Научиться жить ... с Северусом Снейпом

Ровно через два месяца, после того незабываемого дня в суде, у Гермионы закончилось противозачаточное зелье. Она начала принимать его незадолго до отъезда из Хогвартса, когда требовалось отправиться на поиски крестражей. Гермиона не рассчитывала на романтические вечера в палатке с Роном, лишь полагала, что прием зелий облегчает менструацию, а это является важным пунктом, когда ты живешь месяцами в лесу без возможности сходить в магазин или аптеку. Когда война закончилась, она просто продолжала принимать зелье, потому что считала это разумным. Ей нужно было принимать зелье только раз в неделю, а флакона обычно хватало на несколько месяцев. Гермиона не удостоверилась в запасе жидкости, когда собирала свою сумочку в первый день замужества. Сейчас девушка оглядела свою комнату и улыбнулась. Теперь она не держала все вещи в сумочке – место в спальне использовалось по назначению. Фотографии ее друзей разместились на стенах и письменном столе, а книги были разложены по полкам. На прикроватной тумбочке лежала засушенная алая роза, с которой Северус однажды вернулся домой из магазина зелий. Цветок оказался в руках у Гермионы, когда Северус поведал ей, что ему стало жаль продававшую цветы на улице девочку. Гермиона подняла глаза от прекрасной розы и заметила на лице мужчины выражение неуверенной надежды. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять, что даже если его история и была правдой, он купил розу, потому что хотел порадовать Гермиону. Она крепко обняла его, горячо поблагодарила и с тех пор бережно хранила маленький цветок. Над своим столом Гермиона прикрепила небольшой карандашный набросок, найденный в кабинете Снейпа между страницами фолианта. На нем были изображены миловидные женские глаза. Ее? Ей нравилось так думать. Она частенько поглядывала на рисунок и задавалась вопросом, такой ли видит ее Северус. Он считал ее красивой? Долго ли нужно изучать чьи-то глаза, чтобы нарисовать их так подробно? Она покачала головой и слегка улыбнулась. Слишком много для размышлений субботним утром. Гермиона оделась в простое летнее платье и надеялась, что ей удастся поймать несколько согревающих лучиков солнца, пока ее не будет дома. Да, Гермиона могла бы попросить Северуса приготовить для нее противозачаточное зелье, но ей просто было неудобно озвучить это. Им было очень комфортно вместе, но подобный вопрос обычно не обсуждают в повседневной беседе. Поэтому девушка поприветствовала Снейпа своим обычным утренним поцелуем в щеку, они выпили по чашке чая, а затем Гермиона сообщила, что ей нужно отлучиться в Косой переулок. Обычно она просила его пойти с ней, но сегодня Северус не стал напрашиваться без приглашения. Они оставались на кухне чуть дольше обычного, попивая чай, непринужденно разговаривая. Когда чай закончился, Гермиона наложила на чашки чистящие чары и подошла к двери. Северус последовал за волшебницей до двери. - Будь осторожна, - сказал он, заправляя ей за ухо выбившуюся прядь волос. Гермиона улыбнулась, поцеловала его в щеку и спустилась по лестнице. После того, как она ушла, Северус медленно вернулся на кухню. Он мысленно перебирал все, о чем они разговаривали этим утром, и гадал, не случилось ли что-то. Может быть, Гермиона сама еще не решила, куда пойдет и что будет делать? Северус так не думал. Часть его неожиданно вспыхнула. Он чувствовал это только однажды, когда мальчишка Уизли нежно дотронулся до Гермионы. Но почему он чувствовал это сейчас? Ревность? Все из-за того, что она ушла в магазин без него? Это же идиотизм! Так почему же он вдруг так рассердился? Она совершеннолетняя, может спокойно идти, куда хочет, и она не обязана говорить ему, где и что она собирается делать. Северус не имеет право рассердиться, даже если она ушла на встречу с другим мужчиной. У них ведь не настоящий брак. Это полностью платонические отношения. Она не привязана к нему. Он был почти вдвое старше ее. Несмотря на все вышеупомянутые причины, Северус все еще был зол. Он попытался почитать книгу, но в конце концов, в отчаянии захлопнул ее. Он сидел и смотрел, как Заварка и Глот свернулись калачиком в кресле, и обнаружил, что завидует своему долбаному коту. У Заварки и Живоглота были такие простые теплые