Она будет моей!

      — Как скажешь, братец, — протянул он. — Но помни: я всегда выигрываю. Он подмигнул Маринетт и растворился в толпе. Адриан молча потянул её за собой.

***

      У самой двери класса Адриан разжал пальцы, отпуская руку Маринетт, и замер.       — Прости меня, я резко схватил твою руку… Больно, наверное? — успокоившись, забеспокоился за Дюпен-Чен парень.       — Все хорошо, не переживай — и тут они вспомнили, что опаздывают на урок и, немедля, парочка поспешили в класс.       Адриан постучался и вошёл внутрь первым. Хлоя Буржуа бросилась к нему и повисла на шее, едва не сбив с ног — одноклассница Агреста и избалованная дочка мэра. К счастью, учителя ещё не было. В кабинете стоял гул: кто-то громко спорил, кто-то уткнулся в телефон, не обращая внимания на остальных. Синеволосая вошла вслед за парнем в кабинет и быстро села за свое место, а на блондине все также висела Хлоя. Но он довольно-таки быстро расцепил ее руки и присел за парту, поприветствовав своего друга.       — Привет, Нино, — поздоровался с другом Адриан и улыбнулся.       — Привет, бро. Слушай, можешь помочь мне с физикой? Я домашнюю задачу не понял, — попросил Нино, открывая на нужной странице тетрадь.       — Да, конечно. Она не очень-то и сложная, — и Агрест принялся объяснять.

