Поймёшь ли ты меня?

— … братишка, когда я говорил, чтобы ты с ним сблизился я не имел в виду избить и притащить сюда… — Чьи-то голоса слышны, словно через пять метров бетона. Артём еле-еле приходил в себя, его голова раскалывалась, вчера что-то было. Он плохо помнил, надо было сначала прийти в сознание, а потом уже думать. — … Тебе ещё повезло, что мать и отец поехали вчера в театр и остались в отеле, мне, правда, страшно представить, как бы ты им это объяснял… — Голоса не утихали, а наоборот, разговор только набирал обороты. — Господи, пожалуйста заткнись! Тебе ли не знать, что им глубоко насрать на то что я делаю? — О-о-о какой злой. — Сделай одолжение — отвянь! — один из говоривших разозлился и ушёл. После этого в комнате появился Андрей. Что он тут делал? Парень явно был не в духе. Стоп! Это не была кровать Артёма, даже не его дом. Что происходит? Артём подскочил, у него закружилась голова и он почти упал, но, выставив руку, удержался. — Ты как? Будь осторожнее, тебе вчера хорошо прилетело. Поэтому лучше полежи, — Андрей подошёл к кровати и хотел уже уложить больного обратно, чтобы тот отдыхал, правда Артём отстранился. — Что вчера произошло? — брюнет недоверчиво взглянул на зама. Тот же вздохнул и сел на край кровати. — Ты совсем ничего не помнишь? — Урывками: помню, как шёл, как меня затащили в подворотню, угрожали начали бить, а потом всё как в тумане. — Ну, хоть что-то. Если вкратце, то тебя избили, чуть не изнасиловали; я проходил мимо, подобрал тебя и отнёс домой, — во взгляде Артёма не появилось хотя бы на толику больше доверия, а взгляд Андрея был уставшим, возможно, он не спал всю ночь. — Я помню, там был человек, который стоял и смотрел… это был ты? — Да, — зачем Андрею было скрывать очевидное? Был бы это не он, то и Артём лежал бы сейчас не у него, — Я не хотел лезть не в своё дело, — хоть иногда надо быть честным, особенно с такими недоверчивыми людьми, как Артём. — При тебе человека хотели изнасиловать! — Артём возмутился и понятное дело, любой был бы в не меньшей ярости, — Твою мать, тебе всё равно было бы? Утро Андрея было вообще неудачным от слова совсем. Когда он уже хотел ложиться спать, то в его комнату, какого-то чёрта, завалился старший брат, который всё это время также гулял. Увидев в кровати Андрея парня, он сначала начал, говорить, мол он шутил по этому поводу, а когда понял, что он избит и что это Артём, всё стало только хуже и поводов для его тупых шуток только прибавилось, даже после рассказа всей истории. Все попытки перевести тему разговора с этой, на тему того зачем же дражайший брат припёрся к нему в комнату в три часа ночи, разбивались, как хрусталь об булыжник. С горем пополам, выдворив непрошеного гостя к себе, Андрей выдохнул, а желание спать пропало вновь. Именно так он провёл всю ночь до восьми утра в ноутбуке, а когда вышел, чтобы позавтракать или поужинать –он так и не решил — то перепалка началась по новой. Так, даже не поев, он вернулся в комнату, а тут уже и сама причина его головной боли и проблем проснулась, и проклинать свою жизнь можно было по новой. — А ты бы ломанулся в свору бандитов без оружия ради совершенно незнакомого человека? — Но ты мог бы вызвать полицию! — А, да, точно, в следующий раз так и сделаю, и может быть к рассвету тебя подберут. Кто-то из прохожих! — Почему Андрей должен был оставаться спокойным, когда на него кричат? А очень просто: он не должен, — Просто, прошу успокойся, ради всего святого, я понимаю ты зол, но я тебе помог как видишь: ты попросил — я помог. И между прочим сильно рисковал. Нам с тобой сказочно повезло, ведь я этих парней знаю, и они меня, только, сука поэтому мы с тобой ещё живы! Артём молчал, видимо он понемногу начал успокаиваться и понимать, что многие хотели бы поступить также как и Андрей. И тот факт, что он всё-таки помог тоже много стоит. Артём погорячился, что начал кричать на Андрея, сейчас он это понимал. — Прости, за то, что повысил голос и спасибо, что помог. Андрей подпёр подбородок рукой и сделал страдальческий вид, на уровне как родители смотрят на нашкодившего ребёнка. Андрей действительно был вымотан морально и физически. Ему хотелось спать или просто отдохнуть, но судьба говорила ему нет, ведь скоро должны были прийти его родители проснуться сестра, хотя она наверняка уже давно не спит, ведь они с братом буквально почти мёртвого разбудили своей перепалкой с утра пораньше. — Я вам