Солнце

До долгожданного дня Мэта оставалось меньше двух часов. Ребята репетировали в полном составе в обозначенном месте. Бретт перекинулся словами с Бернардом. – Мы вчера были с Мэтом на Руислип Лидо. Вода недостаточно прогрелась, и сегодня у меня побаливает горло. Забавно, что сегодня он опять тащит меня туда. – И ты пойдешь? – Придется, – Бернард странно улыбнулся. – Придется! – отозвалось в воздухе. Стук в дверь. На ответ «входите» в дверь просунулась до боли знакомая мордашка. – Какими судьбами? – Придумайте сами. – Нет, что тебе надо, Джастин? – Я был наверху, услышал, что какая-то группа репетирует. Спустился посмотреть. Твой вокал ни с чьим не спутать. – И ты спустился. – И я думаю, ты понимаешь... – Нет, ты таки спустился. Я хочу поговорить, раз ты явился. Ты отвратительно поступил. – Ты меня задерживаешь. – Нет, это ты меня задерживаешь! Потому что я репетировал, а теперь бессмысленно разговариваю с тобой! – Вот дерьмо, – прошептал Бернарду Мэт. – Давай поднимемся, возьмем чего-нибудь и поговорим. – Нет, я хочу обсудить это здесь и на трезвую голову. Мэт, Бернард и Саймон вынуждены были оставить их наедине и подняться к барной стойке. – Я считаю нелогичным то, что он явился тогда, когда захотел, – сказал Бернард. – У каждого человека свое видение мира. Он думает, что поступает правильно. Пусть они поговорят. – Если он вернется, мне снова придется делить с ним гитарные партии? – Не думаю, что он вернется. Ничего не могу сказать о будущем. Сейчас. – Мэт, ты меня настораживаешь. – Многое в жизни меняется... Вот Джастина никто не ждал, да? А он пришел. – Звучит убедительно. Мэт не мог думать ни о чем другом, кроме осуществления своего ритуала. Через какое-то время Бретт и Джастин поднялись к ним. Джастин вновь извинился, но уже перед всеми, и сделал виноватый вид. Потом он показал Бретту жест «скоро вернусь» и отправился в уборную. – Короче, я думаю, мы ведь уже заканчиваем репетировать? – сказал Бретт. – Это клонится к тому, – сказал Саймон. Бретт ничего не говорил, поэтому пришлось спросить: – Что с Джастином? Бретт сказал, что немного остыл по отношению к нему, но его пыл умерился. Им удалось нормально поговорить. – И я слышал, что Мэт с Бернардом собирались на пляж после репетиции. Я хочу составить вам компанию. – Компанию? – Если ты не против, Мэт. Джастин тоже не прочь поплавать и смыть с себя весь негатив. Саймон сказал, что тоже присоединится. «Джастин все испортил своим явлением», подумал Мэт. – Ну, если все идут, то я тоже пойду, – сказал Бернард. Он-то был особо нужен. – Ладно, – сказал Мэт и взглянул на часы. Одиннадцать часов вечера восемнадцать минут. Погрузив в машину Саймона инструменты, алкоголь, бутерброды и даже этого придурка Джастина, ребята отправились на Руислип Лидо. До пляжа было тридцать минут езды. – Может, не стоило брать так много спиртного, – усомнился Бретт. – Если ты о том, что кто-то может утонуть, то спешу тебе заявить, что в этом водоеме сильных волн не бывает. – Нет, я просто о том, что мы взяли, будто нас в два раза больше. – Не придумывай. Приехали они ближе к полночи. Припарковав машину, они расстелили полотенца и достали пиво. Потом они отправились купаться и брызгаться волнами. После полночи лицо Мэта несколько исказилось. Мэт почувствовал небывалый энергетический прилив в темной воде при свете Луны. Отсчет пошел. – Мэт изменился? – спросил Джастин Бретта, когда они вышли из воды и вернулись к