Let it be

      Тэхен, вовсе не ожидая звонка от Юнги, с перепугу навернулся со стула, на котором он сидел, пока не было гостей. Ушибленный копчик отдавал ноющей болью, но эта неприятность не сравнится с тем радостным чувством, зародившимся в душе альфы после заветных слов, которые были адресованы именно ему, ни кому-то постороннему, а Тэхену, который до безумия хотел сблизиться с омегой. Получив сообщением геолокацию, Ким закрыл кофейню, вызывая такси, попутно набирая смс с текстом о скором прибытии.       Юнги долго тупил возле входной двери, задумавшись о том, правильно ли он поступает, сбегая из незнакомой квартиры. Такое смелое решение было не в духе Мин Юнги, но действовать нужно было незамедлительно, так как оставаться здесь смысла не было. Его до сих пор штормило, голова гудела от высокой температуры тела, а липкая смазка продолжала вытекать из задницы, поэтому, дабы пережить небольшой промежуток времени до своего дома, парень вставил так называемую анальную пробку, найденную в ящике под раковиной в ванной. Ощущения не из приятных, но деваться некуда, поэтому осторожно передвигаясь, Мин сообразил, как можно открыть дверь без ключа, и выбежал прочь, не оставив даже записки хозяину. Инородное тело в его заднем проходе натирало и вызывало волну мурашек по телу, сопровождающееся легким возбуждением, но нельзя было в данный момент терять контроль и, как можно скорее, убежать подальше к Тэхену, единственному человеку, которому можно было сейчас доверить свою жизнь и спокойствие.       Альфа приехал очень вовремя, как раз тогда, когда из парадной вылетел омега, чуть ли не спотыкаясь о свою ногу. Он выглядел обеспокоенным и чертовски милым одновременно. Ким лично открыл ему дверь, впуская внутрь салона, затем дал сигнал водителю, и авто сорвалось с места. В машине было душновато, запах течного омеги закупоривал носы, въедаясь в кожу, отчего крышу сносило молниеносно, благо водителем был пожилой бета, страдающий насморком, а то путешествие на окраину города закончилось либо убийством, либо побегом и износилованием, но как бы не переживал альфа, все проходило достаточно спокойно, разве что Юнги до крови сжимал бедро Кима из-за той самой пробки, что намеревалась выскочить, давая свободу естественной жидкости. – Хей, мы почти на месте, – успокаивал Тэхен парня, поглаживая того по волосам. – Я не дам тебя в обиду. Остановите здесь, – спустя пять минут попросил он водителя. – Без проблем. Хорошего дня! – мужчина был чересчур вежлив, даже помог выбраться наружу двум молодым людям, провожая их до нужной парадной. – Спасибо. Так, Юнги, а теперь вперёд.       С помощью альфы Мин поднялся на нужный этаж и двери, открывая её. Заходя внутрь, он перегородил дорогу другу, глазами умоляя оставить его одного. Тот вовсе не обиделся, согласно кивая, прося лишь об одном, что омега в любой момент может позвонить или написать, если что-то понадобиться. Получив одобрительное "да", он зашёл в кабину лифта, взглядом следя, как закрывается дверь, разделяя его с коллегой. Кожа чесалась от непрекращаемого желания вновь прикоснуться к телу Юнги, даже сквозь одежду, его аромат впитался в альфу, плотно засел у него в голове и сердце, запомнился каждым оттенком и привкусом любимых кофейных зёрен.       Мин уже чуть ли не ползёт в душевую, чтобы освободить себя от мучений. Хватая за плоскую круглую деталь, вытаскивает пробку и бросает её подальше, стон наслаждения выпорхнул из уст омеги после этого движения. Наспех приняв душ, он крадется к кровати, падая на нее обессиленным телом, сладко засыпая.