мешаю? — Артём неожиданно поднял этот вопрос, потому что Андрей продолжал смотреть на него тем взглядом. — Не сказал бы, просто тебе самому придётся объяснять, как и что произошло, ведь меня не слышат и слышать не желают. Не удивлюсь, что Кирилл считает, что именно я тебя и избил. Да и я уже устал повторять одно и то же. — А есть поводы для таких мыслей? — Артём был немного поражён, ведь, по его мнению, Андрей не мог избить человека до потери сознания. — Сложно сказать… пара точно есть, но это давненько было… мне всё никак забыть не могут, — Андрей потянулся, — ты сам как? Ничего не болит? Я вроде обработал раны, но мало ли. Кстати, вот возьми пока мою одежду. — Да нет, ничего… стоп. Что? — только сейчас Артём заметил, что лежит без одежды, — чёрт бы тебя побрал, обязательно раздевать надо было? — Ага, не за что, обращайся, всегда рад помочь… Хаааа* в общем, одевайся, я пока пойду искать еду. Андрей вышел, и Артём остался опять один в этой комнате. Всё тело ныло и болело, он кое-как встал, оделся и заправил кровать. Сев на неё, юноша начал осматриваться. Это была большая и светлая комната. Мебели там было немного: письменный стол со стулом, небольшой диванчик под окном с журнальным столиком, комод, кровать и пара навесных полок. От того что вещей было повсюду мало, комната казалась просторной. Артём не привык к такому, ведь его комната в общежитии доверху была забита всяким барахлом, так что даже сам Артём не понимал, что ему нужно, а что нет. Он, конечно, поддерживал там порядок, но он был очень относительный: груды книг, которые, казалось вот-вот сваляться со шкафа старая и потрёпанная мебель. Если сравнивать, то в этой комнате находиться куда приятнее. В дверь постучали. Артём её открыл, ведь решил, что это Андрей вернулся, так и оказалось: он стоял в проходе с подносом, на котором была разная еда и закуски. Блондин прошёл в комнату к журнальному столику и оставил там поднос, после чего опять ушёл и вернулся уже с двумя чашками кофе. — Ты ведь не против кофе? Просто лень было что-то другое выдумывать, а закуски можешь брать любые, я взял всего понемногу, — сказав это, он сел на диван и жестом пригласил Артёма — Нет, не против, даже наоборот, кофе я сейчас рад куда больше. — Вот и славно. — Настроение у Андрея понемногу начало становиться нормальным и приветливым. — Почему не на кухне? Не подумай мне и тут нормально, просто интересно… — Там брат с сестрой завтракают, не знаю как ты, но меня атмосфера там немного раздражает, — Андрей устало улыбнулся и отпил кофе, не спать всю ночь для него было настоящим испытанием. — Ясно… — Артём просто кивнул и начал есть. Воцарилась тишина. У Андрея не было ни сил, ни желания шутить или смеяться, он просто сидел и казалось ни о чём не думал. Впервые за долгое время в его голове было пусто. Артём тоже ничего не говорил — всё его тело болело, а в голове роились обрывки воспоминаний, по которым он пытался восстановить вчерашние события. Он шёл от отца, ему свистнули в след. Он не обернулся, ведь несмотря на свою «работу» он всё же старался с кем попало этим не заниматься, поэтому просто пошёл дальше, но его схватили затащили в переулок и начали мягко говоря докапываться… потом он заметил, как издалека за этим наблюдает другой человек; из последних сил он крикнул, а дальше помнит лишь обрывки диалогов. — Ты знал этих людей? — Артём прервал тишину, ведь из этой ситуации он не понимал почти ничего. — Так интересно? — не сказать, что Андрей считал любопытство плохой чертой, но она иногда сильно раздражала. В этот момент в его голове появилась сумасшедшая идея, — Слушай, не хочешь поиграть в игру? Она очень простая… — Что за игра? — Артёма немного напрягла такая смена темы, но решил, что блондин просто не хочет говорить про то. — Всё просто: каждый день мы можем задавать по одному вопросу друг другу, на который должны отвечать честно и так пока один из нас не сможет полностью понять действия другого, — опасная игра, очень опасная, но жить, порой бывает так скучно и так тяжело, что выговариваться надо. — Бессмысленная игра. Как ты собираешься проверять говорю я правду или нет? — мягко говоря, Артём был в недоумении. — Никак. Но выигрывает не тот, кто полностью понял другого, а тот, кто предоставил больше всего информации для этого, в общем, противоположная сторона. — Хах* а как отличать вопрос, на который я должен отвечать правдой, от обычных? — Ммм* можно