Vulnerable(Book-1)

      POV: Гарри       Я почти не спал после того, как Дженсен приснился кошмар. Я то просыпался, то засыпал, но не мог уснуть полностью. Она лежала у меня на груди, волосы закрывали её лицо. Наше дыхание было почти синхронным. Я мог бы лежать так вечно. Я потянулся к тумбочке рядом со мной, стараясь не двигаться слишком много, чтобы не разбудить её. Я быстро сфотографировал Дженсен, прижатую к груди, беспокоясь, что у меня больше не будет такой минуты. Она напугала меня прошлой ночью, просыпаясь и крича, чтобы Райан не трогал её.       Я не знал, кто такой Райан, но я знаю, что она ненавидит, что я вторгаюсь в её личную жизнь, но я также знал, что собираюсь спросить её про него. Мне прийдётся. Она дрожала в моих руках, казалось, будто бы несколько часов рыдания разрывали её грудь. Я знал, что это был не просто кошмар. Дженсен зашевелилась, застонала, когда схатилась с меня. Мне сразу стало не хватать её тепла. Она растянулась рядом со мной, повернувшись ко мне лицом. Я ожидал потрясения и того, что она упадёт с кровати при виде меня, но вместо этого она слегка улыбнулась мне. — Доброе утро, — она заговорила немного скрипучим голосом. Я повернулся на бок, чтобы получше рассмотреть её усталые глаза. — Доброе утро, любовь, — я улыбнулся, наблюдая, как её взгляд опускается к моим губам. Я хотел поцеловать её. Я давно хотел её поцеловать. Момент казался неподходящим. — Я умираю с голоду, — когда она заговорила, её живот урчал, заставив нас обоих рассмеяться. — Я сделаю вафли, — объявил я, вскакивая с кровати и идя на кухню. Я слышал, как Дженсен поплелась за мной. — Ты слишком бодр по утрам, — она зевнула и села на стул.       Я начал замешивать тесто, после чего залил его в вафельницу, напевая песню. Я повернулся к Дженсен, увидев, как она прокручивает свой телефон, кусая губу. Я быстро приготовил вафли, прежде чем поставить тарелку перед ней и сесть.       Она съела четыре вафли, откинувшись на спинку стула и потерла живот, когда закончила.       Я усмехнулся ей. Она закатила глаза перед тем, как опереться локтями на стол, выражение её лица стало серьёзным. — Гарри, я просто хочу сказать… — я отмахнулся от неё, точно зная, что она собиралась сказать. — Это ничего не значит, я знаю, — я сказал это её тоном, наблюдая, как выражение её лица меняется на печаль. Мои брови в замешательстве нахмурились. — На самом деле я собиралась сказать спасибо, за билеты для нас с моей сестрой на концерт. Я знаю, что она прекрасно провела время. И спасибо за то, что позвал меня вчера вечером с собой, и за то, что позаботился обо мне после моего кошмара.       Она нервничала. Впервые в жизни Дженсен Эймс нервничала из-за меня. Я не мог сдержать улыбку, играющую на моих губах. — Не за что, любимая. Я был счастлив, счастлив делать всё это для тебя.       Я не мог поверить, что она меня поблагодарила. Я ожидал, что она скажет мне, что это ничего не значит, и это никогда не повторится, но она этого не сделала. — А что до кошмара, я чувствую, что должна тебе объяснить, потому что ты позволил мне рыдать тебе в грудь в течение часа, — я покачал головой в ответ на её слова, желая сказать ей, что буду делать это снова и снова. — Итак, несколько лет назад, примерно за год до смерти моей мамы, у меня были отношения с этим ужасным человеком по имени Райан. Сначала всё было хорошо, он казался таким замечательным, но со временем он показал своё истинное лицо. Это началось с таких мелочей, как игнорирование моих звонков и опоздание без объяснения причин. Затем он критиковал то, что я носила, и ему всегда нужно было знать, где я нахожусь. После этого он стал обзывать меня, бросать вещи в стороны. И последней каплей стало то, что я узнала, что моя мама больна, и сказала ему, что возвращаюсь к своей семье.       Она замолчала, её мысли вернулись к тому моменту. Она снова начала дрожать, и я потянулся к её рукам. Я увидел, как слёзы наполняют её глаза, которые она не хотела выпускать. Она фыркнула, слегка улыбнувшись мне, прежде чем продолжить. — В ту ночь я в спешке собрала все вещи после звонка отца. Я просто собрала всю свою одежду и другие предметы первой необходимости в несколько сумок. Я была готов выйти за дверь, когда Райан пришёл домой, пьяный и сердитый. Я сказала ему, что ухожу, что мне нужно идти. Он не хотел, чтобы я уходила. Он ударил меня, толкнул в стену, сильно сжимал шею, — её голос сорвался, когда она произнесла эти слова, закрыв руками шею. — Он бил меня, пока я не потеряла сознание. Не знаю, думал ли он, что я мертва, но я проснулась через несколько часов спустя, вся в крови и синяках. Я сделала единственное, что могла придумать, и позвонила своему отцу. Я отключилась до того, как приехала скорая помощь, и я помню, как проснулась в больнице вместе с моими родителями и моей сестрой, — она вздохнула, вытирая слёзы, катившиеся по её щекам. Она подтянула колени к груди и обняла их. Она выдохнула, прежде чем закончить свой рассказ. — Мой отец и несколько его приятелей выследили Райана на следующий день и избили его. Мой отец хотел убить его, и, если бы не моя больная мать, моя сестра и я, я думаю, он бы это сделал. Райан сидит в тюрьме, мне пришлось свидетельствовать против этого засранца в суде, и он попал в тюрьму, моему отцу и его друзьям так и не было предъявлено обвинение в нападении. Он сидит пожизненно, слава богу, но это не остановило кошмары. У меня они по крайней мере один раз в неделю, и я не знаю, как их остановить.       В этот момент она выглядела такой хрупкой и сломленной. Такой уязвимой. Она открыла мне такую ​​ужасную тайну. Я почувствовал, как слезы наворачиваются на мои глаза при мысли о том, что она была окровавлена, в синяках и оставлена ​​умирать. Её карие глаза смотрели на меня, ожидая, что я что-нибудь скажу. — Ты не заслужила этого, Дженсен, ничего из этого. Мне очень жаль, что ты прошла через то, что он делал. Мне действительно жаль, — я подошел, чтобы обнять её, она крепко обняла меня в ответ, снова всхлипывая. Я тоже плакал, чувствуя себя беспомощным в этой ситуации. Через несколько секунд она отстранилась, вытирая мокрые щёки. Она сделала несколько глубоких вдохов и покачала головой. — Я никогда никому не рассказывала эту историю. Мне не нравится быть уязвимой, поэтому я отталкиваю всех. Но с тобой… я не хочу быть такой, и не уверена, нравится ли мне это, — она призналась, заставив меня улыбнуться.       Я пообещал, что сломаю её оболочку, и я думаю, что действительно добился цели.