***

– Чонгук~а, ну поучаствуй со мной!! – прыгает вокруг альфы Чимин, надувая губы. – Один заезд! – Ты же проиграешь, а потом будешь ныть, знаю я тебя, так что нет, – Чон упрям, как всегда. – Ну давай!! А потом ты отвезешь меня домой и поднимаешься со мной к тому омежке, – хитро, сузив лисьи глаза, щебечет омега, наблюдая за изменением выражения лица своего друга. – Договорились? М? – Ты мелкий двуличный засранец, Чимин. – Я знаю, – улыбается. – А еще я знаю, что старт через 5 минут, поэтому летс гоууу!!! – Мразота… – Весь в тебя, дорогой, – нагло виляя задницей, направляется в сторону гоночной машины Пак. Альфа последовал за ним, занимая рядом стоящую тачку. – Если ты проиграешь, ты неделю капли в рот не возьмёшь! – Ээ, так нечестно! – вслед уезжающим машинам кричит Чимин после команды "Старт".       Гонки проходили за городом в районе шоссе, где рядом с дорогой располагалось огромное поле, специально оборудованное для такого развлечения. Участие мог принять, кто угодно, главное – победа, вне зависимости от твоего статуса. Просторы и ветер, мелодия природы доставляли невероятное удовольствие всем парням, собравшихся здесь: и гонщикам, и болельщикам, которые пришли чисто посмотреть на заезд. Собирались здесь раз в неделю, при условии хороших погодных условий, так как если пойдет дождь, аварии не избежать: дорога превратиться в грязевую кашу с щебнем. Выжимая газ на максимум, Чон мчал, вырываясь вперёд. За ним не поспевал никто, кроме Чимина, пытающегося обогнать с двух сторон авто альфы. Получалось у него из ряда вон плохо, но мысль о трезвой неделе придавала мотивации стремиться к выигрышу. Рев мотора, скольжение шин и скрежет, шумная толпа и софиты сигнальных огней – лучшая атмосфера после тяжёлого рабочего дня. Если для Чона это были клипы бумаг и проектов в кабинете отца, то для младшего под "тяжелым" подразумевалось скучное времяпровождение в универе на парах, где Пак, что и делал, как спал. Невыносимо, согласна.       До финиша оставалось буквально пара кругов, как вдруг, на удивление, Чимин вырывается вперед на одном из поворотов. Такой поворот событий не радовал Чонгука, мечтающего посмотреть, как его друг справиться без своих привычек. Поэтому, задумав схитрить, он выключает фары, дабы пропасть из виду впереди уезжающей машины, абсолютно точно зная, что Чимин, не заметив позади себя лишних машин, сбавит скорость в страхе разбиться. Так и произошло, поэтому перед самым финишем, Чон ускорился и врубил яркий свет, проезжая мимо Пакп, в лицо показывая тому средний палец. На победу альфы (никак иначе произойти не должно было) омега отреагировал очень остро, матерясь всеми известными словами под усмешки старшего. – Нахуй, никогда с тобой ездить не буду!! – Я предупреждал тебя, но.. – Иди ты к черту, Чонгук! – Я к тебе и собираюсь ехать, – заливисто смеётся альфа, следуя за другом к своей машине. – Ой, все, ацтань. Это было несправедливо! – Да-Да, конечно, – не может остановить смех Чон, издеваясь тем самым над Паком. – Я прослежу за тобой, Чимин~а, наебать меня не сможешь. Неделя кодировки! – Садист конченный! – хмурится. – Я тоже тебя обожаю, – хлопает по плечу и трогается с места, уезжая в сторону дома, где в данный момент его ждал самый лучший в мире приз.

