Питерский красавец

Рано утром Кирилл уже был на ногах, а ночью он еще долго работал, предоставив огромную кровать Лёше. Парень все еще спал, трогательно зарывшись лицом в подушку. Его белокурый парик висел рядом с одеждой на подлокотнике кресла. Кирилл обнаружил его, вернувшись в спальню из душа, и сразу вспомнил странное ощущение, появившееся, когда он хотел погладить волосы Лёши. Объяснение висело теперь у него перед глазами. Он подошел к кровати и с любопытством посмотрел на спящего паренька. Собственные волосы у него были тёмные, прямые и длинные, по плечи. Кириллу они нравились. Он задумался, не прилечь ли ему рядом с ним, потом повернулся и на цыпочках вышел в гостиную. Кирилл был еще в шелковом купальном халате, но успел уже слегка перекусить, заказать завтрак для Лёши и пообщаться по телефону отеля со своим другом и адвокатом Шакуриным. Пока официант накрывал для Лёши в столовой, Кирилл разговаривал с Костей — естественно, по поводу «Vmeste». В Санкт-Петербург он приехал ради того, чтобы купить эту фирму, переживающую серьезные финансовые затруднения, и был полон решимости за неделю осуществить сделку. Константин Шакурин был настроен менее оптимистически. — Сергей Разумовский без боя компанию не уступит, — утверждал он, с чем Кирилл был совершенно согласен. — Ну еще бы — он сам построил свою компанию, — сказал он. — Я тоже считаю, что выдавить его оттуда будет непросто. — Он хочет встретиться и обсудить с тобой это дело, — продолжал Константин. — Пожалуйста, — не раздумывая, сказал Кирилл. Адвокат против этого возражал, но его аргументы не возымели действия. Кирилл решил сегодня же договориться с Разумовским о том, чтобы вместе поужинать. Продолжая говорить — в руке у него был собственный телефон, — он прошел в столовую, чтобы подписать счет за поданный официантом завтрак. Константин все еще пытался отговорить его от личной встречи с Разумовским. — В любом случае не встречайся с ним без свидетелей, — умолял его Шакурин. Насколько я знаю этого прохиндея, достаточно будет неосторожного слова, и он потащит нас в суд. — Согласен, дело может принять непредвиденный оборот, — спокойно ответил Кирилл, — но именно это и есть самое интересное в этой сделке. Он увидел Лёшу, появившегося в дверях гостиной в принадлежащем отелю купальном халате. Он тоже заметил Кирилла, но не стал мешать ему разговаривать по телефону. — Да, кстати, я должен сказать тебе кое-что о твоей машине, — начал Кирилл с притворной озабоченностью, заставившей Константина содрогнуться. — Что такое? Я так и знал!.. — простонал он. — Твоя тачка на поворотах идет, как по рельсам, — сказал Кирилл, усаживаясь за накрытый стол. — Что-что? Как ты сказал? — недоуменно переспросил Костя и, поскольку Кирилл молчал, в паническом ужасе заорал: — Что ты молчишь?! Кирилл лишь рассмеялся в ответ и отключил телефон. Убрав телефон в кейс для работы, который стоял на рабочем столе открытым, он взял в руки утреннюю газету. Лёша тем временем изучал меню, оставленное официантом. Заметив, что Кирилл кончил разговаривать по телефону, он подошёл к нему. — Привет! — смущенно сказал он. — Доброе утро, — оторвавшись от газеты, поздоровался Кирилл. Немного застенчиво он показал на свои волосы: — Я шатен. Кирилл кивнул. — А мне нравится, — сказал он и снова уткнулся в газету, словно бы не замечая смущения парня. — Почему ты не разбудил меня? Я вижу, ты очень занят, — неуверенно проговорил Лёша. — Если хочешь, я быстро исчезну. — Зачем так