Подарок судьбы

Как хорош летний вечерок, как добр он с людьми, обдувая каждый переулок приятным нехладным дуновеньем в перемешку с цветущими цветами. Даже в то время, когда ко сну готовятся крохотные малыши, не наступает мгла, не забирает все в свое царство мрачных мыслей и воспоминаний. Путь оказался хоть и сложным, но недолгим. Сражаться бок о бок с новым товарищем действительно как-то влияет на отношение друг у другу. С трепетом сердца можно наблюдать, как кто-то, чем-то жертвуя, спасает тебя, сверкает взглядом то веселых, но грозных очей. Хотя возможно это была бы для него просто лишняя морока - тащить своего раненого напарника в ближайшее место, где смогут оказать помощь. Оказывается, они оба не обладают медицинскими навыками. - А здорово ты дерешься! - Неловко воскликнул Син Цю, окидывая взглядом запыхавшегося парнишку. - Самое время сказать об этом! Спустя три часа во время подъема в горы. Просто так и бессмысленно. А ведь это предложил ты, а не я, - Еле разберешь, о чем он буквально дышал. С хрипом в горле он вдыхал и выдыхал по слову, с трудом опираясь на колени. Подниматься куда-то просто так после физически тяжелого дня уже даже заучало абсурдно. Но почему-то желания отказываться не было. Было вообще все равно, пока не оказалось, что опять надо сильно напрягаться. Но из принципов Чун Юнь не стал отказываться на полпути, лишь начал раздраженно и неумело обвинять спутника в бессмыслице и сильно уж детских играх. Но Син Цю принимал все слова на свой счет правильно, по его мнению: соглашался, хихикал над своими неловкими шагами и такими же шагами знакомого. Не показывая своей усталости, он смело карабкался по не такому уж крутому подъему - можно сказать, не устань они днем, поднялись бы быстрее, почти не затратив своих сил - и наблюдал на товарищем. Своими худыми непослушными пальцами он сжимал коленки, будто теперь и руки стали средством передвижения, каждые 30 секунд останавливался, чтобы отдышаться и пригрозить спуститься и уйти одному. Син Цю это забавило. Он чувствовал явное раздражение во всех чужих словах и действиях, снова наслаждаясь чем-то негативным, забывшись. Но далеко не оба понимали чувства друг друга. Вообще Чунь Юню требуются время и хорошая концентрация, чтобы обработать даже малейшее событие. Его непонимающий взгляд, его быстрые выводы об абсурдности ситуации, его раздраженность и непонимание - все это лишь замена мыслям, либо вставка в промежуток между событием и его обдумыванием. Нет концентрации? Не будет итога. Недостаточно времени? Не успел обдумать и забросил? Не будет итога. Поговорка "Сначала делает, потом думает" - это про Чун Юня, Син Цю это понял. Но благо это не вливается во что-то негативное. Обычно это какие-то неверные движения, подумать о которых потом не составит труда и не заберет много времени. Обычно парень неловко и робко прячет глаза, извиняется. Но Син Цю уже заставил чувствовать себя раскрепощенно, познакомил с собой и показал того себя, которого хотел, а потому Чун Юнь не видит смысла сопротивляться и продолжать вести себя закрыто. Как-то его даже посетила мысль о том, что вся эта его зажатость рядом с его новым товарищем не имеет смысла быть. Появился некий азарт от того, что есть шансы не справиться и предоставить парню возможность насладиться нерешимостью и подобными негативными эмоциями, которыми он питается как вампир. Только нет никаких следов от зубов на ключицах, да и не будет. - Ну и куда мы идем? Если бы мы сюда не завернули, то уже пришли бы в Ли Юэ, - Продолжал ворчать Чун Юнь, не жалея себя и воздуха внутри. - Я правда сейчас спущусь! Син Цю лишь весело хихикнул: он понимал, что если бы парень хотел, он бы взял и спустился, но до сих пор идет по пятам за товарищем как собачка на привязи, словно обманутый ребенок, которому по приходу обещали выделить несколько вкусных сладостей. Вечерело, яркие и веселые краски погасли, поддавшись тьме. Не хотелось идти до порта ночью, но пейзажи, открывшиеся на вершине горы, заставляли сидеть на месте. В сон погрузилось только подножие, наверху по-прежнему вели свое празднование окончания еще одного дня солнечные лучи. Может, это стоило того... Последнее время Чун Юнь встречал закаты не один, и всегда Син Цю хотел сделать для каждого такого вечера нечто особенное, явно запоминающееся и врезающееся в память. Сегодня - взгляд на порт в свете ярких лучей, что еще не скрылись за морем, с вершины высокого крутого холма. Обладатель Гидро глаза Бога был слегка взволнован. Покоя ему не давали его мысли, ведь сейчас он на удивление был тих и нем. Он что-то хотел сказать, но молчал, не решаясь. "Стоит заткнуть рот" - Подытожил мысли он, улыбнулся краем бледных губ и взглянул на товарища, что под чужим взглядом не смел пошевелиться. Теперь его не берут никакие тревожные мысли, - Син Цю не давал усомниться в своих бескорыстных целях. Да и лишние мысли придают только неуверенность. Теперь волновался не только Чун Юнь, его новый знакомый стал незаметно переводить темы о внутреннем мире обоих, стараться узнать больше. Это слегка напрягало, но не пугало. Наоборот, напряжение рядом