Зека

Это была прекрасная осень. Такая осень: когда все берёзы покрыты золотой краской, а птицы улетают на Юг и только машут крыльями на прощание. В такое время всех школьников распределяют по школам, а студентов по университетам, колледжам и вузам. На такое интересное мероприятие как урок физики, опаздывала Василёк: девушка, не высокого роста, с ярко-ярко рыжими кудрявыми волосами, личико круглое, все в веснушках, узкий лоб и курносый носик, губки маленькие, красного оттенка, кожа бледная-бледная, а глаза её, отдельная сказка, большие-большие, а цвета самого настоящего изумруда. Честно говоря, она совершенно не хотела появляться там, где злая, толстая тётка будет отчитывать её за опоздание и заставит простоять в дверях класса весь урок. К счастью в сегодняшнюю субботу был только один урок: физики, а значит посещать школу, не имело никакого смысла. Размахивая портфелем из стороны в сторону, Василёк направилась в свою любимую кофейню «Кофеус», она предварительно захватила с собой книгу Дарьи Донцовы: «Кекс в большом городе». Невероятные приключения Виолы Таракановы, так захватывали разум юной девушки, что Василиса в свою очередь, была бы далеко не против расследовать какое-нибудь преступление. Если быть точнее, то это была одна из самых заветных мечтаний Василька: раскрыть преступление, а именно убийство. Но о каких преступлениях или убийствах можно было говорить или даже думать, если ты из маленького городишки, где подобные вещи не случаются столетиями? Другое дело в Москве или в другом многонаселённом городе России, а если в каком-нибудь Лондоне или Рио-де-Жанейро? Но когда у тебя проблемы с иностранными языками, эти фантазии отпадают мгновенно. Василёк так загуляла в своих фантазиях, что не заметила, как дошла до кофейни, она навалилась на тяжёлую дверь и медленно со скрипом открыла её. Это была небольшая кофейня с одним залом, внутри которого стояли рядами круглые столики. Весь зал был в светлых и нежных тонах: столики были накрыты белыми, как молоко, скатертями, обои были цвета какао с молоком, а простенькие стульчики были светло-светло-коричневыми. На стенах висели различные картины в духе модернизма. Все это создавало светлую и нежную атмосферу, в которой хотелось остаться подольше.

— Ой, кто это к нам пожаловал?! Василиска! Сколько лет, сколько зим?! — Прокричала полненькая женщина за барной стойкой. Несмотря на полноту, у нее было приятное лицо, короткая стрижка «под мальчика» и азиатский разрез глаз. Это была хозяйка и бармен-бариста по совместительству. — Здравствуйте, Зоя Михайловна. — Улыбаясь, произнесла Василёк, своим бархатным голосом. — Как бабушка? Как отец? На вахте или уже приехал? Нельзя не отметить, что Василька, явно любили в этом заведении, в конце концов, девушка была одна из частых посетителей кофейни. — Бабушка хорошо, отец приедет завтра, по его приезду, мы сразу же займемся переездом. — Переездом?! Как? Куда? — Отец хочет переехать в соседний город, километров двести от нашего города. На лице Зои Михайловны проскользнула грустная улыбка. — Зоя Михайловна, можно, пожалуйста, чашечку капучино и мой любимый чизкейк. Василиса сразу же расплатилась, отошла к своему любимому месту в кофейни: у окна, открыла захваченную с собой книгу и начала читать, дожидаясь своего заказа. В скором времени капучино и чезкейк были поданы, и Василиса полностью погрузилась в невероятные приключения. Нет, ну какая же эта Виола Тараканова смелая и любознательная женщина, ну вот просто затычка в каждой бочке или даже заноза в каждой заднице. «Если жизнь вдруг начинает осыпать тебя с головы до ног розами, внимательно посмотри вверх, не летит ли с подоконника вслед за ароматными лепестками большой цветочный горшок». Переезд: в другой город, это же новые знакомые, новая обстановка и в конце концов новая жизнь и новая злая физичка. Василек уже заранее успела попрощаться с классом, друзьями и всеми знакомыми. Хорошо, что в современном мире есть телефоны, а что еще лучше интернет, можно списываться и созваниваться, но как это обычно происходит, связь со старыми знакомыми рано или поздно разорвётся. Телефонный звонок оторвал Василису от чтения, она загнула уголок страницы, на которой остановилась, захлопнула книгу, достала телефон из кармашка своего пальто и спокойным голосом ответила: — Да, слушаю. — На другой стороне трубки, сиплым голосом старушка протянула: — Внученька, что-то долго тебя нет, ты в Кофеусе? — Да, бабуль, а что? — Пора бы уже домой тебе, вещи собирать, да что-то тут оставить, приезжать же будете. — Да, да уже иду. Василиса убрала книгу в портфель, встала из-за столика и распрощавшись с персоналом, вышка из кофейни. За время посиделки, на чистое, безоблачное небо успели набежать тучи, и казалась, что небо вот-вот рухнет на землю ледяным дождем. Торопливыми шагами Василиса отправилась вверх по улицы, так как её дом находился рядом с центром города. Ветер поднимал листья и крутил их в сказочном вальсе, у Василисы складывалось ощущение, что даже родной город прощается с ней. Она проходила мимо маленьких магазинчиков, кофешек, ларьков с новой прессой. Почему-то именно