***

      Ещё поднимаясь в лифте, Чонгук заподозрил что-то неладное, так как осадок аромата остался на стенках лифта, а на этаже, где жил Чимин, запах кофе не чувствовался так ярко, как по идее должен был. – Ты уверен, что он в твоей квартире? – напрягаясь всем телом, интересуется Чон. – А где ему еще бы… Не понял, – озадаченно смотрит на дверной замок Чимин, следом открывая незапертую дверь, и вбегает внутрь. – Еб твою мать, он сбежал. Вот изворотливый хитрец, умный до жути однако, открыл дверь изнутри. Это ж надо было догадаться. – Всмысле, его нет? – Глаза промой, увидишь. Мне он так понравился, а он исчез. Обидно, – расстроено бредет в ванную омега, вновь повышая голос. – Сволочь, забрал мою любимую! – Кого? – заглядывает второй. – Затычку, мою любимую пробку!!! Ему не жить! – если вы хотите совершить суицид, попадитесь в руки злого Чимина, безупречный результат обеспечен. – Ты и такими пользуешься? – угорает во всю Чонгук. – Не зли меня сильнее. – А то что? – Ничего, – как бы его не бесил Чон, Пак никогда в жизни ему не сделает ничего плохого, разве что в ответ оскорбить может, но абсолютно любя, не иначе. – Так, нюхай давай диван и апорт, бери след или че там ещё делают… – Псы? Не нарывайся, слышишь? – Я тебе серьёзно говорю, тебя так трясло вчера от одного только запаха, будто вы истинные, так что вперёд. – Не стану. – Почему? – Если он ушёл, значит, не хотел находиться здесь с кем-то, – каким бы сильным желанием не прошибало альфу рвануть за своим сокровищем, он не мог пойти против воли того, кого не знает от слова совсем.       Каждый человек имеет право на личное пространство, вне зависимости от того, кем он является, что от него требуют, как он поступил и где находиться. Это то самое нечто священное, неприкосновенное вето для всех, кто живёт и существует. Нарушить его – потерять доверие, хоть в устоявшихся, хоть в только появляющихся отношениях. Это крах всего, после которого образуется широкая и глубокая впадина, при падении в которую, ты убьёшь себя и свои чувтсва, инстинкты и принципы. В это верил Чонгук, поэтому несмотря на свою ненависть и ярость, он старался не показывать настоящих чувств, с серьёзным и безэмоциональным лицом покидая квартиру друга, который с открытым от удивления ртом продолжал стоять на месте. "Никогда в жизни" – данная фраза ложиться на это, одно из прочих, золотое правило отпуская альфу в путь.       Спустившись к своему автомобилю, Чон разъяренно ударил по рулю ладонями, выкрикивая гневное "Черт!". Желание увидеть парня, взболомутившего все внутреннее сознание альфы, усиливалось, но наперекор всему, нельзя было действовать спонтанно, поддаваясь своим инстинктам. Искать омегу он явно не будет, но мечтать о нем не запрещает никто, поэтому смирившись с ситуацией, Чонгук уезжает вновь в спортзал, дабы снять некое чувство дискомфорта и тревоги в груди.

***

      Проснувшись на следующий день в полдень, Юнги почувствовал себя намного лучше, даже практически не ощущаемая лёгкость радовала своим присутствием. В комнате было очень душно, закрытые окна запотели от повышенной температуры внутри квартиры, поэтому первым делом Мин поплелся открывать окна, впуская прохладный ветерок, и растаял от наслаждения. Странно, но эти несколько дней он практически не чувствовал той опустошенности, того страха и грусти, одиночество не внедрялось в его личное пространство, освобождая голову омеги от ненужных мыслей. Было так комфортно, так хорошо, что впервые за долгое время, омега искренне улыбнулся, кайфуя от этого не долговременного эффекта. Но несмотря на это мнимое счастье, в груди поселилась не то, что тревога, но пустота. Мозг помнил все, что случилось, рецепторы не обманывали, а значит рядом какое-то мгновение с Юнги находился тот, кем он грезил ближайшие дни. Неизвестно как, по каким причинам и при каких обстоятельствах, но это случилось. Нерешаемая задача, загадка без ответа – вот как можно обосновать то чувство, беспокоящее парня.       Проверяя телефон на наличие уведомлений, он заметил несколько входящих и исходящих вызовов по неизвестном номеру, в памяти ища подсказки для его определения. Но заглянув в почтовый ящик, осознание пришло само собой. Это был Тэхен. Юнги максимально ему благодарен за оказанную помощь и поддержку, но особенно за то, что он не воспользовался неконтролируемым себя омегой в таком тяжёлом можно сказать, состоянии. Сохранив номер в контактах, Мин набирает Кима, желая его поблагодарить, как никак жизнь ему спас. – Юнги? Как ты себя чувствуешь? – отвечая на звонок, спрашивает альфа. – Всё в порядке. Спасибо тебе за вчера. – Я же говорил, что можешь мне доверять. – За все спасибо. – Хей, перестань. Я не мог поступить иначе. Запомни одно, я никогда в жизни не сделаю ничего ужасного по отношению к тому, кто мне дорог, даже если между нами ничего нет. – Спасибо, – шепчет Юнги, выключая телефон. Что ж, нужно приводить себя в порядок, чтобы как можно скорее выйти на работу. То самое "никогда в жизни" запомнится надолго, оставляя отпечаток на подкорке сердца.