Ты первый, кто доверился мне, мой тёплый лучик

      Утро начинается на удивление поздно для Эррора. Тот не чувствует ни объятий, ни шепота со стороны мечтателя. Это достаточно странно, если учитывать то, что Дрим тот ещё жаворонок.       Темнокостный скелет аккуратно садится на кровати, бросая сонный взгляд на спокойно спящего рядом Хранителя эмоций, что время от времени воротил головой и метался по подушке во сне. Бедняга так измотался после постоянной беготни по альтернативным вселённым то от своего брата, то от Инка… Да, Инк тот ещё редкостный мерзавец. Он как-то прознал о том, что Дрим время от времени шатается с Глюком, а теперь с помощью Солнечного хочет выйти на самого разрушителя. Снова. Намерения, конечно, у него непонятные, нейтральные и клишированные из-за почти полной потери памяти во время его «временной» смерти, но Дрим не дурак и повторения случившегося не желает, поэтому держит Создателя от себя на расстоянии. На всякий случай.       Эррор наконец отрывает взгляд от своего солнца, напоследок проводя ладонью по спине светлого скелета. Он рукой приподнимает край своего одеяла, рассматривая свои по-прежнему забинтованные ноги, что до сих пор продолжают время от времени ныть тянущей болью из-за не полностью зажитых ран. Но это было терпимо. Это ведь лишь небольшая плата за окончательный разрыв всех связей с надоедливым художником и прошлой жизнью Глюка в общем. Эрр уже смирился со всем и наконец отпустил прошлое. Стало легче. Намного легче.       Ошибка вновь обращает внимание на рядом лежащего Дрима, что повернут к Дестрою своей аккуратной и не накрытой одеялом спиной. Губы разрушителя содрогаются в лёгкой и, кажется, счастливой улыбке, стоит Глюку только подумать о том, как же ему все-таки повезло встретить именно Дрима в своей жизни. Эта маленькая звездочка осветила душу ярче, чем само огромное солнце.       С приятными воспоминаниями кукловод поддаётся своим внутренним желаниям и легко припадает всем своим телом к спине своего принца. Одна из рук сама собой обнимает солнечного скелета за талию, не специально немного сминая лёгкую вязаную кофточку кремового цвета, пока, тем временем, другая ладонь тихонько пробирается под черепушку на вид совсем ещё юнца, осторожно укладывая его голову на плечико темнокостного.       Тепло тела мечтателя, тёмная, еле проглядная комната, запах яблок с корицей, что, кажется, приелся к Дриму со вчерашнего приготовления шарлотки, а также тёплая постель, с которой до последнего не хочется вставать. Для Эррора именно это всё являлось той самой родной атмосферой, о которой он мог недавно лишь мечтать. В этом есть свой шарм. Порой ежедневные действия то и дело цепляют своей простотой со скрытыми приятными качествами, которые сразу заприметишь, стоит только внимательнее приглядеться.       Макушка Дрима слегка содрогается от его пробуждения, из-за чего Разрушитель невольно и сам вздрагивает, но после быстро успокаивается вновь и дарит своему сонному солнышку несколько поцелуев в шею у самой щеки, слушая, как с уст яблочного срывается тихий смешок, а после рука хранителя мягко ложится на голову Глюка, будто бы так тот как-бы пожелал ему доброго утра.       — Мхх… в тебе с утра пораньше пробудился фонтан нежности, мой хороший?.. — с тёплой улыбкой, всё ещё не открывая глаз, мямлит светлокостный скелетик, что, кажется, пригрелся к теплому и уютному телу Разрушителя, от чего его ещё сильнее стало клонить обратно в сон.       — Просто моя безграничная любовь к тебе вырывается наружу, звездочка, я не могу и не хочу её контролировать. — с такой-же искренней улыбкой прошептал Эрр, в то время как его рука, что спокойно до того момента лежала на талии яблочного, неспешно пробралась под одежду сонного принца, по пути пальцами оглаживая горячие бархатные косточки.       Дрим довольно извивается в спине навстречу соблазняющим поглаживаниям, поворачивая личико к Дестрою и ухмыляясь:       — Похоже, что и утренней игривости у тебя не занимать.~ — румянец на щеках принца приобретает более яркий оттенок, когда его руки сами добровольно продвигают ладонь Эррора выше по рёберной клетке, позволяя задрать белоснежную футболку с ввязаной кофточкой на пуговицах, оголяя торс.       — Только скажи, и я прекращу.~ — почти мурлычет Глюк, устами касаясь щеки хранителя позитивных эмоций и ожидая от того ответа, ведь без его разрешения Ошибка продолжать не станет, он же не какой-то больной эгоистичный ублюдок.       — Продолжай, Эрри.~ — шепчет довольный принц, чувствуя, как ладонь кукловода продолжает легко блуждать по его костям, часто затрагивая позвоночник, иногда спускаясь ниже, чуть ли не к самому его тазу, после этого поднимаясь всё выше, обратно к ребрам, будто рисуя какие-то замысловатые узоры на теле яблочного, в то время, как сам хранитель уже входил во вкус, периодически даря Глюку сквозь довольные вздохи и мычания поцелуи в шею или ключицы.       — Мне кажется, это утро для нас затянется. ~ — тихо шепчет Дестрой у самых «ушей» звёздного, на что в ответ получает сначала лишь хриплый, но полный удовольствия вздох со стороны Дрима, который заставляет румянец на скулах кукловода становится ещё ярче.       — Главное, что это утро станет для нас обоих необычайно приятным.~ — выдавливает из себя Яблочный, сводя колени вместе, когда рука Эррора добралась до самого паха, мягко оглаживая нижние косточки, от чего золотоглазый в порыве удовольствия запрокидывает макушку назад, не препятствуя идеям Эрра.       Дрим целиком и полностью ему доверял. И чувствуя, что это доверие взаимно, он не собирался тратить силы на какое-то лишнее, бесполезное беспокойство. Сейчас есть только он, Эррор и их общее безграничное удовольствие.