полотенцам. – Все стало куда хуже. Порой он игнорирует меня на репетициях. Когда-то ты ведь сам дал мне знать, что с ним что-то не так. – И? – И я это заметил. Мы до сих пор хорошие друзья, но, да, он изменился. – В каком плане? – Ты был прав насчет них с Бернардом. Случилось нечто, но я не буду тебе это рассказывать. Это больно вспоминать. – Как тебе лучше, Бретт. – Много времени проводят вместе, как ты сам заметил. А я заметил и убедился в том, что он вампир. Джастин рассмеялся. – Нет, так и есть. Он – вампир. – Я настолько напился, да? – Потребуешь аргументы? – Я тебе поверю. – Ну, тогда все, – фыркнул Бретт. – Он обозначил себе жертву, и этой жертвой оказался Бернард. Наш гитарист. Тебе это не кажется смешным и грустным одновременно? – Я не знаю, как это комментировать. Это звучит очень странно. – Бернард в опасности. Что-то мне подсказывает, что он может укусить его сегодня. Черт, я не хочу об этом думать... – Все в порядке, Бретт? – Джастин коснулся его руки. Бретт посмотрел на него, думая, остались ли еще прежние чувства. Он так и не смог эмоционально отвязаться от него. Он привязывался к людям до конца своей жизни, если они однажды становились для него близкими. Также, он привязался к Бернарду, уже поверил в то, что их союз однажды станет заметным и успешным. – Джас, я не хочу его потерять. Он замечательный гитарист, но еще и мой друг. Он не виноват, что попал под влияние Мэта. – Бернард – хороший человек. – Я не хочу, чтоб ему было плохо. Сегодня он может серьезно пострадать. Не знаю, к чему это приведет. Просто посмотри туда. Бретт и Джастин посмотрели на водоем. Ребята стояли по пояс в воде и о чем-то говорили. Мэт заигрывал с Бернардом, но тот не очень был расположен к ласкам. Он понял. Интуиция подсказывала, что с Мэтом что-то не то. Что его глаза светятся неестественно, что он особо бледен. Батлер почувствовал легкий страх и непроизвольно свел руки за спиной. Осман это заметил. – О чем ты думаешь?! – О том, как мне хорошо с тобой... – А выглядишь, как первоклассница, – Мэт ехидно улыбнулся. Несколько кошмарно. – Нет, просто... Надо выпить. – М-м. Если это поможет тебе расслабиться, то иди. Бернард вышел из воды и направился к машине за бутылью вина. Бретт подозвал его. – Бернард, надо поговорить. Бернард схватил вино и подошел к Бретту. – Мэт тебя провоцирует. – С чего ты взял? – Бернард, я за тебя волнуюсь. Сейчас я все понял. – Что?.. – Послушай, – Бретт оглянулся по сторонам и приблизился к Бернарду. – Мэт – вампир, – сказал он шепотом. – Скажи, что шутишь. – Я, черт возьми, не шучу. Я знаю, ты не хочешь верить мне. «Ведь он тебе ближе, чем я», хотел сказать Бретт. – Нет, почему... Просто... Я не могу в это поверить. – Тебе придется. Сохраняй спокойствие, – сказал Бретт, хоть сам трясся. – Бретт, это не шутка? Это правда? – У нас мало времени, поэтому ты должен выслушать меня. Даже если это не окажется правдой. Бернард, я просто хочу, чтобы ты был в сохранности. Пожалуйста, послушай меня. – Ладно... – Тебе нужно его избегать, и это будет трудно. Бернарда хватила легкая дрожь и он здорово отхлебнул вина. – И вообще, лучше не пей много. – Почему? – Ты станешь слишком искренним и, все, ты попался. Бернард с ощущением стыда закрыл рукой глаза и посмотрел вниз. – Послушай. Я тоже читал готическую литературу, там, про вампиров... – Меня это все больше напрягает... – Я достаточно осведомлен в этой теме. И я хочу поделиться всеми своими