.
4 августа 2021 г., 07:32
Юхён просыпается от очередного кошмара. Каждый раз один сюжет: она одна. Совсем одна, как сейчас. Ни Бора на кровати ниже не помогает, ни то, что Юхён находится в общежитии. Обычно в таких местах много людей.
Но Юхён была одна.
Чувствовала себя так, словно теряется. Ищет что-то и не может найти. Путается в мыслях, в шагах до ванной комнаты. Расплывается в отражении в зеркале и мёрзнет от воды из-под крана.
Почему она такая?
Крошечная, одинокая, потерянная. Не понимает, что происходит, где она и что дальше делать. Не понимает себя и свои мысли. Юхён блуждает в своём сознании в поисках хоть кого-то. Она не должна быть одна.
Вода из-под крана ледяная. Гораздо холоднее, чем руки. Холоднее, чем лицо, которое Юхён без конца умывает. Пытается смыть кошмары и ужасы. Пытается смыть одиночество.
Юхён себя не понимает.
Не понимает, как она может быть одна, когда рядом с ней шесть девушек, что стали семьёй. Не понимает чувства одиночества, что появляется резко и не отпускает. Не понимает страха темноты, когда рядом есть Бора.
Боится своих мыслей и бежит прочь. Идёт в гостиную, где тихо и пусто. Хочет быть одна, но боится одиночества. Путается в своих желаниях и страхах. Просто сворачивается клубочком на диване и плачет. Плачет от своих же мыслей.
Мысли эти страшные. Все про одиночество и смерть, плохие поступки и предательства. Юхён, вроде как, никто не бросал, но чувство у неё именно такое. Страх. Страх того, что бросят.
Она не знает ничего про себя. Не понимает ничего. Просто боится и плачет в собственные колени. Прячется от света луны за окном, от тихих звуков вокруг. Плачет долго и тихо.
В таком состоянии её находит Минджи.
Просто выходит на странный шум за дверью — в последнее время спит слишком чутко — и видит такую Юхён. Разбитую, пугливую, всю в слезах. Как крошечный комочек лежащую на диване и не замечающую ничего.
Минджи пугается. У неё сердце болит от такой Юхён и страх в груди. Страх за младшую, что плачет непрерывно. Хочется подойти и обнять, успокоить и спасти, но страшно напугать. Страшно сделать что-то не так.
Минджи стоит над Юхён с минуту. Смотрит растерянно, не знает что делать. Боится подходить, боится уйти. Просто находится рядом и сама плакать готова от такой Юхён.
Даже без Юхён плакать готова.
Минджи спит чутко не просто так. Засыпает в страхе и просыпается с ним. Чувствует, что не так что-то. Тоскливо на душе, больно в сердце. Страшно быть одной и тягостно в компании. Шумно от людей и до невозможного тихо без.
Минджи разбитая и хочет рыдать. Минджи забывает слова своих же песен и боится говорить. Минджи меньше улыбается и чаще теряется. В чужих словах, в своих мыслях. Минджи сама не своя. И сейчас она понимает Юхён.
Решается всё же подойти ближе. Аккуратно, медленно. Боится лишнее движение сделать. То ли себя напугать не хочет, то ли Юхён. Юхён, что с каждой секундой всё тише и просто дрожит. Сильно, будто на морозе.
У Минджи сердце разрывается. Она садится на корточки рядом с диваном, смотрит ласково. Руку медленно, почти невесомо, кладёт на плечо Юхён. Та резко от касания замирает, пугается.
Несколько секунд боится голову поднять. Просто сидит и молчит, лишь иногда вздрагивая от недавнего плача. Минджи хочет Юхён вовсе обнять, но ждёт. Ждёт, пока Юхён привыкнет.
Юхён медленно привыкает. Боится посмотреть перед собой. Не знает кого увидит, но от чего-то чувствует, что это Минджи. Хочет думать, что это Минджи.
Ведь только она может помочь. Только она понимает Юхён. Только она способна разделить все страхи и всю боль. Минджи как спасательный круг. Минджи всегда рядом, хотя бы в мыслях Юхён. Минджи — та самая причина, почему Юхён ещё не сошла с ума от одиночества.
Юхён поднимает голову. Больше не может прятаться в коленях, смотрит прямо. Видит перед собой Минджи, что взволнованно смотрит. Хочется сменить её выражение лица, хочется, чтобы старшая не беспокоилась. Не хочется пугать собой.
Минджи ближе садится, смотрит ласково. Вторую руку тянет к лицу Юхён. Кладёт на щеку, чтобы нежно погладить влажную от слез кожу. Юхён на прикосновения отзывается, придвигается ближе. Боится всё ещё немного, но это остаточное.
— Всё хорошо, — шепчет Минджи и целует Юхён в лоб. Нежно-нежно, успокаивающе.
Юхён от прикосновения дрожит. Боится опять. Боится, что своим видом спугнет Минджи. Хотя знает, что себя такой позволено видеть только старшей.
Минджи убирает руки от тела Юхён, из-за чего снова плакать хочется и садится рядом. Руки раскрывает для объятий и смотрит на испуганную Юхён. Та без раздумий бросается на девушку. Цепляется за неё, лицом утыкается в шею. Дышит сбивчиво, рвано.
Минджи крепче к себе прижимает и шепчет успокаивающие слова в макушку. Гладит по волосам и спине, целует нежно-нежно в висок.
В объятиях Юхён легче. Она не одна и не боится одиночества. Боится только того, что это закончится, что Минджи снова не будет рядом.
Но Минджи остаётся. Обнимает до раннего утра и не спит, потому что следит за Юхён. Охраняет её от страхов и одиночества. Говорит тёплые слова и оставляет нежные поцелуи. Ведь только с Минджи Юхён не боится.
