Бывший лучший друг

Субботний вечер подходил к концу. Тосты сказаны, подарки получены, десерт таял на глазах. Все были сыты и довольны. А старшее поколение ещё и немного пьяно. Мужчины, кроме Чонгука, который упорно делал вид, что не знает, как выглядят сигареты, вышли покурить, оставив того на растерзание женщинам. Парень был одет в белую рубашку с чёрным нагрудным карманом и классические брюки, подчёркивающие длинные, сильные ноги, которые Сомин смогла рассмотреть благодаря прозрачному столу. Ела одно мясо, а смотрела на другое. Сама девушка остановила свой выбор на простом чёрном топе с рукавами-фонариками и белых джинсах с завышенной талией. Чонгук сидел между своей мамой и Сомин. Стол был небольшой, так что их локти постоянно соприкасались. И если первая постоянно делала замечания на то, что локти не гоже класть на стол, то девушку наоборот — всё устраивало. Её кожа покрывалась мелкими мурашками. А губы так и наровились растянуться в улыбке. Такая ненавязчивая близость ей нравилась. И Чонгук нравился. — Как здорово, что ты нас всех собрала, Бохян, — обратилась к имениннице мама парня, — А то наши дети безумно заняты, чтобы вот так посидеть с родителями, — и покачала головой глядя на сына. Тот и бровью не повёл. — Ему сделали предложение, от которого он не смог отказаться, — улыбнулась мама Сомин, подмигнув, — Правда, Чонгук-и? — Да, тётя, — согласился парень, улыбнувшись женщине. Ещё бы он не согласился. — Что за предложение? — поинтересовалась девушка, наслаждаясь фирменным тортом своей мамы, у которой талант не только к выпечке, но и шантажу. — Твоя мама пообещала навестить нас в универе, — начал брюнет, скрестив руки на груди, — и развесить в холле фото, — он многозначительно посмотрел на девушку. — Те самые? — Сомин судорожно вздохнула, сразу догадавшись о чём речь. То ли от того, что проглотила слишком большой кусочек торта, то ли от осознания того, что её мама собиралась сделать, девушка закашлялась. — Да, те самые, — кивнул Чонгук, легко хлопая её по спине. Если есть имя, которое нельзя называть, то у них есть фото, которые нельзя никому показывать. — Ты всё-таки нашла их? — Бохян кивнула и, Сохи, мама Чонгука, хлопнула в ладоши, — Я думала, что эти негодники всё сожгли. — Мы тоже так думали, — Сомин и Чонгук переглянулись и обречённо вздохнули. Они-то считали, что небольшой ритуальный костёр на заднем дворе уничтожил все следы их позора. Сжигать фото — плохо, но оставлять то, что может скомпрометировать в будущем — определённо хуже. — Как вы только додумались?! — воскликнула Сохи. Женщина никак не могла успокоиться, — Это ведь такие прекрасные воспоминания! Лето, пляж… — Ваши голые попки… — мама Сомин хихикнула, не обращая внимания на укоризненный взгляд со стороны дочери, и пожала плечами — Да ладно вам. Я столько всего нашла, пока наводила порядок. Ваш первый поцелуй, например. Теперь пришла очередь Чонгука кашлять, а Сомин, которая во все глаза уставилась на мать, — стучать ему по спине. Мама блефует. Сомин была уверена. Они всё тогда проверили, никого не было на втором этаже. Увидеть их не могли, а сфотографировать — тем более. — Не было такого, — фыркнула Сомин, поглядывая на Чонгука. Парень был красный как рак. В груди у девушки неприятно стянуло. Неужели ему настолько стыдно и неприятно? — Было, — подтвердила миссис Чон, пока Бохян вышла из комнаты за доказательством, — на дне рождения у Намджуна. Вам тогда было 5 и 6 лет. Сомин готова была поклясться, что услышала облегчённый вздох парня. Решив не заострять на этом внимание, она попыталась вспомнить тот день. Ничего не вышло. И Джуна она почти не помнит. Намджун — двоюродный брат Чона. Они виделись в последний раз около 10 лет назад, перед тем, как парень с семьей переехал в США. — Вы должны были сфотографироваться втроём, — протягивая фото, сказала Бохян, — Чонгук, Намджун и ты. Взяв в руки фотографии, девушка улыбнулась. На первой они были втроём, но смотрели в разные стороны. Именинник стоял по центру, устремя взгляд прямо в объектив, и держал в руках какую-то огромную книгу. Безумно довольный. Ему