Глава 2
23 ноября 2022 г., 20:51
Вся эта ситуация никак не выходила из головы. Магия могла многое и, похоже, некоторые вещи даже больше, чем позволяла природа. Элайджа не понимал, как вообще такое могло произойти? Реакция Деймона не нравилась. Слишком всё походило на что-то не очень хорошее. Но беспокоить Деймона Элайджа не собирался. А вот с Никлаусом вполне можно и нужно было поговорить. Только брат сейчас не дома.
Пока Деймон отдыхал и приходил в себя, Элайджа решил дождаться брата и выяснить, что у них там произошло. Деймон явно злился на Никлауса, что его младший брат такого натворил?
Ждать пришлось недолго. Похоже, за время своей прогулки Никлаус немного успокоился. Едва войдя в особняк, он пошел в сторону своего кабинета, проигнорировав присутствие Элайджи.
"Ну уж нет", — поднявшись, Элайджа последовал за братом, остановился в проёме.
Никлаус уже успел погрузиться в чтение каких-то лежащих перед ним бумаг. Хотя Элайджа сомневался, что он здесь ради них. Скорее, услышав его шаги, просто решил сделать вид, что занят.
— Это тебе не поможет, — выхватив у брата из рук так заинтересовавшую того бумагу, Элайджа убедился, что был прав: тот держал её вверх ногами. — Нам надо поговорить, — произнёс он, холодно смотря на брата.
— Элайджа, у меня нет ни малейшего желания говорить о чем-либо. Я занят.
— Чем же? — Элайджа забрал остальные лежавшие на столе бумаги. — Не надо притворяться. Что у тебя произошло с Деймоном?
— А тебе какая разница? Переспали и переспали, он залетел. Что ты еще хочешь знать?
— Да, хочу, — отложив бумагу, Элайджа упёрся ладонями в стол, смотря прямо на Никлауса. Брат явно что-то не договаривал. — Судя по его реакции, вы не "просто переспали". Расскажешь сам, или мне и дальше делать выводы по фактам? — тяжёлым взглядом он смотрел на Никлауса.
— Ну и какие же выводы ты сделал? — с усмешкой спросил Никлаус, похоже, решив до последнего уходить от ответа.
— Не очень лестные для тебя. Что секс был не по согласию.
Смотря на брата, Элайджа надеялся, что тот скажет об ошибке, но вместо этого Никлаус отвёл взгляд, и это Элайдже не понравилось.
— Даже если так, какая разница.
Прикрыв глаза, Элайджа неверяще мотнул головой: и это его брат.
— Ты сейчас серьёзно? Какая разница?
Губы сжались в узкую полоску; будь у него возможность, врезал бы, только Никлаус сидел за столом, но это можно было сделать чуть позже.
— Борзеть не надо было, — фыркнул Никлаус, вставая из-за стола и наливая себе виски.
От услышанного в глазах Элайджи потемнело.
— И что же он такого сделал, что ты опустился до изнасилования?
— Думать надо, прежде чем говорить. Хотя, думаю, теперь он научится держать язык за зубами.
— Ударил бы, сломал пару костей, но насиловать зачем? — Элайджа приблизился к брату, стоя практически вплотную; ему пока удавалось себя удерживать.
— Он меня выбесил. Не надо было хамить и усиленно провоцировать.
Не задумываясь, Элайджа ударил в челюсть — улыбка слетела с лица брата — и, тряхнув рукой, сделал короткий шаг назад.
— Ты охренел, — прошипел Никлаус, сплевывая кровь.
— Скорее, это ты охренел.
— Тебе-то какое до него дело?
— Дело не в нём, идиот. Дело в тебе.
— Пояснения будут? — вскинул бровь Никлаус.
— Ты мой брат, ты важен для меня, а этот поступок… Это просто унизительно и не по отношению к Деймону.
Брат собирался что-то сказать, но замер, принюхиваясь.
— Ты что-то готовил?
Откуда-то потянуло паленым мясом.
— Нет. И ты, судя по всему, тоже.