чертовыми знаниями с тобой. Это в твое же благо! Я не хочу, чтоб мой друг погиб! Бернард замолчал. – Я... Много говорю, да. В общем, для начала, сведи с ним на нет зрительный контакт. Он хочет, чтобы ты ему открылся. – Я-то думал, что он на меня смотрит. – Нет, тогда ему это было не нужно, но сейчас... Хотя, что я там знаю. – Бретт, говори дальше. – Тебе нужно представить в голове огромную ракушку. – Мы на пляже. Может, поискать ее здесь? – Да, найди ее здесь! И вот потом ты должен открыть створки этой ракушки... – Бернард чрезвычайно сомнительно на него посмотрел. – Только не смейся. Когда створки открыты, то ты должен рассмотреть все мельчайшие подробности. Смотри. Внутри она перламутровая, блестящая, снаружи – темная, с извилинами, бороздками... Темный наружный слой впитывает в себя весь негатив, а внутренний перламутровый не пустит его энергию к тебе. – Ты думаешь, это сработает? – он улыбнулся от стресса. – Твое воображение – это огромная сила, которая в твоей власти. – Бретт, ты знаешь, у меня туго с воображением, а что-либо додумывать... Мне вообще трудно в это верить. – У нас мало времени, Бернард. Твоя задача просто верить в это. Всеми фибрами души. – Боже, Бретт, если б ты не сказал... – Я давно догадывался, но не знаю, почему не сказал тебе раньше. Прости... – Все в порядке, Бретт. Андерсон в знак извинения обнял Батлера. Тот обнял его в ответ. Бретт услышал, как он шмыгнул носом. – Не думай плакать! – тихо прикрикнул Бретт, хоть и сам пренебрегал этим. – Нет, я не плакал. – Сейчас нельзя. – Бретт. – Я обязан спасти тебя сегодня. Бретт взял на себя полную ответственность за спасение Бернарда. Именно от него зависело, останется ли тот жив. Он давно знал Мэта. И у Мэта не было намерений кусать его, потому что у Бретта была не самая сильная энергетика – Бретт мог заплакать, но Мэт не знал, что сам и выводил его на эмоции своим психологическим давлением. Он неосознанно крал его энергию, когда Бретт волновался по какому-либо поводу. И все же оба считали себя друзьями и нуждались друг в друге. Бернард едва мирился с этим ужасным фактом, чувствуя, что ему становится не по себе. Он хотел бы бросить все и уехать домой, но это было невозможно: Мэт его догонит. Но тот почувствовал, что Бернарду неспокойно. Словно еще более длинный силуэт вышел из темной воды и направился к ребятам. – Что ты долго, Бернард. О чем разговариваете? – Ты пробовал это вино? – спросил Бретт. – Нет. – Попробуй. – Нет, спасибо, – усмехнулся Мэт и подумал, «Сегодня я не пью вино – я пью кровь». – Ребята, чего вылезли из воды? Пойдемте, теплая вода! Четверо направились в воду. Только Саймон шел на берег, попутно спросив у Бретта: – Вы думали встретить рассвет? – Я встречу. Насчет Джастина не знаю. – Э, не знаю. Я тоже, наверное, останусь. – Останься, Джас. Саймон был доволен, что они снова общаются. – Хорошо проведите время. – А ты? – Поеду к парню. – А мы?.. – Да шучу. Я тоже останусь. Не добираться ж вам потом на метро. «Отлично», подумал Бретт. Теперь он сможет контролировать Мэта не один. Еще и Джастин знает, что он вампир, но Саймону, наверное, лучше не говорить об этом. Мэт взглянул на часы, присев на край полотенца. Час сорок восемь минут. – Чертово время быстро тянется. – Может, потому что мы пьем? – Забей. – Я думал, ты наоборот хочешь быстрее встретить рассвет. – Я что, похож на идиота? Я наслаждаюсь времяпровождением. – Прости, Мэт, – сказал Фришманн. – Давайте