Let it be

–.... мне! – их лица были максимально близко друг к другу, после чего в голове у каждого что-то переклинило, и парни сорвались с цепи, сплетаясь в страстном поцелуе. Чонгук схватил омегу за талию, подталкивая к стене. Руки Юнги гуляли по телу альфы в попытках стянуть футболку. Прерывая на секунду поцелуй, Чон сам снял с себя элемент одежды, возвращая свои губы на влажные губы Мина, который обнял торс парня, царапая его спину. Подхватив бедра омеги, Гук приподнял его, позволяя тому обхватить себя ногами, и, вгрызаясь в его шею, в ответ получая сладкие стоны, понёс любимого в свою спальню.       Осторожно уложив омегу на кровать, Чон нависает сверху, руками помогая снять одежду. Усыпая тело Юнги влажными поцелуями, альфа спускался все ниже и ниже, оставляя мокрую дорожку на бледной коже. Хотелось разорвать зубами это мягкое тело под собой, но, вовремя вспомнив, что у Мина это впервые, Гук сбавил обороты, плавно поднимаясь наверх, языком ведя от пупка до каждого из сосков, затвердевших от возбуждения. Играясь с бусинками, Чон аккуратно растегнул джинсы омеги, приспуская их вниз. Юнги, чьи руки не отпускали тело любовника, помогли снять с себя лишний аксессуар в виде боксеров и штанов со своих бедер, позволяя ладоням Чонгука обхватить свой член и начать плавные движения вверх - вниз. Приглушенный стон сорвался с губ Мина, когда альфа кончиком пальца немного надавил на головку, размазывая выступивший предэякулят по всей длине ствола. Вернувшись к опухшим красным губам омеги, Чон вновь впился в них жарким поцелуем, ускоряя темп дрочки так, что парень под ним начал содргаться от приближающегося оргазма. – Ахм.. Гхм.., – стонет в губы Юнги, двигаясь навстречу рукам Чонгука, впиваясь ногтями в плечи и накаченные руки своего парня. Кончив от одной только ласки, Мин берет бразды правления в свои руки и, переворачивая альфу на спину, седлает его, ладонями хватаясь за волосы, продолжая нагло исследовать рот Чона своим языком. Прикусив от удовольствия губы, Юнги чувствует на языке приятный вкус железа, на что Чонгук лишь жадно рычит, желая получить большего и войти уже в лоно омеги. Парень медленно переходит от губ к шее, затем к груди, оставляя дорожку из тёмных пятен, доходит до набухших сосков, облизывая их и слегка прикусывая, и возвращается к шее, попутно стаскивая с бёдер альфы одежду. Возбужденный орган, налившийся кровью, при освобождении от ткани трусов, слегка ударяется о голую промежность Юнги, вызывая табун мурашек и приятную тянующую боль внизу живота. – Давай я помогу тебе, – шепчет Чон. – Я сам, – отвечает Мин, приложив голову ко лбу Гука, руками приподнимая его торс. Усевшись на мягкие простыни, Чонгук водит руками по телу омеги, изнывая от нетерпеливости, и тот, не желая больше мучить своего парня, приподнимается на коленях, аккуратно пристраивает головку и очень медленно, тихо поскуливая от размера, наполняющего его, спускается вниз, сгибая колени, принимая в себя весь член альфы до упора. Выступившие слезы на щеках ничто по сравнению с мимолетной болью, пронзающей тело Юнги, но после того, как Чон убрал капельки воды с щёк омеги, нежно целуя его, неприятное чувство заменяется наслаждением, и омега начинает неторопливые движения, седлая бедра парня. С каждым новым толчком, Мин ускоряет темп, взрываясь от безумного кайфа, накрывшего его с головой. Придерживаясь за плечи партнёра, он откинул голову назад и громко начал стонать, срывая голос. Гук возбуждается сильнее от такого Юнги, от его прекрасной шеи и удивительно сексуального голоса, охрипшего от непрекрощаемого крика.       