Ответа брата Элайджа ждать не стал. Никлаус не любил готовить, а он сам занимался этим редко, лишь когда хотелось разнообразить меню из крови. Но не сегодня. Да и не оставил бы он готовку без присмотра. Элайджа направился в сторону запаха. Тот шёл вовсе не с кухни, как можно было бы ожидать.
Запах явно был со стороны спален. А там сейчас находился лишь Деймон. Элайджа среагировал мгновенно. В доме пользоваться преимуществами вампира — вполне обычное дело. За секунду он оказался у спальни Деймона.
Тот уже полыхал. Созданный солнцем огонь не щадил ничего и никого на своём пути. Лепестки пламени пожирали одежду и тело Деймона. На задумываясь, Элайджа сдёрнул с кровати покрывало и завернул в него вампира.
— Шторы закрой! — крикнул он брату, надеясь, что тот не станет пререкаться и сейчас просто послушается.
Благо Никлаус подчинился.
Деймон, похоже, еще не осознал, что произошло, и открыл глаза, лишь когда пламя полностью потухло.
В созданной полутьме Элайджа всё прекрасно видел.
— Принеси кровь.
Сейчас ему было плевать на Никлауса, если тот начнёт брыкаться, то получит. В конце концов, в произошедшем была его вина.
Брат что-то недовольно пробурчал, но притащил пару пакетов с кровью. Заставил Деймона выпить один. Сейчас нужно было как можно скорее подключить регенерацию — нельзя, чтобы малыш пострадал из-за глупости.
Деймон постепенно приходил в себя, ожоги медленно, но заживали. Открыв глаза, он обреченно простонал:
— Вы, только не снова.
— Извини, но умереть тебе сейчас я не могу позволить.
Увидев подошедшего ближе Никлауса, Деймон попытался вырваться, во взгляде был ужас.
— Никлаус, уйди, — произнёс Элайджа тоном, не терпящим возражений.
— Я вообще-то в своем доме нахожусь, — огрызнулся тот.
— Никлаус, мне встать и выволочь тебя за дверь? Ты не видишь, в каком он состоянии? — смотря, Элайджа ждал ответа. Медленно закипал от злости: брат вел себя словно мальчишка, натворил дел, а отвечать за них не хотел. — Ведешь себя, словно тебе пятнадцать? Сам натворил, а теперь "твой дом".
— Потрясающе. Вот и возись с ним сам... — резко развернувшись, брат вышел за дверь.
Элайджа прижал Деймона к себе, надеясь, что тот скоро придёт в себя и поймёт, почему он так поступил.
Деймон чуть успокоился, когда Никлаус покинул спальню.
— Зачем ты вмешался? Оставалось несколько минут, и все, — тихо спросил он — ожоги еще не зажили, и шевелиться ему было больно.
— Ребенок. Я понимаю, ты его не хочешь, но обстоятельства сложились так.
— Я не буду вынашивать это отродье. Лучше смерть.
— Мне жаль, но ты не понимаешь, к чему всё может прийти в случае твоей смерти.
— И к чему же? На одну противоестественную тварь в этом мире будет меньше?
— На одну? Ты серьезно думаешь, что мой брат не станет мстить просто потому, что всё пошло не так.
— И кому? Моему трупу? Да и с каких пор ему захотелось обзавестись щенками?
— Боюсь, что он примется за твоего брата и остальную вашу компанию. С ним никогда не знаешь. Если бы он остался в стороне, я бы не удивился, но он вмешался и забрал тебя. Поэтому не рискуй. Если не ради себя, то подумай о брате и других, кто умрет в случае, если что-то случится.
— И я, и Стефан должны быть мертвы уже сто шестьдесят лет. Это была достаточная отсрочка. Хотя не думаю, что он его убьет. Елена нужна ему живой, а она полезет защищать Стефана. Убьет его, лишится гибридов.
— Убить, может, не убьёт, а вот покалечить вполне может.
— И что?
— Если тебе плевать на остальных, давай, сжигай себя.
— И сколько секунд пройдет, прежде чем ты помешаешь?
— Я не буду мешать.