порассказываем друг другу истории из жизни? – На нетрезвую голову это будет весело, – усмехнулся Саймон. – Начинай, Джастин, – сказал Бретт. Ребята поделились какими-то историями. Мэт захотел погулять по пляжу вместе с Бернардом. – Я с вами, – сказал Бретт. – Снова сводишь на нет всю романтику двоих, становясь третьим. В это время Бернард думал, «Ракушку найти не получится. Может, таки ее представить? Как же все это смешно и глупо...». В один момент Мэт поцеловал Бернарда в щеку в надежде вызвать у него смущение, и чтобы тот послал его куда подальше. Но Бернард стоял, как вкопанный. Мэта это удивило. – Даже не отторгнешь меня? – Нет. – Вино подействовало? А если так, – Мэт хотел поцеловать его в губы. – Нет, так я не хочу... – Засмущался. Выпей еще. «Провоцирует», подумал Бернард и старался держаться. Бретт с подозрением взглянул на длинный силуэт Мэта на песке, а потом на него. – Не завидуй нам. – Еще чего. Мэт поцеловал Бретта в щеку. – Вы – мои лучшие друзья. После прогулки вернулись к Джастину и Саймону. Мэт снова взглянул на часы. Два двадцать два. Оставалось больше часа, и это его разозлило. – Пойдем в лес, – предложил Бретт. – Ты издеваешься? – сказал Саймон. – Я хочу отдыхать, а не участвовать в шествиях. – Я тоже останусь, – сказал Джастин. – Может, позже присоединюсь. «Таки никакой от них помощи!», подумал Бретт. «Ладно, Саймон нас хотя бы довез». – А ты, Берн? Остаешься? – Нет. – В тебе полно энергии, – сказал Мэт и это его завело. Он схватил коньяк и пошел с ними. – Какой красивый шиповник! – воскликнул Бретт, заметив кустарник. – Ты во всем увидишь красоту. – Согласись. – Ага, блин, – внутренне Мэт уже ненавидел Бретта. Он все ему портил. Возможно, он уже понял его намерения, и хотел помешать. Мэту нужно было принимать какие-то меры. Он стал идти ближе к Бернарду. Бернард начал внутренне молиться. В этот момент он был рад, что являлся религиозным человеком. Очевидно, лучше он отдаст душу Богу, чем этому дьяволу. – Ты какой-то мрачный сегодня. Дал себя поцеловать в щеку, и на том спасибо. Бернард думал, как оправдаться, но не смог придумать. – Но молчаливый, как всегда... Мэт придвинулся к Бернарду. – Но я разожгу огонь твоих глаз, и прежние чувства возникнут сейчас. – Ты не потерял свой поэтический дар. – Да? Нравится? – Нравится. – Две глупо срифмованные строчки, – вопросился Мэт. – Но рад, что нравится. Бретт закатил глаза. Кстати, строчки были его авторства. Скоро он устал бродить в напряжении и пожалел, что не захватил с собой бутерброд. – Вот и иди, дай нам побыть вдвоем наконец. Бретт понимал, что сейчас он заведет его вглубь и укусит, и передумал идти. «Я сегодня героичен. Даже очень», подумал Бретт. «Но есть все равно хочется. Я такой ненасытный». Стоило ему подумать об этом, как все услышали шорох. Мэт быстро обернулся. – Как далеко вы ушли! Я еле вас нашел. – Это ты, Джас... – А давайте поиграем в прятки. – В прятки? – Да, будет интересно. Мэт был разъярен. – А Саймон? – У него все в порядке. Он там отдыхает. Ну, сыграем? – Ладно, давайте. – Мэт всех ищет! – Ты обнаглел, – сказал Осман. – Да брось, Мэтти, ты быстро всех найдешь. У тебя хорошее чутье. – Ух... Ладно, – у Бретта возникла отличная идея. – Дашь нам больше десяти секунд? – сказал он. – Тебе не хватит времени спрятаться? – Так ты меня сразу отыщешь. – Кто-то не умеет прятаться. Сколько дать? – Двадцать. – Двадцать?! Ну ты вообще. Пошел отсчет, и ребята