Из Омута

Первые три дня Амикус Кэрроу удерживал статус главного ужаса коридоров и был эдакой ходячей проблемой. Недоразумением на ножках. Первокурсники, завидев его, тут же ныряли в соседние коридоры - старшие, миновав, сверлили затылок Пожирателя в полуобороте полными ненависти взглядами и машинально потирали синяки, поставленные им же. Учителя смотрели на надзирателя хоть и издалека, но особенно презрительно - всем было ясно: Амикус абсолютно неуравновешен. Поэтому профессора беспрерывно следили за обстановкой в коридорах, не забывая отслеживать передвижения самого Пожирателя. Однако на четвёртый день в Хогвартсе все же произошел небольшой казус. Принёсший огромные последствия. На перемене после сдвоенной травологии факультетов когтевран-гриффиндор ученики двигались из теплиц в сторону кабинета профессора Макгонагалл. И - все как один - увлеченно обсуждали странное поведение Симуса Финнигана и Дина Томаса на уроке… - А ты заметил, что они подозрительно долго возились с лейками возле горшков с мандрагорами? - Ага. И так же подозрительно часто переговаривались, - кивнул Невилл, поглаживая большими пальцами волшебный кактус - задание ему от Спраут, - сидящий в горшке у парня на руках и похожий больше на сильно сморщенный морской огурец. После окончания урока Дин и Симус с ураганной скоростью вылетели из класса, торопливо бросив «До свидания!» профессору Спраут, но рук из карманов мантий не вынимая. Миновав входы в Подземелья и Большой зал, Гермиона с Невиллом уже ступили на лестницу, ведущую в кабинет трансфигурации. Однако не успели они преодолеть и пролёта, как перила и ступеньки неуловимо содрогнулись от мощного недалекого взрыва, прогремевшего за их спинами. Невилл, по старой привычке, резко втянул голову в шею, но вскоре судорожно повел плечами и выпрямился, сжав покрепче горшок в руках. Движение на лестнице и у её подножия тут же остановилось: все головы обернулись в сторону очага взрыва, хотя точно локализовать его никто не мог. - Думаю, самым разумным, что мы сейчас можем сделать, - начала Гермиона спокойно, когда Невилл двинулся в сторону горе-коридора (или же класса - тогда ещё никто толком не знал, где стоило искать зачинщиков и последствия взрыва), - будет не поднимать и не поддерживать панику. А спокойно дойти до кабинета и найти там профессора Макгонагалл, которая о таких происшествиях должна быть проинформирована в первую очередь. Прислушавшись к голосу разума и согласно поджав губы, парень утвердительно кивнул, продолжив путь вверх по лестнице. Изредка друзья обменивались догадками, и все их почему-то связывала красная нить мысли о том, что без вышеупомянутого короля взрывов и его верного помощника тут не обошлось. И вот, спустя два пролёта, до Гермионы с Невиллом донеслись наконец звуки погони. Коротко обернувшись, они увидели стремительно приближающихся к ним Дина и Симуса (у последнего несколько дымилась макушка; в школьной мантии же Дина зияла брешь, сквозь которую открывался вид на его белую (ну, или бывшую некогда белой) рубашку). Бежали мальчики со всех ног, однако это не мешало им громко и заливисто пересмеиваться. За их спинами, метрах в пяти, гнался разъярённый Амикус Кэрроу. Периодически бросая в беглецов заклинания, благополучно пролетавшие мимо. В связи с тем, что Пожирателя ни в какой степени нельзя было назвать человеком спортивного склада, вставшая между "марафонцами" лестница была для Кэрроу практически непреодолимой преградой. Однако она не остановила его. Когда Дин с Симусом обогнали Гермиону и Невилла, смотритель отстал от них всего на три пролёта. Гермиона, освобождая дорогу их куролесам, прижалась к левым перилам, Невилл - к правым, и именно в это время Кэрроу, очевидно, в