Прищурившись, Деймон поднялся и с вампирской скоростью метнулся к окну. Элайджа остался сидеть на кровати.
Деймон распахнул шторы, с трудом сдерживая крик боли, кожа на едва зарубцевавшихся ожогах вновь лопалась. Качнув головой, Элайджа всё же вмешался, закрыл шторы и отвесил Деймону пощечину.
Тот дернулся, обреченно смотря на Элайджу.
— Зачем?
— Затем. Не будь идиотом. Как думаешь, что сотворит заклятье ведьм с тобой потом? Если они так хотели получить этого ребёнка, ты уверен, что в нём не заложена возможность не дать тебе умереть или вернуть в случае смерти. Раз уж их магия привела к твоей беременности?
— Побыстрей бы эта тварь сдохла, — полный ненависти взгляд метнулся к животу.
Элайджа устало выдохнул.
— Я понимаю, ты ненавидишь моего брата, ребёнка, но постарайся просчитать последствия. Кто знает, как на тебе скажется смерть. В это заклинание явно вложила силу не одна ведьма. И если ты вернёшься к жизни, не факт, что вернешься в своём теле. Тебе это нужно?
— Мне уже ничего не нужно. Почему именно я? — прошипел Деймон, оседая на пол и прикрывая глаза.
— Спроси что полегче. Ведьмам был нужен ребенок, и им было все равно, кто будет его вынашивать
— Я сделаю все, чтобы избавиться от этой твари. Даже если моя смерть не поможет, альтернатива есть всегда.
Элайджа резко выдохнул. Не хотел он этого делать, но Деймон не оставил выбора. Проблем с Никлаусом хватало, а тут ещё и вот это. Он мягко взял Деймона за подбородок, заставляя смотреть в глаза.
— Ты не будешь пытаться свести счеты с жизнью. Не будешь вредить себе или ребёнку. Даже наоборот, в случае опасности сделаешь всё, чтобы вы двое выжили. И постараешься свести любой вред для вас к минимуму. По крайней мере, до рождения малыша. А после ты никоим образом не попытаешься навредить ему.
— Сволочь, — прошипел Деймон, отталкивая от себя Элайджу.
— Ты не оставил мне выбора.
— Жаль, Майкл вас всех не перебил.
— На твоё счастье, он мёртв, — произнёс Элайджа довольно холодно. — Пойми одно — мне важен лишь ребёнок. И если, убив его, ты останешься в живых, то поверь, очень быстро пожалеешь, что не умер.
Деймон засмеялся, откидывая голову назад.
— Мне плевать, что ты со мной сделаешь. Мне нечего терять, я уже в своем личном аду, — истеричный смех заполнял комнату.
— Рад это слышать, — похлопав Деймона по щеке, Элайджа вышел из комнаты. Глупый мальчишка, сколько раз он слышал от всяких умников, что они ничего не боятся и им плевать, а потом… Потом они просто умоляли убить их.