придумать обозначение, например, «вопрос дня» или что-то в этом духе, — казалось, Андрею очень понравилась эта затея и его настроение понемногу начало подниматься, тем временем Артём сомневался всё больше и больше, глядя на такое воодушевление. — А какая тебе или мне с этого выгода? И почему ты решил именно со мной сыграть в этой игру? — Никакой и просто так! — на лице Андрея расцвела его фирменная улыбка, — Давай просто попытаемся понять друг друга. Как мне кажется, ты очень интересный. — Ладно, — Артём всё ещё сомневался, но решил, что всё равно в любой момент может прекратить эту игру, — но с одним условием: если вопрос будет слишком личным, можно на него не отвечать или выйти из игры. — Ну-у так не интересно… Давай, лучше у каждого будет пять бонусов? Что-то вроде смены вопроса или полной его отмены. — Хм* Две отмены и три смены, — теперь Артём к этой идее отнёсся спокойнее, — А теперь: Как ты связан с теми людьми, что вчера меня избили? — Это «вопрос дня»? — Да, — Всё равно, на данный момент это единственное, что интересовало его. — С чего же начать… С этими людьми я воспитывался в детском доме, они были одни из тех, кого можно было назвать главной причиной моей ненависти к детдому. — Мне показалось, что вы с ними в достаточно близких отношениях… — Ох, так только они считают… честно говоря, моей ненависти к ним не поубавилось. Просто перед самым выпуском они решили «подшутить» над одним парнем с моей помощью… я не знаю жив он или нет, — было видно, что Андрею об этом говорить тяжело, — он был хорошим парнем… но благодаря этому, они перестали меня трогать, а потом меня забрал отец — Вот и всё. — Как вы над ним подшутили, что ты не знаешь выжил он или нет? — А? нет, я сомневаюсь не из-за этого ты неправильно понял… просто, раз меня убрали с места козла отпущения, то кто-то должен был его занять и, скорее всего, это был этот парень, но каждый выживает как может. Я не обязан был защищать того, кто ни разу не защитил меня… — Я тебе ничего и не говорю за это… но и он не был обязан был защищать тебя. — Ты прав, — Андрей улыбнулся, ему стало немного легче, он никогда не винил себя за тот случай, но всё-таки совсем не думать о нём не мог, а теперь стало полегче. — Ты будешь задавать вопрос? Или оставишь на потом? — Наверно, — это была просто игра, да даже если за этот день появится новый вопрос, то Андрей задаст его завтра или в любой другой день, — что ты вчера делал так поздно на улице? — Шёл домой от отца… — Артём не знал развивать ли ему эту мысль, он не стремился выиграть и, возможно, даже понимал, что истинная цель этой игры своеобразная исповедь, но действительно ему это было нужно? — я съехал от него, потому что с ним стало тяжело жить, он всегда приводит в дом каких-то незнакомцев и не спал допоздна. Иногда мог кричать, бить посуду и в целом громить всё вокруг, часто бывало и так, что и мне от него перепадало. От этого я принял решение жить отдельно от него, — Артём и сам не понимал, почему решил всё же выговориться, но после этих слов захотелось плакать. — Ясно, — больше Андрей ничего не сказал, потому что сам не рассчитывал, что брюнет так сразу скажет много. Он только пододвинул к нему поднос с едой. Андрей не очень любил сладости и прочее. Из всего подноса он себе выделил лишь один бутерброд с маслом и рыбой, который уже съел, поэтому сейчас только пил кофе и сам не заметил, как засмотрелся на человека, сидящего рядом. А тот же, как казалось, настолько ушёл в свои мысли, что даже если бы Андрей просверлил в нём дырку, то не заметил бы. В один момент казалось, что ещё чуть-чуть и придётся Артёма успокаивать, пока тот плачет, но до этого не дошло, но и появлялись новые вопросы: почему его отец так себя ведёт? Почему Артём окончательно не перестал с ним контактировать? Они заставляли задумываться всё больше, но давить на бедолагу он не хотел, ведь, видимо, не у него одного вчера был неудачный день, а у брюнета день был ещё хуже, ведь навряд ли он просто так сорвался с места и пошёл к отцу. Артём же неспешно пил кофе и думал о своём, изредка беря с подноса еду. Он, действительно, не замечал, что прямо сейчас с него не сводят взгляда. Так они сидели пока Андрей не встал с дивана, допив кофе и оставив кружку на столе, только после этого действия Артём отвлёкся от своих мыслей. Блондин подошёл к комоду и вытащил из его недр альбом в твёрдом переплёте примерно формата А4. Взяв со стола