Из Омута

Гермиона не помнила, когда в последний раз спала так сладко. Сейчас она будто не находилась в Больничном крыле, а лежала в своей прежней кровати в Гриффиндорской башне или даже дома, в своей любимой комнате, устроившись на пуховом одеяле и подушках... Девушка медленно и лениво разлепила глаза и сладко потянулась, выгнувшись на простыни дугой. «Стоп… Это и не Больничное крыло». Глаза не резанул золотистый солнечный свет, разлитый по высокому белённому потолку, открытая форточка не полоснула лицо холодным свежим осенним воздухом. Комната, где девушка сейчас находилась, была больше похожа на… Подземелье? Первое, что волшебница увидела после потолка, были книги. Они были везде: на полках, на столе, даже на полу стояли стопки, очевидно, больше никуда не поместившиеся. Как только Гермиона бегло прошлась глазами по комнате, взгляд её приковал стоявший возле кровати стул, а точнее не сам стул, а то, что на нём висело. Мантия. Черная мантия. Та самая, которую перепутать с какой-либо другой было невозможно. Гермиона только и успела, что напрячься и резко сесть в кровати с мыслью: «Мерлин! Неужели..?» - как… - Уже проснулись, мисс Грейнджер? Девушка подскочила от неожиданности и быстро обернулась на звук. Снейп сидел расслабленно, погрязнув в своём тёмно-бордовом кресле и закинув ногу на ногу. В руке он держал дымящуюся чашку чая. Даже сидя в кресле он смотрел на Гермиону свысока. В его обращенных на девушку глазах невозможно было прочитать ни строчки, и гриффиндорка слишком хорошо понимала, почему. Она прерывисто дышала и судорожно загребала руками одеяло, словно надеялась, что, продолжив в таком духе, вскоре и вовсе затеряется в нём и растворится. - Что я здесь делаю? - Очевидно, отдыхаете. - Что я делаю в вашей комнате! – судорожно повторила Грейнджер. - О, а это уже вопрос к вам, - сказал он гриффиндорке после мимолетной паузы. - Это вы оставили зелье на моей тумбочке! И вообще... Откуда вы знаете, что у меня сегодня День рождения? - Мои поздравления. - Молчите, да? Что это было за зелье! Это определенно не был Феликс Фелицис, но ни одного зелья с подобными характеристиками больше не существует! - Как вы могли заметить, существует. - Что. Это. За. Зелье? Я ничего не помню. Как я здесь оказалась? - Может быть, отправитесь за ответом на свои вопросы в библиотеку, как делали все предыдущие годы обучения? - Может быть, снимете баллы с Гриффиндора за лишние вопросы, как снимали на протяжении всех этих шести лет? - Может быть, снова украдёте у меня шкуру бумсланга, как тогда, на втором курсе, и вернетесь бегать по коридорам, упиваясь своей гениальностью? Знаете, Грейнджер, выучить наизусть учебники школьного курса может даже Хагрид, только это не даст ему автоматически статуса самородка. Учение, может быть, и заполнило вам голову фактами, но едва ли, как видно, сделало большей личностью. Вы давно потерялись в строках и распылились в них. Он не хотел - вообще ничего - ей говорить. Маг едва ли пришёл в рассудок и вернул самообладание к рассвету, и чётко решил никогда больше это не вспоминать. Последним делом было дырявить девчонке мозг Обливейтом - пусть думает, что приснился горячный сон - но, если ему все же придётся, Снейп это сделает. Гермиона же расценила его молчание как подтверждение того, что сказанное не было случайным порывом эмоций. Он действительно думал то, что он говорил. Колючий ком уперся куда-то в горло волшебницы и чёткость мира размыло выступившими слезами. - А, может быть, просто вы наконец станете человеком? - прошептала девушка дрожащими губами, после чего принялась вдруг яростно выпутываться из его тяжёлого одеяла. Отбросив его в сторону, Гермиона быстро спрыгнула с кровати и моментально выскочила из комнаты, одной рукой вытирая щёку, а второй поправляя чуть сползшую с плеча ночнушку. Быстрые удары. босых ног о каменный пол постепенно стихли, оповещая о том, что гриффиндорка уже выбежала из Подземелий. - Может, - тихо сказал зельевар пустой комнате.