* * *
Сутки пролетели незаметно. В комнате Деймона не слышалось практически никаких звуков. Вампиры, конечно, производили мало шума, если хотели, но полная тишина напрягала Не выдержав неясности, Элайджа зашёл к Деймону. Сам вампир не волновал его, куда важнее был ребёнок: тот нуждался в еде для нормального развития, а Деймон из комнаты не выходил. Деймон сидел на полу в той же позе, что и вчера, прикрыв глаза. — Ты ел? — взяв за подбородок, Элайджа заглянул ему в глаза. — Значит, нет. Деймон промолчал, впрочем, ответ и не требовался. — Тебя как маленького с ложечки кормить? Или сам, добровольно будешь? Не заставляй снова использовать внушение. — Сам буду, — устало вздохнул Деймон, не шевелясь. — Вот и хорошо, — Элайджа обманчиво нежно погладил его по щеке. — Только учти, ребёнку нужна обычная пища, а не кровь, как тебе. Если есть пожелания, говори. В конце концов, это мой племянник, и я могу позаботиться об этом. Деймон отпрянул от прикосновения, вжавшись в стену. — Боишься? Это хорошо. Пойми, Деймон, если ты попытаешься устроить голодовку и таким образом погубишь ребёнка… Тебе не нужно будет бояться Никлауса. — Мне плевать, что есть. Так что решай сам, — тот следил за руками. — Хорошо. Элайджа спустился на кухню; осматривая содержимое холодильника, он прикидывал, чем из человеческой пищи можно накормить Деймона. Выбрав самое быстрое и простое в приготовлении, избавился от пиджака и занялся едой. Вскоре завтрак был готов. Деймон спускаться не спешил. Поднявшись наверх, Элайджа разочарованно выдохнул и, схватив Деймона под локоть, повёл на кухню. — Почему ты так упрямо сопротивляешься? Тот отпрянул от Элайджи. — Я сам дойду. Остановившись, Элайджа посмотрел на Деймона внимательно и после этого только отпустил. — Хорошо. Я надеюсь, что этого больше не повторится. Тебе нужно регулярное питание. — Что повторится? Ты даже не звал, — обреченно ответил Деймон, садясь за стол. — А запах готового тебя не заинтересовал? Ты ничего не ел, или обоняние отшибло? — Не было никакого запаха, — произнес Деймон себе под нос, берясь за еду. Ел он быстро, явно не обращая внимания ни на температуру еды, ни на вкус. — Не торопись и дай хоть остыть немного. Горячее вредно для желудка. Деймон поднял на Элайджу удивленный взгляд и отложил приборы. Тот кивнул, разрешая есть, когда немного остыло. Деймон продолжил трапезу. — Кто-то мне объяснит, что это сейчас было? — потрясенно произнес Кол, стоящий на пороге. — Мне бы тоже хотелось знать, — скрестила на груди руки Ребекка. — Что именно вам объяснять? Всего лишь завтрак, ничего более. — А что на нашей кухне забыл Сальваторе? Элайджа обдумывал, как всё объяснить, не вдаваясь особо в подробности. Деймон доел и просто сидел, смотря в одну точку, не реагируя на направленные на него взгляды. Направленный в никуда взгляд Элайдже не нравился. — Он, — кивнул на Деймона, — в положении. Ребенок от Никлауса. И до родов он останется здесь. Пару минут стояла гробовая тишина. Кол и Ребекка переваривали полученную информацию. — Ты это все серьезно? — наконец произнес Кол. — Он же парень и к тому же вампир. Он физически залететь не может. — А похоже, что шучу? Спроси об этом у ведьм, которые всё это устроили. Они ничьим мнением не поинтересовались в этом вопросе. Деймон развернулся и пошел в сторону своей комнаты. — Он сама вежливость, — фыркнул Кол, смотря в спину вампира. — Угомонись, — в подробности вдаваться не хотелось, незачем родне знать, до чего опустился Никлаус. — Не угомонишься сам, помогу. — Ладно, ладно, не буду обижать подстилку Ника, — оскалился Кол, провожая Деймона недобрым взглядом. Направленный на Деймона взгляд Элайдже не понравился; если Кол что-то выкинет, то пожалеет.* * *