спешить? — остановил его Кирилл. — Сначала нужно позавтракать. Ты, наверное, голоден. Он поднялся и, отодвинув для парня стул, показал на два больших блюда, стоявших рядом с прибором Лёши. — Извини, мне пришлось заказать все меню. Я не знал, что ты любишь. Он снял с блюд тяжелые крышки. На блюдах были яичница с ветчиной, паштеты, клубника. — Спасибо, — с улыбкой взглянул на него Лёша. — Вот и отлично. Лёша, не садясь, взял из корзинки, стоявшей посередине стола, рогалик, и прохаживаясь по комнате, начал есть. Некоторое время Кирилл молча наблюдал за ним. — Как ты спал? — нарушил он, наконец, молчание. — Отлично, — с полным ртом ответил парень. — Я даже забыл, где я. Достав из кейса ежедневник, Кирилл стал что-то записывать. — Наверное, это как-то связано с твоей профессией? — заметил он. Вернувшись на середину столовой, Лёша сел на край стола. — Наверное, — сказал Алексей, улыбаясь, и окинул пристальным взглядом хозяина апартаментов. — А ты спал? — Немного поспал на диване, — оторвавшись от записей, посмотрел он на парня. — Мне пришлось еще поработать. — Вот странно, — покачал Лёша головой и, размахивая недоеденным рогаликом, продолжал: — Ты не спишь, не колешься, не пьешь… и даже не ешь, — добавил он, взглянув на почти нетронутую тарелку Кирилла. — Чем же ты занимаешься? То, что ты не адвокат, это точно. — Ты прав, — довольно рассмеялся он. — Кстати, здесь целых четыре стула, можешь сесть, будет удобнее. Парень послушно встал со стола и сел на стул, а Кирилл снова взял в руки газету. — Так чем же ты всё-таки занимаешься, — не сводя с него глаз, продолжал он допрашивать. — Скупаю компании, — просто ответил Кирилл. — И что это за компании, хотелось бы знать, которые стоит скупать? — Обычно это компании, имеющие финансовые затруднения. Сунув палец в масленку, Лёша намазал на рогалик немного масла. Кирилл продолжал листать газету. — Ага, — догадался он, — ты скупаешь их по дешевке. — Возможно. На этой неделе, к примеру, я собираюсь купить компанию всего-навсего за миллиард долларов. Лёша, запихнув в рот остаток рогалика, едва не подавился. — За миллиард долларов? — нечленораздельно пробормотал он, чем сильно развеселил Кирилла. — Ничего себе! — проглотив, наконец, кусок, изумился он. — Ты, наверное, очень умный парень. Я вот после десятого завязал с учебой. А ты сколько учился? — Закончил университет, да и сейчас учусь, если чего-то не знаю. Взяв с блюда пончик, Лёша откусил от него и опять с полным ртом спросил: — Семья, небось, тобой страшно гордится, не так ли? Он продолжал жевать. Странно, на этот его вопрос ответа не последовало. Вместо этого Кирилл в общих чертах попытался ему объяснить суть своих операций. Лёша налил себе кофе и после двух пончиков взялся за яичницу. А Кирилл отправился в гардеробную, расположенную рядом с ванной, чтобы одеться. На сей раз он выбрал серьезный, как и всегда, темно-серый костюм-тройку, шелковую рубашку и итальянские туфли. Подобрав подходящий галстук красивой расцветки, он встал к зеркалу, чтобы его завязать. Лёша тем временем кончил завтракать и подошёл к нему. — Понятно, — сказал он. — Но собственного миллиарда у тебя все же нету? — Нет. Сделку финансируют банки, а также частные лица… Все не так просто. Сев на подзеркальник, он стал смотреть, как Кирилл пытается завязать узел. — Значит, ты ничего не производишь и ничего не строишь, — подытожил он то, что смог понять из объяснений Кирилла. — А что ты делаешь потом с этими компаниями? — Перепродаю, — сказал