отношения. Почему у него не было этого же? Почему у него не было Гермионы? Причин было множество. И все же Снейп не мог не тосковать по ней. Он вытянул руку и мягко коснулся разума девушки легилименцией. Как только Северус это сделал, его накрыло чувство вины. В течение следующего часа он боролся с желанием снова коснуться ее разума. Просто небольшой проблеск. Просто чтобы посмотреть, где она. Но шпионить за ней? Мог ли он действительно оправдать это? Где проходит грань между ревнивым потенциальным любовником и сумасшедшим преследователем? Он пошел на компромисс. Время от времени Северус обращался к ее разуму, но только к самому внешнему слою. Ему стали бы ощутимы очень слабые вибрации от ее чувств и ничего более. Так Северус мог убедиться, что Гермиона в безопасности, не зная, что она делает и где. По крайней мере, это успокоило его защитные инстинкты, сохранив при этом ее конфиденциальность. Снейп задавался вопросом, сможет ли он распознать, если на Гермиону вдруг нахлынет страсть…

***

Гермиона остановилась в пекарне, чтобы взять булочку, а затем трансгрессировала в маленький магазинчик зелий. Она, вероятно, могла бы найти зельевара поближе к дому, но у нее сложились дружеские отношения с милой юной ведьмой, которая управляла этим местом. Хотя она была чуть старше Гермионы, они всегда дружелюбно болтали. Ей было интересно, слышала ли Алиса о браке Гермионы и Северуса. Невозможно было этого не знать, учитывая, насколько громким было судебное дело. Девушка улыбнулась и с нетерпением ждала возможности сказать подруге, что она в безопасности и вполне счастлива. Когда она приоткрыла дверь магазина, ее встретили улыбкой, но это была вовсе не Алиса. За стойкой стоял коренастый лысеющий мужчина в запачканном фартуке. Двое молодых людей расставляли зелья на полках. Похоже, магазин расширился за несколько месяцев, прошедших с того момента, как она была там в последний раз. Несколько клиентов просматривали ряды зелий и бормотали себе под нос. Гермиона глубоко вздохнула и подошла к стойке. - Алиса сегодня здесь? - весело спросила она. Гермиона действительно не хотела покупать противозачаточное зелье у этого пожилого мужчины. Он с любопытством посмотрел на нее, словно пытался вспомнить, где видел ее раньше. - Нет, - хрипло ответил он. - Алиса больше не работает в магазине. Она остается дома. - О, с ней все в порядке? - мысли Гермионы перемешались, когда она попыталась понять, что могло случиться с Алисой. - Она в порядке, - проворчал зельевар. - Ей не место в магазине. Сейчас я им управляю, - сердце Гермионы пропустило удар. Алиса была маглорожденной. Этот мужчина, должно быть, подал прошение за нее. Она почувствовала, как наворачиваются слезы при мысли о том, что Алиса вышла замуж за этого зверя. - Оу, - мягко произнесла она. - Что тебе нужно? - Ну, я ... - она остановилась. В тот момент она не могла ничего поделать с ситуацией Алисы. Она подавила смущение и начала снова. - Мне нужно противозачаточное зелье, - тихо сказала Гермиона. Мужчина подозрительно посмотрел на нее. - Вы покупали здесь раньше? - когда Гермиона кивнула, он вытащил большую бухгалтерскую книгу в кожаном переплете и открыл ее. - Как тебя зовут? Я посмотрю, какое из них ты уже покупала, - он выжидающе посмотрел на нее. Гермиона внезапно сильно занервничала. - Гермиона, - сказала она как можно тише. - Кто? - Гермиона Грейнджер, - сказала она чуть громче. Он уставился на нее. - Гермиона Грейнджер? - он произнес ее имя достаточно громко, чтобы все в магазине его услышали. - Гермиона Грейнджер? - он прищурился, глядя на нее. Она ничего не сказала. - Я прочитал в газетах, что Гермиона Грейнджер вышла замуж по закону о браке. - Да, все верно. Теперь я - Гермиона Снейп, - ее голос немного дрожал, и она ненавидела себя за это. Почему она позволила этому зверю испугать себя? - Зачем тебе, черт возьми, противозачаточные средства, если ты замужем по новому закону? Тебе следует как можно больше подстегивать своего нового мужа, чтобы заработать себе на жизнь и произвести на свет более чистокровного наследника, - прорычал он. Гермиона почувствовала, как краснеет до корней волос, но набралась храбрости. - Не твое дело, для чего мне нужно зелье. Твоя работа - продавать мне все, за что я плачу, а не