побежали прятаться. Бретт, ничего не сказав, схватил Бернарда за руку и метнулся в сторону. Тот словно поддался течению, и они побежали, что есть мочи. У Бретта были холодные руки, у Бернарда теплые. Никто из них прежде не знал, что вместе можно так быстро бежать. Они побежали по странной дуге и попали на поляну. – Мы буквально на другом берегу, – сказал Бретт, отдышавшись. – Вампиры не могут перейти водоем. – Бретт, ты гений. – Эта информация мне пригодилась... – Повезло мне, что рядом есть справочник по вампиризму. Бретт покраснел, но этого не было видно в полной темноте. «Мне кажется, я переживаю больше тебя», думал он. – Я не знаю, как быстро он найдет способ перебраться, но нам нужно уйти еще дальше. – А если он услышит нас? – Мне-то ничего не грозит... Да и если он решит отомстить мне, то это моя вина. Я должен был сказать тебе об этом раньше. – Бретт, не вини себя. Это я был глупым и не замечал его отношения ко мне. – Нам, все же, стоит уйти еще дальше. Конечно, мы уже не побежим. Но хотя бы пройдем еще чуть. – Бретт, это слишком рисково. Давай сидеть здесь. Все спрятались хорошо. Даже Джастина Мэт нашел спустя пять минут. «Тратит мое время, искать его еще». Его часы уже показывали три часа три минуты. – Продолжим искать вместе? – Нет, иди обратно. – Ты совсем стал нелюдимый. Твое чувство юмора полное дерьмо, – добавил Джастин. – Заткнись. Иди уже. – Стал еще более грубым, Мэт. Я-то пойду, – и Джастин вернулся на пляж. Ребята притаились под большим деревом на поляне. Бретт трясся от страха, но Бернард... Он обнял его. – Ты так волнуешься за меня. Я ценю это. Но если я должен сегодня умереть, значит, так и будет. – Не говори так. Мэт словно потерял ориентиры. Он был очень разозлен тем, что не мог учуять их около двадцати минут. «Таки надо было поискать с этим придурком Джастином!», подумал он, и прошел несколько шагов назад. Тут он наткнулся на валяющиеся на земле часы, слетевшие с руки Бернарда. До него дошло, в каком направлении они ушли, какой способ перебраться избрали, и он метнулся по их следу. – Сейчас посмотрю, сколько нам еще тут сидеть, – сказал Бернард и попытался вглядеться на часы в темноте, но их у него не оказалось. – Черт... С меня, кажется, слетели мои часы. – Ох... Но сейчас ты можешь свести руки за спину, он не уберет их. И молиться. Три тридцать шесть. – Слышишь шаги? Это он. Но не чувствуй страха. Мэт сразу учуял их. – Нашел! – обрадовался он. Очень обрадовался. – Ну что, поиграли, давайте верне... – Мне нравится эта поляна. Как вы вышли сюда? Оба переглянулись. – Случайно вышли, да? Ну, ладно, это не так важно. Вы заставили меня попыхтеть, чтобы вас найти. – А Джастин? – Развернулся и ушел. – Пойдем то... – Мне здесь нравится. Мэт бросил выпитую бутылку коньяка через плечо, и она разбилась. – Бретт, хватит управлять нами. Если ты устал, хочешь отлить или вроде того, то иди отсюда. Почему ты портишь нам прогулку? – Я не... – Хочешь баиньки? – Да ты дашь мне сказать?! – рассердился Бретт. Резко он почувствовал слабость. Его ноги пошатнулись. – Говори. Но Бретт не смог произнести ни слова. Он упал спиной к кустарнику. Мэт почувствовал силу. – Что с ним... – встревожился Бернард и ощутил страх. – Сейчас он придет в себя, ты так не переживай. Три тридцать восемь показывали часы Мэта. Пора. – Берн, я давно хотел поговорить с тобой об одном случае... Это был случай на твоем дне рождения. Понимаешь, ты напился. – Н-напился?.. – Да. И