он, завязав галстук. Но узел ему не понравился пришлось его развязать. Лёша встал и ловко, красивым узлом, завязал галстук. — Так, значит, ты их продаешь, — вернулся Лёша к прежней теме. — Практически это происходит так, что я продаю не компанию целиком, а отдельные предприятия… Что приносит мне прибыль. — Как угонщики, — подтягивая узел, сказал он. — Угонят машину, разберут и толкают ее по частям. — Приблизительно так. Только легально, — подчеркнул последнее слово Кирилл. Алексей улыбнулся и расправил на нем галстук. — Вот так должен выглядеть настоящий узел, — довольно проговорил он. — Неплохо. Совсем неплохо, — сказал Кирилл, разглядывая себя в зеркало. — Где ты этому научился? Отступив, Лёша тоже полюбовался им в зеркало. — Могу открыть тебе свой секрет — в нашем городе я перетрахался со всеми банковскими клерками. Кирилл резко повернулся к парню, который заметил по его глазам, что признание ему не понравилось. Довольный удавшимся розыгрышем, он взял пиджак и подал его Кириллу. — Успокойся, меня этому научил мой дедушка. По воскресеньям он всегда надевал галстук. Лицо Кирилла просветлело, Лёша же, сняв с его плеча воображаемую пушинку, спросил с нарочитой бесцеремонностью: — Ты не против, если перед тем, как исчезнуть, я приму у тебя ванну? Он понимал, что Кирилл собирается уходить и они никогда больше не увидятся. — Ради Бога. Только будь осторожен, она глубокая! Он пошел к двери, услышав звонок телефона в спальне. Это был снова Шакурин, который сказал, что Сергей Разумовский согласился поужинать с Кириллом. Владелец «Vmeste» просил также сообщить, что придет вместе с телохранителем. — Он лучше бы телохранителю своему передал управление. Глядишь толку было бы больше, — заметил язвительно адвокат. Кирилл, продолжая разговаривать, достал из вчерашнего костюма магнитную карточку от входной двери апартаментов и положил ее в карман пиджака. — Ну да, — сказал он. — Весьма энергичный молодой человек. Его зовут Олег Волков, играет иногда в поло. Также с Разумовским у него далеко не рабочие отношения, если ты понимаешь о чём я. — Я должен еще раз предостеречь тебя, — натянуто произнес Константин, — не нравится мне, что ты собрался идти один. Из ванной комнаты слышался плеск воды и громкое пение Лёши. «Дайте мне белые крылья…» — визгливо пел он, подражая эстрадной звезде. Кирилл взял телефон и, продолжая слушать уговоры Константина Шакурина, пошел к ванной, приоткрыл дверь и заглянул в нее. — По-моему, лучше тебе появиться в каком-нибудь сопровождении, - говорил Костя, — тогда встреча будет не слишком официальной. Кирилл молчал, посмеиваясь про себя. — Ты меня слышишь? — крикнул Костя. — Куда ты пропал? Тот не отвечал, полностью поглощенный созерцанием поющего парня, возлежащего в огромной ванне. Из целого моря пены виднелась только его голова с наушниками аудиоплеера. Зажмурившись, он самозабвенно орал песню, которую как раз слушал. Открыв дверь пошире, Кирилл с телефоном в руках вошел в ванную. Лёша его не заметил. — Да, да, я слушаю, — сказал он в трубку. «Я утопаю в омуте…» донеслось до Константина пение Лёши. — Кто там у тебя блеет? — спросил он раздраженно. — Это горничная поет, — нашелся Кирилл. — Через тернии, провода в небо, только б не мучиться, — орал Лёша так, что Константин с трудом смог перекричать его. — Слушай, у меня есть на примете несколько симпатичных девчонок… — Да ну? — насмешливо перебил его Кирилл, продолжая глядеть на Лёшу, который, как утенок, плескался