конец отчаявшись, бросил три заклинания вперед себя. Синяя вспышка пролетела между гриффиндорцами так быстро, что те не успели и пикнуть. Красная, оказавшаяся Петрификус Тоталусом, ударила Невиллу в живот - и парень мгновенно рухнул на ступеньки, рассыпая горшок по лестнице лавиной смешанных с землей осколков. Гермиона успела лишь коротко вскрикнуть, прежде чем ее сбила с ног третья. Белая вспышка. Массивная железная цепь обвила сперва ноги. После, словно стальная кобра, принялась оплетать туловище, с каждой секундой сдавливая всё сильнее и до красноты впиваясь в кожу. А затем цепь замкнулась удушливым, не прекращающим сужаться кольцом на шее гриффиндорки. Это была Инкарцерра. Слизеринки, стоящие неподалеку, подняли звенящий крик. Симус с Дином в секунду оказались рядом с друзьями. Первый тут же бросился на колени рядом с Гермионой, уже сипевшей под натиском душащей цепи и периодически судорожно вздрагивавшей всем телом. Когда же губы девушки начали синеть, и Финниган совершенно поддался панике, прекратив свои отчаянные попытки оторвать цепь от ее шеи, у подножья лестницы, словно из ниоткуда, возник профессор Снейп. Еще не обогнув смотрителя, улыбающегося в паре ступенек от синеющей гриффиндорки, одним резким движением палочки он снял заклятие. В воздухе незамедлительно послышался медленный хриплый вдох полуобморочной Гермионы. В этом быстро отпущенном жесте Снейпа, как всегда, присутствовала невероятная выдержка, холодная сдержанность и жесткий самоконтроль. Однако с резкостью, казалось, выплеснулась и львиная доля какой-то леденящей своей необъятной неукротимостью ярости. Черные волосы значительно больше обычного контрастировали с побелевшим от гнева лицом и такой же белой от напряжения линией губ. Проходя Кэрроу, профессор молниеносным движением наслал на того какое-то незнакомое гриффиндорцам заклятие, от которого Пожиратель сжался, словно бы... Усох. Это было похоже на действие Петрификус Тоталуса, однако Пожиратель не упал на ступени обездвиженный. Он будто действительно окаменел. Зельевар столь стремительно приблизился к гриффиндорке, что Симусу пришлось отпрыгнуть на пару ступенек вверх. - Томас, Финниган! - прорезал тишину Снейп, и мальчики даже вздрогнули от резкости и неожиданности, - Минус пять очков с каждого за бездействие и крайнюю степень тупости! Ещё секунда промедления - и к цифре снятых баллов добавится лишний ноль. Немедленно зовите директора, если не сделали это раньше! Симус с Дином судорожно двинулись вверх по лестнице. - Томас, минус десять очков! По той же причине! На лице Дина мелькнуло замешательство. Симус же, сочувственно скривившись, обернуться не решился и лишь продолжил сверкать пятками, поднимаясь вверх. - Или вы считаете, что без вашей драгоценной помощи Финниган не справится? - добавил Снейп, очевидно, в качестве пояснения. - Нет, сэр. - Быстро ведите сюда мадам Помфри, иначе окажетесь вон там, рядом с Лонгботтомом. Парень быстро кивнул и, аккуратно прошмыгнув мимо профессора, умчался вниз по лестнице. Зельевар наконец-то откинул с лица волосы фирменным резким движение, возвращаясь к латанию гриффиндорки. Сперва он неторопливо вывел над ней спутанные витые узоры, практически касаясь кончиком палочки складок мантии. Спина его была, как всегда, пряма, будто к ней прибили доску. После выполнения этих манипуляций, маг вынул из кармана мантии маленькую склянку и осторожно приоткрыл девушке губы, невесомо коснувшись указательным и большим пальцами до её подбородка, после чего аккуратно влил содержимое. Через несколько секунд девушка сделала медленный глубокий вдох - как вдыхают беззаботным утром перед тем, как встать с кровати - и еле-заметно приоткрыла глаза. Когда же взгляд