читать мне лекции о доле маглорожденных! - Как ты посмела так со мной разговаривать, ты, паршивая маленькая грязнокровка! - он поднял огромную руку, и Гермиона направила палочку ему в горло, прежде чем мужчина смог ударить. Она тяжело дышала, и ее сердце бешено колотилось. Как могло Министерство позволить такому ужасному человеку быть с Алисой? - Я предлагаю вам воздержаться от ударов, если вы не хотите получить очень неприятное проклятие, - несмотря на страх, ее голос был ровным. Краем глаза она увидела, что двое мужчин, которые работали с полками, остановились и повернулись к ней. Его сыновья? Они наблюдали за ней и осторожно вытаскивали свои палочки. - Ты не заслуживаешь этой палочки, грязнокровка. Если бы твой муж был умен, он бы забрал ее, как я забрал палочку у Алисы. Но, возможно, твой мужчина недостаточно умен, чтобы научить тебя знать свое место, - он взглянул на своих сыновей, приближающихся к ней с обеих сторон. - Может быть, мне и моим мальчикам следует сделать это за него. Один из нас должен быть в состоянии сделать тебе достойного чистокровного ребенка, - он ухмыльнулся и попытался схватить ее палочку, когда его сыновья нырнули за ней. Страх Гермионы превратился в полный ужас. Она и раньше участвовала в боях, но сейчас все было по-другому. Эти мужчины не хотели ее убивать, они хотели ее изнасиловать, чтобы преподать ей урок. Желчь поднялась у нее в горле, и она на долю секунды приняла решение, что лучше умереть, чем позволить им обезоружить ее силой. Она только начала произносить слова, чтобы проклясть толстого мужика, когда в маленькой лавке раздался громкий треск. Внезапно мужчин, приближавшихся к ней с двух сторон, отбросило назад. Старший, стоявший перед ней, тоже был сбит с ног. Гермиона в шоке уставилась на него. Она это сделала? Внезапно все трое закричали от боли. Нет, она точно этого не делала! Сильные руки обвились вокруг нее, и она узнала палочку, зажатую белыми костяшками пальцев. Но голос, раздавшийся из-за ее спины, не походил на голос, который она знала. Это было глубокое и демоническое звучание. - Если ты когда-нибудь снова попытаешься поднять руку на мою жену, - прошипел он своим смертоносным голосом, - ты будешь умолять о поцелуе дементора, когда я закончу с тобой. Если бы ты прикоснулся к ней, я бы не предоставил тебе роскошь легкой смерти. Снейп всего лишь связал противников, хотя и очень хотел прикончить их всех медленно и мучительно. Он огляделся на покупателей, которые стояли в магазине, случайных прохожих. Они не пытались ей помочь. Они были так же виноваты в его глазах. - Никто не посмеет прикоснуться к ней, если хочет жить. Она моя, - он крепко обнял ее хрупкую фигуру. Северус был похож на черного дракона, который в защите обвивает крыльями свою половинку. Люди смотрели на него, словно ожидали, что он извергнет пламя. Северус без единого слова трансгрессировал их обратно в квартиру. Он крепко держал Гермиону в своих объятиях. Когда девушка поняла, что они дома, она попыталась заговорить. - Северус, я… - Молчи, - прошипел он ей. Снейп едва мог удержаться от того, чтобы трансгрессировать вновь и убить тех трех мужчин, которые осмелились думать о ней в таком гнусном и пошлом ключе. Когда одно из его легких прикосновений к ее разуму показало ужас, Северус немедленно проследовал по мысленной связи и трансгрессировал к ней. Боевые инстинкты ожили, и он мгновенно оценил ситуацию. Он читал мысли всех в магазине, включая Гермиону. Он знал, что случилось. Что тот мужчина сказал ей. Он прочел в их головах, что они собирались с ней сделать. Он прижал ее к груди при воспоминании. Если бы он не читал ее мысли, смогла бы она защитить себя? Он знал, что она опытный дуэлянт, но те мужики почти напали на нее. Магия принесла бы ей мало пользы, если бы они физически пересилили ее и забрали ее палочку. Гермиону могли… Северус не мог выносить эти мысли. Он замедлил свое прерывистое дыхание и попытался унять дрожь в руках. С большим контролем он ослабил хватку, отпустил Гермиону и усадил ее на диван рядом с собой. - Какого хрена ты делала в этом магазине? - прорычал он. Гермиона моргнула, сдвинув брови. - Северус, мне очень жаль! Почему ты так зол на меня? - Тебя могли убить! Или... - он яростно провел рукой по волосам и