Альфе нужна разрядка. Он знал, что скоро её достигнет, чувствуя, как набухает его член внутри омеги, как сводит мышцы, но, дабы не дать свершиться сцепке, Чон сжал бока омеги, выходя из него, и перевернул того на спину, устраиваясь между ног, опрокинутых и сплетенных на своих бедрах, и входит резко, но очень мягко, так как парень ещё не особо привык к его члену. Наклонившись чуть вперёд, собрав одной рукой ладони омеги и заведя их над головой, а второй придерживаясь его за ягодицы, Чон не раскинулся особо на комфорт и сразу начал двигаться быстро и грубо, сходя с ума от узости внутри Юнги. Пара толчков и альфа выходит, изливаясь на живот омеге, падая обессиленным телом рядом с Мином.       Комната пропахла естественной смазкой, потом и страстью, возбуждая парней по новой, поэтому спустя пару минут одышки парни переглянулись, вновь увлекая друг друг в мокрый и пошлый поцелуй…       ***       На утро, проснувшись в объятиях Чонгука в его же спальне, Юнги тихо присаживается на ноющую пятую точку, поворачивая голову к мирно сопящему альфе с улыбкой на лице. – Учись, Чон Чонгук, – наклоняется омега к уху парня. – Вот как нужно вынуждать переспать с тобой, – ухмыляется сам себе Мин, и встаёт с кровати, направляясь в сторону ванной. По всему телу отпечатки безбашенной ночи: засосы, укусы и следы ладоней по бокам и на ягодицах. – Ещё бы немного, и он бы меня сожрал, ну или сломал, – смотрит на себя в зеркало Юн, рассматривая кожу. Заходя в душевую, он включает горячую воду, шипя от лёгкой боли и покалывания, приобнимая себя и постепенно втирая гель для душа, взятый с полки.       Чонгук проснулся на шум воды и ощутимого холодка рядом. Приоткрывая глаза, он видит, что омеги рядом нет, и закрывает их снова, поворачиваясь на спину, потягиваясь и разминая затекшие конечности. Приятная лёгкость пробегает по телу, ощутимо лаская нервные окончания. "Свершилось! Это свершилось!" – красной строкой горит в сознании альфы, только вот он все равно никак не может понять, как это все могло произойти, учитывая ярые отказы со стороны омеги. Подняв свой накаченный зад с постели, Чон плетется в ванную комнату абсолютно голым, отчего ему чуток холодно (о том, что в гостиной настижь открыто окно, он не догадывался). Дверь была открыта, а изнутри доносились звуки ударяющейся воды о кафель и тихая спокойная мелодия, которую напевал Юнги, думая, что он только один.       Альфа медленно приоткрывает дверь, заходя внутрь, где перед ним открывается очень(ОЧЕНЬ) потрясающая картина: Мин стоит спиной к Чонгуку, на его теле множество различных следов от рук и зубов Чона, по его худым рукам и виднеющимся позвонкам стекает вода, исчезая между аппетитных половинок, парень сексуально водит руками по своим плечам, запрокидывая голову чуть назад, оперевшись на одну ногу, а вторую слегка согнув в колене; затем он соблазнительно поднимает руки вверх, сгибая их в локтях, и расчесывает пальцами волосы. Слишком шикарен, слишком красив для этого мира и, особенно, для Чонгука, застывшего с открытым ртом у двери, держа ручку в протянутой кисти. У него с утра и так был стояк от нахлынувших воспоминаний ночных утех, а сейчас его член только сильнее твердел, тянущей болью оседая внизу живота, где вновь запорхали бабочки.       Не выдержав напряжения, альфа быстрыми шагами передвинулся к душевой кабине, распахивая стеклянную дверцу, и заходит к омеге, припечатывая того к стене лицом к плитке. Юнги не успел ничего сказать, как был развернут на сто восемьдесят и увлечен в плавный жгучий поцелуй, сопротивляться которому желание сразу же спало на нет, когда пронырливые пальцы Чонгука, подхватив бедра, проскользнули к растянутой с ночи дырочке, проникая внутрь. Вода вовсе не остужала тела, распыляя больший пожар в этих пару квадратных метрах, обволакивая разум двоих сумасшедшим желанием и возбуждением.       