тогда исполнилось 11 лет. Чонгук смотрел на Сомин, а сама она, повернулась спиной к камере. — Но кое-кто начал капризничать, — продолжила женщина, — Ты сказала, что будешь стоять только рядом с Чонгуком. Вас поменяли местами. Но ты опять была чем-то недовольна и повернулась к Чонгук-и, чтобы что-то сказать. На втором фото Намджун стоит сбоку и уже листает страницы новой книги. Не удержался. А Сомин и Чонгук, одновременно повернувшиеся друг к другу, случайно соприкоснулись губами. — Столько лет прошло, а твоё мастерство в поцелуях на том же уровне, — прошептала девушка, увидев следующее фото. — Почему? — удивился парень, всё ещё рассматривая предыдущее. — Вряд ли я плачу потому, что мне понравилось, — хихикнула девушка, передавая следующую фотографию Чонгуку. На ней Намджун уже отвлёкся от чтения и смотрит на двух рыдающих детей. — А я тогда почему плачу? — спросил Чон, взглянув на маму. — Вы подумали, что теперь вам придётся жениться. Ты сказал, что пока не хочешь, и Сомин расстроилась, — пояснила Сохи, с интересом наблюдая за детьми. — Чтобы успокоить Сомин, Джун-и сказал, что женится на ней, когда она подрастёт, — Бохян улыбнулась и продолжила, — а из-за этого потом и ты разревелся. Сомин улыбнулась. На душе было так тепло, что нельзя передать словами. Девушка взглянула на Чонгука, тот тоже улыбался. На секунду ей показалось, что они словно вернулись в прошлое. Сидят вместе на кухне, общаясь одними лишь взглядами и улыбками. — Кстати, — мама Чонгука прервала ностальгическое молчание, — Завтра прилетает Намджун. У него отпуск. Решил провести его в Корее. — Здорово! — обрадовалась девушка, отметив, что Чонгук не выглядел удивлённым, скорее немного раздосадованным, — Сто лет не виделись. — Он стал ещё более невыносимым, — усмехнулся парень, доставая из кармана вибрирующий телефон. — Чонгук, — предупреждающе произнесла Сохи, — Не забудь встретить его завтра. Папа выпил, так что за руль не сядет. — Наш американ бой автобусом разучился пользоваться? — Чонгук закатил глаза, а затем повернувшись к Сомин, показал ей экран своего телефона. Звонок от Джина, — Мы на минуту. Они вышли из-за стола. Джин не переставал названивать. Войдя в комнату Сомин, Чонгук наконец ответил, включив громкую связь. — Вы петтингом занимались? — вместо приветствия спросил Джин. — Да, — на полном серьёзе ответил Чонгук, за что получил локтем в бок. — Тогда чем были заняты ваши руки, раз в беседе…., — начал было Джин, но резко замолчал, видимо переваривая услышанное. — Ты что-то хотел? — забрав телефон у Чонгука, который провалил миссию по сохранению невозмутимости и начал содрогаться от смеха, представляя себе какое сейчас выражение лица у его друга, — сейчас только 8 часов. — Добралась-таки до его маленькой пипирки? — хихикнул Джин, наконец придя в себя, — А я говорил… — Вы обсуждали мой член? — изогнув бровь спросил Чон. — О, господи, нет! — возмутилась девушка, — Или говори, что хотел… — Член — громко сказано, там… — заметил Джин, но больше ничего не успел сказать. Сомин сбросила вызов и протянула телефон Чонгуку. — Мы с тобой знакомы 19 лет, а ты обсуждаешь мой член с парнем, которого знаешь около недели? — брюнет усмехнулся, с интересом посмотрев на девушку. — Мы не… — Сомин начала было объяснять, но передумала. С вызовом посмотрев на парня, она продолжила, — Мы ведь с Джином — друзья. Много чего обсуждаем, знаешь ли. — Вот как… — протянул Чонгук, подходя ближе и разминая шею. Сомин попятилась назад. Её настораживал его тяжёлый взгляд и подозрительная ухмылка. Не будет же он её бить в конце концов? — И что же твой друг тебе рассказал? — Чонгук приближался медленно, словно хищник, крадущийся к своей добыче. Подойдя к девушке, которая стояла около кровати, он толкнул её. Потеряв равновесие, Сомин села. Попытка встать была сразу же пресечена. Чонгук повалил девушку на кровать, подминая под себя и заводя её руки над головой. — Не хочешь проверить? — прошептал он, сжимая своими коленями её бёдра, смотря прямо в глаза. О, Сомин очень хотела. Проверить в норме ли у неё температура, так как девушке казалось, что