уставился на нее так пронзительно, что она поерзала на своем месте. - Что, черт возьми, ты думаешь, что делаешь? - его голос был по-прежнему резким, его тон был более угрожающим, чем тот, который он когда-либо использовал в отношении нее раньше. Гермиона посмотрела в его сверкающие глаза и поняла, что не может принять это от него. Она знала, каким он был человеком, каким милым и добрым он мог быть. Она не позволила бы ему быть таким с ней. - Северус Тобиас Снейп, не говори со мной таким тоном! Если ты не передумал, я имею право ходить, куда захочу. И если ты не решил, что я являюсь твоим объектом для пыток на досуге, я ожидаю, что ты перестанешь так себя вести со мной, - ее слова были холодными и жесткими. Северус побледнел в ответ, как будто она ударила его. - Пытки? - теперь его голос был прерывистым, слова неуверенно срывались с его губ. - Ты не объект. Я никогда не смогу причинить тебе вред, - теперь он выглядел измученным. Гермионе стало больно за него. - Я знаю, Северус. Я могу только представить, о чем ты, должно быть, подумал... Я знаю, что ты просто испугался. Но ты не можешь выплескивать свой гнев на меня. Я твой друг, - она протянула руку и взяла его за подбородок. Он наклонился, наслаждаясь прикосновением. Гермиона была здесь, она была в безопасности. Он закрыл глаза и напомнил себе, что ей не причинили вреда. - Ты права, Гермиона. Прошу прощения, - слова звучали формально. Он открыл глаза и положил руку на ее ладонь там, где она все еще касалась его. - Мне очень жаль, - прошептал он. На этом Гермиона сдалась. Огромные эмоциональные американские горки последних тридцати секунд подошли к концу. Все ее тело терзали рыдания. Северус снова притянул ее, прижимая к себе и нежно покачивая. - Теперь все в порядке. Ты в безопасности. Я здесь, - прошептал он. - Северус, я так испугалась... Я думала, они... Я думала, что они... - Тише, малыш. Я здесь. Я не позволю никому причинить тебе вред. Клянусь, - его мягкие слова успокаивали Гермиону. Они сидели так, пока ее рыдания не утихли. Наконец она посмотрела на него с колючими от слез ресницами и слегка дрожащими губами. - Спасибо, Северус, - она попыталась подарить ему легкую улыбку. - Ты всегда приходишь мне на помощь. - Для меня большая честь быть тем, кто спасет тебя, Гермиона, - она засмеялась, но он остановил ее, покачав головой. - Я имею в виду, что… - она на мгновение посмотрела на Северуса, понимая, что он говорит правду. Гермиона протянула руку и нежно провела кончиками пальцев по его губам. Северус резко вдохнул и замер. Он смотрел, как она наблюдает за ним. Она казалась очарованной контурами его лица, ощущением его губ. Ее рука скользнула ему за шею, а затем прошлась по его тонким шелковистым волосам. Ее голова медленно наклонилась вперед. Все еще глядя ему в глаза, она наклонила голову так, что их губы соединились в легчайшем прикосновении. Она медленно моргнула, а затем и вовсе закрыла глаза. Гермиона прижалась губами к его губам, соединив их губы вместе. Северус чувствовал ее слезы на своих щеках. Он хотел обнять ее и прижать к своей груди. Ему было необходимо пригвоздить ее к дивану и жадно наброситься, но вместо этого он поднял одну руку к ее лицу, запустил пальцы в ее волосы, а большим пальцем касался ее скулы и брови. Другая его рука медленно гладила ее спину. Его прикосновения не опускались ниже ее поясницы. Даже сквозь туман похоти Северус знал, что сейчас ей это не нужно. Ее эмоционально терроризировали не более часа назад. Гермиона, вероятно, будет травмирована, и любая его попытка выйти за рамки этого поцелуя может вызвать страх. Гермиона знала его, как никто другой, видела его насквозь, противостояла ему с огнем и духом, от которых перехватывало дыхание. Он не мог ее потерять. Мягкий, исследующий поцелуй продолжался еще несколько мгновений. Гермиона провела языком по закрытым губам Северуса. Она открыла глаза, боясь, что поцелуй ему не понравился. Его глаза были закрыты, и когда она отстранилась, они медленно, лениво открылись, и он смотрел на нее, прикрыв веки. Северус зажал нижнюю губу зубами и медленно облизал ее, смакуя вкус. Гермиона вздрогнула и почувствовала, как от этого эротического зрелища ее охватил сильный жар. Он громко вздохнул и грустно