её сфокусировался на непроницаемом лице профессора, гриффиндорка резко рванулась вперёд в попытке скорее встать, однако ее тут же вернули в исходное положение: - Грейнджер, минус пять очков за крайнее безрассудство. Не сметь подниматься пока вам не дадут на то разрешения. То, что моё зелье дало вам иллюзию прекрасного самочувствия, не гарантирует того, что, встав, вы не рухнете обратно. Лицо и уши Гермионы ко времени, когда он закончил свой выговор, уже сравнялись оттенком с летним закатом, быть может, от осознания, что она снова доставляет ему слишком много хлопот или привлекает чересчур много внимания. Может, оттого что получала теперь его с лихвой, может, потому что от Северуса Снейпа - кто знает? Некоторое время спустя выше по лестнице послышалось пронзительное «Ох!» Профессор Макгонагалл совершенно побледнела и немного даже пошатнулась, возникнув на лестнице, и, спустившись к ним, сразу упала на колени рядом со Снейпом. Гермиона снова попыталась подняться, однако вынужденно вернулась обратно в горизонталь, услышав холодное «я, кажется, выразился ясно». Ледяными сухими пальцами женщина подхватила голову Гермионы, после чего издала второе «Ох», и всё её внимание обратилось к лежащему у подножия лестницы Лонгботтому. - Что здесь произошло? - обратилась женщина к Снейпу. - Думаю, спросить следует у Финнигана в первую очередь. И презентовать тридцать очков мисс Грейнджер в компенсацию морального ущерба. - Пятьдесят, - добавила директриса. - И Лонгботтому. Зельевара эта вставка не порадовала, но, бросив на директрису долгий взгляд, он всё же согласно кивнул. На этом моменте к ним присоединилась и мадам Помфри. За её спиной виднелась макушка Томаса. Заметив её, Симус поспешно спустился к другу. - О, бедный мальчик! Я сейчас же забираю его в больничное крыло! Эванеско! - скомандовала колдомедик, направив палочку на "кактус", осколки и землю, заставляя их исчезнуть. - Мы вам поможем, - сказал Симус, подходя к Невиллу. - Нет уж. Вы вдвоём пойдёте со мной выяснять ситуацию, - скомандовала профессор Макгонагалл. - Прекрасно. Беру на себя Грейнджер. - Хорошо, тогда, полагаю, не лишним будет созвать преподавателей на совещание после занятий, - завершила директор. - В Подземельях, - вставил Снейп, отчего тут же словил на себе удивленный взгляд Макгонагалл. - Это необходимо, - добавил мужчина. - Хорошо, в Подземельях, - повторила директор и устремилась вверх по лестнице в сопровождении гриффиндорцев. Мадам Помфри отлевитировала Невилла и зацокала вниз по ступенькам, улыбнувшись мужчине и кивнув «До встречи». Выпрямившись, Снейп отлевитировал Кэрроу так, что тот не то лежал в воздухе, не то висел головой вниз в воздухе прямо над профессором и Гермионой. После этого зельевар медленно наклонился к гриффиндорке и легко подхватил ноги и спину ее, поднимая. Так по-свойски... Так обыденно, будто это вот уже пять тысяч лет как входит в его дневное расписание. Тут же свело дыхание. Отчего? Может, от неожиданности... А может, дыхание разделяло причину с розовинкой щек. - Я, кажется, на вас как на Кэрроу заклятия не накладывал, - заговорил, не бросив даже взгляда на лицо. - Но вы, Грейнджер, только что окаменели побольше него. - Просто вам неудобно, - шепнула она. - Разве я это говорил? Или вы уже постигли искусство Окклюменции? "Зачем?.. Зачем я всё это делаю?...." - Просто это очевидно. И логично. - Выводы и факты бывают неоднозначны, мисс Грейнджер. Отвечать Гермиона не стала. От стен и потолков замка гулко отскакивали мерные удары туфель Снейпа, и точно так же в черепной коробке волшебницы билось осознание, что ее на глазах у всех несет на руках по школе Гроза Подземелий. Гермиона, ловя момент и прячась от взглядов