Turritopsis dohrnii

Она вновь сидела под лучами луны, куря в окно из своего окна на третьем этаже. Всего то три дня назад, она хотела уже прыгать… А теперь. А теперь она нашла того самого друга, помощника, и человека который может её поддержать. Как жаль что он был мертв. Узнала она это, когда шла по улице, с мыслью: " — Я ничего не дала этому миру», и увидев на стене грязной кирпичной стене стандартные фразы связанные с половыми органами, в этом темном царстве мрака, то самое сообщение было частичкой белого света. Она все ещё помнит, и все никак не может забыть. «Я БУДУ ВСЕГДА ОДИНОК, НЕ СКРАСИШЬ ЛИ ТЫ МНЕ КОМПАНИЮ?» А снизу был написан номер телефона. Аня вдруг занервничала, прямо как перед сдачей экзамена по «Трудовой механике». Аня докурила сигарету, и выкинула ее в окно. Она вновь заплакала. «Жизнь не справедлива лишь к тем кто так считает, я выжил, и ты сможешь». Эта фраза крутилась у нее в голове. Если даже мертвый остаётся на позитиве, почему ей нельзя? Она вытерла слезу, и отправилась на кухню налить себе чай, не сводя глаз с телефона. В первый день она проговорила с «ним» больше десяти часов. Во второй больше пяти. В третий чуть больше шести. Но каждый раз ей было больно осознать, что она не может его увидеть, он был мил, он был идеален. — Встретив его в жизни, послала бы на три буквы.- Внутренний голос начал общение с Аней. — Возможно.- Буркнула она себе под нос. Чай уже был налит, и потихоньку, как речушка нашедшая новый проход, чай проходил все дальше и дальше по Ане. По ее ногам прошёлся лёгкий весенний холодок, у нее пошли мурашки по телу."Я сам с Урала, люблю зиму, мо-о-ороз! Ух! Прямо сейчас бы лег в снег, и растворился бы». Аня все-таки подошла к трубке, и начала набирать номер. Гудки были на этот раз долгие, и она вдруг подумала, вдруг это всего лишь галлюцинация его мертвого организма, и она действительно упала? Не может быть! — Ало! Снова ты? — Бодрым голосом сказал «он» — Да, это я, Анна. Сегодня ты отвечаешь как то поздновато! — С улыбкой сказала она. — Запутался об провод, три раза упал, и ещё! — «Он» уже заливался от смеха, потом тяжело выдохнул. — У меня все так же, на работу не принимают.- С грустью сказала Аня, — Теперь я официально безработная! И получаю свою законную выплату, спасибо! — Не переживай, я сам работал лишь два месяца, ха- ха, — Гулко ответил «Он». — Слушай, а я так все и не могла спросить, у тебя была девушка? — Откуда? — Удивлено спросил он.- Я даже ни разу не обнимался, определено когда мы с тобой встретимся, нужно это сделать! — Беззаботно сказал «Он». Слеза по щеке Анны ползла тихо, потом ещё и ещё. Они беседовали до самого утра: О политике, о том как можно было построить коммунизм, в чем проблема освоения Луны, и как лучше принимать парацетамол, и как узнала Аня, лучше конечно же через задницу. — Я остаюсь собой, разве человек должен меняться ради общества, если ему это надо? — С немного обиженным голосом сказал «Он». Аня вновь сидела и курила. Уже на кухне, с блокнотом и кофе в руке. Писала. Она вела личный дневник «его». Узнала много, но все равно, ей, как природному следователю, хотелось больше и больше. А может на нее так влиял «Шерлок Холмс», которого дед заставлял ее читать аж двадцать раз! Это даже больше чем Андрей В. И «Война миров». Нужно поменять плиту, уж «Лысьва» больно плоховатая стала, пронеслось в голове у Ани. Иногда ее посещают такие мысли, но те грузные мысли о том что окно единственный выход, уже нет. — Телефон есть Телефон.- Проговорила она, подняв палец вверх, засмеялась, и решила что на сегодня хватит сигарет. Она конечно не боялась рака шейки матки, или ребенка урода, ведь знала что шрам на лице отпугивает всех мужчин. Кроме конечно «его». Но человек ли? Или простая проекция из… — Боже! Какие плохие слова Анна! — Сказала она сама себе, похлопав по ноге, и взяла из пачки ещё одну сигарету.