Сидя на кровати, Кол злым взглядом сверлил стену. Деймон на его подколки не реагировал, лишь отворачивался и уходил. А ведь раньше всегда отвечал. Дерзко, нагло. Раздражающе. А теперь пустой взгляд от Деймона и осуждающий от Элайджи — это всё, что Кол получал в ответ. Идея, как можно повеселиться, возникла неожиданно. Деймон ел, не глядя в тарелку, и делал это явно только из-за Элайджи. Так что вполне можно было слегка разнообразить меню и повеселиться, наблюдая за реакцией. Кулинарный ад он явно не сможет проигнорировать, сколько бы ни строил из себя ледяное спокойствие и безразличие. Спустившись на кухню, Кол какое-то время рылся в шкафчике со специями, выбирая, что бы такое подсунуть этому вампирёнышу. Наконец выбрав что поострее, достал с довольным видом. Будет забавно наблюдать за реакцией Деймона. Осмотревшись, он подмешал специи в приготовленное Элайджей блюдо и поспешил ретироваться с кухни. Ребекка проводила брата осуждающим взглядом, тихо шепнув: — Как ребенок. Кол поднялся к себе и стал прислушиваться, ожидая, когда все спустятся к завтраку. На его счастье, продлилось это недолго. Потерев довольно руки, он спустился на кухню, постаравшись скрыть улыбку от брата. Если Элайджа что-то заподозрит, то испортит ему всё веселье. Деймон спокойно принялся за еду, не обращая внимания ни на остроту, ни на присутствие Майклсонов. Кол внимательно следил за ним, ожидая реакции. Но её не было. Жертва на розыгрыш не реагировала. Кол мысленно послал проклятье в адрес Деймона. Неужели ничего не чувствует, или ему настолько всё равно? Скрывать разочарование было не просто, но присутствие рядом Элайджи заставляло держать себя в руках. Ребекка резко вырвала у Деймона тарелку, притянув ее к себе. — Ты вообще, что ли, ничего не чувствуешь? — Ребекка, в чём дело? — задавая вопрос, Элайджа повернулся к сестре. — Там столько острого, что рот гореть должен. Ему нельзя это есть. — Откуда там острое? Почувствовав на себе тяжёлый взгляд брата, Кол мысленно выпотрошил сестрёнку. Зачем только Ребекка вмешалась? Могла просто промолчать и не лезть. А теперь не избежать лекции на тему "так нельзя". — Кол добавил, пока тебя не было. — Предательница, — прошипел Кол. — Кол, я разве не ясно все сказал ещё в первый день? Почему ты такой непонятливый? Тебя просишь не делать, а ты всё равно поступаешь по-своему? Неужели так сложно поступить так, как просят? Я молчу про твои игры с убийствами, хотя порой они и бесят. Но в этом случае что тебе было не ясно?! — с каждым словом Элайджа медленно подходил к нему. Желание придушить читалось в глазах. — Он в положении. Чего тут не ясно? Кол пятился от брата. Элайджа в гневе пугал не меньше Клауса. — Я же не знал, что он будет спокойно сидеть и есть. Нормальный человек сразу отреагировал бы. Путь для отступления быстро закончился; оказавшись припёртым к стене, Кол нервно сглотнул. — Я ведь предупредил тебя ещё тогда, что либо сам угомонишься, либо помогу успокоиться? На обманчиво мягкое прикосновение к щеке Кол дёрнулся. — Я же не сделал ничего такого. Ну съел он гадость, не смертельно же, — понимая всю бесполезность своих слов, выпалил он. — Это вредно. Особенно сейчас. Ты словно малолетка, которая считает, что можно отделаться глупыми оправданиями. Кол, тебе вроде не пятнадцать, а ведешь себя так, словно за плечами нет тысячелетнего опыта и ты не успел наиграться. — Ну, раздражает он меня. Решил немного повеселиться. Все в порядке же, — Кол попытался свести все в безобидную шутку. Близость брата пугала. Полный холодной злости взгляд обжёг, заставляя проглотить нервную смешинку. Секундой спустя на подбородке, словно тиски, сжались пальцы брата. — Не зли меня, Кол. Я не буду церемониться с тобой. Пара сломанных костей, может, помогут тебе осознать серьёзность моей просьбы? — Не надо, — напрягся Кол. — Я тебя и так понял. Улыбнувшись, Элайджа резко повернул руку, ломая её в суставе. Вскрикнув, Кол опустился на пол. — Для лучшего усвоения, а то я смотрю, по-хорошему до тебя не доходит. Кол зашипел, мысленно проклиная подстилку Ника. — Ещё что-нибудь выкинешь, и будет в разы больнее. Ты меня понял? — держа за подбородок, Элайджа смотрел ему в глаза. — Понял, — прошипел Кол. Похоже, брат всерьез был готов защищать Сальваторе, да и Ребекка непонятно почему влезла. "Придется найти другое развлечение. Этот все равно не реагирует, — Кол проводил обоих сверлящим спины взглядом. — И дался им всем этот Деймон? Подумаешь беременный".