с Син Цю - это уже что-то свойственное только ему, ни с кем дрожь никогда так не берет. И старания парня тоже были такими, какими никто раньше не занимался ряди Чун Юня. Были приятны, брали за сердце, но не смущали. Как будто так и должно быть, и его знакомый это знает из ниоткуда. Казалось, что даже ураган в их идиллии показался бы легким ветерком, едва касающимся красных щек. Кажется, что из этого молчания они узнают друг о друге в разы больше, чем из слов. В некоторые вечера, когда парни не успевали добегать до следующего ночлега в безопасности, они разводили костер в кругу деревьев и не спали, рассказывая что-нибудь, словно старые друзья. Это все их сближало, раскрывало друг другу, и Син Цю перехотелось делать знакомому плохо. Идти быстро как-то не хотелось, а потому поход затягивался на долгие дни... - Итоговый прекрасный закат для прекрасного друга. Друга? Он считает Чун Юня другом? Эти слова заставили приятно смутиться и наконец улыбнуться слабой искренней улыбкой. Словно подарили дорогой подарок, хотя слова никогда не имеют цены. Но было что-то тревожное. Словно Син Цю совсем ни с кем не дружит, раз назвал спутника таковым при том, что они знакомы от силы неделю. Парень просто чувствовал, что их общение продлится еще долго, если он "сделает первый шаг". - Я бы одарил тебя такими же словами, но я не знаю, чего можно тебе сказать... Думаю, будет лучше промолчать? - То ли утвердил, то ли аккуратно спросил Юнь. Его спутник тихо и насмешливо весело хихикнул. - Я сказал что-то смешное? - Не, просто ты смешно спрашиваешь. - Прости, тогда буду молчать, - Резко изменился в лице Юнь. Не сказать, что его задели эти слова. Просто у Син Цю есть странная привычка разрушать прекрасные моменты неправильными словами. - Да ладно тебе, чего ты сразу... - Такое еще не встречалось парню. Чун Юнь никогда так резко не реагировал на обычные шутки. Хотя сейчас он настолько открыт душой, что показывает самого-самого настоящего себя. Обычно люди скрываются под сотнями кофтами, дабы скрыть свой характер, чтобы люди не узнали правдивые и мелкие детали о них. Но голубоглазый паренек не аккуратничает с этим, вроде и водит всех покруг себя, а вроде и раскрывается им почти сразу, потому что довольно стеснительный и рассеянный с незнакомцами. Единственные, с кем он развивает опыт общения, это Сян Лин и Синь Янь. Первая нередко отодвигает свои дела, чтобы просто порадовать друга встречей и юнешескими разговорами о будущем. Девушка любит ложиться на зеленую и согретую солнечными лучами траву, смотреть на облака и рассказывать свои на первый взгляд бредовые идеи о готовке из слаймов. И она воплощала их в жизнь! Их троица сидела вечером в гостях друг у друга и ела новое ее блюдо, о котом она так громко заявляла днем. И получалось действительно очень вкусно. А Синь Янь часто занята своим делом, она готовит бесплатные концерты, чтобы все желающие видели ее, чтобы все знали о ней, чтобы ей из толпы присвистывали Чун Юнь и Сян Лин и кричали: "Давай, Синь Янь, давай!!", а после всего она расспрашивала друзей о выступлении, понравилось ли оно им, показывала бессмысленные мастер-классы игры на гитаре. В итоге даже они знают парочку аккордов. Девушки гиперактивные, они говорят не думая даже незнакомцам, и Чун Юнь старается брать с них пример. А что взять с Син Цю? Он как таинственный лавилас из книг, уводящий любовниц соблазном к себе домой. Но должно оказаться, что в итоге он чувствовал себя одиноко, а потом пригласил нового человека стать его другом и по душам с ним поговорить. А если парень правда чувствует себя одиноко? - Мы можем дойти до гавани к полночи. Пошли без всяких остановок? - Чун Юнь торопился. Хотя что им в полночь делать в городе? Они собирались зайти в библиотеку, а потом расходиться. Библиотека в самом начале суток не может работать, ведь все нормальные люди спят. - А мне кажется, что в полночь лучше как раз выдвигаться. Нам нечего делать в городе ночью. Лучше как следует отоспаться, - Син Цю мыслил здраво. Оба от неловкости сменили тему в совершенно другое русло и отправились на спуск, устраивая ночлег у горы под деревьями, закрытые от нападения с двух сторон. Казалось, будто эта фраза о друзях заставила Чун Юня пересмотреть его отношение к Син Цю. Он долго думал обо всем, но, устав, незаметно для себя уснул и, до этого сидя на земле рядом с новым другом, неспециально пал головой к нему на колени. "Вымотался", - Бредово подумал другой парень, сам устало улыбнувшись. Он заботливо убрал тонкими словно девичьими пальчиками прядь голубых голос с его закрытых глаз, любуясь как огонь разбрасывал свой свет пламенных лепестков на спящее лицо. Син Цю сам не меньше устал за этот день. Всю дорогу он шел, переживая, что скоро конечная, а он все не смог договориться о продолжении их знакомства. Чун Юнь довольно подозрителен с теми, кого совсем не знает, мало ли что он мог себе надумать. А увидеть его в потемках темной ночи мирно спящего на чужих коленях и освещенного щелкающим костром вряд ли кому-то еще удавалось. Не хотелось бы, чтобы это кончилось так быстро, ведь это буквально лишь начало.