На восходе солнца

Шохрух шел впереди, резво перепрыгивая лужи и кочки. Хабиб и Даврон еле поспевали за ним. Они находились на задворках района, где чудом не разваливающиеся дома жалко теснились в узких проулках. В большинстве из них грязные окна были разбиты и заколочены деревянными досками. Утром прошел короткий ливень, и теперь неровная дорога вся размокла, отчего поношенные ботинки ребят громко чавкали по грязи. – Ну сколько еще идти, Шох? – недовольно спросил Хабиб, когда влага уже стала просачиваться сквозь его обувь. – Может вернемся в школу лучше? – Давайте вернемся! – присоединился к нему Даврон. – Я не хочу пропускать геометрию. Математичка грозиться оставить меня на второй год за прогулы. – Мы почти пришли, ребята, не нойте. – Шохрух развернулся к своим спутникам и зашагал спиной вперед. – Разве не вы хотели узнать откуда у меня деньги на эти шмотки? – Он демонстративно поправил на себе зеленую ветровку и, ухватившись за козырек красной кепки, перевернул ее задом наперед. Хабиб и Даврон коротко переглянулись и безропотно продолжили идти. Вскоре они свернули направо и остановились у покосившегося домика в конце улицы. Шохрух постучал в железные ворота с выцветшей голубой краской. Дверь тут же отворилась, и в узком проеме возник внушительный силуэт мужчины. – А, везучий малый, – проем стал шире. – Ты и друзей привел? – Ага, надеюсь, вы не против. – Мы всегда рады юным гостям. Громила посторонился, и Шохрух уверенно юркнул внутрь. Ребята пересекли порог с большей осторожностью. Они очутились в небольшом дворике с самодельным навесом из брезента и бечевки. С одного его края струйками стекала дождевая вода, когда налетал порыв ветра. По всему периметру располагались сымпровизированные из нагромождения ящиков столики и табуретки, чью роль на себя взяли перевернутые ведра. Только некоторые из них были заняты взрослыми мужчинами. Они, склонившись вплотную друг к другу, по очереди кидали игральные кости и передвигали круглые фишки по пластмассовым доскам на столиках. Время от времени раздавался ликующий возглас: «Марс!» и следом чертыханье оппонента. – Это что, подпольные нарды?! – удивленно воскликнул Хабиб, чем заработал мрачные взгляды игроков. Шохрух тут же шикнул на него, и Хабиб заговорил тише: – Значит, вот откуда деньги – азартные игры? – Ну да, а как еще можно нажиться школьнику-сироте, которому нельзя работать? – хмыкнул Шохрух, и подошел к одному из столиков, где только что завершилась партия; побежденный дрожащей рукой отсчитывал крупные купюры, что проиграл. – Сыграете со мной, амаки? – обратился мальчик к победителю. – Ну и сколько ты поставишь, мелюзга? Мамочка достаточно дала на обед? – насмешливо осведомился тот. – Ставлю двадцать пять рублей. – без капли сомнения объявил Шохрух, и мужчина зло усмехнулся. – Договорились, – последовало рукопожатие. – Ты с ума сошел?! – Хабиб дернул Шохруха за предплечье. – Как ты расплачиваться будешь, если проиграешь?! – А я не проиграю. – самоуверенно заявил он и уселся напротив соперника. – Как насчет коротких нард в пять партий? Я готов уступить вам право первого хода. – Ишь какой снисходительный, – фыркнул мужчина, но не преминул воспользоваться предложением. Игра началась. Первые несколько минут Хабиб беспомощно следил за ее ходом, а когда Шохрух проиграл две партии подряд, чуть не начал рвать на себе волосы. – Шох, прекращай, пока не поздно! – попытался он образумить друга, но тщетно: тот и ухом не повел, полностью сосредоточившись на своих фишках. Тогда Хабиб кинулся к громиле, который впустил их сюда, и сейчас следил за игроками с табуретки возле входа. – Ака, остановите игру! – взмолился Хабиб. – Мы всего лишь сироты, у нас ни копейки за душой! – Твой дружок еще не проиграл, чего разорался раньше времени. – Ну пожалуйста, ака! Громила резко встал и схватил Хабиба за шиворот. – Слушай сюда, кончай ломать комедию, – процедил он. – Раз пришли в это место, то либо уйдете с карманами, полными рублей, либо обобранными до нитки; третьего не дано, усек? Хабиб в страхе сглотнул слюну. – Отпустите его, – Даврон схватил громилу за запястье, пытаясь отцепить его руку от Хабиба. – Мы все прекрасно поняли. Тот отступил назад, освобождая мальчика от своей хватки, и Даврон увел его обратно к доске Шохруха. Развернувшаяся позиция выглядела отнюдь не обнадеживающе. – Даврон, если он проиграет и третью партию, то это конец. – замогильным голосом изрек Хабиб. Однако вскоре игра стала стремительно обретать совсем иной поворот, и когда последняя из фишек Шохруха перекочевала с доски, он торжествующе хлопнул в ладоши. – Марс! – Чего так радуешься, – хмыкнул его оппонент. – У меня на счету две победы против твоей одной. – Вы ошибаетесь, моих три. Шохрух подмигнул своим друзьям, и началась четвертая партия. К всеобщему удивлению, мальчуган и на этот раз сокрушил противника, окончательно стерев ухмылку с его лица. Мужчина сразу же сделался серьезным, и в последнюю игру, когда Шохрух решительно выводил одну фишку за другой, стал откровенно нервничать и чертыхаться. И снова он проиграл. – Может разыграем матч-реванш? – без особых надежд предложил мужчина. – Еще чего, – Шохрух потер указательный и большой палец. – Гоните мой выигрыш. Знаете ли, мы как-никак еще школьники, а знания не ждут. Не хватало еще опаздывать на урок из-за какого-то жадного дяденьки. – Ах ты ж гаденыш! – мужчина схватился за доску, уже готовый ударить Шохруха, но громила у входа предостерегающе приподнялся, и он вернул ее на место. – На! – он вытащил бумажник и с силой швырнул на столик несколько купюр из него. – С вами приятно иметь дело, – Шохрух схватил их и, величаво вздернув подбородок, покинул дворик, оставив на выходе пять рублей. – Тебе больше не следует сюда приходить. Это слишком рискованно. – сказал ему Хабиб, когда они шли обратно по переулку. – Так это и прекрасно. – Хотя бы уменьши ставки. Зачем тебе столько денег? Шохрух снял с себя кепку и водрузил ее на голову Даврона. – Ну допустим, купить Даврону головной убор. Стыдно ходить с таким гнездом, а он хоть скроет его. Даврон отбросил от себя кепку и зло зыркнул на Шохруха. – Нам лучше поспешить, если хочешь успеть на последний урок. – сказал он. – А я не хочу. – Шох, у тебя контрольная по литературе, мало ли чего ты хочешь. – сказал Хабиб. – Вот блин!