карандаш и ластик, он открыл его и начал что-то выводить. — Что ты делаешь? — Артём непонимающе уставился на блондина, ожидая хоть каких-то пояснений на тему: зачем и что случилось? — Рисую. Мне скучно, а ты показался сейчас красивым, — прямолинейный ответ на автомате, Андрей понял что в его ответе что-то не так, только после того как сказал, но менять ничего не стал. — Ты! –Артём моментально покрылся краской и отстранился, — Я не девушка, чтобы мне такое говорили… — Ой, да ладно тебе, — Андрей решил поуговаривать, чтобы его единственная за столь долгое время натура всё-таки не сбежала, — Всего один портрет, знаешь, это многого стоит, я может и давно не рисовал, но могу сказать, что делаю это хорошо… если сильно хочешь могу тебе его сразу отдать. — Не стоит, обойдусь… я бы лучше посмотрел на твои рисунки. — Их нет. Этот альбом последнее, что осталось, — Андрей вернулся к своему занятию, — а тут одни наброски — ничего интересного. — Тебе они настолько не нравились? — Типа того. -Раз ты будешь меня рисовать, можно я возьму какую-нибудь книгу? Мне делать совсем нечего. — А? конечно-конечно, у меня в комнате их немного, но можешь брать любую. -Спасибо, — после этих слов Артём встал, подошёл к полке, взял первую попавшуюся книгу и вернулся на место. Так прошло около двух или трёх часов. Телефон Артём забыл у отца, поэтому ему оставалось только читать. Это была простенькая фантастика, про детей, что путешествовали во времени с помощью двери у них в подвале. Ни хорошая книга и не плохая — самая обычная, каких было сотни. Там были и антагонисты, что хотели разбогатеть благодаря путешествиям во времени, и любовные линии, которые должны были трогать за душу, но больше пробивали на смех, и загадочные письмена, и несуществующие монстры, в общем, в лучших традициях фантастики «12+». Не было глубоких рассуждений о жизни или смерти, любви или ненависти, поэтому книга читалась легко и быстро. Артём просто отдыхал от всего: от вечной спешки, учёбы, от отца, от соседей, с которыми часто ссорился, словно весь мир наконец встал на паузу. В доме Андрея было невероятно тихо, и не скажешь, что там живут трое детей и их родители, единственное, что нарушало тишину это звук ведения карандаша по бумаге, но этот звук, наоборот, успокаивал. Изначально было сложно привыкнуть, что на тебя постоянно смотрят, но со временем, Артём полностью погрузился в сюжет книги и просто не замечал этого. — Всё, готово! — Андрей отложил альбом и потянулся. — Покажешь? — брюнет не отвлекался от книги, решив дочитать предложение, сделав это, и он отложил книгу, заметив, что на него смотрят с усмешкой. — Как пожелаешь, только повторю: это набросок и не суди слишком строго. — Я не художник и вообще не умею рисовать, поэтому не смогу при всём желании. — Просто мало ли, — Андрей улыбнулся, протягивая Артёму альбом с открытым рисунком. — Ого. На листе бумаги было изображено лицо красивого юноши в профиль, Артём даже сомневался, он ли это. Лицо сосредоточенно на что-то смотрело; эмоций не не было, скорей, напротив, они были переданы так хорошо, что почти не выделялись. Можно было сказать, что этот юноша сильно над чем-то задумался, и это что-то сильно его беспокоило. — Это точно я? — А что не похож? — Ну не знаю, просто слишком красиво. — Ты преувеличиваешь, но спасибо. — Можно посмотреть другие? — М? как хочешь, — Андрей пожал плечами и начал собирать посуду. Артём стал листать альбом. Бумага была плотная и сразу можно сказать, что этот альбом очень качественный. На каждом развороте были наброски, как казалось, всего на свете: лица и фигуры людей, животные, цветы, улицы, природа и много всего другого. Где-то они были выполнены где-то простыми карандашами, где-то акварелью, а где-то мелками или чем-то подобным. Всё выглядело в большей степени небрежно и можно было сразу сказать, что это и есть зарисовки, но некоторые, также названные набросками, как казалось Артёму были сильно недооценёнными. Дверь хлопнула — в комнату вернулся с кухни Андрей. — Чем больше я смотрю, тем меньше понимаю: почему ты бросил это делать. — Как я уже сказал, просто отпало желание, а также немного психанул, — Вопросы на день кончились и откровенно Андрей отвечать был уже не обязан. — Но зато я прекрасно понимаю, почему учитель по ИЗО сказал, что ты его подставил. — Хах* Возможно… Их разговор прервал звук открывающегося замка двери. Видимо, наконец, пришли родители.