ещё немного и она вспыхнет, как феникс. Но уже не возродится. А ещё неплохо было бы забежать к кардиологу, сердце что-то подводит. Вот-вот вырвется из груди. У неё определённо тахикардия. Или какая-нибудь другая болезнь… Хотя симптомы схожи с теми, которые присущи заболеванию, распространившемуся в их университете. Вирус — Чона. Можно сколько угодно отрицать наличие у себя этой болезни, но менее опасной она от этого не станет, скорее наоборот. С каждым взглядом, прикосновением становится всё хуже. Сомин определённа больна Чонгуком. Усмехнувшись своим мыслям, она наконец посмотрела на парня. Тот внимательно следил за её эмоциями, всё ещё ожидая ответ. Что она должна ответить? В голове столько мыслей и ни одной приличной. — Прости, Гук-и, — взяв себя в руки, начала девушка, — оставила свою небольшую линеечку дома. Как оскорбить парня двумя словами? Употребите сочетание «небольшая линеечка» во время обсуждения его мужского достоинства. Всегда пожалуйста. — Настанет день, Мин-и, и ты возьмёшь свои слова обратно, — обиженно процедил Чонгук, слезая с девушки, — Я бы на твоём месте поторопился. — Почему? — спросила она, всё ещё смотря перед собой. Туда, где только что находилось лицо парня. Всего пару сантиметров и… — У Джина есть привычка назначать штрафные стопки за каждую минуту опоздания. Девушка приподнялась на локтях, вопросительно посмотрев на Чона. Тот странно улыбнулся. Ох, и не нравилась ей эта улыбка. Точнее, улыбка-то нравилась… А вот то, что за ней обычно следовало — не очень. — Я завтра за рулём. Встречаю нашего америкашку, так что отдуваешься за двоих. — С какой стати?! — Сомин встала с кровати и одёрнула немного приподнявшийся топ, не замечая, как Чонгук следит за её движениями, — Разбирайся с этим сам. — О, нет, Мин-и, — ухмылка красовалась на его лице, — Ты, кажется, задолжала мне пару желаний? — Ти кажица зядольжаля мне пару щиланий, — кривлялась Сомин, выходя из комнаты вслед за Чонгуком.

***

— Ти кажица зядольжаля мне пару щиланий, — продолжала она, когда они, попрощавшись с родителями, шли к машине мистера Чона, которую тот одолжил на пару дней. И снова повторила, когда парень по-джентельменски открыл ей дверь. Он обошёл машину и сел со стороны водителя. — Ти-ка… — она определённо решила его довести. Это был хитрый план. Раздраконить Чонгука настолько, что он использует ещё одно желание, только бы она заткнулась. Но совершенно забыла с кем имеет дело. — Ты, кажется, забыла пристегнуться, — с этими словами и немного натянутой улыбкой Чон потянулся за ремнём, — Глупая-глупая Мин-и, — выдохнул он ей прямо в губы и пристегнул. И правда, глупая. Умные девушки не влюбляются в своих друзей, особенно если они бывшие. Ехали молча. Чонгук следил за дорогой, а Сомин старалась смотреть в окно, изредка поглядывая на парня. «Только не веди одной рукой» — мысленно взмолилась она, кусая губы. На то они и мольбы, чтобы слышал только Бог. Чонгук расслабленно вёл машину одной рукой, вторую расположив на своём бедре. «Не смотри, не смотри, не смотри», — девушка буквально заклинала себя, ощущая стягивающийся узел внизу живота, — «Смотри в окно. Окно- обалденное. Огоньки - отпад». Тишину нарушили вибрирующие телефоны. В беседе бесновался Джин. Записал кучу голосовых. Сомин не была уверена, что хочет их слушать. — Джин? — спросил Чонгук, быстро взглянув на девушку и снова уставившись вперёд. Дорога — обалденная. — Ага, — брюнетка кивнула и включила голосовое. — Если вы продолжите меня игнорировать, то будет по две стопки за каждую минуту опоздания, — громогласно вещал парень. — Джин, они ведь на дне рождении были, — послышался голос Тэхёна, — Уверен, они уже едут. — Ставлю сотку, что они соса..., — Джин не успел закончить. Послышался его вскрик, а затем не менее громкое, — Ты ошалела женщина?! Чимин, успокой её! На этом поток сообщений от Джина прервался. Следом пришло короткое текстовое от Еын. — Мы вас ждём, котики, — озвучила Сомин и улыбнулась, — заедем в магазин? Надо что-то купить на новоселье. — Если Еын продолжит в том же духе, то нам скоро понадобятся белые хризантемы.

