мин в полусогнутом положении отправляется на поиски сигарет, которые ему так необходимы.

***

      Чонгук в это время ехал к отцу на работу, как ему позвонил выученный уже наизусть номер. – Дружище, го сегодня на гонки? – радостный Чимин, особенно, если он что-то задумал, - пугающий Чимин. – Какие гонки? Ты с ума сошел? Лучше скажи, как там тот омега? – настроение у Чона нет совсем: после того, как он уехал от дома своего друга, альфа метнулся в спортзал, отрабатывая упражнения и удары по боксерской груше, в попытках снять возбуждение. Четыре часа вместо обычных двух вымотали его, что сегодня утром он еле встал с кровати, скуля от ноющих мышц и синяков на кулаках. – А, тот красавчик? Да вроде нормально. Собирался свалить с утра, но я не позволил. Не дай боже нарвется на кого-нибудь, а в моем районе много идиотов, кто был бы не прочь с ним поиграть. Парень то симпотичный, особенно без белья. Мне бы такие худые ноги и ключицы, как у него... – Чимин! – шипит альфа в трубку. – А, ой. Ну и вот. Я запретил ему выходить, пока из него не выйдет вся омежья сущность. Чувак, мои кондеры не справляются с его феромонами. Я замёрз ночью, представляешь? – жалуется Пак. – Мне плевать. Главное, чтобы он был в порядке. – Обещаю, так что по гонкам? – Бог с тобой, поехали. – Чонгук~а, ты лучший!       В этот момент Юнги нашел лишь одну сигарету красного Мальборо и, выкурив её меньше, чем за минуту, набрал тот самый номер, который звонил совсем недавно, прошептал первую за последний год просьбу чужому человеку: – Хен, забери меня…