Улыбка

Потому что у куклы лицо в улыбке, мы, смеясь, свои совершим ошибки. И тогда живущие на покое мудрецы нам скажут, что жизнь такое. Иосиф Бродский, «Назидание»

— Так что насчёт вечера, Тарн? — Мм… Ещё не решил. Некогда было подумать, Ная.       У Тарна телефон периодически в режиме «не беспокоить». Тарна считают высокомерным и замкнутым. У Тарна мало приятелей и совсем нет друзей. Так что, когда родители сообщили о переезде на остров и смену школы, ни единый мускул не дрогнул на его воспетым красивым благодаря одноклассницам лице.       Тарну вообще все равно.       У Тарна одно желание: побыстрее закончить школу и свалить на учебу в Штаты, благо родительский капитал позволяет. За две недели на новом месте Тарн приобрел знакомое и претящее ему внимание, благосклонность учителей к сообразительному новичку и славу недосягаемой крепости. «Нелюдимый какой-то» и «сам себе на уме»; «хоть бы раз улыбнулся за две недели»; «забьём на этого похуиста»; «ты только зря время теряешь» — к своим вторым выходным на острове Тарн и бровью не повёл на переглядки и перешептывания.       Ная.       Мечтательный взгляд и стойкая убежденность в своей неотразимости. Пожалуй, единственная, кто ещё тешит себя надеждой растопить ледник по имени Тарн Тара Киригун. — Да брось, Тарн! Тебе здесь год учиться. Пора вливаться в коллектив. — Чем в этом смысле поможет вечеринка на пляже? — Ну пойдем, Тарн. Неужели прикалывает целыми вечерами сидеть и пялиться в экран телефона? — Мм… Не думаю, что ты так хорошо осведомлена о моем досуге. — Ну ладно, — Ная разочарованно мнёт полную нижнюю губу. — Если что — место знаешь, собираемся в семь, приходи.       Тарн кивает и со скучающим взглядом отворачивается, чтобы идти в свою сторону.       На берегу океана он появляется почти в восемь. Убить время. От нечего делать. Ещё издалека Ная сияет жемчужной улыбкой. — Пришел всё-таки! Правильно! — девичья рука манит его занять свободное место рядом.       На шезлонгах полно молодежи, некоторые просто сидят на песке. Ещё проходя мимо кучки веселящихся с коктейлями одноклассников, Тарн замечает незнакомого паренька в футболке со Спанч Бобом и коротеньких, совсем детских шортиках на завязках. Он сидит к нему спиной, но так уж выходит, что, когда Тарн равняется с ним, голова парня резко разворачивается и первое, что бросается в глаза Киригуну, — это глупая, совершено идиотическая улыбка. — Чё, Тайп, понравился? Это Тарн, иди познакомься с ним, — глумится кто-то из рядом сидящих.       Тарн отводит взгляд, чуть ускорившись, продолжает идти в сторону Наи.       Уже на месте, девушка начинает что-то рассказывать ему, Тарн, конечно, слушает всё вполуха. Поворачивает голову и вновь видит этого Тайпа: кажется, компания отобрала у него какую-то безделушку — то ли брелок, то ли значок, — и тот отчаянно, как ребенок, пытается вернуть свою вещь от взрослых дядей. — Какой-то странный этот Тайп. На вид лет двадцать, а ведёт себя, как двенадцатилетний. — Он не странный. Он больной. И ему не двадцать. Семнадцать, как и нам. Вроде. — Вроде? Он не местный, что ли? — Почему это? Сколько себя помню, знаю его. Просто… Он учится дома. Только в начальном звене в школу ходил. — М. Ну, оно и видно, что отсталый какой-то, — Тарн через трубку тянет глоток коктейля со дна. — При чем тут «отсталый»? Он не дурак. Ты бы видел, как он здорово рисует. Просто, ведёт себя, как ребенок. С ним… с ним кое-что случилось в детстве. — Головой ударился? — безэмоционально спрашивает Тарн.       Просто так.       От нечего делать. — Нет. Два ублюдка затащили его к себе в подсобку и… в общем, догадайся, что там было.       Трубочка летит на песок. Последние капли забрызгивают Тарну футболку. — Ясно, — прочистив наигранным кашлем горло, отвечает он.       Между тем, слух Тарна улавливает: — Ну что, малыш, отойдем?       Один из той компании встаёт и за руку уводит за собой этого «большого ребенка». А следом раздается от другого парня: — Только сильно там его не уделай. Я после тебя схожу.       Тайп же просто безвольно шагает рядом. Его угловатые плечи и болтающиеся по сторонам руки напоминают движения сломанной куклы. — Куда это он его?       Ная на мгновение опускает глаза и как-то виновато улыбается: — Есть идеи?       Неприятное ощущение в глотке. Как будто срыгивает чем-то кислым. — Дурацкий коктейль. Из чего он? — переводит тему Тарн.       Но Ная будто не слышит: — Они, конечно, сволочи, что пользуются его наивностью. Но Тайп ведь совсем безотказный. Мы с девочками много раз пытались объяснить ему, что не надо ходить с парнями, когда зовут вот так… отойти. Но всё напрасно. Наверное, он и сам понимает, что вряд ли кто захочет с ним встречаться всерьез, а так… хоть какое-никакое удовольствие получит. — Вы с девочками? А родители? Зачем они такого вообще вечерами пускают. — Отца нет. А мать все дни на работе. На сына-то надежды никакой. Она и запирала его, и лупила, когда помладше был… Что толку? Им бы, конечно, к хорошему психологу, но сам понимаешь, до этого ли?       Тарн хмыкает. Дальше разговор сворачивает к обсуждению какого-то видео. Минут через двадцать Тайп возвращается. Парня, что увёл его, спрашивают: — Ну как? — А, — тот машет рукой, кривя губы в недовольной ухмылке, — так себе. Будешь его? — он кивает на раскрасневшегося Тайпа. Тарн даже со своего места замечает следы песка на щеках и лбу. — Не-а. Чё-то настрой пропал. Может, позже.       Ная, как и Тарн, слышит этих подонков. — Тайп, иди к нам, — зовёт она мальчика.       Ещё чего! — Привет! — дурацкая улыбка снова сияет на глупом лице. — Привет, — Ная садится к нему поближе. — Ну, как твой день прошел? Рисовал сегодня?       Тайп ещё шире давит лыбу и опять таращится на холодно-равнодушное выражение лица Тарна: — Рисовал! Много рисовал! Только, — он совершенно по-детски надувает губы, — у меня какие-то кривые домики сегодня получались. Десять листов испортил! — Ничего, Тайп, — девушка гладит его по руке, — в следующий раз получится.       Тарну вдруг так неприятно становится находиться здесь. — Ладно, Ная. Я домой. Хорошего вечера. — Ты уже?.. — Рано встал сегодня. В сон клонит. Давай.       Он кивает печально вздыхающей девушке и уже отходит на пару метров, как его хватают за руку. Оборачивается и столбенеет: этот Тайп стоит там и просто добивает своей мимикой. — Тебе чего? — строго спрашивает Тарн, грубо выдёргивая руку. — Вот! — мальчик добродушно кивает, конечно же, улыбаясь и протягивая ему телефон, — ты обронил. Надо осторожнее. Дорогой, наверное. Надо следить за своими вещами. Нельзя оставлять свои вещи где попало.       Поблизости слышатся смешки, гогот и улюлюканье.       Тарн выхватывает телефон и, даже не поблагодарив, спешит поскорее убраться из этого места.