я поцеловал тебя в губы, и ты не сопротивлялся. Потом мы пошли в специальную комнату и занялись любовью. – Подожди, ты воспользовался мной, когда я был пьян? – Ты не сопротивлялся. – К-конечно, ведь я был под градусом. – Извини меня за это. Я тоже тогда выпил. Но, понимаешь, я давно уже опьянен тобою, и это не поддается контролю. Я люблю все, что ты делаешь, с момента нашей второй встречи. Я люблю все, что ты говоришь. Я рад, что тебе нравятся мои стихи. Разве ты не понимал, что все это значило? Бернард смотрел вниз. – Конечно, ты не понимал. Ты такой недогадливый. Не ищешь скрытых смыслов. Но и мне в таком случае нужно было заявить об этом прямо, а я боялся, что ты меня отторгнешь, – Мэт взял Бернарда за руку. – Я боялся, что ты не вытерпишь этого и уйдешь из группы, из моей жизни... Я бы хотел быть с тобой. Сейчас. Бернард молчал. – Не молчи. – Это... Это очень сложно для м-меня... П-прости... – Я знаю, ты испытываешь ко мне то же, что и я к тебе. – Ты мой л-лучший друг. – Пора бы уже пересечь эту грань, – Мэт приближался к Бернарду. – Хочешь поцеловать меня? – резко сказал Бернард. Мэт усмехнулся. – Да, точно, было бы неплохо, – «В последний раз». Бернард взял инициативу на себя, закрыл глаза и поцеловал Мэта в губы. Для этого ему пришлось встать на носочки, ведь тот и вправду казался выше. Мэт быстро взял все в свои руки. Бернард целовался, целиком отдавая себя, но тот захватывал поцелуй. Бернард чувствовал слабость, ведь проявлял сильную эмоцию – страсть. Он целовал его так, как никогда не целовался ни с кем другим. И по технике, и по времени. Постепенно Бернард слабел и становился обмякшим в руках Мэта. Но небо становилось все искристее. Облака рассеивались, пронизываясь блеклыми лучами. Бледное утреннее солнце начинало озарять луг. В один момент Мэт одернул его от себя и посмотрел наверх. – Что за хрень! – был его возглас. Бретт даже открыл глаза. – Я... Т-так л-люблю тебя, М-мэт... – Да пошел ты! Ты делал это специально! – Я л-люблю тебя... – Бернард пал под ним на четвереньки. Бретт восторгался, насколько тот последовал его советам и вжился в роль. Но Мэту уже было не до него. У него как никогда раскалывалась голова. Бретт мотнул головой, чтоб тот медленно подползал к нему. Бернард пополз и увидел пред собой дерево, покрытое мохом. Под ним рос клевер. Бернард понял намек Бретта и принялся его перебирать. Разгневанный Мэт обернулся. Он заметил, что Бернард держит в руках трилистник. Мэт очень побледнел и плюхнулся наземь. Трава вокруг него потемнела. Бретт и Бернард располагались на нескольких метров от него. Какое-то время они молчали, боясь шелохнуться. Бретт прервал тишину. – Все кончено. – Он оживет?.. – Этого я не знаю... Но ты... Ты молодец. Ты хорошо держался, – Бретт хотел сказать ему о поцелуе, о том, что это было замечательное решение, и о том, что у него раскалывалось сердце от того, что он испытывал всю палитру переживаний, но не решился. – С-спасибо, старался изо всех сил, Бретт. Они продолжили молчать еще какое-то время. – Что м-мы скажем Саймону и Джастину? – даже в последний момент Бернард думал не о себе. – Ах, да. Они, наверное, потеряли нас, – Бернард посмотрел на Мэта, а потом на него. – Джастин знает, Саймон – нет. Но какая уже разница... – М-мы так и не встретили вместе рассвет. Бретт сделал паузу. И, все же, решился сказать: – Я очень рад, что ты живой, и я встречаю рассвет с тобой. Бернард улыбался.