сегодня, привычные места города, казались ей настолько родными, что мысли о переезде виделись неимоверно грустными и тоскливыми. Василиса мысленно расставалась с городом. Вскоре девушка прибыла домой, в нос ударил тёплый, аппетитный, сдобный аромат булочек с корицей. — Внуча? Послышался тот самый сиплый голос с кухни. — Я! провопила девушка. Семья Василисы составлялась из трёх человек: отец, бабушка и она сама. Не братьев, не сестёр у девушки не было, а мать умерла, когда девочке и трёх лет не было, так что Василиса знает её только по фотографиям и рассказам отца. Василиса скинула свои сапожки, повесила пальто на крючок и торопливыми шагами отправилась на кухню. Кухня была не большая, маленькая и светлая, что не много: визуально делало помещение больше. Круглый столик у стены, покрытый клетчатой скатёркой, три табурета цвета песочной бури, над столом весели большие часы с кукушкой, а на столе салатница накрытая полотенцем, по видимому там находились те самые булочки с корицей. Напротив «столовой» находились бытовая техника и поле для готовки: холодильник, плита со встроенной духовкой, где бабушка готовила любимые Василисой булочки, кухонный гарнитур молочного оттенка, навесные шкафы (точно такие же, как и гарнитур), раковина, из крана которой вечно капала вода, так что в раковине вечно стоял тазик, такое изобретение придумали для некой экономии воды. Екатерина Георгиевна (именно так зовут бабушку Василисы) сидела за столом. Василиса села напротив. Тишину прервала Екатерина Георгиевна: — Ох, ну что же делается-то? О чем же Миша думает? Оставляет пенсионерку совершенно одну, а о дочери он подумал? Как это дочь-то, без бабушки? Василиса опустила глаза в пол, ей нечего было сказать. Да и что тут скажешь, когда ты ничего не решаешь? По правде говоря, Василисе очень хотелось в другой город, но оставлять бабушку… — Ну что сидишь? Может булочку хоть возьмёшь-то, ай чайку сделаю? М?.. Хочешь? — Бабушка, а почему ты просто не поедешь с нами? Екатерина Георгиевна схватилась за сердце. — Как это с вами? У меня тут цветы, у меня тут Васька, кто же это-то Ваську кормить будет? Он же людям-то, людям покою не даст, а как он меня любит-то, вынесешь ему рыбки, он хвостом как пропеллером от вертолёта и крутит. Да и куда мне? Нет, я поехать не могу, а уеду я-то, как мне Зинка из третьего подъезда расскажет, кто к Любке молоденькой ходит? Зинка-то телефоном пользоваться не умеет-то, дура старая. Екатерина Георгиевна пододвинула салатницу к себе, просунула руку под полотенце за булочкой и добавила: — Не могу я уехать-то, я старая. Вот надежды-то, что хоть внуча, помощница моя приезжать будет к старушке. Звонить иногда, в раз хоть бы неделю-то. Девушка последовала примеру своей бабушки, взяла булочку, надкусила и с набитым ртом промолвила: — А папа ничего тебе не говорил? Куда мы там? Жить где будем? Он меня вообще в свои планы не посвящал. Старушка выпучила глаза от удивления, торопливо прокудахтала: — Да как это-то он так? Совсем что ли? — Совсем, совсем ничего. — Видишь ли, когда твоя мама ещё жива была, вы жили там. Ну там… В Зеке, у твоей мамы там квартира, так вот там вы жили, точно ничего не знаю, сама-то там ни разу не была, а отцу-то твоему, там работу предлагают, зарплата говорят хорошая, ну вот чтобы по вахтам не мотаться, он туда решил поехать, жить. Подлец эдакий и внученьку мою забирает, а что у нее тут друзья-то, школа, какой, ой какой стресс-то для ребёнка. У Екатерины Георгиевны накатились слёзы, махнув рукой, она добавила: — Пойдем, внученька, вещи, что ли соберём тебе? Обе вышли из-за стола, оставив хлебобулочное изделие, и направились в комнату Василисы. Комната девушки была не большая, но очень уютная, с хорошим ремонтом, отец явно постарался, чтобы личное пространство у дочери было хоть не большое, но очень пригодное не только для того чтобы поспать и сделать уроки, но и проводить свой досуг. Комнату освещало огромное окно, стены были выкрашены в нежно-розовый цвет, а пол покрыт мягким, пушистым, белым ковром. Над односпальной кроватью висел настенный светильник в стиле хай-тек. Сама кровать была напичкана маленькими подушками разных цветов: белых, нежно-розовых и лиловых. Напротив кровати стоял рабочий стол из белого дерева встроенный в шкаф, на полках стояли книги, маленький глобус, ваза и средства по уходу за собой. Также рядом со столом расположился компьютерный стульчик на колёсиках, нежно-жёлтого цвета. На большом подоконнике, красовался фикус и плюшевый лиловый осьминог. Не далеко от кровати, Василису уже поджидал чемодан с цветочным узором. Екатерина Георгиевна, открыла дверку шкафа и сразу же достала милое горчичное платье в белый горошек. — Забирать будешь-то? У Василисы было не так много вещей, весь её гардероб мог запросто уместиться в чемодане. — Думаю да. Вскоре все вещи девушки перекочевали из шкафа в чемодан. Также Василиса упаковала маленький ноутбук в сумку, захватила пару новых книг и уложила пожитки рядом с кроватью. На часах уже было около десяти вечера, обе дамы одинаково устали, пожелав друг другу спокойной ночи, отправились по постелям, так как вставать нужно было рано.