Слегка отодвинув от себя альфу, которого было не так просто отлепить от себя, Мин, постанывая от трахающих его пальцев, прошептал: – Ты что… ах… творишь.. мгхм..? – То, что вспыхнуло в моей голове, пока я наблюдал за тобой. Малыш, я хочу тебя прямо здесь и сейчас, и теперь тебе от меня не отвертеться, – на последней фразе, Чон убрал свои пальцы, грубо входя своим членом в лоно омеги, срывая с его губ не то всхлип, не то крик, балансирующий со стоном. Движения сразу же были резкими и размашистыми, альфа, вдалбливаясь в омегу, уложил его голову себе на плечо, упёрся в стену рукой, а второй придерживал того за бедра, ускоряя темп до бешеного ритма. Звуки двух ударяющихся друг о друга тел смешивались со стуком воды о кафель, вызывая головокружение от чудесной мелодии. Юнги не мог сдержаться от приближающегося оргазма, кусая партнёра за и так расцарапанные плечи, отчего Чон только сильнее трахал омегу, дабы наслаждением перекрыть появляющуюся боль, которая не столько жгла, сколько возбуждала и без того горячее тело. Чувствуя, как слабеет тело в его руках, альфа толкнулся ещё пару раз, вытаскивая половой орган, поставил омегу на ноги, который уже кончил Чону на живот минутой ранее, и рукой помог себе достичь апогея, шустро надрачивая, приобнимая второй рукой Юнги за талию.       Крышеносный секс с самого утра – ещё одна исполненная пошлая фантазия альфы после встречи со своим истинным. Немного отдышавшись, Мин ударил кулаком в грудь Чонгука, зло глядя тому в глаза: – Теперь снова придётся принимать душ из-за тебя, – придерживаясь руками о стеклянные дверцы, отходит на шаг Юнги. – Я готов тебе помочь, – довольно мурлыкает альфа, сокращая расстояние между ними. – Нет! – выставляет руки перед собой, упирая ладони в мощную грудную клетку своего парня, Мин. – Я не выдержу ещё одного раза! – А ночью ты был ненасытен, – подмигивает Чон. – Ночью меня не застигали врасплох, выбивая весь запас энергии великолепным сексом, – спорит Мин. – Великолепным, значит, – хитро расплывается в улыбке альфа, выходя из душевой кабины. – У тебя есть десять минут, иначе, когда я вернусь, я вновь не смогу удержаться, – накидывая на себя халат, взятый с вешалки, уходит Чон, оставляя омегу одного. – Придурок озабоченный, – блаженно улыбается Юн, вновь подставляя свое тело под горячие струи воды.

***

      Пока омега нежился в душе, Чон решил приготовить кофе на двоих, одновременно набирая номер своего друга, дабы похвастаться победой. – Возьми трубку, Чимин~а, – поет в трубку Гук. – Ты чего такой радостный с утра? – зевает в телефон Пак. – А ты догадайся, дружище. – Да неужели?! Спустя столько дней… – Я сам в ахуе. – Подожди, я выберусь их хватки Тэхена, – просит Чим. – Ну, и как он в постели? Ты же знаешь, я люблю подробности в таких вещах, – устраиваясь поудобнее у себя на диване, лепечет в предвкушении омега. – Знаешь, такие детали я тебе точно не расскажу, друг мой, – получает в ответ цоканье альфа. – Но скажу одно: это самый головокружительный секс в моей жизни. – Бог ты мой, Чонгук~а, наконец-то ты стал мужчиной, – шутит Чимин, тихо смеясь, дабы не разбудить своего альфу. – Мои поздравления! А, и не забудь пользоваться контрацептивами, Нежелательная беременность – явлением частое. – И без тебя знаю, умник. – Ладно, чао. Пойду, что ли все-таки разбужу своего, а то ты позвонил и аппетит мне разыграл, – наигранно жалуется Пак и сбрасывает звонок. – Ох, как ребёнок, – подытоживает Чонгук, как на кухню заходит Юнги, укутавшись в халат. – Какой ребёнок? – интересуется омега, с любопытством разглядывая своего парня. – Наш ребёнок, – решив пошутить, отвечает Чон. – А ты хочешь детей? Я, конечно, не против, но я слишком молод ещё для того, чтобы заводить семью, – усмехается омега. – Это шутка, – на всякий случай объясняет Гук, а то мало ли придётся потомство заводить. – Чимин звонил.. – Или ты ему? – Я ему. – Так говорил бы сразу. Похвастался, а теперь иди в душ, а то от тебя потом несёт за километр, – притворяясь, машет перед носом рукой Мин. – Это запах самца, очаровашка, – проходя мимо омеги, Гук щёлкает того по носу, убегая в ванную. – Это запах вонючего мясника, – шепчет вдогонку Юнги, хватая чашку с кофе, сделанного специально для него.       Мысль о том, что когда-то у них с Чонгуком все же могут быть дети, прицепилась к сознанию и теперь не отпустит. Надо же было пошутить именно так.