в ванне, все еще продолжая петь. — Тучкой маленькой обернусь… — провопил Лёша и, сложив губы бантиком, чмокнул воздух: — И над твоим крохотным домиком. — Между прочим, я уже нашел себе парня, — добавил Кирилл, не замечая, каким изменившимся, нежным тоном он это проговорил. С телефоном в руке он прошелся по ванной и уже бесстрастно продолжил: — Ты лучше сосредоточься на деле Разумовского. Мне нужно знать его планы. Я скоро приеду. Он положил телефон на мраморный столик и уселся на край ванны. — Разрыдаюсь косым дождём, — все так же зажмурившись, пел Лёша. - Знаешь, я так соскучился. Вдруг Алексей почувствовал присутствие Кирилла, открыл глаза и в испуге уставился на него. Сняв наушники, он положил их на край ванны. Кирилл сосредоточенно рисовал пальцем круги на покрытой пеной воде. — По-моему, Порнофильмы — это обалденно. Тебе нравится? — По сравнению с остальными еще ничего, — задумчиво сдвинув брови, сказал он. — А стучаться тебя не учили? Кирилл глубоко вздохнул. — Лёша, — начал он, — я хочу тебе сделать одно предложение… по-моему, вполне выгодное и пристойное. — Предложение? — удивился парень. — Интересно, какое? — Я собираюсь пробыть здесь до воскресенья. Как ты смотришь на то, чтобы провести всю неделю со мной? — Ты серьезно? — округлил он глаза. — Серьезно. Ты будешь оказывать мне эскорт-услуги. Надеюсь, неделю ты со мной выдержишь? Он рассмеялся, а Кирилл продолжил: — Я буду платить. Делать ничего особенного тебе не придется, ты просто должен быть готов в любую минуту сопровождать меня. Все еще не веря в это фантастическое предложение, Лёша покачал головой. — Я конечно согласен с твоей безумной идеей и готов сопровождать тебя. Одного только не пойму — ты красивый, богатый и с большим агрегатом, да любая девушка или даже парень бесплатно с тобой пойдет. — Я ценю профессионалов, — сухо ответил Кирилл. — С любителями мне в последнее время не везло. Присмотревшись к нему внимательней, Лёша понял: Кирилл, действительно, говорит серьезно. И лицо его тут же приняло деловитое жесткое выражение. — Если круглые сутки я буду к твоим услугам, то тебе это встанет в копеечку. — Ну, конечно, — улыбаясь, поднялся Кирилл. — Я понимаю. Назови примерную сумму. Сколько бы ты хотел? Лёша уставился в мыльную пену, стремительно соображая, сколько можно с него запросить. — Целых шесть ночей… да еще дни… Шестьдесят тысяч! — выпалил он и поднял голову, чтобы увидеть, какой эффект эта сумма произвела на Кирилла. Кирилл казался несколько удивленным. — Шесть ночей по шесть тысяч — это всего лишь тридцать шесть тысяч! — Но ты же сказал, я и днём понадоблюсь! — возразил он. — Ну, сорок тысяч. — Пятьдесят, — не сдавался Лёша. Какое-то время они смотрели друг на друга в упор. — Договорились, — смягчился, наконец, Кирилл и улыбнулся парню. Алексей был без ума от счастья. — Боже мой! — восторженно заорал он. — Ой, мама… Дальнейшие его слова поглотила вода — потеряв равновесие, он скрылся под мыльной пеной. Кирилл, склонившись над ванной, пытался обнаружить его голову, но кроме пены, ничего не видел. — Лёша! Лёша, это значит «да»? Из воды вместо головы высунулись дрыгающиеся ноги парня. В конце концов он поймал его руку и помог Лёше сесть. Его волосы и все тело были густо облеплены пеной. — Да, да, — выдохнул он, отирая пену с глаз и со рта. Кирилл схватил полотенце и стал помогать ему. — Да, да, — повторил он, отряхиваясь, словно мокрый котенок, и звонко смеясь от счастья. Прошло минут десять. Кириллу давно