* * *

      — Привет, подруга. Тебе повезло, что Мадам Менделеева ещё не пришла.       — Привет. Да, ты права, — согласилась с ней голубоглазая.       — А теперь рассказывай, как так случилось, что ты зашла в класс вместе с Адрианом? — Алья не была бы собой, если бы не заметила. — Я вся в предвкушении. Давай, колись, не уж то призналась ему?       — Хех, если бы. Я тебя разочарую. Да и вообще, тут совсем другое. Если вкратце, то… — Мари в двух словах рассказала про Феликса, его поведение и разозленного Адриана.       — Ух ты, забавненько! И как тебе этот парень? Неужели ты влюбилась в него? Любовь к Адриану уже прошла, да? Как говорится прошла любовь, завяли помидоры, — поправила оправу очков и, прищурившись, спросила лучшая подруга.       — О чем ты?! Нет, конечно, для меня существует только Адриан и никто, кроме него, — быстро пролепетала Дюпен-Чен, вскочив с места, тем самым привлекая к себе все внимание класса. Нелепо улыбнувшись, она опустилась на место, заливаясь краской от осознания сказанного.       — Алья, можно тебя? Я бы хотел пригласить тебя на свидание на выходных, — подозвал свою девушку Нино.       — Ладно, верю, но смотри, Мари, в следующий раз ты у меня сухой из воды не выйдешь, — ответила Алья и уже договаривалась со своим парнем о своем.       Чтобы занять себя, Маринетт открыла конспект. Хоть она и не понимала предмет, но повторить пройденный материал не помешало бы. Через какой-то промежуток времени дверь открылась и в аудиторию вошла классная руководительница с неким парнем. В нем Мари сразу же узнала Феликса, тут же нахлынули воспоминания утренней встречи и ее щеки немного залились краской. Если бы она только знала, что он не предвещает ничего хорошего. В классе мгновенно наступила тишина. Головы повернулись к двери, разговоры стихли. Кто-то удивлённо приподнял брови, кто-то начал перешёптываться, указывая на новенького. Взгляд Маринетт невольно задержался на его уверенной походке.       — Здравствуйте, ребята. С сегодняшнего дня с вами будет учиться новый ученик. Прошу любить и жаловать. Пожалуйста, представься, — дружелюбно улыбнувшись, произнесла учительница. Выйдя вперёд, он сложил руки за спину и представился.       — Здравствуйте. Меня зовут Феликс Грэм де Ванили. Я ученик по обмену из Англии и двоюродный брат Адриана Агреста.       Феликс Грэм де Ванили держался с аристократической надменностью. Идеально уложенные волосы с небрежно уложенной косой чёлкой, белоснежная рубашка, строгий чёрный жилет и галстук — он выглядел так, будто сошёл с обложки журнала о высшем обществе.       — Хорошо, так… — задумчиво осмотрела класс Мадам Бюстье, — Место позади Маринетт как раз свободно. Присаживайся вместе с Айваном, за предпоследнюю парту.       Услышав, что кузен будет сидеть позади его одноклассницы, руки Адриана сжались в кулаки от злости. Он знал своего кузена слишком хорошо — за его безупречными манерами скрывалась склонность к манипуляциям. И то, как Феликс смотрел на Маринетт, ему совсем не нравилось. Феликс, грамотно поблагодарив женщину, направился на свое место. Проходя мимо Адриана, Феликс на его реакцию лишь ухмыльнулся. Взглянув на Мари, он кокетливо улыбнулся и подмигнул. Та чуть ли не растаяла от этого жеста и покрылась румянцем.       — Да ты же вся сияешь, когда он рядом! Признайся, он тебя зацепил? — прошептала игриво Алья, толкнув подругу локтем.       — Не-не-не-не, даже и в мыслях не было, — оправдывалась Дюпен Чен. Вы чё, у нее в сердце лишь только Адриан. Он и никто больше. Куда ей до второго парня, или же, может…       Феликс прошел на место и вытащил из портфеля все необходимое. На этом классный руководитель покинула класс. Меньше минуты спустя в кабинет вошла Мадам Менделеева и, извинившись за опоздание, тут же начала урок. Во время большой перемены, Адриан подошёл к Мари и спросил:       — Можешь уделить мне минутку и выйти, надо поговорить тет-а-тет, — парень был серьёзно настроен. Он лишь на секунду испепеляюще взглянул на Феликса. На что тот лишь фыркнул.       — Д-да, без п-проблем, — ответила девушка, и они вышли из кабинета.       В голове Маринки вихрем проносились догадки: что задумал Адриан? О чем он хочет поговорить? Как только она себя уже не накрутила. От такого количества мыслей в голове девушки творился хаос. Отойдя в более тихое место, Адриан обернулся к девушке и начал разговор:       — Слушай, Маринетт, я привёл тебя сюда, чтобы предупредить. Феликс не тот, за кого себя выдает. Я бы посоветовал тебе держаться от него подальше или не пересекаться с ним вообще. Хотя бы не разговаривать, не поддерживать зрительный контакт, — можно было невооружённым глазом увидеть, как он волнуется и переживает.       — Эмм… Х-хорошо, если т-ты об этом просишь. Я буду держаться от него так далеко, как только смогу, — уверенно заверила его подруга и улыбнулась.       — Хорошо, надеюсь, все обойдется, — полушёпотом произнес себе под нос Адриан.       — Ты что-то сказал? — спросила у него брюнетка.       — Нет, ничего. Тебе пора возвращаться, а то вдруг Алья потеряет тебя.       На этой ноте они разошлись, и девушка вернулась в кабинет. В классе были только Алья и Феликс. Маринетт быстренько прошла на место и села.       — Завтра солнце взойдет с запада, ведь Адриан сам подошел к тебе, и вы вместе пошли поговорить, так ещё и наедине. Ну-ка выкладывай, что там за секретные переговоры с нашим принцем? Небось, он наконец-то признался в любви? — ее подругу так сильно распирало от любопытства, что казалось, будто она сейчас взорвется на месте, если ей не расскажут.       — Ахаха, а тебе, Алья, всё расскажи и покажи, — синеволосую рассмешило милое личико лучшей подруги, которая надула щёчки, мол, обиделась. Шатенка вышла из кабинета по нужде. В классе остались лишь Феликс и Маринетт.       Маринетт вдруг ощутила затылком чей‑то взгляд — тяжёлый, липкий, почти осязаемый. Она знала, чей это взгляд: позади неё сидел Феликс. Но сейчас в нём было что‑то иное — пугающее, хищное. Боковым зрением она обернулась и встретилась с его глазами. В них читалось что‑то первобытное, почти голодное. Его губы изогнулись в едва заметной улыбке, и он медленно поднялся со своего места… По спине Маринетт пробежали ледяные мурашки, ладони похолодели. Интуиция вопила об опасности, но она попыталась отогнать тревогу. «Просто успокойся, — мысленно приказала она себе. — Это просто Феликс. Ничего не случится». Она повернулась обратно к парте, пытаясь сосредоточиться на конспекте, но сердце билось так сильно, что отдавалось в ушах. Не успела она сделать и вдоха, как почувствовала горячее дыхание у своего уха. В следующий миг губы Феликса грубо прижались к её губам. Поцелуй был резким, властным — он не просил разрешения, а брал то, что хотел. Маринетт застыла в шоке. На секунду мир вокруг перестал существовать. Но уже в следующее мгновение страх сменился яростью. Она рванулась назад, но Феликс держал крепко. Одной рукой он схватил её за подбородок, заставляя открыть рот, а другой впился в плечо, прижимая к себе. Его язык проник внутрь, исследуя, подчиняя. Руки Феликса начали медленно скользить вниз, приподнимая подол голубого платья. Его пальцы скользнули по коже бедра, вызывая волну отвращения и ужаса. Маринетт застыла на мгновение, а затем рванулась в сторону, пытаясь вырваться из его хватки. Пальцы скользнули по коже, вызывая волну отвращения. Маринетт будто током ударило. Она резко оттолкнула его и со всей силы ударила по щеке. Звук пощёчины эхом разнёсся по классу. Феликс отшатнулся, потирая щёку, но вместо гнева на его лице появилась эта пугающая улыбка — холодная, почти хищная. Его глаза блеснули удовлетворением.       — Ммм, какая сладкая крошка! Интересно, а в постели ты так же горяча? — прошипел он, делая шаг к ней.       — Мерзавец! — Маринетт замахнулась снова, но Феликс перехватил её руку, резко дёрнув на себя. Она потеряла равновесие и упала прямо в его объятия.       — Отпусти меня! — закричала она, пытаясь вырваться. Но Феликс не собирался её отпускать. Одной рукой он прижал её к себе, второй схватил за запястье. Маринетт извивалась, как пойманная птица, но он был сильнее.       — Кричи сколько угодно, — его шёпот обжёг ухо. — Никто не придёт на помощь. Ты теперь моя… — он дёрнул её к стене и, прижав руки над головой одной рукой, второй начал расстёгивать молнию на спине её голубого платья. Пальцы Феликса двигались мучительно медленно, будто он наслаждался её страхом. Маринетт забилась в его хватке, слёзы злости и страха покатились по щекам.       — Помогите! — её голос сорвался на крик. — Кто‑нибудь, помогите! В этот момент дверь с грохотом распахнулась. Адриан замер на пороге, и на долю секунды мир для него остановился. Он увидел Маринетт, прижатую к стене, её заплаканное лицо, руки Феликса на её одежде… Что‑то внутри него взорвалось. Разум отключился, осталась только слепая ярость. Не осознавая своих действий, он бросился вперёд. Одним резким движением оттащил кузена от Маринетт и с силой ударил его в солнечное сплетение. Феликс, задыхаясь, присел на колено. Адриан, не давая ему опомниться, схватил за воротник и впечатал в стену. Его голос дрожал от ярости, кулаки сжимались и разжимались:       — Ещё раз тронешь её — и я не просто ударю тебя. Ты больше никогда не сможешь даже посмотреть в её сторону. Понял?! Маринетт отпрянула к доске и опустилась на пол, прижимая колени к груди. Она прижала пальцы к губам, будто пытаясь стереть ощущение его поцелуя. Горячие слёзы катились по щекам, оставляя солёные следы. До неё только начало доходить, что произошло — и что могло случиться, если бы Адриан не пришёл вовремя. В голове вихрем проносились воспоминания: как Феликс насильно её поцеловал, как его руки скользнули под футболку, как он шептал эти отвратительные слова… Её плечи затряслись от беззвучных рыданий. Феликс выпрямился, потирая челюсть. На его лице всё ещё играла эта пугающая улыбка. — О, теперь ты стал ещё интереснее, Агрест, — прошипел он. — Но игра только начинается. Взгляд Феликса, полный пугающей одержимости, тут же нашёл девушку:       — Тебя это тоже касается, Маринетт, — Феликс отчеканил ее имя, его губы изогнулись в холодной улыбке. — Я всё равно получу то, что хочу. Адриан мгновенно заслонил собой Маринетт, полностью перекрывая Феликсу обзор. Его поза была напряжённой, готовой к новой атаке, а взгляд метал молнии. Он встал так, чтобы физически разорвать зрительный контакт между Феликсом и Маринетт.       — Ты не получишь ничего, — жёстко отрезал Адриан, делая шаг вперёд и ещё сильнее загораживая девушку. — Потому что если ты хоть пальцем её тронешь, я сделаю так, что ты забудешь, как вообще выглядят девушки. Ясно? Маринетт, всё ещё дрожа, и взглянула в их сторону заплаканными глазами, и встретилась взглядом с Феликсом в последний момент — в его глазах читалась неприкрытая угроза и обещание продолжить эту «игру».