***

— Так, сегодня у нас будет ещё одна потрясающая игра, — поведал Джин, разливая соджу, — Твои штрафные, Сомин. — Почему две? — возмутилась девушка, принимая протянутую рюмку, — Мы опоздали на минуту. — Ты сегодня — Тёмная Роза Чонгука, — подвигая к брюнетке закуски, ответила Еын. Ребята сидели в небольшой гостиной. Диван был один, так что он был проигнорирован. Все устроились на полу, сев в круг, в центре которого располагались соджу, пиво, закуски и телефоны. Последние было решено сдать, дабы не отвлекаться. — Игра вам всем знакома, — продолжил Джин, — «Я никогда не». — Мне конец, — обречённо протянул Тэхён, — С твоими играми, моя печень скоро откажет. Сомин активно закивала головой. В этом она была солидарна с Тэ. Игра ещё не началась, а её уже заставили пить. Соджу — потрясающий напиток. Пьётся как водичка, зато потом нехило стучит в голову. Игра длилась уже полчаса. Всем, кроме Чонгука, было очень хорошо. Хотя парень особо и не страдал, наблюдая за пьяными друзьями и потягивая безалкогольное пиво. Тэхён был прав. Ему очень быстро пришёл «конец». Они с Сомин пили больше всех. Он, из-за того, что, видите ли, в подростковом возрасте много чего попробовал. Сомин же отдувалась за опытность Чонгука во многих вещах. — Неужели ты не можешь держать себя в руках? — причитала она, осушив очередную стопку, — Ты серьёзно прыгал с парашютом? — Ага, — кивнул Чон, — в прошлом году. — Чтоб тебя… — вздохнула девушка, запивая соджу содовой. — Так, я следующая, — оповестила Еын, призывая всех посмотреть на неё, — Я никогда не встречалась с двумя одновременно. — Стерва, — прохрипел Джин, нехотя делая глоток, — А ты, — он ткнул пальцем в Чимина, — Стерв… Стервун? Сте… Короче, зачем разболтал? — Он не говорил, — хихикнула Еын, — Я просто предположила... Да ладно?! — Да-да, я был молод и глуп, — сморщившись от громкого возгласа блондинки, Тэхён махнул рукой и принял своё наказание, — Их было трое. — Ах-ты, блядун, — прыснул Джин, наполняя их рюмки. Они оба чувствовали, что ещё одна рюмка — и новоселье плавно перетечёт в похороны, но остановиться уже не могли. — Я никогда не целовался с лучшим другом, — усмехнулся Чимин, посмотрев на Джина и Тэхёна, — Прости, Сомин. — Сомин, — позвал девушку Джин, хитро улыбаясь, — А тебе пить дважды. — Почему это? — пытаясь собрать мысли в кучу, спросила девушка. — За себя и за Гука, — опрокинув в себя очередную стопку, ответил Джин, — Знаем мы всё. — Ким Тэхён! — девушка толкнула в плечо сидящего рядом парня. Тот не удержался и завалился на бок, — Обязательно было рассказывать? — Но я ничего не говорил, — даже не предпринимая попыток встать, простонал он. — Всмысле Тэхён? — Джин покачал головой, — Нам Чонгук рассказал про тот, о котором ты его умоляла. А был ещё один?! — Блять, — прошипела Сомин. А Чон, явно сочувствуя, погладил её по голове. — Тогда четыре, солнышко, — пропел Джин, забыв про мучающую его тошноту, — Вот тебе яблочко, закусишь. — Повезло, что они не знают про самый первый, — прошептала Сомин с ужасом поглядывая на четыре рюмки перед собой. — Ага, — согласился Чонгук и наклонившись к уху девушки, продолжил, — иначе пришлось бы пить восемь. — Восемь? Один, два, три, — Сомин начала загибать пальцы на руке, — плюс, нет умножить на два… — Вот оно, будущее экономики нашей страны, — усмехнулся Чонгук, разрезая для девушки яблоко, — Ты на трезвую голову не сильна в математике, а в таком состоянии… — Сам дурак, — обиженно фыркнула Сомин и осушила четыре рюмки подряд, — Я сейчас умру. С девушкой были солидарны все, кроме Чонгука, Чимина и Тэхёна. Первый, был трезв и очень весел. Жаль, что телефон забрали, было бы чем порадовать друзей с утра. Чимин, оказавшийся самым хитрым, на тихую выливал штрафные стопки в цветок позади себя. Сейчас ему предстояла нелёгкая задача — доставить домой отключившуюся Еын так, чтобы, не дай Бог, не проснулась вечно жаждущая приключений Катрин. А Тэхён просто спал, распластавшись звёздочкой на полу. Мозг отказал раньше печени. Джин улёгся рядом, закинув на него ногу. Попрощавшись с Чимином и помахав Еын, которая удобно устроилась на его спине, Сомин решила прилечь на Тэхёна. Ей казалось, что Джин уж очень комфортно устроился. Хотелось так же. Но стоило ей наклониться в сторону парня, как Чонгук потянул её на себя приобняв за плечи и уложил её голову к себе на колени. — Полежи так немного, — тихо сказал парень, перебирая волосы Сомин, — и поедем домой. — Гук-и, — позвала его девушка, не открывая глаза. — М? — Чон наклонился ниже, чтобы разобрать, что она говорит. — Почеши за ушком, — попросила Сомин и довольно заурчала, когда Чонгук исполнил её пожелание, — не оставляй меня. — Не оставлю.