Горе мое луковое

Со стороны Игорь выглядел обыкновенным алкашом, шатающимся по городу в горячке. Однако Катамаранов был очень занятым человеком. Он бродил по коридорам НИИ, уважал родной храм науки и ответственно исполнял рабочие обязанности. Игорь следил за содержимым шкафов в лабораториях, состоянием долгого ящика, за газовыми баллонами, проводкой, охранял покой подвала и проверял аварийность труб. По особым поводам (и без) Камаранов заносил Виктору Сергеевичу бутылочку чего покрепче и тогда получал от работы еще большее удовольствие. Игорь нередко наблюдал производственные аварии, и хоть во всех бедах обвиняли именно его, он не считал их чем-то особенным. До случая с Зинаидой Кашиной. Женщина в трубе подняла тогда много шуму, от телевидения было не скрыться. Из НИИ звонили на стройку, за Катамарановым-оригиналом, мол, без него никак, а от двойника одно горе, только хуже сделает, Виктор Сергеевич уже весь извелся. — Что-ж это, разрабатывали-разрабатывали, и вот те на! Где Игорь, я вас спрашиваю?! – директор института растерянно сновал туда-сюда. Катамаранов приехал быстро. Чем Игорь заправлял свой бульдозер, известно было ему одному. — Лан те, Сергеич, р-разберёмся, — Игорь придумал план выпуливания еще по дороге, но за безалаберность двойника было обидно. Стыдно даже. Его же куда-то надо было девать. Зинку в итоге спасли, но Игоря с должности сняли. Общим собранием тогда было решено отстранить всех двойников. Оставлять копии сотрудников в Катамарановске было нельзя, и команде из пяти поникших дублей быстро нашлись новые фамилии, с которыми они направились в соседний город- реализовать обмен кадрами. Со своим Виктор Сергеевич расстаться не смог, подарил бритву и оставил заместителем. А для Катамарановского исключения не сделали, и тот забастовал. Вламывался в НИИ, сокращая себе путь через коридоры. Бывшие коллеги гостей, мягко говоря, не жаловали, и каждое появление сопровождалось скандалом. Виктор Сергеевич опять звонил на стройку. И Игорю опять стало обидно, жалко даже. Но тут решение администрации, ничего не поделаешь. Катамаранов взял неудачный результат эксперимента под свое крыло и спустя четыре дня выдал ему ключи от экскаватора. Доверив двойнику работу на стройке, Игорь оставил самое важное дело себе. Подготовка заняла немного: Игорь достал из гаража громкоговоритель, шокер, каску и магнитолу, надел старый ватник с значком на груди и ушел в болота.

***

Впервые это произошло в детстве. Игорь заметил тогда, как они с младшим не похожи. Когда мама, улыбаясь, звала обоих ласково: — Горюни мои. И смотрела так долго-долго, гладила по спутанным волосам. Говорила, что любит одинаково и что в ее жизни они самое дорогое. Младший, Наталич, потом смеялся, мол, так любила, что по-разному называть не могла, потому что просто не отличала. Но Игорю такие шутки не нравились. Катамаранов-младший смотрел в лес со страхом, когда они вместе носились между деревьев, он оглядывался на дорогу, боясь не вернутся назад. Щурился в темноте и хныкал, что в воде немеют пальцы и по-старчески скукоживается кожа. Закусывал губу, пока коленки мазали йодом, думая, что надо быть более аккуратным, и косился на брата, удивляясь, как это он терпит. Наталич завидовал Игорю. Он завидовал тому, как Игорь точил ножи, не задевая ладони, как умел различать голоса птиц, находить охотничьи ловушки и ходить напролом, если сбивался с пути. Поначалу Наталич везде брал брата с собой, но в компании его друзей Игорь находиться не любил и смывался при первой возможности. Поэтому Наталич ходил за ним один. Однажды они отправились искать отмеченное на карте грибников озеро. Вместо него нашлось болото. — Десять лет назад здесь рыбачили, — Катамаранов-старший пошевелил ногой воткнутую в берег палку и окинул взглядом камыши. Вокруг цвело, квакало и шлепало под ногами. Всмотревшись в заросшую тиной гладь, Наталич взял брата на слабо: — Думаю, ты минуты две продержишься. Он знал, что Кат продержится и дольше, но ждал предложения посоревноваться. Хотелось жутко. — Спортивный интерес? Стоило ему ответить, как оба бросились вперед, стягивая майки на бегу. Наталич вдобавок скинул резиновые сапоги, а Кат, кажется, давно отрастил себе ласты. Почувствовав ногами холодную пустоту Игорь хотел было вернуться, но слабину не дал: — Давай кто дольше. Две каштановые головы погрузились под воду.