Змей и Львица

Гермиона Грейнджер впервые испытывала такое дикое нежелание идти на урок за все время обучения в Хогвартсе. Первой строчкой в сегодняшнем расписании значилась чертова Защита от Темных искусств. С первого курса сменилось семь преподавателей по этому предмету, для Гермионы их было шесть, ибо в прошлом году она не присутствовала в школе. Из всех них ей симпатизировал только Римус Люпин, который героически погиб в битве за Хогвартс. Остальные учителя произвели на учеников мягко говоря не самое приятное впечатление. Профессора Квирелл и Грюм оказались совсем не теми, за кого себя выдавали, а Локонс был просто самовлюбленным павлином. Пожалуй, Амбридж переплюнула их всех вместе взятых, оказавшись самым мерзким и жестоким преподавателем ЗОТИ. Соперничать с ней мог разве что Кэрроу, на пару с безумной сестрой пытавший учеников "Круциатосом". Не стоило забывать и про Снейпа, покинувшего пост профессора Зельеварения два года назад. Позже он стал директором, урвав свое место под солнцем всего на год, впоследствии его сменила Макгонагалл. Сейчас Северус вновь стал зельеваром, мало изменившись с окончания Войны, по-прежнему нагоняя на учеников приступы панического страха. Однако никто, абсолютно никто, кроме Люциуса Малфоя не вызывал у Гермионы такой лютой ненависти. Даже Амбридж не бесила ее настолько сильно, как этот жестокий высокомерный ублюдок, посмевший заявиться в школу, которую недавно помогал разрушать. Теперь Снейп жил, работал и ненавидел студентов бок о бок со своим закадычным приятелем еще со школьных времен. Двух бывших Пожирателей смерти Хогвартс не вынесет... — Рано или поздно придется зайти, — пробормотал Гарри, пристально глядя на закрытую дубовую дверь. — Можем просто прогулять, — нервно хохотнул Рон, побледнев от напряжения. — Не думаю, что зайти туда спустя десять минут после начала лекции будет хорошей идеей. Гермиона настолько глубоко ушла в собственные размышления, что не сразу поняла, где находится. В узком коридоре Хогвартса, освещаемом высокими витражными окнами, стояла полная тишина, которую нарушали лишь рваные дыхания четырех гриффиндорцев. — Такими темпами мы и на все остальные уроки сегодня опоздаем, — раздраженно фыркнула Джинни, оказавшись самой храброй из всех друзей. Потянув на себя тяжелую дверь, девушка тут же пожалела, что не додумалась предварительно постучать. Их встретило несколько десятков глаз, с любопытством рассматривая опоздавших. Сегодня у них был объединенный урок со слизеринцами, которые теперь чувствовали себя настоящими королями школы. За первой партой сидел Драко, его самодовольный вид прямо-таки кричал о том, что теперь он истинный слизеринский принц. Насмешливые прищуры змеев с презрением заскользили по вошедшей четверке, в то время как гриффиндорцы встретили своих с сочувствием в глазах. Однако ни один из этих взглядов не мог сравниться с тем, что испепелял их из центра просторного кабинета. — Золотое трио в самом деле считает, что может заявляться на лекцию в любое удобное для них время? — прошелестел Люциус Малфой, криво усмехнувшись одним уголком тонких губ. — Ах, извиняюсь... Уже золотая четверка, — хмыкнул он, переведя стальной взор на Джинни. — Простите, сэр, нас вызывала директриса, — ляпнул Гарри то, что первое пришло в голову. — Врать у Вас получается также скверно, как и быть национальным героем, Поттер, — саркастично проговорил преподаватель, не упуская возможности ужалить бывшего врага. А бывшего ли? — Это первый и последний раз, сэр, — сквозь зубы процедила Гермиона, заглушив свою гриффиндорскую гордость, чтобы хоть как-то спасти их положение. Ледяные глаза Малфоя тут же приморозили к месту следующую по очереди жертву, осмелившуюся с ним заговорить. — Поверю Вам на слово, мисс Грейнджер, — притворно-ласково проговорил Люциус, натянув на бледное лицо улыбку, больше похожую на хищный оскал. — Не ожидал подобного от самой умной ученицы Хогвартса... Впредь постарайтесь быть более внимательной. Гермиона покраснела от стыда, поняв, что он намекает на вчерашний инцидент в Большом Зале, за который она даже и не подумала извиняться. Сейчас Малфой выводил из себя одним лишь своим идеальным видом, дорогущей бархатной мантией, шелковым шейным платком и гладкими платиновыми волосами, струящимися по широким плечам. — Минус двадцать баллов с каждого за опоздание и наглое вранье, — торжественно озвучил Малфой, не скрывая самодовольной ухмылки. — Что?! — возмутился Рон, в котором все это время кипела ярость. — Какого черта ты вообще здесь забыл, подлый змей?! Всего один день тут, а уже... — Еще пятьдесят с мистера Уизли за грубость преподавателю, — будничным тоном добавил Люциус, сдувая пылинки со своей изумрудно-зеленой мантии. — Я знал, что в Вашей семье не учат манерам, но не до такой же степени... — Да как Вы смеете... — побагровел Рон, стремительно превращаясь в помидор. — Закрой рот, Рон, ты делаешь только хуже, — прошипела Джинни, больно наступив брату на ногу. Тот возмущенно уставился на сестру, но спорить не стал. Многострадальная гриффиндорская четверка наконец прошла в конец класса и уселась на свободные места. — А теперь, с Вашего позволения, я продолжу вести прерванную Вами лекцию, — едва сдерживая себя от публичного взрыва, произнес Малфой, направляясь к доске с идеально-ровными записями. — Итак, повторяю специально для опоздавшей элиты Хогвартса. Сегодняшней темой будет краткое повторение материала предыдущих курсов для выявления ваших пробелов в знаниях. А их, я уверен, намного больше, чем самих знаний. Бархатистый голос Люциуса был максимально уверенным и приковывал к себе внимание студентов, как и его обладатель, плавно скользящий между рядами. Он словно превратился в серебристую змею на гербе своего родного факультета, готовую атаковать храбрых, но безрассудных львов в любую секунду. — Чертов Пожиратель решил поиграть в учителя, — угрюмо пробормотал Рон, сидящий рядом с Гермионой. — Да чему он вообще может нас научить... Его прервал глухой стук трости о пыльный деревянный пол. — Если не научитесь не озвучивать все свои мысли вслух, мистер Уизли, — угрожающе произнес Люциус, который терпел эти идиотские перешептывания слишком долго. — Будете играть в исключенного из школы. — Заткнись хотя бы до конца урока, Рон, — тяжело вздохнула Грейнджер, понимая, что профессор вовсе не блефует. — Я тоже от него не в восторге, сомневаюсь, что он в совершенстве знает что-то кроме непростительных. Девушке казалось, что ее шепот слышен лишь рыжеволосому соседу по парте, но в полной тишине ее расслышали все. Прикусив язык, Гермиона злилась на свою глупость, она наступила на те же грабли, что и Рон, не сумев сдержаться от едкого комментария. — Итак, кажется первый волонтер для проверки знаний найден, — ехидно ухмыльнулся Малфой, растягивая слова в привычного манере. — Мисс Грейнджер, предоставляю Вам уникальный шанс доказать свое звание лучшей ученицы Хогвартса.