пора было уходить. Лёша все в том же, принадлежащем отелю, купальном халате накручивал на мокрые волосы тюрбан из белого полотенца. Взяв в гостиной кое-какие бумаги, Кирилл положил их в свой кейс. На лице его было написано искреннее удовлетворение. Видно было, что он любуется парнем, его красотой и неподдельной естественностью движений. — Меня целый день не будет, — сказал он, доставая из бумажника пачку цветных банкнот. — Купи себе какую-нибудь одежду. Лёша неодобрительно покосился на пухлый бумажник. — Мог бы купить себе дорожные чеки, — сказал он. — Кто же ходит с такими деньгами в кармане! — Не исключено, что вечером мы пойдем с тобой ужинать, — продолжал Кирилл, не реагируя на его замечание. — Тебе понадобится выходной костюм. — И что ты предлагаешь купить? — Что-нибудь не слишком крикливое… не слишком сексуальное, — мягко пояснил он. — Ты меня понял? — То есть скучное? — вырвалось у него. — Элегантное! — поправил Кирилл. — Что ещё я могу для тебя сделать? Лёша, подбоченясь, обворожительно улыбнулся: — А можно, я буду называть тебя солнышком? — На солнышко не отзовусь, — сказал он и, пройдя в столовую, положил в кейс газету. Закрыв кейс, он направился к выходу. Лёша последовал за ним. — Между прочим, — решил он его поддразнить, — я мог бы остаться и за сорок тысяч. — А я мог бы тебе заплатить и шестьдесят, — парировал Кирилл, открывая дверь. — Ну, до вечера! — Малыш, — вкрадчиво проговорил Лёша и скинул с себя халат, — тебе будет так хорошо со мной, что не захочется меня отпускать. Остановившись на пороге, Кирилл заинтересованно посмотрел на парня. — Пятьдесят тысяч — за шесть дней, — сказал он тоном, не терпящим возражений. — И можешь не сомневаться, Лёша, после этого я тебя отпущу. Он молча опустил голову, а Кирилл, еще раз кивнув ему, окончательно покинул апартаменты. Некоторое время Лёша прислушивался к его удаляющимся шагам. — Ну, сейчас же я здесь, — сказал он с плутовской улыбкой и, оглянувшись в роскошной прихожей, побежал в гостиную, где разразился безудержным смехом. Он ликовал, размахивая руками и кружась по комнате. В неистовом танце наружу прорвалась радость по поводу происшедшего. Ведь еще вчера он не знал, как заплатить за квартиру, теперь же… С громким воплем он ринулся в спальню и бросился на постель. — Пятьдесят кусков! — хохотал Лёша, разве что на голову не вставая от переполняющей его радости. Он катался по кровати и колошматил кулаками подушку. Немного спустя, тяжело дыша от усталости, Лёша сел, взял с ночного столика телефон и, поставив его рядом с собой, набрал номер квартиры, которую они делили с Лерой. На другом конце провода долго не поднимали трубку. — Алло, — услышал он, наконец, заспанный голос Леры. — Послушай, я все время тебе звоню, — обрушился на нее Лёша. — Где ты шляешься? — Мама? — спросила Лера, спросонья подумав, что ее отчитывает мать. После того, как Лёша назвал себя, Лера с облегчением рассмеялась: — А, это ты! Да мы загудели немного. А что у тебя? Откуда звонишь? — Ты не поверишь!.. Этот парень на «Ламборгини»… Я в его номере, на Невском проспекте. Тут такие апартаменты — ванная больше, чем весь «Голубой банан». — Да ладно тебе заливать, — мрачно оборвала его Лера. Она явно завидовала Лёше, но тот был слишком счастлив, чтобы подруга могла заставить его замолчать. — Он хочет, чтобы я остался с ним на неделю. И знаешь, сколько мне за это отломится? Угадай! Да ты в жизни не угадаешь! Пятьдесят тысяч! — Брось трепаться, — тупо сказала