улыбнулся. - Совершенство… - пробормотал он. - Как и ты, - Гермиона покраснела и почувствовала, как он провел рукой по ее распущенным кудряшкам. - Я совершенство? - мягко спросила она. - Вполне, - протянул он. - Какая еще я? - спросила Гермиона, усаживаясь в его объятия. Она посмотрела на него и мило улыбнулась. - Прекрасная, нежная, сильная, - он замолчал и снова провел рукой по ее волосам. - Мягкая, милая и смелая. Само совершенство, - резюмировал он снова. - Как внешне, так и внутренне, - Гермиона растаяла от его похвалы. Ей было особенно приятно, потому что похвала Северуса Снейпа была редкостью. - О, Северус, - выдохнула она. - Спасибо. Для меня твои слова значат очень многое. - Я сказал правду, - ответил он с легкой улыбкой. - Любой, кто этого не видит в тебе, либо невероятно глуп, либо сумасшедший. - Ты слишком добр, - робко пробормотала она. - Нет, я не такой. Я совсем не добрый. Я грубый, резкий и язвительный. Но я достаточно умен, чтобы видеть, кто прямо передо мной. - Ты не грубый, резкий и язвительный со мной, - возразила она. Северус изогнул свою черную бровь. - Хорошо, за исключением того, что было совсем недавно. Но я прощаю тебя, потому что страх вызывает мгновенное безумие. - Я не просто обезумел от страха, Гермиона, - мягко сказал он. - Я не знаю, что бы я сделал, если бы тебе было больно. Ты бы, наверное, и справедливо, убежала с криком, если бы знала, что я хотел сделать с ними только за их мысли. Я ... - он замолчал, но начал снова, прежде чем Гермиона успела перебить. - Ты единственный свет в моей жизни. Я не мог вынести мысль о том, что с тобой что-нибудь случится. Гермиона не знала, что сказать. Северус никогда раньше не делал подобных заявлений. Он был нежным, добрым и вежливым, но ни разу из его уст не промелькнуло намека на романтику. А теперь он говорил ей сладкие слова, наполняя речь теплотой и нежностью. Гермиона наклонилась вперед, чтобы снова поцеловать его, но Северус отстранился и прижал пальцы к ее губам. - Нет, детка, - он сказал эти слова мягко и нежно, но Гермионе казалось, что ее сердце разрывается от отказа. - Почему? – лишь удалось прошептать ей. - К тебе просто приставали и тебе угрожали сегодня. Ты, вероятно, все еще в шоке. Я был бы ублюдком, если бы воспользовался этим. - Северус, ты не… - Никаких аргументов, Гермиона. Я сделаю тебе горячего шоколада, а затем я хочу, чтобы ты немного поспала. Гермиона собиралась возразить, но не успела подавить зевок. Она внезапно почувствовала, что полностью измотана. Все эмоции, адреналин и, да, шок от всего произошедшего тяготили ее. Теперь, когда ее разум и тело наконец успокоились, она была полностью истощена. Она изо всех сил старалась держать глаза открытыми, пока Северус пошел делать какао. Он сунул ей в руку дымящуюся кружку, и она медленно отпила. Шоколад немного ослабил обрушившуюся на нее усталость, но Гермиона все еще двигалась вяло. Девушка сделала еще несколько глотков, а потом Северус помог ей подняться и проводил ее до двери спальни. Живоглот пробежал между их ног и прыгнул на кровать, ожидая, когда Гермиона свернется калачиком под одеялом, чтобы он мог прижаться к ней и защитить ее сон. Северус поцеловал Гермиону в лоб, а затем повернул ее и легонько подтолкнул в комнату. Она посмотрела на него через плечо и одарила его медленной сонной улыбкой. Когда она благополучно легла в постель, Северус закрыл дверь. Он прислонился к ней лбом и выдохнул. Его руки подобрались к дверному косяку и крепко схватили его. Святой Салазар, он хотел схватить ее и сделать своей. Брать ее снова и снова всеми возможными способами. Северус приложил титаническое усилие, чтобы остановить ее, прежде чем она снова бы поцеловала его, и он потерял бы всякую сдержанность. Она заслуживала лучшего отношения. Убедившись, что его эмоции находятся под контролем, Северус вошел в свой кабинет и отправил несколько писем в Министерство. Он объяснил, что произошло в магазине зелий, а затем отправил письмо самому министру, в котором сказал, что хочет, чтобы виновники были наказаны по всей строгости закона. Затем он потратил еще час на то, чтобы заказать книги, которые, по его мнению, могли ему понадобиться в поисках того вида болезни крови, которая приводит к рождению детей-сквибов и мертворожденных.