***

Радость Нигоры улетучилась в тот самый момент, когда отзвенел звонок на последний урок, и секундой позже в класс заявился Шохрух, держа в руках бумажный стаканчик. Он проследовал к своей парте, и, демонстративно отодвинув стул на самый край, сел на него. – Не скучала без меня, мумия? – он нарочито громко хлюпнул из стаканчика. Вот она, расплата за недолгий покой. Нигора проигнорировала его. Она решила, что лучшей тактикой, чтобы выжить рядом с Шохрухом, было как можно меньше вступать с ним в контакт и не реагировать на его нападки. Учительница поравнялась с их партой и выдала каждому по листку с контрольной. Нигора прошлась глазами по вопросам и наткнувшись на тот, к которому она точно знала ответ, обвела ручкой правильный вариант. В этот момент Шохрух опрокинул свой стаканчик, и оранжевая газировка залила весь ее лист. – Ох, прости, пожалуйста! – воскликнул он, а у самого была довольная физиономия. – Ничего, ты же случайно, – вздохнула Нигора и стряхнула с пальцев липкую газировку. Она встала и подошла к учительнице за новым листком, но оказалось, что запасных у той не было. – Пиши тогда один вариант с Шохрухом, но не давай ему списывать. Нигора вернулась на свое место. «Газированного» листочка как не бывало. – Где моя контрольная? – А я ее выкинул уже, – Шохрух невинно моргнул глазами. – Ладно, поделись тогда своей, – она вырвала из тетради двойной листочек. – Не могу, мне же самому писать надо. Нигора попыталась подсмотреть его вопросы, но Шохрух прикрыл их рукой. Тогда она вытянула шею, немного откинувшись назад, а тот закрылся от нее, навалившись всем телом на парту. Он оскалил зубы в кривой усмешке, словно бросая ей вызов. – Наябедничаешь на меня? Ты же любишь это делать. «Спокойствие, Нигора, – сказала она себе. – Не поддавайся на его провокации». Под внимательным взглядом Шохруха она пронумеровала свой листок от одного до двадцати и наобум вписала в него буквы. Благо это были тесты. Ухмылка на губах мальчишки растаяла: Нигора поставила его в тупик. До конца урока оставалось не менее получаса. Отодвинув от себя «решенную» контрольную, она вытащила книгу и принялась читать. И зря. – Ирина Александровна, а Нигора занимается посторонним во время контрольной! Сердце ушло в пятки. Грозно застучали каблуки, и мгновение спустя беспощадная рука вырвала книгу у Нигоры. – Почему романы читаешь на контрольной? – Я уже закончила ее. – Ну-ка дай сюда, – учительница схватила ее листочек и, вернувшись за свой стол, безжалостно прошлась по нему красной ручкой. – В чем дело?! У тебя пять правильных из двадцати! Висок Нигоры прожигал пристальный взор Шохруха. Гаденыш так и нарывался. Она впилась зубами в нижнюю губу. – Извините, я просто не подготовилась. – Двойка, Нигора, – учительница неодобрительно покачала головой и потрясла отобранной книгой. – Будь это Гоголь, я бы еще, может, тройку поставила. – Так тебе и надо, – злорадно шепнул ей Шохрух и вернулся к своей контрольной. Но когда он собрался ответить на первый вопрос, то обнаружил, что у него нет ручки. – У кого-нибудь есть запасная ручка? – громко спросил он, но никто не отозвался. Нигора немного понаблюдала за тем, как он тщетно пытается раздобыть себе ручку, а потом молча подтолкнула ему свою. Он удивленно посмотрел на нее, ища подвох. – Спасибо, – неуверенно буркнул он и, взяв ее подношение, стал решать контрольную. Наконец по пустынным коридорам прокатился звонок. Шохрух вернул ей ручку и поспешно встал. – Странная ты, – бросил он, прежде чем покинуть класс.