Лера. — Клянусь тебе. И еще дал на тряпки… — Вот это улов! — воскликнула Лера, наконец-то проснувшись. — Ну надо же! Это я, это я тебе его подарила. Что, он правда отвалит пятьдесят тысяч? Какой-нибудь извращенец? Или, может, калека? — Ничего подобного, — засмеялся Лёша. — Тогда, наверно, урод? — спросила Лера, которая вчера даже не взглянула на Кирилла, а пялилась только на его машину. — Да нет же, выглядит он шикарно, — заверил ее Лёша. — Но что-то ведь с ним не так? — не могла успокоиться Лера, считавшая, что ее на мякине не проведешь.  — Скажи, — недоверчиво поинтересовалась она, — а он уже отсчитал тебе эти бабки? — Я получу их в конце недели, — сказал Лёша, на что Лера, торжествуя, воскликнула: — Тогда все понятно! Я же сказала, здесь что-то не так. Лёша, который разговаривал с ней лежа, снова сел в постели. — Он мне уже заплатил шесть тысяч за ночь… Слушай, Лер, я хотел бы с тобой поделиться. Деньги будут лежать у портье, заберешь у него. Отель называется «Талион Империал» — запиши, ведь забудешь, я тебя знаю. Он слышал, как Лера, повторяя вполголоса, записывает название гостиницы. — И еще, Лер. Скажи, где можно купить приличные вещи? Цена меня не волнует, он все оплачивает. — В Питере? — задумалась Лера и после недолгого размышления назвала самый дорогой торговый центр: — Естественно, ДЛТ, малыш! Через полчаса Лёша вышел из номера-люкс и спустился на лифте в холл. Костюм на нём был тот же самый, что и вчера, но его собственные красивые волосы больше не прикрывал белокурый парик. Рукава олимпийки он завязал на поясе, прикрыв таким образом свои мини-шорты. Фёдор Иванович Прокопенко, управляющий отелем, в это время как раз разговаривал в холле с гостем-итальянцем и его женой, дамой лет сорока в инвалидной коляске. У Прокопенко были теплые голубые глаза и уже слегка поредевшие волосы, зато лицо украшали ухоженные усы. Нечего и говорить, что манеры его, в соответствии с его статусом, были совершенно безупречны. К Лёше он стоял спиной, вполголоса разговаривая с итальянцами на их языке, и потому не заметил всеобщего замешательства, которое и на этот раз вызвало в вестибюле появление парня. Коридорный мальчишка, несший вазу с цветами, остановился как вкопанный и разинул рот. С трудом скрываемое изумление было написано и на лице администраторши, которая сменила вчерашнюю рано утром и поэтому видела парня впервые. Лёша, цокая каблуками сапог, подошёл к ее стойке. — Привет! — непринужденно сказал он. Администраторша — ее звали Ольга — выдавила из себя вежливую улыбку. — Чем могу быть полезна? — спросила она. Лёша положил на стойку, отделанную красным деревом, почтовый конверт. — Я хочу кое-что передать Валерии Макаровой. Она сегодня зайдет. Ольга, кивнув, взяла у него конверт. — Только не открывайте! — крикнул ей Лёша на ходу, чем привёл администраторшу в состояние шока. — Что вы, что вы, как можно? — растерянно пролепетала она, обращая беспомощный взор в сторону Прокопенко, все еще, к сожалению, беседовавшего с гостями. На Лёшу он обратил внимание, заметив его, только когда он поравнялся с ним — вот тогда глаза его округлились! Вихляя бедрами, он с гордым видом прошествовал мимо носильщиков, вносивших в холл чемоданы. Управляющий, извинившись перед итальянцами, поспешил к портье. — Вы знаете этого молодого человека, Оленька? — встревоженно спросил он. — Нет, Фёдор Иванович, — ответила та, чем только усилила беспокойство шефа. В самом деле, разве подобным юношам место в «Талион Империал»?