одновременно, уткнулась носом в его плечо и, быть может, именно поэтому вскоре расслабилась. Запахи и возникающие в голове образы сменяли друг друга, словно бы модели на подиуме. Показывались и уступали место следующим. Бергамот. Мята. Лаванда. Полынь. Валерьяна, бадьян, имбирь, что-то еще. Аромат, очевидно, не принадлежавший ни одному из существующих ингредиентов и растений. То, что, примешиваясь к любому другому запаху, делало его почти наркотиком - все в совокупности сократило дорогу в Подземелья до невозможности, и, будто опасаясь, что вот-вот задохнется в своих ощущениях и эмоциях, захлебнется ими, Гермиона заговорила снова: - Что это за заклинание, которое вы наложили на Кэрроу? - Если бы я хотел сказать, я бы произнес его вслух. - Если бы вы не хотели, могли просто не объяснять. - Если бы ваши знания зависели от моих объяснений, я был бы польщен. Но библиотеку от вас никто закрыть не может, - "Снова он за свое..." - Вот в вашей голове и собрано такое месиво. Все, что не удалось соединить в мысль, в общем. Мыслить учатся у людей, Грейнджер. Книги этому научить неспособны. Разговор снова завершился. Вскоре они миновали дверь в покои, и, пройдя к креслу, маг аккуратно усадил в него Гермиону. Кэрроу - отлевитировал в дальний угол комнаты, сняв чары чуть раньше необходимого, так, что тот рухнул на пол с глухим стуком. Не наградив Пожирателя и взглядом, Снейп ненадолго удалился в лабораторию, после чего вернулся с восстанавливающим и гематомозаживляющим зельями. Одну склянку зельевар протянул Гермионе, вторую откупорил на месте. - Поднимите голову. Гермиона, сухо сглотнув, исполнила, открывая вид на красно-синие отметины. Снейп надолго оценивающе впился в них взглядом, после чего вылил небольшое количество темно-синей мази себе на ладонь, приступая к обработке. Он наносил зелье безымянным, невесомо касаясь кожи, так, что по плечам девушки неумолимо рассыпались мурашки. По ощущениям процедура эта больше напоминала щекотку. - Такого слоя будет достаточно. Придёте в комнату - обработаете остальные поврежденные участки. Восстанавливающее примете по необходимости. Гермиона утвердительно кивнула, ожидая продолжения его речи. - Можете идти, - добавил Снейп после непродолжительной паузы, состроив удивленное выражение лица. - И все? - Рассчитывали на большее? - Нисколько. Только зачем вам понадобилось… Заниматься самому? Нести на руках, если сейчас вы просто говорите «Можете идти, Грейнджер»? Он стоял у стола спиной к гриффиндорке, будто не слышал вопроса. Гермиона нервно поджала губы и, резко встав с кресла, сказала: - Книги тоже могут научить мыслить, когда окружающие не слишком озабочены передачей этого навыка. Или когда он отсутствует у них напрочь. Или когда эти окружающие - отсутствуют напрочь. Насколько мне известно, мы с вами тому прекрасное подтверждение. Поэтому либо ваша теория неверна, либо ваше "умение" мыслить сровне моему. Неприсуще. Теперь да. До встречи, сэр, - закончила гриффиндорка, чтобы тут же скрыться за дверью, так и не выдав Снейпу своей усмешки. Сейчас у Гермионы в голове мелькали воспоминания дня его слушания. Момент, когда она, пользуясь положением Героини и доверием к ней министра, осталась наедине с залой Визенгамота и одиноко стоящим в ее центре Омутом Памяти. И, разумеется, не устояла. Снейп сказал присяжным, что воспоминания эти были переданы Гарри Поттеру в день битвы за Хогвартс. К сожалению, друг успел рассказать лишь то, что был крестражем сам. Ни слова про роль профессора Северуса Снейпа. Поэтому девушка чувствовала свои права на данную интеллектуальную собственность. Ведь Гарри бы все равно рассказал... И да, зельевар не догадывался, сколько знала с тех пор о его прошлом Гермиона Грейнджер.